Стивен Кинг за железным занавесом (история книг С. Кинга в СССР и России, 1981-2025)

«Кто вы, мистер Кинг?», или Первая биография

Одной из проблем, с которой столкнулись советские почитатели таланта Стивена Кинга в 1980-е годы (конечно, масштаб поклонения еще не шел ни в какое сравнение с тем, каким в Советском Союзе пользовались такие признанные классики зарубежной фантастики, как Рэй Брэдбери, Айзек Азимов, Артур Кларк или Роберт Хайнлайн, чьи книги все-таки появлялись на прилавках книжных магазинов), был практически полный информационный вакуум вокруг фигуры писателя, катастрофический дефицит информации о самом Кинге. Интерес к его личности был живой, искренний, растущий – и во многом неудовлетворенный.

Что о нем знали? Да почти ничего. Лишь то, что, несмотря на свою молодость, он являлся автором множества бестселлеров, а также то, что Кинг был писателем прогрессивным, современным, в чем-то даже «нашим», не реакционным и не ретроградом. Что за сценами насилия, жестокости и шока кроется нечто более важное – философское, гуманное, общечеловеческое. Однако никакой цельной информации о Кинге не существовало. Даже такие базовые сведения, как дата и место рождения, в конце 1980-х оставались туманными для подавляющего большинства его читателей. Про любимые книги детства, привычки, хобби, увлечения, чувство юмора, страхи или, скажем, отношение к музыке – и вовсе не могло быть и речи.

А ведь хотелось узнать о нем больше. Что это за человек? Как живет? Чем дышит? Что его вдохновляет? Откуда берет сюжеты для своих произведений? Что за личность стоит за страницами «Мертвой зоны», «Воспламеняющей взглядом», «Тумана» и «Способного ученика»?

Но откуда это узнать? Интернета тогда, естественно, не было – он еще даже не начал свое победное шествие. Американские журналы, если и проникали в Советский Союз, то случайно и бессистемно, а знание английского языка у большинства населения оставляло желать лучшего. Во многих школах учили немецкий, и даже у тех, кто изучал английский, уровень знаний, как правило, не позволял читать оригинальные тексты или статьи.

На помощь пришел «Ровесник»[45].

В «Ровеснике», советском (позже – российском) молодежном журнале, очень любили Кинга и знали, что его хотят читать в СССР. Уже в 1984 году там впервые был напечатан рассказ «Корпорация "Бросайте курить"» (Quitters, Inc.). За ним последовали другие рассказы Кинга: в январском номере за 1991 год – «Грузовики» (Trucks), позднее – «На посошок» (One for the Road) и «Детоубийца» (The Boogeyman).

«Ровесник» в конце 1980-х, в годы Перестройки, был уникальным изданием: молодежный, яркий, живой, пестрый, им зачитывались, и он часто становился проводником Запада в советскую культурную среду. Только там можно было почитать рок-энциклопедию (проект Сергея Кастальского).

Особо следует отметить 12-й номер «Ровесника» за 1990 год, где впервые для советских читателей была опубликована краткая биография Стивена Кинга, авторства Пьера Ассулина. Эта статья называлась «Ужасы Стивена Кинга» и стала первым опытом знакомства читательской аудитории СССР с личностью американского писателя и его путем к мировому успеху.

Несмотря на то, что статья журналиста Ассулина, переведенная с французского, содержала, как потом выяснилось, небольшие неточности, она стала настоящим откровением, глотком свежего воздуха и «окном в Европу» (точнее, в дом Кинга).

Вот что можно было узнать из этой публикации:

1. Происхождение Кинга: он родился 21 сентября 1947 года «по ошибке», вопреки ожиданиям родителей, которые уже усыновили ребенка, считая, что своих детей не будет. Его отец бросил семью, когда Стивену было два года, и это предательство повлияло на все творчество писателя. Кинг вырос в бедности, и семья часто переезжала, спасаясь от долгов и нужды.

2. Травматический опыт детства – смерть друга, раздавленного поездом, тяжелое детство, одиночество, издевательства и насмешки со стороны сверстников.

3. Происхождение литературного таланта: первые тексты он начал писать в подростковом возрасте, находя вдохновение в ужасах повседневности, в страхе, в боли. Отец, уходя, оставил чемодан с дешевыми книжками фантастики, что тоже оказало огромное влияние на будущего писателя. Кинга с детства тянуло к рассказам ужасов, монстрам, страху и темной стороне человеческой психики.

4. Работа ради выживания – Кинг трудился кем угодно и где угодно: на заправке, в прачечной (за 1 доллар 75 центов в час, имея на руках диплом филолога!), писал на обратной стороне неоплаченных счетов – не ради славы, а потому что иначе не мог.

5. Путь к успеху – его первая книга «Кэрри» вышла почти случайно, и только после экранизации Брайана Де Пальмы он стал знаменит, стал «мэтром литературы ужасов». Слава пришла не сразу и не просто, успех не был мгновенным, а стал результатом упорного труда, настойчивости и стечения обстоятельств. Кинг работает ежедневно, кроме 25 декабря, 4 июля и 21 сентября.

6. Отношение к деньгам и успеху – несмотря на богатство, Кинг остался в родном Бангоре и не поддался искушению Голливуда и Нью-Йорка.

7. Музыкальные вкусы и социальная позиция – он не выносит диско и купил радиостанцию, чтобы транслировать рок, избегает инвестиций в химическую, оборонную и табачную промышленность – это многое говорит о его взглядах.

8. Фобии и страхи – он боится темноты, кошек, самолетов, числа 13, но больше всего – боится перестать писать. Этот страх сильнее всех его литературных кошмаров.

9. Источник сюжетов – он не выдумывает, он наблюдает. Кинг живет в повседневности и вытягивает из нее то, что пугает всех нас («Было бы интересно, если бы…»). Например, история «Кладбища домашних животных» возникла из опыта гибели семейной кошки.

10. Феномен успеха – Ассулин задается вопросом: случайность ли успех Кинга? Ответ очевиден: Кинг появился вовремя.

11. Критика – Кинга обвиняют в том (помимо щедрых упреков, что «это – не литература»), что по его романам совершаются преступления. Например, во Флориде убийцы врача оставили на стене надпись «redrum», анаграмму «murder» («убийство»), в точности, как в «Сиянии».

Статья Ассулина показала советскому читателю Кинга как живого человека – со страхами, травмами, непростой судьбой и непреодолимой тягой к письму. Его литература ужасов – это не коммерческое чтиво, а своего рода форма исповеди, акт самоисцеления и способ рассказать о страхах современного человека.

Кинг в моей жизни

Мое знакомство со Стивеном Кингом состоялось в отрочестве, в далеком 1990 году. В тот период страну заполонили так называемые «книжки-минутки». Напечатанные на дешевой бумаге, они продавались повсюду: в киосках «Союзпечати», в аэропортах и на вокзалах. Надо же было как-то коротать время в ожидании самолета или поезда, а мобильников тогда еще не существовало. Это были тонкие брошюры, обычно на 16 страниц. Стоили такие книжицы сущие копейки, и я скупал их десятками. Эти небольшие издания стали неожиданным проводником в мир зарубежной литературы.

«Книжки-минутки» предлагали то, что раньше было труднодоступно советскому читателю: фантастику, детективы, ужасы и «прочую нелитературу», как с усмешкой любил говорить мой учитель по русскому языку и литературе в 90-х, Михаил Зиновьевич Шейнин, но меня его мнение никогда особо не волновало.

В 1990 году мне в руки попалась такая «книжка-минутка» с рассказом Стивена Кинга «…Это последний шанс». Уже потом я узнал, что точное название рассказа – «Карниз» (The Ledge).

Читать этот рассказ было как открыть дверь в новый и завораживающий мир. История человека, балансирующего на краю жизни и смерти, держала в напряжении до последней строки. Этот момент стал отправной точкой – я открыл для себя Стивена Кинга и, как выяснится позже, никогда с ним не расставался.

В конце 1991 года мое увлечение Кингом стало настоящей одержимостью. Один из одноклассников прожужжал мне все уши про Кинга, постоянно рассказывая, какой это невероятный писатель, и советовал немедленно найти его книги. Я, помня тот замечательный, запоминающийся рассказ из книжки-минутки, внял его совету и отправился в местную библиотеку. Согласно картотеке, на абонементе должна была быть «Мертвая зона» (издание 1987 года), но мистическим образом и к моему глубочайшему разочарованию, ее на месте не оказалось. И самое странное: книга до сих пор числится в картотеке, как будто застряла во временной петле.

Не оставляя попыток, я принялся искать рассказы Кинга в журналах и газетах. Порой мне удавалось достать заветный номер, только чтобы с разочарованием Вселенского масштаба обнаружить, что страницы с рассказами аккуратно вырезаны. Да, страницы были даже не вырваны, а аккуратненько вырезаны бритвочкой (видимо, чтобы не производить шума в гробовой тишине библиотеки и не привлекать излишнего внимания). Такова была огромная тяга к писателю, что заставляла людей идти на преступления. Это были настоящие охотники за Кингом – люди, которые, вооружившись лезвием, вырезали его рассказы для своей коллекции или просто для тихого чтения дома.

И все же мне удалось раздобыть «Мертвую зону». Помню, как выпросил ее у знакомого буквально на несколько дней. Это была одна из тех книг, которые читаешь на одном дыхании, забывая о еде, сне и уроках.

С того момента романы Короля ужасов хлынули в мою жизнь бешеным, непрерывным, нескончаемым потоком. Я читал все, что мог найти: «Сияние», «Воспламеняющую», сборники рассказов. В 1992 или 1993 году я добрался до «Мизери» – книги, от которой холодели разум и кровь. Для меня это был новый уровень восприятия и напряжения.

Прочитав «Мизери», я отдал книгу своему соседу, дяде Саше, который с удовольствием и неимоверной скоростью глотал любую литературу. Закончив, он воскликнул: «У меня уже на середине романа возникло огромное желание придушить ее голыми руками!», имея в виду Энни Уилкс, взявшую несчастного писателя в плен. Через некоторое время дядя Саша уехал в Германию.

Сейчас мало кто помнит эти забавные, незатейливые книжки-минутки, но они стали моим проводником во Вселенную Стивена Кинга и других авторов. Благодаря этим тонким брошюрам я нашел своего любимого писателя и начал долгое путешествие в мир его произведений.

Под занавес

В первом номере журнала «Современная художественная литература за рубежом» – одного из ведущих советских изданий, знакомивших читателей с иноязычной прозой – за 1990 год появилась статья Виктора Ривоша под заголовком «Стивен Кинг. Зрачки дракона». Это был подробный пересказ одноименного романа-сказки Кинга, вышедшего в США в 1987 году (первоначально – крайне ограниченным тиражом в 1984-м). Сам роман на русском языке на тот момент еще не публиковался, как, впрочем, и подавляющее большинство произведений Кинга.

Особого внимания заслуживает наблюдательность автора статьи. Ривош первым из советских критиков уловил важную межтекстовую связь в творчестве Кинга: он отметил, что главный антагонист сказки – коварный чародей Флэгг – уже появлялся в более раннем романе писателя, «Противостоянии» (1978), в тексте Ривоша названном «Позиция», причем на тот момент постапокалиптическая антиутопия Кинга в СССР тоже еще не переводилась. Тем не менее, Ривош безошибочно идентифицировал Флэгга как «наместника Дьявола на земле» и догадался, что Кинг сознательно создает в своих книгах ситуацию, где одни и те же персонажи – будь то люди, монстры или темные силы – кочуют из романа в роман. Флэгг – один из таких вечных злодеев, его присутствие образует магистральную ось всей темной Вселенной Кинга, вплоть до «Темной Башни».

Заключительный абзац статьи Ривоша звучит почти как растерянная и разочарованная реплика завсегдатая, привыкшего к мрачному очарованию «настоящего Кинга»: «И все-таки знающий и любящий Стивена Кинга в его обычном «амплуа» читатель остается в некотором недоумении. Что же произошло на исходе 80-х с признанным мастером современной «готики»? Или он обратился к давнему «детскому» жанру, пресытившись "воспламеняющими взглядом", излучающими психическую энергию героями и прочими загадочными феноменами атомной эры? Ведь трудно уйти от мысли, что четырнадцатый его роман – сказка конца XX столетия, но сказка отчасти пресная: ей явно не хватает остроты, злободневности»[46].

В 1988 году в издательстве «Политиздат» вышел энциклопедический справочник «Современные Соединенные Штаты Америки», содержавший разнообразнейшие сведения о США (население, экономика, наука, политическая система, культура, искусство, спорт и т. д.)

В разделе «Литература» было написано:

«В США существует огромная по количеству названий и тиражам охранительная, конформистская и антикоммунистическая литература, возникшая еще в конце ХІХ в. Развитие индустрии досуга способствовало быстрому росту "массовой культуры", стремящейся, хотя и безуспешно, монополизировать целые жанры вестерн, детектив и др. Существенной чертой "массовой культуры" является отказ от самостоятельного художественного познания и доминирование стандартных схем изображения, призванного создать конформистскую картину действительности. В поле притяжения "массовой культуры" находились и находятся даже такие писатели, как И. Шоу, Дж. К. Оутс, С. Кинг, чье творчество в целом стоит выше ее ограниченных эстетических и социальных рамок»[47]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

«Не носитель языка, а носитель дурака у вас преподает!» (https://mel.fm/zhizn/istorii/7856430-ne-nositel-yazyka-a-nositel-duraka-u-vas-prepodayet-perevodchik-leonid-volodarsky—o-tom-kak-uchit-a)

2

Так иначе называли Всесоюзную государственную библиотеку иностранной литературы; также это было неофициальное название журнала «Иностранная литература»

3

Авторская ТВ-программа писательницы Татьяны Устиновой «Мой герой» (выпуск с Л.Володарским, 2016)

4

Святослав Чумаков (1930–2015) – советский и российский журналист, писатель, редактор

5

Владимир Овчининский (1939–2002) – советский и российский художник

6

Ивашева Валентина Васильевна (1906–1991) – советский критик и литературовед, один из основоположников отечественной англистики, профессор МГУ

7

Русские литературоведы ХХ века: Биобиблиографический словарь. – М.; СПб, 2017, том 1, с. 357–358 (статья Ларисы Михайловой)

8

Берберова Н. Курсив мой. – М.: АСТ, 2021

9

Семпер (Соколова) Н. Портреты и пейзажи // Дружба Народов. – 1997. – № 2

10

Ивашева Валентина. Стивен Кинг. Мертвая зона // Современная художественная литература за рубежом. – 1981. – № 4

11

Ивашева Валентина. Стивен Кинг. Воспламенительница // Современная художественная литература за рубежом. – 1982. – № 5

12

Синявский Б. Квартироотъемщики // Известия. – 1998, 17 июня. – № 108

13

Маргарита Ивановна Рудомино (1900–1990) – советский библиотекарь и библиотековед

14

Рудомино М. Книги моей судьбы. Воспоминания ровесницы XX века. – М., 2005

15

Олег Сергеевич Васильев (1931–1993) – публицист, журналист-международник, переводчик, литературовед

16

Алексей Зверев (1939–2003) – советский и российский филолог, литературный критик, переводчик

17

Зверев А. Второе зрение // Иностранная литература. – 1984. – № 1

18

Хотиненко В. «Мы все сотканы из русской литературы» // Читаем вместе. – 2020. – № 1-2

19

Кульминации // Знамя. – 2022, 15 декабря. – № 12

20

Грибовская Г. «О пользе и вреде домашней философии» // Литературная газета. – 1984, 25 апреля. – № 17

21

Малахова Ю. ЗА ГРАНЬЮ. Стивен Кинг в ночных кошмарах // Российская газета. – 2002. – № 178

22

Сапрыкин в «Клубе»: мои первые книжки // Полит. Ру. – 2023, 21 июля

23

Леонид Бородин (1938–2011) – советский и русский писатель, поэт и прозаик, публицист, диссидент, главный редактор литературно-публицистического журнала «Москва»

24

Бородин Л. «Затухание русского этноса мы не должны допустить» // Экономическая газета, Москва. – 2000, 5 декабря. – № 49

25

Михаил Державин (1936–2018) – советский и российский актер театра и кино, телеведущий, народный артист РСФСР

26

Виктор Зубарев (1932–1991) – советский актер театра и кино, народный артист РСФСР

27

Жирнов Е. «Наше законодательство отказалось от защиты притязаний автора» // Коммерсантъ-Власть. – 2003, 3 ноября. – № 43

28

Татьяна Кудрявцева (1920–2013) – советский и российский переводчик, литературный редактор. Известна переводом «Унесенных ветром» Маргарет Митчелл

29

Переводчик Сергей Таск – о работе для театра, жизни в США и школе Райт-Ковалевой (https://www.m24.ru/articles/teatr/08082016/112188)

30

Александр Борисович Чаковский (1913–1994) – советский писатель, критик, драматург, журналист, редактор

31

История книги / Под редакцией А. Говорова, Т. Куприяновой. – М.: Светотон, 2001

32

Симонов В. Чем дышишь, Америка? – М.: Издательство Агентства печати Новости, 1987 г.

33

Джеймс Лонгли (1924–1980), 69-й губернатор штата Мэн (прим. Е.Ш.)

34

Точнее, весной 1974 года (прим. Е.Ш.)

35

Lilja's Library (https://www.liljas-library.com/showinterview.php?id=34)

36

Данилофф Н. Две жизни, одна Россия. Невыдуманная история о том, как американец был взят заложником КГБ. – М.: Имидж, 1992 г.

37

Мэлор Георгиевич Стуруа (1928–2021) – советский и российский журналист-международник и писатель

38

Лев Эдуардович Варустин (1928–2013) – советский и российский журналист и литератор

39

Варустин Л. Фантастические и реальные прозрения Стивена Кинга // Звезда. – 1986. – № 4

40

Мэлор Стуруа: «Я колебался с линией партии, но подлецом не был», https://www.mk.ru/social/2018/04/22/melor-sturua-ya-kolebalsya-s-liniey-partii-no-podlecom-ne-byl.html

41

Стуруа М. Так ли далек Стивен Кинг от истины? // Звезда. – 1986. – № 7

42

Сергей Дмитриев: «Такова была партийная линия – хороших, проверенных авторов, «воспитателей душ», надо хорошо оплачивать» (https://portal-kultura.ru/articles/books/329243-takova-byla-partiynaya-liniya-khoroshikh-proverennykh-avtorov-vospitateley-dush-nado-khorosho-oplach)

43

Мотрич В. Столкновения судов и их предупреждение. Новый взгляд. – СПб.: БХВ-Петербург, 2017

44

Таск С. Посторонний: к портрету Ельцина // Новое русское слово. – 1989, 20 октября.

45

Журнал «Ровесник» выходил с 1962 года по 2014 год

46

Ривош В. Стивен Кинг. Зрачки дракона // Современная художественная литература за рубежом. – 1990. – № 1

47

Современные Соединенные Штаты Америки: Энциклопедический справочник. – М.: Политиздат, 1988