Зов Латыря

Глава 4

Убедившись, что зоркие глаза Афанасия его не видят, Олег обошёл избу с другой стороны и стал ждать. Из головы никак не шло странное поведение Дарьи. Куда она спешила на ночь глядя? Или она просто так нервничала из-за присутствия непрошенного гостя. Этого зелейщик не знал. Потому и остался. Сидел в кромешной тьме у задней стены избы и ждал. Латырь-камень был всё таким же горячим, как и в жилище старосты. Ощущение, что его сестра или её каменьгде-то здесь, свербило в груди. Пять лет поисков впустую и вот – та самая ниточка, которую Олег боялся потерять.

В деревне было тихо. Спал даже ветер. Чем дольше зелейщик сидел, тем тяжелее были веки. Хмель делал своё дело и парень то и дело вздрагивал, когда разум начинал погружаться в мир снов. Дарья, наверняка, ждёт, когда её батенька крепко захрапит, чтобы незаметно выскочить из гнезда. Парню хотелось верить именно в это. И он был прав. Дверь тихо заскрипела. Олег поднялся на ноги и стал вслушиваться.

Озираясь по сторонам, Дарья спешно зашагала в темноту. Зелейщик дождался, пока она отойдёт подальше и последовал за ней.

– «Куда же ты, голубушка, мчишся?», – подумал Олег, пытаясь не потерять девушку из виду.

У Дарьи было два преимущества: ночь и трезвые ноги. Зелейщик брёл, не разбирая дороги, постоянно спотыкаясь.

– «Ни свечи, ни факела… никак от папеньки зрение хорошее досталось?», – продолжал бубнить у себя в голове парень.

Дорожка, по которой он шёл за дочкой старосты, вела в лес. Девушка резко остановилась прямо у кромки. Избы и землянки остались позади, а деревьев, за которыми можно было бы укрыться, поблизости не было. Недолго думая, Олег плюхнулся на землю и притих. Дарья огляделась и шагнула в лес.

Когда зелейщик поднялся на ноги, её уже не было. Побродив немного меж высоких сосен, он решил, что пора возвращаться, пока в этой темноте и сам не потерялся.

Добравшись до мельницы, Олег распряг Бурьку, привязал её к покосившемуся столбику и лёг рядом с телегой на охабень.

– И как всё прошло?

Злоба появилась из густого облака и нависла прямо над зелейщиком. Олег махнул рукой. Говорить прямо сейчас он был не намерен. Усталость и хмель брали своё.

– Не сейчас, Злоба.

– Тебя не было целый…

– Тшшш, – зашипел он и приложил указательный палец к губам. – Не нуди. И вообще, – Олег громко зевнул и снял с шеи камень.

– НЕТ! – она крикнула, но зелейщик уже начал ритуал.

– Глаза зашиваю, слуха лишаю, глаза зашиваю, да речи лишаю, тебя запираю, – раздался едва слышный хлопок и Злоба исчезла.

В глазах немного плыло – мёд у старосты был знатный. Олег смотрел на яркие летние звёзды и ни о чём не думал. Ему нравилось проводить так ночи. Бывало, он мог долежать так до зорьки, а потом встать только к полудню. Правда, таких деньков было немного. За пять лет своих странствий зелейщик редко оставался на одном месте дольше двух дней, особенно, если приехал поохотиться.

В нескольких шагах от Олега похрапывала Бурька. Несладко ей сегодня пришлось: почти полдня в галопе без передышки от волков мчалась, да ещё и запряжённая в деревянную, загруженную телегу. Глаза зелейщика начали слипаться. Звёзды закружились в хороводе, сливаясь в одно бледно-жёлтое пятно, а потом – Бам! Разлетелись на тьму крохотных кусочков и понеслись в разные стороны. Зелейщик даже почувствовал, как осколочки падают прямо на его лицо. Они были холодные и шевелились.

Олег открыл глаза. Прямо над ним, склонив голову, стояла обнажённая женщина. Распущенные тёмные волосы незнакомки нависали над головой парня, словно змеи, готовые впиться зубами в шею зелейщику. Кожа на её теле была покрыта маленькими бугорками. Они пульсировали в такт с сердцем и бежали вверх, словно сотни мелких насекомых. Из пустых глазниц и ноздрей выползали опарыши. Они падали парню прямо на лицо, покрывая кожу зловонной ледяной слизью. Олег попытался пошевелиться, но его не слушались даже пальцы. Женщина склонилась ниже и глубоко вздохнула.

– Беги, – вместе со звуком из её рта посыпались крохотные чёрные паучки. Зелейщик чувствовал, как они набиваются в уши, ноздри, рот и глаза, но ничего не мог с этим сделать. – Беги! – повторила девушка едва слышным шёпотом. – Беги! – её рука резко взмыла вверх и камнем рухнула на его грудь. От удара у парня перехватило дыхание. Он почувствовал, как земля под ним стала засасывать тело, словно болото. И, чем глубже зелейщик погружался, тем сильнее чувствовал холодные вязкие объятия. Мгновение и в глазах потемнело.

Олег резко вскочил и принялся в кровь царапать ногтями своё лицо, пытаясь вытащить насекомых, которые, по его ощущениям, были уже под кожей.

– Барын, ты, это, чего верещишь-то? Никак, оса ужалила?

Зелейщик замер. В лицо бил яркий луч ещё холодного утреннего солнца. В паре шагов от Олега стоял низенький худощавый мужичок с редкими седыми волосами.

– Ты, это, барын, ежели уже не спишь, – продолжал он, – то, там, это, староста тебя уже ждёт на рынке.

Олег потёр пальцами глаза, пытаясь сбросить с них остатки ночного сна.

– Да, благодарю, – сказал парень, – передай старосте, что я сейчас подойду.

Мужичок молча кивнул и зашагал в сторону деревни. Зелейщик посмотрел на мельницу. Та тихо поскрипывала колесом в потоках воды. На крыше снова сидел чёрный ворон. Птица каркнула и взмыла в небо.

– Ух, – буркнул Олег, – неприятненько. И зачем же ты меня сюда привела, сестричка? Неужто, здесь тебя искать надо? – Он посмотрел на спящую кобылу и насупился. В голове было как-то тихо. Зелейщик забыл, что прошлой ночью запер Злобу в камне. Она всегда была рядом последние три года и Олег уже привык к её вечному недовольству и ёрничеству. Хотя это и выводило его из себя. Как ни крути, а она часто выручала его. С другой стороны, он понимал, что если бы не договор, который держит её в камне и принуждает подчиняться своему хозяину, ведьма уже давно бы сбежала.

Олег почесал кончик носа. Пустой желудок заурчал. Ему пора идти на рынок, где его уже ждут, и Злоба там может пригодиться. Зелейщик снял камень и быстро протараторил заговор. Выпускать ведьму он не планировал. Поэтому просто снял непрогляд и «развязал»рот.

– Я тебя ненавижу! – обиженный возглас тут же ударил внутри головы Олега. Парень заводил скулами. Голова и без того гудела, напоминая о вчерашнем вечере.

– Да не верещи ты, окаянная, – зелейщик потёр сонное лицо ладонями и громко зевнул. – Твоя задача – помогать мне, а не кричать. Лучше гляди в оба своих глаза, пока возможность есть.

Женщина из сна осталась в памяти смутным пятном, но всё не шла из головы Олега. Отчётливо рисовались только опарыши и пауки, которые лезли под кожу. Но он точно где-то её уже видел, вот только не мог вспомнить, где именно. Афанасий стоял в окружении небольшой толпы местных жителей и о чём-то весело рассказывал. Рынок уже вовсю жил своей жизнью. Между торговыми лавками с рыбой, птицей, выпечкой, салом, шкурами животных и мёдом, слонялись люди. Под ногами то и дело шныряли и перекрикивались друг с другом дети. Сегодня они уже не были, как волки, а просто носились друг за другом. Один мальчуган, который Олегу напомнил самого себя в детстве, налетел на зелейщика и плюхнулся на землю. Мальчишка растерялся, вскочил на ноги и испуганно уставился на чужака. В широко раскрытых глазах читалась паника.

– Беги! – закричал мальчуган и тут же стрелой унёсся в толпу.

Белая вспышка вернула Олега в ночной кошмар. На мгновение зелейщик вновь оказался на траве, весь покрытый пауками и опарышами.

– Да чтоб тебя! – парень встряхнул голову.

От вчерашней грязи под ногами не осталось и следа. Олег подошёл к кучке людей, которая окружила старосту. По правую руку от Афанасия стоял невысокий коренастый мужичок с чёрными до плеч сальными волосами, впалыми глазами и длинным крючковатым носом.

– Ой, гляди, какой неприятненький, – эхом раздалось в голове зелейщика.

– Да, я тоже думаю, что знахарь не простой, но думки – думками, а сейчас всё и так понятно будет, – буркнул в пустоту Олег и подошёл ближе. Заметив гостя, староста изобразил улыбку и шагнул навстречу.

– Здрав будь, барын. Я уж было подумал, што мёд совсем ноги тебе связал, – надменно сказал Афанасий.

– И тебе здравия, – ответил Олег. – Воздух у вас хороший, спал, как младенец, – шутливо кинул зелейщик. Староста на мгновение замялся. По его глазам было понятно, что он ожидал другого ответа, но быстро пришёл в себя и повернулся к мужику с крючковатым носом.

– Вот, собсна, – затараторил он, – наш знахарь Ефим. Он у нас, ну очень большой умелец в разных там травах, да заговорах.

– Ага, зубы заговаривать он умелец, – крикнул кто-то из толпы и все в голос засмеялись. Олег, что было сил, старался сдержать смех, но выходило, мягко говоря, не очень.«Мнение простого народа всегда от сердца исходит», – так он говорил в подобных случаях. Олег понимал, что из-за этого он уже не лучшего мнения о местном травнике, хотя ещё даже не знаком с ним.

– Ну-ка! – громогласно гаркнул староста. – Кто тут тавро за клевету хочет? Сейчас мигом прям на лбу выжгу! – толпа резко умолкла. – Не слушай их, барин, – продолжил Афанасий, – ибо не ведают, что говорят.

Олег едва заметно улыбнулся и молча кивнул старосте. Он вспомнил, как прошлым вечером дочка Афанасия сказала ровно то же самое про здешнего знахаря Ефима. Погружённый в воспоминания о вчерашнем дне и кошмарном сне, Олег не заметил, как староста уже вовсю рассказывает окружившей их толпе о том, что «барын – лекарь из Владимира». Мол, кто хочет, может к нему сходить, от хворей полечиться иль оберег какой себе купить, чтоб защита от дурного была. Зелейщик только сейчас понял, что не помнит лица Дарьи. Она весь вечер просидела, склонив голову над столом. Помнил Олег только длинную косу, которую девушка теребила пальцами и тёмный силуэт, скрывшийся в лесу.

– Барын? – Словно по щелчку, парень пришёл в себя. Он понял, что, сам того не подозревая, во все глаза смотрел на ту самую женщину из кошмара. Только выглядела она немного иначе, да и говорила куда более невнятно. Бледная, в окровавленной рубахе, стояла у одной из избушек, поодаль от шумной и суетной толпы, что-то бормотала и так же пристально смотрела на зелейщика. Как только осознание пришло ему в голову, перед глазами замелькали неприятные картинки из сна, а в нос ударил резкий запах крови. Ещё прошлым утром она дважды заявлялась к нему, хрипела что-то нечленораздельное, а он её прогнал. И теперь это не давало ему покоя. Здоровая ладонь старосты мягко плюхнулась ему на плечо.

– Ну, допустим, это она была. Но, зачем? – буркнул Олег сам себе, погружённый в размышления.

– Кто, она, барын? – спросил староста.

– А? – задумчиво бросил Олег. Лоб покрылся холодной испариной. – Что ты говоришь? – обратился он к Афанасию.

– Я говорю, тут это, – староста, скривился и недовольно указал на двух мужичков и трёх женщин, которые стояли прямо перед ними, – вот собсна, это к тебе за помощью хотят.

Олег быстро окинул их взглядом и посмотрел туда, где только что стояла женщина. Но её там уже не было. Кучка зевак плотным кольцом сжималась вокруг чужака, каждый хотел оценить «товар» лицом. Толпа шумела десятками голосов. В паре шагов от зелейщика пожилой мужичок, с торчащей во все стороны копной седых волос, эмоционально тряс руками перед лицом и рассказывал своему собеседнику ночную беду.

– Дык, ты понимашь, – дрожью в голосе рассыпал старик. – На той седмице теля издохло, а сегодня утром захожу у хлев и Зорька, кормилица, лежит окоченевшая.

– Да ты што? – смоля трубку и выпуская густые клубы дыма, пробурчал его собеседник. – Вон у Михалапа, да чи той ночью, пять овец пропало, а от козла только рога и остались. Куда делись, никто не видал.

– Она исчезла, – в голове зелейщика раздался голос Злобы.

– Так значит, найти надо! – злобно прошипел Олег.

– Кого найти, барын? – потупив взгляд, спросил Афанасий.

– Я хотел сказать, что мне идти надо, – выдавил зелейщик и резко повернулся к старосте, – а дочь твоя где?

Афанасий насупил брови и расправил и без того широкие плечи. Он немного склонил голову к Олегу. Добротой от такого взгляда даже не пахло. Связываться с таким верзилой и уж тем-более злить его – не самая хорошая идея. Кулак размером с половину головы Олега не даст даже шанса в честном бою. «Да когда ж ты научишься задавать вопросы не накликая беды?», – самокритично подумал зелейщик.

– А тебе, собсна, до неё какое дело, барын? – Гулко прошипел староста и махнул рукой в сторону толпы, которая пристально смотрела на происходящее. – Ты вона, лучше людями займись.

– Да ты не подумай плохого, Афанасий, – с натянутой улыбкой произнёс Олег. – Так, просто об ухе вчерашней подумал, да про Дарьюшку вспомнил.

– Ты ж людям помогать собрался, – буркнул староста и положил здоровую ладонь на плечо зелейщику. – Так, собсна, и помогай али едь, куда ехал.

Олег кивнул и молча убрал с плеча руку старосты.

– Пусть после обеда приходят.

Местный знахарь был явно не очень доволен. На его перекошенном лице читалась озлобленность. Олег это заметил, но сейчас его не заботили чувства человека, который слывёт у народа обманщиком. Ничего не сказав, парень развернулся и зашагал прочь. Староста злобно посмотрел на тех пятерых и пожал плечами.

– Ну, вы усё слышали, – пробубнил он, а потом повернулся к Ефиму и прошептал, – чудной этот барын, не нравится он мне.

– Бедой от него тянет, – с неприязнью прошипел Ефим, – попомни мои слова, староста.

Толпа разошлась, растворяясь голосами в гуле оживлённого деревенского рынка, на который каждую неделю съезжаются все окрестные селения. Возле покосившегося забора у первого дома стояли всё те же два мужика и эмоционально обсуждали неудачи в Ливонской войне.

– Здрав будь, барын, – лениво кинули они и вернулись к своему разговору.

Олег молча кивнул им и резко остановился.

– Слушайте, мужики, – с задумчивым видом заговорил Олег, – а у вас в деревне ведьмы или колдуны есть? Аль может вы кого в таком подозреваете?

Те посмотрели на зелейщика с удивлением и переглянулись. От толстого коротышки по-прежнему сильно воняло псиной. Олегу показалось, что сегодня запах был ещё более резкий. В носу засвербило и Олег чихнул.

– Ну, как тебе сказать, барын, – разводя руками начал отвечать рослый мужик с пятном на рубахе, – тут как оно всё, в любую избу пальцем ткни, если баба там живёт, то вот тебе и ведьма.

– Это как так? – Олег потупил взгляд и потёр рукой затылок.

– Ну дык, это, – продолжал мужик, – бабы, они ж это, по натуре своей ведьмы. Нет-нет, а заговор какой-нибудь знает, а если с соседями чего не поделит, так и точно гадости наделает.

– А вы видели, как они это делают?

– Ну дык люди судачут, значит кто-то, да делает, – протараторил мужик, – а тебе зачем?

– Да так, просто интересно, – зелейщик уже собрался уходить, как в голову пришла мысль.

Олег только сейчас подумал, что это первое, с чего вообще стоило начинать поиски. Но вчера, да и не только вчера, его мысли бились в противоречиях и панике. Изгой, который потерял всё и живёт ради одной цели – найти сестру. А что потом? С этим вопросом он засыпал каждую ночь и просыпался каждое утро. Но, пока что, месть – всё, что у него есть.

– А у вас муж знатный, чем-то на старосту вашего похожий, не появлялся? Высокий такой, – Олег поднял руку над головой, демонстрируя немалый рост. – Он ещё прихрамывает немного.

Мужики переглянулись. По их растерянности было понятно, что чуда не будет.

– Да чи нет, – неуверенно ответил здоровяк с зубами, как у бобра. – У нас тута приезжих да и нету. – Он окинул Олега взглядом с головы до ног, – ну, окромя тебя.

Кто-кто, а эта парочка наверняка знает обо всём, что творится в деревне. Вряд ли какие-то слухи от них ускользнут. Во всяком случае, Олег думал именно так.

– Ну, бывайте, мужики – ответил он, развернулся и зашагал к своей телеге. Отойдя так, что голоса «узаборной парочки» были едва различимы, за исключением гогота, ржали они на всю деревню, зелейщик обернулся и почесал кончик носа.

– Все бабы – ведьмы у него, тьфу, белебеня, – пробубнил Олег и нахмурил брови.

– Ну боброзубый-то, прав про баб отчасти, – ехидный голос Злобы, словно мысли, возник в голове Олега. – Вот только зачем нам здесь оставаться, если Чеслава тут никто не видел?

– Сейчас набегут и проверим, кто тут ведьма. Но, судя по тому, как в деревне земелька уработана, колдовством тут точно балуются, – зелейщик скривился. Пустой желудок снова неприятно заурчал. – А ты не путай меня! Я и без тебя с этим отлично справляюсь, – бросил он и зашагал дальше. – А то живо в болоте утоплю, будешь жабам мозги пудрить.

Олег был уверен, что сестра, вернее её душа, не зря привела его в эту деревню. Если это место как-то связано с Горицей, то он сделает всё, чтобы найти эту ниточку.

Глава 5

Ждать желающих получить «волшебную помощь» долго не пришлось. Олег только и успел, что перегнать Бурьку с телегой на другую сторону холма, ближе к деревне, да проглотить кусок запечёной на углях репы. Вытаскивать короба, в которых он хранил уже готовые зелья с отварами, и разводить костёр пришлось уже выслушивая первого страждущего. Это была бабулька преклонных лет, глядя на которую Олегу становилось не по себе. Не из-за её вида – парень боялся, что придёт время и он тоже станет немощным стариком, который и ходить-то с трудом может. Когда парень размышлял об этом вслух, Злоба всегда его успокаивала, говоря: «До старости ты точно не проживёшь. Тебя или убьют или убьют – другого не дано».

– Знаешь, милок, – жалилась бабулька, – чавой-то голова стала часто болеть. Как темнеет, так и жить не хочется. Уже поди третьи сутки мучаюсь, да спать не могу. А как кочет закричит и уся боль кудай-то девается, как и не бывало.

– Интересненько, – едва слышно пробурчал Олег. Кто-то явно помогает бабульке страдать ночами. С соседями чего-то не поделила? Или кому-то из молодых тесно стало в избе с ней жить? Этого зелейщик не знал, но чувствовал, что кто-то точно шепчет на старушку. – Ты, бабуль, не переживай. Я тебе сейчас травок своих дам, ты, как вечер наступит, отвари их и жижицу выпей. Только сразу ложись. Травки сильные, в сон быстро утащат и боль пройдёт, – зелейщик полез к себе в телегу и достал оттуда небольшие свёртки.

Парень бросил в ступку сушёный корень чёрной бузины, веточку душицы и валерианы. Затем растолок их в порошок, пересыпал в маленький холщовый мешочек и отдал бабульке.

– Только ты этот мешочек не выбрасывай, день и ночь с собой его носи, – сказал ей зелейщик.

Старушка закряхтела в благодарности и уже собралась идти, как Олег её остановил.

– Скажи бабуль, а ты ничего странного в последнее время не видала? Может ходит кто ночами по улице, пока спят все или звуки странные?

Она исподлобья посмотрела на Олега. Стоять старушке было явно тяжело.

– Знаешь, милок, – закряхтела она и опёрлась рукой на колесо телеги. – Мрут тут все. Поди проклял кто.

– Прямо таки все?

– Да от дитяток до скотины.

Зелейщик ничего не сказал. Про мор скота он уже слышал сегодня, когда был на рынке. Не успела старушка отойти от Олега, как за своей порцией помощи пришёл щупленький мужичок в застиранной рубахе, от которой сильно разило навозом. Бедолагу уже вторую седьмицу кошмары мучают: то бесы за ним гоняются и рвут на части, то он словно зверь дикий на соседей кидается, да грызёт их. Даже к местному знахарю обращался, но тот не помог. Вернее, помог, дал какой-то горькой гадости выпить и кошмары прошли, но уже через пару ночей вернулись. Зелейщик дал мужичку настойку из вереска, пустырника и сушеницы.