Dr.Сокол

По утверждению союзников, неведению Александра относительно всех способностей «электронного симбионта» и, возможно, предназначения Системы скоро придет конец. Послезавтра «Сокол» закончит инсталляцию и откроет хозяину секретные файлы, поскольку станет неотъемлемой частью человека-биокомпа. Такова плата за современный вариант всемогущества, за то, чтобы стать первым представителем новой ветви рода человеческого, первымhomo electronicus– «человеком электронным». И тут опять же возникает ряд вопросов. Почему именно через трое суток? Уж не потому ли, что одновременно с установкой «Сокола» заработает и Система? Если так, то союзники Баркова жестоко ошибаются, считая, что у них остался хоть какой-то запас времени – до августа или больше, как утверждал Владислав. До восьмого июля, господа союзники! А дальше сплошная неизвестность. Пусть Баркову уже не стать воином Системы, но ведь где-то – Саша подозревал, что как раз в руках «черного» босса Семенова или «красного» генерала Манилова – оставались еще два «Сокола». И теперь, если Система, то есть Главный, ими завладеет, встать у них на пути не сумеет никто, кроме Баркова. У двух запрограммированных на агрессию «Соколов» и непонятной, но грозной Системы, которая, по слухам, скоро будет обладать силой, сравнимой с могуществом всей техносферы!

Сражаться с лучшими детищами современной цивилизации за будущее этой самой цивилизации почетно – ясный день! – но без знания уязвимых мест противника как-то страшновато. Да и вообще… один, пусть и сверхчеловек, в поле не воин, а союзники вроде Владислава Валерьевича или Одиночки в войне с такими монстрами, как Главный и его Система, вряд ли сильно помогут…

Кстати, именно с виртуальным союзником Одиночкой связан четвертый факт, свидетельствующий о неоднозначности событий последних суток. Этот факт – погружение во внесетевое пространство, в странный виртуальный мир, куда Саша попал, когда «Сокол» укрепил свои позиции и наладил тесные связи с подсознанием хозяина. Барков пока не до конца осознал, что же это за пространство и как оно согласуется с привычным и доступным нормальным людям инфомиром электронных сетей, но в то, что это не плод больного воображения, Саша поверил. Хотя бы потому, что полуреальный Одиночка беседовал не только с ним, но и с другими союзниками, а в самой виртуальности Саша встретил еще одного обладателя «Сокола» и даже сошелся с ним в довольно напряженной схватке. Казалось бы, возможность видеть «изнанку» информационной реальности никак не пересекалась с главной проблемой, но Сашу беспокоил другой момент – он что-то увидел там, в запредельном пространстве. Что-то, определенно связанное с Системой, вот только что конкретно? Понять это ему пока не удалось…

Вот такие теперь ассоциации с «Нескафе». «Мировой лидер в производстве баночек для окурков» и мировая угроза в виде глобальной Системы – на первый взгляд, ничего общего, но что-то все же есть…

Барков отправил посуду в мойку и вернулся в коридор. Лена и Олежек ушли в спальню: переодеться и собрать вещи. Почетный караул в составе Васи Климова, Ольги и Владислава Валерьевича топтался на месте, с любопытством оглядываясь. Двое офицеров из спецгруппы ФСБ, встретившей «путешественников с юга» еще на вертолетной площадке, остались в подъезде у двери квартиры, еще трое дежурили внизу, в машине. На вопрос Баркова, к чему такой конвой, Владислав ответил просто: «чем больше, тем лучше».

– И держаться предпочтительнее всем вместе, – заявил Владислав Валерьевич назидательным тоном.

– Зачем же вы отправили куда-то Тамару?

– Она пока не зачислена в команду.

– Вот как?! А я, значит, зачислен?

– Значит, – Владислав с улыбкой развел руками. – Не будем отвлекаться на разговоры, Александр, все только начинается, а потому сейчас нам важно оперативно упаковать чемоданы и укрыться в надежном местечке.

Барков с трудом удержался от вопросов вроде: «Что конкретно только начинается?» – и отправился в спальню, где торопливо переоделся, побросал в сумку нужные вещи и передал ее Лене. Жена отнеслась к сборам более рационально. Она вынула из шкафа еще одну сумку и принялась укладывать имущество со всем старанием, чем вызвала беспокойство у Климова. Он каждые полминуты выразительно косился на часы и что-то невнятно бурчал себе под нос. Ольга же Лену поняла и даже взялась ей помогать, чем показала, что косвенно осуждает Васину нетерпеливость. Против двух женщин, занятых выбором тряпок, бессилен целый взвод недовольных мужчин, а потому Климов просто ретировался на кухню, где начал греметь чашками-ложками.

– Барков, где у тебя кофе?

– На столе.

– Растворимый? – Вася иронично выгнул бровь. – Видел бы это безобразие твой босс Евгений Иванович. Ведущий специалист «Мобисофт» пьет «Нескафе»! А как же корпоративные правила?

– Климов, не занудствуй, – отмахнулся Саша. – Нормальный кофе. И вообще, я люблю чай. Чашки помой хорошенько.

– Я всегда за собой убираю, – Вася обиженно фыркнул.

– За тобой и я уберу, ты предварительно помой. Неизвестно, чем тут эти быки занимались. Может, наплевали повсюду.

– Думаешь? – Климов с сомнением заглянул в чашку и, после недолгих колебаний, поставил ее в мойку. – Расхотелось.

– В холодильнике минералка должна быть, в бутылках.

– Спасибо, – Вася тут же направился к большому, под потолок, белому «Самсунгу».

– Климов, замри! – вдруг строго прикрикнул Владислав Валерьевич.

– Я только попить… – Вася поднял на седого командира недоуменный взгляд. – Саня же разрешил.

– Ты что, боевики не смотришь? – Владислав прошел в кухню. – Оперативник ты никакой, я знаю, но элементарную осторожность проявлять все-таки надо. А если там «закладка»? Холодильник – идеальное место.

– Да что ты осторожничаешь, прямо как на чеченской войне, Влад? – изумился Вася. – Какие еще закладки? Может, ты еще и под кроватями пошаришь? На предмет растяжек. Ну, побывали тут «черные», но почему они должны были все заминировать, зачем?

– Затем, – терпеливо объяснил Владислав.

– Нет там ничего, – улыбаясь, сказал Саша. – Я бы почувствовал.

– Да? – Владислав резко обернулся и пристально посмотрел на Баркова. – Каким образом?

Только сейчас до Саши дошло, что вся эта миниатюра была разыграна Владиславом и Климовым лишь для того, чтобы поймать Баркова на слове. И это им удалось.

– Разве «Сокол» все еще внутри вас? – Владислав усмехнулся. – Господин Одиночка его не удалил?

– А разве я говорил, что удалил? – ощетинился Барков.

– Это верно, ничего определенного ты не сказал, – вставил Вася. – Хитрец-любитель.

– Куда уж мне до вас, – с досадой ответил Саша. – Сыграли, как в театре. Бомба в холодильнике – надо ж было придумать!

Его непосредственная реакция изрядно развеселила товарищей.

– Ты не обижайся, – приобняв Сашу за плечи, сказал Климов. – Мы же теперь одна команда.

– Вы, – стряхивая его руку с плеча, буркнул Саша. – А я к вашей команде временно прикомандирован. И на этом предлагаю остановиться. Ликвидируем мировую угрозу и разбегаемся. Новая программа моего «Сокола» предусматривает самоликвидацию компа в финале миссии.

– Надо же, какая хитрая программа, – фальшиво удивился Владислав Валерьевич. – А я думал, что за те пять минут, которые вы провели в подвале у Одиночки, он успел лишь заблокировать у «Сокола» функцию агрессии. А оказывается, он и программу переписал. Ну-ну.

Барков почувствовал, что краснеет, но признавать правоту Владислава не спешил. События последних двух дней научили его не торопиться с заявлениями и не поддаваться на провокации.

– Ну так можно минералочки? – заполняя неловкую паузу, спросил Вася.

Саша прекратил играть в «гляделки» с Владиславом и подошел к холодильнику. Положив ладонь на ручку, он постоял несколько секунд, опустил руку и снова обернулся к седому.

– Хорошо. Я с вами. Без ограничений. Но хочу, чтобы и вы были предельно откровенны. Мой «Сокол» теперь не агрессивен, работает только в режиме охраны, однако все прочие установки сохранены. Секретные файлы он откроет мне не раньше завтрашнего полудня, а я хочу знать все уже сейчас. Иначе в течение ближайших двадцати часов так и буду для вас балластом. Не знаю, как вас, но меня такое положение дел напрягает.

– Не требуйте от меня больше, чем я могу реально, Александр, – Владислав Валерьевич развел руками. – Обрисовать текущую обстановку я готов хоть сейчас, но открыть истинное назначение «Сокола» сможет только он сам.

– С чего-то надо начинать, – Саша пожал плечами.

– Хорошо. Начну с того, что уверен – нейтрализация «черных» лишь отвлекающий маневр. Главный – тот самый руководитель и вдохновитель заговорщиков, который контролирует создание и распространение секретной глобальной Системы, – разменял Хозяина «черных», чтобы сохранить возможность продолжать партию. В его команде стало меньше слабоуправляемых, зарвавшихся бойцов криминального плана, зато сохранилось и даже увеличилось число исполнителей из силовых ведомств. В частности – из Министерства обороны. Теперь на нашем участке невидимого фронта наиболее опасными становятся люди Манилова, поскольку, в отличие от «черных», они вроде бы на стороне закона и в то же время пляшут под дудку Главного.

– Но тогда выходит, что министр обороны тоже участвует в заговоре? Ведь Систему разрабатывают непосредственно на секретных военных объектах. Да и Куратор проекта вполне официальное лицо – генерал Манилов.

– Не уверен, что министр в курсе, кто на самом деле вертит Маниловым.

– Что же получается, Манилов действует у него под носом? Не слишком ли нагло для генерала?

– Для генерала – да, для одного из ключевых заговорщиков – нет.

– А не может быть, что министр и есть Главный?

– Все может быть. Но пока личность Главного не столь существенна. Пока важнее понять, когда он нанесет удар, в чем будет заключаться его основная военная хитрость и как это предотвратить?

– А что это будет за удар, вам не интересно?

– А это мы примерно представляем. Ничего хорошего, уж поверьте.

– По-прежнему не хотите говорить о секретных файлах?

– Не хочу создавать у вас ложного настроя. Ведь у меня свое видение проблемы, у Васи вон свое. Пусть уж лучше вас проинформирует «Сокол». Он сделает это лучше меня. Вы ведь теперь друзья.

– Почему вы так решили? Он просто перешел в режим охраны, вот и все. Какая может быть дружба между живым хозяином и электронным паразитом у него в мозгах?

– Возможно, настоящей дружбы у вас действительно не получится, но ведь «Сокол» почему-то перестал вас терзать. Почему? Охрана охраной, а инсталляция по плану. Вы сами сказали, что, кроме устранения функции агрессии, больше в нем ничего не изменилось. Так почему же теперь внедрение «Сокола» идет не так болезненно, как прежде? Почему он больше не стремится подчинить вас себе?

– Это несущественно. Не хочу пока об этом думать.

– Как знаете. А нет ощущения, что вами манипулируют?

– Раньше было. Мной почти управлял «Сокол». Теперь же я волен делать, что хочу.

– В рамках данной Одиночкой психологической установки?

– Пусть так. Это верный путь, и надо пройти его до конца. Иначе мне не вывернуться из этой истории. Разве я не прав?

– Отчего же! Конечно, вы правы. Но если бы вы только знали, насколько он долог, выбранный вами путь! Ведь вы лишь в самом начале. Ну хорошо. Мы с вами. По крайней мере, до момента, когда «Сокол» откроет вам секретные файлы и вы узнаете всю правду. Это и будет точкой отсчета, этаким рубежом событий, после которого принятое решение станет окончательным и бесповоротным: либо вы сражаетесь, либо уходите в сторону и прячетесь до тех пор, пока вас не выследят и не убьют.

Чрезмерная насыщенность атмосферы пафосом вызвала у Баркова тошноту, и он поморщился. От язвительного комментария его удержало появление в коридоре Лены с Олежеком и Ольги с двумя набитыми сумками в руках.

– Мы готовы, – Ольга поставила багаж и выразительным взглядом предложила мужчинам принять эстафету.

– Ребята, вперед. Лена, Оля – за ними, – с явным облегчением в голосе приказал Владислав.

Было видно, что ему самому надоели эти пытливые барковские интервью и он сто раз пожалел, что сразу не рассказал Саше всю правду о назначении «Сокола». Но теперь сделать это ему не позволяла гордость или упрямство. А скорее всего, и то и другое. Ну что ж, у каждого свои пунктики. Даже у таких опытных секретных сотрудников непонятно каких спецслужб.

Владислав подтолкнул Климова к двери и торопливо вышел следом за ним, предоставив Баркову право покинуть жилище последним. Хозяин все-таки.

– Саня, ну минералочки-то прихвати! – крикнул напоследок страждущий Климов.

Барков вернулся к «Самсунгу» и снова взялся за ручку…

От внезапного удара тревожного виртуального набата в голове он едва не упал на колени.

«Опасность первой степени!» – проскрипел «Сокол».

Саша отпустил ручку и прижал ладони к вискам.

«Да что опять за чертовщина?! „Сокол“, объяснись!»

«Взрывное устройство кустарного производства. Детонатор стандартный, на размыкание, совмещенный с электронным таймером. Обратный отсчет начат в момент открытия входной двери. Расчетное время взрыва – пятнадцать тридцать. Открывать рефрижератор категорически запрещено. Запустить программу нейтрализации взрывного устройства?»

Саша взглянул на часы, высвечивающиеся на телеэкране в дверце холодильника. Шла вторая половина двадцать девятой минуты. Внутри у Саши все оборвалось. Если бомба достаточно мощная, достанется не только ему, но и всей неторопливо спускающейся по лестнице процессии. «Черт!» Барков вытер взмокшие ладони о джинсы. Осталось двадцать две секунды.

«Действуй, „Сокол“, действуй!»

«Нейтрализация взрывного устройства будет произведена в течение двадцати секунд».

Саша попятился. Времени предостаточно. За двадцать секунд можно до Кремля добежать. Стараясь не сорваться в вязкую трясину паники, Барков пулей вылетел в коридор и бросился к выходу…

И едва не разбил лоб о внезапно захлопнувшуюся дверь. Пару секунд Саша просто растерянно стоял, затем подергал ручку, приложил ладонь к замку – никакого эффекта. Вернее, эффект был – замок открылся, но дверь не подалась. Саша навалился плечом, затем ударил ногой – безрезультатно. Дверь словно прикипела к коробке.

«Да что за ерунда?! „Сокол“, открыть!»

«Наружная механическая блокировка. Требуется воздействие третьего типа. Произвести?»

«Да, черт возьми, да!»

За дверью послышалось странное шуршание, будто кто-то пересыпал песок из одного жестяного ведра в другое. Продолжалось оно не дольше пяти секунд, но за это время Барков успел облиться холодным потом так, будто побывал под душем. Ведь, по его подсчетам, до пятнадцати тридцати оставались примерно те же пять секунд, и если «Соколу» не удалось нейтрализовать мину, то эти пять секунд могли оказаться для него последними.

За дверью что-то брякнуло, и почти сразу часы коротко пискнули, давая получасовую «отбивку». Саша толкнул дверь и вывалился в подъезд, для верности растянувшись на полу во весь рост.

– Что случилось?! – На площадку буквально взлетел Климов. – Ты чего лежишь, споткнулся?

– Я… – Барков поднял голову. – Сколько времени?

– Почти половина четвертого, – Вася наклонился, чтобы помочь товарищу подняться, но Барков отбросил его руку.

– Назад! Вниз!

У Саши перед глазами возник отчетливый образ таймера, зловещие красные цифры которого продолжают обратный отсчет. Ведь «адский будильник» вовсе не обязательно был синхронизирован с часами холодильника! Опасность взрыва все еще сохранялась. Вася поймал его взгляд и попятился, едва не рухнув с лестницы. Барков вскочил на ноги и почти на руках вынес Климова из подъезда – развернуться лицом вперед Вася сумел только этажом ниже. Когда они очутились на свежем воздухе, Барков немного пришел в себя и виновато отряхнул с Васиного плеча несуществующую пыль.

– Ты чего? Что случилось-то? – удивленно хлопая глазами, переспросил Климов.

– «Закладка» там все-таки была, – взглянув на не менее удивленного Владислава, ответил Саша. – И дверь кто-то подпер… Вот этим.

Он протянул седому шестигранный в сечении кусок железа.

– Похоже на обрезок лома, – Владислав подбросил железку на ладони. – Только коротковат он для распорки.

– Его разрезали, – в голосе Саши сквозила неуверенность. – Не знаю, кто, но очень быстро. «Сокол» скомандовал, и через пять секунд – готово.

– Что за чудеса? – еще больше удивился седой. – Разрезали? Чем? Автогеном? На ощупь он холодный и следов никаких. На «болгарку» тоже не похоже. Да и не возьмет ни то ни другое такую толщину за пять секунд. Вы ничего не путаете?

– Можете подняться, проверить, – Саша прислонился к машине и утер со лба холодный пот.

– А про бомбу вам тоже «Сокол» сказал?

– Он ее нейтрализовал.

– Даже так? – Владислав недоверчиво хмыкнул. – Он еще и сапер? Ну-ну, проверим.

– Проверяйте. Только гражданских лиц для начала из зоны боевых действий эвакуируйте. А еще не мешало бы подъезд проверить. Тот, кто подпер мою дверь этим ломом, не мог далеко уйти. Он где-то здесь прячется, гад!

– Разберемся, – Владислав открыл смарт и бросил абоненту несколько коротких приказаний.

«Кавалерия» прибыла почти мгновенно. Видимо, на случай именно такого развития событий ждала за углом. Оранжевый фургон саперного отряда ФСБ и два микроавтобуса с бойцами заблокировали все выезды из двора, а их экипажи тут же взялись за дело.

Машину, на которой приехали незадачливые жильцы и их сопровождение, подпер фургон саперов, но седой, похоже, уезжать пока и не собирался. Он отправил семейство Барковых и Ольгу в качестве сопровождающей пешим порядком в соседний двор, где их ждала другая машина, а Климова и Сашу оставил при себе «до полного выяснения».

Примерно через десять минут Владислава Валерьевича отозвал в сторонку начальник саперной команды. Выслушав его доклад, седой озадаченно потер гладкую макушку и махнул рукой Баркову.

– Сюрприз в холодильнике был, ваша правда, Александр. Но его таймер остановился за две секунды до взрыва.

– Все верно, – Саша кивнул.

– Чего верного-то? – раздраженно спросил сапер. – Цепи в целости и сохранности, электронный блок выдает продолжение отсчета, вот только сигнал из процессора часиков идет почему-то не на детонатор, а на дисплей холодильника. Взгляните.

Он показал Саше изображение в своем смарте. На двадцатидюймовом дисплее «Самсунга» поверх данных о температуре, «окошка» новостного телеканала, колонок сетевых новостей и другой полезной информации светились цифры обратного отсчета. Если судить по ним, после «взрыва» прошло уже двенадцать с половиной минут – перед цифрами стоял «минус».

– Вы же понимаете, в чем дело, – Саша обернулся к Владиславу.

– Не совсем, – признался седой. – Если «Сокол» обезвредил мину, честь ему и хвала, но как он перебросил сигнал? Ведь для этого требуется как минимум присоединить провода от бомбы к контактам дисплея вашего холодильника. Или бомба имела радиомодем?

– Не знаю, – Барков развел руками. – Но нечто подобное уже случалось, правда, в других ситуациях. А что насчет распорки?

– Криминалисты разбираются, – сообщил сапер. – На втором обрезке никаких отпечатков. И чем его пилили, они тоже пока не понимают.

– Тоже «ситуация»? – Владислав, щурясь, взглянул на Сашу.

Тот криво усмехнулся и кивнул.

– Да, еще, – нехотя «опомнился» сапер. – Мажордома вам придется заменить, гражданин Барков. Он, похоже, крепко «завис». Мы начали сканировать его на предмет посторонних деталей в системном блоке, а он почему-то заискрил и вспыхнул. Пришлось гасить порошком… Ну, сами понимаете, что там теперь внутри.

– Спасибо, – Барков скрипнул зубами. – Компенсации, конечно, мне не полагается.

– Ну-у, если подадите жалобу, может быть… – сапер ехидно ухмыльнулся.

– Постойте, – вмешался Владислав, – взрывчатки в нем не было?

– Нет. Наверное, просто замкнуло.

– Значит, мы можем его забрать? Климов! Мажордома – на экспертизу, – Владислав Валерьевич заметно оживился. – А вам, Александр, мы поставим нового управляющего домашним хозяйством, я гарантирую. Не расстраивайтесь.

– Постараюсь. – Саша кивком указал на переминающихся у третьего подъезда бойцов группы захвата. – А как насчет злоумышленников? Нашли кого-нибудь?

– Вы же видите, – Владислав усмехнулся. – Раз не спешат обрадовать, значит, как и с отпечатками – полный ноль. Но сейчас важно не это. Сейчас меня больше занимает странное поведение «адской машинки» и вот этот предмет.

Он снова повертел в руках обрезок лома.

– Я же вам говорил, «Сокол» уже не в первый раз устраивает такие фокусы…

– «Сокол», уважаемый Александр, – седой чуть повысил голос, – это всего лишь миниатюрный компьютер с расширенными возможностями и кое-какой особой периферией. Он не умеет дистанционно резать железо и перепаивать провода.

– Я об этом и толкую, но вы не хотите меня слушать, – парировал Барков. – А что, секретные файлы «Сокола» не имеют отношения к подобным штучкам?

– Не совсем, – потеребив короткую седую бородку, задумчиво пробормотал Владислав и тут же спохватился: – Вернее, я не в курсе. Все может быть.

– Ну-ну, – передразнил его Саша. – Теперь мы можем ехать? Мне здесь как-то не по себе. Думаю, моей жене и подавно.

– Да, конечно, – Владислав Валерьевич вручил обрезок лома Климову. – Это тоже отдай экспертам. Встретимся в «гольф-клубе».

– Где? – Саша перевел удивленный взгляд на Васю.

– Увидишь, – Климов подмигнул. – Тебе там понравится…

…Вместе с нужными вещами Лена прихватила свой смарт, и потому, едва усевшись в машину, Барков набрал ее номер. Сашу сильно беспокоило ее состояние. Жена была напугана и давно перешла грань «девятнадцатого нервного срыва». Ее надо было поддержать и успокоить. Ведь даже самому Баркову, во-первых, мужчине, а во-вторых, при поддержке и энергетической «накачке», обеспеченной «Соколом», было тяжело сохранять душевное равновесие в круговерти событий.

– Как ты? – стараясь выглядеть бодрым, спросил Саша.

– Хорошо, – тихо ответила Лена, не глядя в объектив смарта. – Олежка устал, капризничает.

– Ничего, скоро отдохнете. Нам обещан райский уголок.

– Я уже ничего не хочу, – В глазах у Лены блеснули слезинки. – Пусть нас просто отпустят.

– Ты же видишь, нам нельзя оставаться без охраны.

– Я уеду к маме. Там будет безопасно.

– Она опять начнет баловать сына, читать тебе нотации, – Саша улыбнулся, – и через три дня ты запросишься обратно.

– Ну и пусть читает, – голос Лены задрожал. – Я так устала…

– Потерпи, пожалуйста, скоро все наладится.

– Не надо меня успокаивать, я же понимаю, что еще ничего не начиналось… Если мы тебя потеряем, это будет… катастрофа… Саша, давай уедем! Брось все!

– Я не могу, родная. Пойми, это невозможно.

– Это из-за того… происшествия… в бункере? Но ведь ты защищался! Ты спасал нас! Ты… стрелял в плохих, ведь так?!

– Не в этом дело, Ленчик. Меня никто не обвиняет и не шантажирует, участие в этом деле – мой добровольный, осознанный выбор.

– Это дело для тебя важнее, чем мы?!

– Если я все брошу, не останется ничего и никого, в том числе и нас. Я не могу поступить иначе.

– Тогда всему конец. Ты не подумай, я не разуверилась в тебе, но… победить этих… заговорщиков совсем не то же самое, что уложить на песок четверых шахтеров. Ты один не справишься, а я не хочу видеть, как ты гибнешь за бессмысленную и заведомо проигрышную идею!

– Лена, все не так мрачно, – Саша снова ободряюще улыбнулся, хотя в глубине души после слов жены заскребли крупные черные кошки. – Я не один. За моей спиной очень грамотная и сильная команда. В меня верят, поэтому мы справимся. Но я хочу, чтобы ты тоже верила в меня.

– Я… верю, – Лена утерла слезы. – Просто очень боюсь…

Она выключила смарт. Саша не стал повторять вызов. Сейчас им обоим требовалась пауза и пара глотков кислорода. Барков приоткрыл окно и вдохнул горячий, пахнущий асфальтом, пылью и выхлопами городской воздух. От такой «дыхательной смеси» стало еще хуже. Саша закрыл окно и включил посильнее кондиционер.

– Не простудитесь, – заботливо предупредил Владислав.

– Простудиться и сдохнуть сейчас не худший вариант, – поиграв желваками, процедил сквозь зубы Саша.

– Вы не правы, – Владислав Валерьевич осуждающе покачал головой. – Но я вас понимаю…

В «гольф-клубе», зеленом островке, оставшемся от некогда обширного парка Лосиный остров, Баркову действительно понравилось. Он и не предполагал, что прямо в городе – перенаселенном и окончательно задушенном сплошной застройкой – сохранились такие оазисы. Суматошная жизнь мегаполиса огибала эти сто с лишним гектаров аккуратно подстриженных зеленых полян, ровных кустарников и тщательно спланированных лесочков, как вода огибает замшелый валун: она плескалась со всех сторон, бурлила и забрызгивала камень-оазис крупными каплями, но они мгновенно исчезали, не оставляя следов. Так было и здесь: люди, имеющие право войти в этот рай посреди асфальтового ада, мгновенно растворялись в нем, отрекаясь от повседневных забот и суеты. Не все «члены клуба» играли в гольф, но этого на самом деле и не требовалось. Главным условием пребывания на территории закрытого парка было – отдыхать. Никаких дел, за исключением сугубо неофициальных переговоров и обедов с друзьями или партнерами в ресторане, что располагался на первом этаже гостиничного комплекса, умело вписанного в ландшафт точно посередине парка. Никаких забот и волнений. Только изысканная пища, относительно свежий воздух, спорт и оздоровительные процедуры. Так, во всяком случае, утверждал Владислав Валерьевич.