Моя тайская жена, Сибирь+Исан

-– гл. 7 Просто жизнь –

Обыкновенная жизнь Таиланда сильно отличается от российской обыденности. К ней приходится привыкать, где-то приспосабливаться, где-то пытаться изменить так, как считаешь правильным. Изменить по праву мужчины и старшего члена семьи. Но большинство особенностей так и остаются всего лишь особенностями и не мешают жить, а только добавляют остроты в это блюдо. Говорят, гастрономические наклонности очень влияют на крепость семьи. Пресловутое – «Путь к сердцу мужчины лежит через желудок», в Сиаме очень актуально. По признанию моей жены, она очень была обеспокоена моими привычками к пище, пока не проверила их на опыте. В течение полугода все знакомые задавали ей вопрос об этом предмете. Как она объяснила, это является камнем преткновения во многих смешанных парах. Я успокоил её ещё в наши первые дни – спокойно ел то, что и все тайцы. По утрам не требовал варить кашу, а сам себе делал сэндвич ростером, вечером шли на рынок и выбирали какой-нибудь суп не очень острый. «Пед нид ной» – острое немного, рекомендуемый всеми разговорниками для туристов, таковым не является. С учётом любви тайцев к специям лучше категоричное – «Май пед крап» – не острое пожалуйста. Нашим сходством во вкусах жена хвасталась подругам. Я не напрягал её специальной готовкой для себя и не копался недоверчиво в тарелке, всем своим видом вопрошая «Can eating?» О таких проблемах своей далёкой подруги она рассказывала мне со смехом.

Приготовлением пищи в тайской семье носит эпизодический характер. Они давно привыкли к разделению труда. Чаще всего дома готовится только рис, а «к рису» покупается на местном рыночке. Выбор достаточно большой, цены умеренные, можно неделю менять блюда в зависимости от вкусовых предпочтений, капризов и внезапных желаний. Но иногда Ринда накупала продуктов и говорила: «Сегодня будет исан-фуд», иногда это был «вьетнам-фуд». Такая готовка превращалась в священнодействие, а вечер в дегустацию и гастрономическое шоу. Но специи в исанском меню присутствуют всегда, и с этим приходится мириться.

С чем я не намерен был мириться – с крупной нарезкой огурцов. Огурцы и помидоры отныне нарезаю сам и со своего края тарелки солю. Ещё в России мне говорили, что овощи надо привыкать есть без соли, так полезнее. Вот наконец, я так и ем, но огурцами, разрезанными вдоль и посыпанными солью до сих пор себя балую. Без хлеба. Крупно нарезанный овощи и травы присутствуют и в супах, есть неудобно, но так положено. Если это просто тушёные овощи, стебли бамбука, ростки каких-то огородных культур, то с этим можно мирится. Но не в супе! Воюем по этому вопросу, но как-то вяло. То, что во мне нравится моей жене – неприхотливость в пище, в самом деле, является чертой моего характера.

В спешке мы можем совместно приготовить омлет. Жена смешивает яйца, а я незаметно подливаю туда молока, омлет чуть-чуть пригорает из-за этого, но мне кажется вкуснее, а ей некрасивым. Вместо соли используется солёный рыбный соус, который давно уже мною одобрен. Я не понимаю, почему многие воротят нос, в Сибири испокон веку ели рыбу с душком. Морепродукты мы едим строго на пикниках. Они приобретаются на специальном рынке и там же готовятся. Но иногда мы разводим костёр сами и жарим всё это великолепие на решётке. Ни исанская жена, ни русский муж не выросли на морских деликатесах, нам вполне хватает речной рыбы иногда. Но ракушки вареные, печёные, жареные жена покупает для стимулирования моего интереса к противоположному полу и мужского здоровья. В виде профилактических мер и, потому что вкусно.

Культура одежды тоже может первое время шокировать неосведомленного наблюдателя. Такие привлекательные шортики на улицах Паттайя не имеют ничего общего с повседневной одеждой тайской провинции. Я не имею в виду национальные одежды. Такие костюмы они надевают только на большие праздники. На работу ходят если не в униформе, то в джинсах. Женщины часто в платьишках, юбка-карандаш по колено и сорочках с длинным рукавом. Приходя домой переодевают что-то одно, например, сменила только юбку и ходит по хозяйству. Такое я часто наблюдаю у школьников – в шортах, каких попало, и форменной рубахе. Но самый шок для меня был встретить вечером в местном магазине женщину в пижаме или ночной рубашке. Это совершенно нормально, после душа пойти в магазин за чем-нибудь нужным. Даже солидная женщина никак не застесняется выйти на улицу в цветной футболке и сатиновых трусах, семейных по русским меркам. Всё дело в том, что и пижама, и ночная длинная рубашка одевается сверху бюстгальтера и трусиков. Так и спать ложится моя тайка, full dress. На все мои протесты она отвечает, что так положено, так привыкла, что стесняется. Такие интимные одежды, на мой взгляд, на улице соседствуют с обычными футболками и спортивными трусами. Для тайцев интимно только обнажённое тело. Жара не даёт одеваться по этикету.

Первое время меня изумляло такое обилие на рынках и в магазинах спортивных комплектов трусы-футболка, ярких, цветных, из полиамидных нитей. В таких комплектах и взрослые, и дети купаются, ходят в магазин, бегают и грают на улице, ложатся спать. Лечь спать в джинсах тоже не возбраняется, хотя и неудобно. Лучше переодеться во что-то лёгкое после душа. Душ перед сном обязателен. Душ – это святое. В первый раз, очутившись в общественном душе на пляже, я не мог сообразить что к чему. Душем тут называют любое устройство для мытья тела. Часто, в тайских домах это бочка, наполненная водой. На пляжах, совместно с туалетом, это узкие бетонные ванны вдоль стены с ковшиком. Такой же душ и в монастыре был на Самуи. Такой душ попыталась устроить моя половинка, когда вдруг начались перебои с водоснабжением, и европейский душ не работал. Мы установили пластиковую бочку в санузле, наполнили её водой и таким образом мылись. Каких усилий мне стоило пресечь такой душ в дальнейшем. Мне бочка мешала, а удобнее казалось мыться, не плеская на себя чашкой, а под лейкой.

Такая одежда меняется ежедневно. Стирка является национальной особенностью тайцев. Эти и объясняется возможность спать в повседневном на кровати. Для работающего человека смена одежды после душа естественна для отдыха, а потом и в постель. Для ребятишек смена формы до вечернего душа, вроде как и не рациональна. Для меня это не было чем-то особо удивительным, просто было жалко Ринду. Стирка проводилась очень часто, отнимала уйму времени и сил. В первый же визит на правах жениха, ещё до свадьбы, я настоял, и мы поехали в Tesco Lotus. Выбрали хорошую стиральную машинку-автомат, купили и установили. Теперь можно было отвлекаться на более приятные вещи, одежда стиралась почти сама.

Как любая женщина, Ринда любит одеваться красиво и стильно. У неё, да и у всех таек, прекрасный вкус на хорошие вещи. Стираться и гладить такие вещи часто приходится в прачечных, которых полно в любом посёлке. Конечно, стираем мы всё сами, правильно выгладить платье или брюки жена тоже может прекрасно. Но такое количество рубашек с отложным воротником, брюки со стрелками заставляет периодически пользоваться услугами Laundry shop.

По отзывам российских модниц, шоппинг в Бангкоке очень увлекателен, множество красивых модных вещей. Тайки ни в чём не отстают от заморских дам. Я видел и в столице, и в Паттайя много стильно одетых женщин и девушек. Не отвлекаюсь на улицы центральной части города. Но меня иногда смущает несколько детская манера выбора расцветок для повседневной одежды. Даже пожилые тайки носят футболки с мультяшными принтами, розовые тапочки или трусы-шорты в цветочек. В отношении обуви то же самое. В этом еще раз угадывается тайское детское отношение к жизни. Стильная одежда, форменные корпоративные блузы и легкомысленные футболки соседствуют в гардеробе моей жены без стеснения.

В наше путешествие на Ко Чанг подруга подарила Ринде бикини. Она долго стеснялась его надевать, но на острове многие азиаты носят бикини. Тем более, бикини было закрытого типа. Но при первой же возможности она одевала лёгкие шорты и бродила со мной по линии прибоя в них и футболке. Купаются тайцы, как и спят – в полной экипировке. Спортивные трусы и футболка, под ними трусы или плавки. Часто вижу купающихся девушек в лосинах и туниках. Обнажаться неприлично, хотя молодые девчонки любят щегольнуть по улице в узеньких шортах и обтягивающих майках, но это ж совсем другое, по их мнению.

Большое значение в жизни тайца имеет религия. Множество храмов и монастырей только подтверждает это. В религии Сиама смешано несколько конфессий. Основное место принадлежит буддизму, но очень почитаемы китайские святые даосизма, а в домиках для духов часто можно увидеть индуистские божества. Возле каждого дома есть такой домик для духов, которому периодически преподносят дары. В каждом доме есть маленький буддистский алтарь. Статуэтка Будды, сидящая в позе лотоса, рядом статуэтки поменьше, совершенно различные. На каждую фазу Луны к домашнему алтарю делается подношение. Когда с нами жила её мама, это делала она. Сейчас забота об алтаре на Ринде. Ставятся цветы в двух вазочках, обязательным подношением является специальный набор, в котором собраны самодельные сигары, щепоть табака, жевательный бетель, дольки мака. По желанию хозяйки дома Буде и святым могут подноситься фрукты, конфеты, печенюшки. Обязателен стакан с чистой водой каждому святому. Вода не из-под крана, только настоящая питьевая. На улице для духов зажигаются благовонные палочки – Ту. В доме благовония не курят. Четыре раза в месяц Ринда читает молитвы и кратко медитирует. Я, по своей привычке, медитирую с утра во вторник, день моего рождения. Но благовония для духов мы воскуриваем вместе, вместе же периодически предлагаем пищу монаху, «сай баат». По местным поверьям, если муж и жена вместе подносят пищу монаху, то в будущей жизни они родятся вместе.

Постепенно от понимания Таиланда через мою женщину, я стал переходить к понимаю Таиланда, не взирая на мою женщину. Обобщения должны делаться очень осторожно.

-– гл. 8 Жизнь собачья и наш Север –

Жизнь бездомного пса в Таиланде мне напоминает розовую мечту нищего из Европы. Не случайно по буддистским понятиям Таиланда, собака – это нищий в прошлой жизни. Жизнь нищего привела к такому понижению социального статуса, и теперь, люди относятся к собаке, как к равному существу, помогают ему выжить и снова стать человеком. Такова мудрость теории реинкарнации. Но и внешне можно только удивиться отношению людей и собак в обыденной жизни. Уважение к праву любого существа на жизнь в этом случае расцветает в полной мере. Тайские собаки – это что-то уникальное.

Они живут рядом с магазинами и рынками, выполняют своеобразную роль администраторов территории. Вход на эту территорию чужим собакам ревностно охраняется. Однако, драки не часты, поскольку вопрос решён давно. А вот людей они знают и помнят, сопровождают и развлекают их. Подозреваю, что считают их гостями на своём участке. Да, именно так и никак иначе. Этому я наблюдал множество подтверждений. На дорогах собаки ведут себя крайне свободно, они точно знают, что их объедут даже не сигналя. Гуляют степенно, при звуке мотоцикла или машины вовремя отскакивают, но не убегают. Хотя калеченых собак довольно много, уроком им это не служит. Собаки продолжают считать за собой приоритет на дороге. Иногда, по интернациональной привычке, собаки гоняются за мотоциклами или велосипедами, но чисто для собственного развлечения. Метить территорию стараются ежедневно, часто вызывая этим недовольство. Но умное животное правильно понимает принцип добрососедства. Наш старый друг, бродячий пёс Дамм, после нескольких внушений и угроз, подкрепляемых метлой – «Нельзя пи-пи на мой мотосай!», согласился. В данное время он это делает на стену рядом с мотоциклом.

Перед моим переездом в Таиланд жена выправляла себе паспорт в Нонг Кхай и привезла оттуда месячного щенка, помесь фокстерьера и беспородной мелкой собачки. Маленькое существо было представлено мне по Skype, назвали мы его Север. Для Ринды, учитывая трепетное отношение к собакам всех тайцев и милую внешность, он стал почти родным ребёнком. Весёлый и бесстрашный нрав, чистенькая шкура и бусинки глаз умиляли. Жена периодически мыла его со специальным шампунем, мы делали псу все положенные прививки и защищали от клещей и соседских собак. Впрочем, Сивер сам быстро нашёл взаимопонимание с соседским псом Таном и с бродячим Даммом. Отношение с сучками с соседней улицы никак не складывались, и в щенячьем возрасте он получил несколько значительных травм.

Первые месяцы моего пребывания тут, он был моим компаньоном по прогулкам. При моих тренировках у-шу и походах к бассейну всегда сопровождал меня. Умильно было наблюдать, когда на мой призыв погулять среди белого дня, он поднимался и понуро брёл в тени заборов. Но утром и после заката радостно носился и откликался на свист. Подрастая, Сивер выказывал свой независимый и разгильдяйский нрав, унаследованный от родителей. Как любая собака, грыз обувь, растрёпывал оставленную туалетную бумагу и газеты, стаскивал сушащееся полотенце, чтоб было на чем полежать. У нас с Риндой постоянно возникали разногласия по поводу его воспитания. Я иногда наказывал его тапком, а Ринда заступалась за него. Спать в нашей спальне ему возбранялось, с этим Ринда согласилась. Выгонять спать на улицу, по моим сибирским понятиям, я перестал, в этом была моя уступка. Душные ночи тяжелы и для собак, а ведь он почти родной. Туалет умный пёс быстро устроил где-то на задворках. От стола я его отучил, но он всегда знал – как только закончится ужин, все самые вкусные вещи достанутся ему. Специальные жевательные палочки и собачий корм тоже всегда в чашке. Чистая питьевая вода должна быть обязательна в неограниченном количестве.

Но, с постепенным взрослением, Сивер не хотел становиться полностью домашней собакой. Улица и друзья манили его, очевидно, сказывались и гены беспородной мамки. Однажды, он был наказан Риндой, она не вытерпела непослушания. Обидевшись, он ушёл жить к соседям, на целый день. Соседский пёс относился к нему покровительственно и разрешал есть из своей миски. Переговорщиком пришлось выступить мне. Пёс любил больше Ринду, но ко мне относился со всем уважением, как к старшему хозяину. Убегать из дома он стал всё чаще. По утрам уходил с матерью торговать рисовым супом и лежал там под тележкой со льдом в холодной луже. Грязного и довольного я приводил его домой, а вечером мы устраивали очередной душ. Но вечерние прогулки перед сном он воспринимал с неописуемым восторгом, разрешал посадить себя на поводок и гулял с важным видом. Как пошутил когда-то мой русский друг собачник – он выгуливал хозяев. Но в другое время он легко высвобождался от ошейника.

Похоронили мы Сивера за домом под акацией. За день до его гибели, я купил новый ошейник и поводок, подогнал его по шее, но и из него он смог выскользнуть. Я делал что-то во дворе, когда услышал ревущую Ринду. Она рыдала и не могла вымолвить ни слова. Я обнял её. Наш пёс был сбит машиной и умер на месте без мучений от перелома шейных позвонков. «У него не было навыков жизни на дороге с машинами» – сказала жена. Я забрал его тело, мы упаковали его в мешок и похоронили с почестями. На следующий день провели все необходимые ритуалы для духов. Я не мог сдерживать слёзы, хоть и не очень сентиментален. Мне было жалко его, как полноправного члена семьи, мне особенно было жалко Ринду, вырастившую его «с рукавички». Буддистский принцип Не привязываться ни к чему в таких случаях работает слабо. Всё равно мы привязываемся к близким существам, и тем более переносить горе любимого человека.

Так закончились наши разногласия в воспитании нашей собаки. Как раз в тот момент, когда мы уже нашли понимание, когда наш пёс опять стал нас объединять. В прогулках, в поездках к ветеринару, в купании на пляже и в общей заботе о нём. Пусть бы лучше наши небольшие трения продолжались. А пёс бы с распространённым сибирским именем жил в Таиланде.

Собаки в Таиланде имеют особый негласный статус. Китайские магазины золотых украшений периодически поводят кормления бродячих собак. В монастырях живут собаки и им подносят пищу, как и монахам. Внутри собачьих сообществ существуют свои законы, в которые люди не вмешиваются. Тайцы часто досадуют на собак по разным поводам, но прощают их. Чуть приниженное положение в этой жизни вызывает сочувствие, а не превосходство.

-– гл. 9 Cowboy party и сельское хозяйство –

После свадьбы моя тайская женщина получила долгожданную свободу передвижения, общения со старыми друзьями, получила статус полноценной женщины. Переписка со своими старыми друзьями и подругами уже стала более свободной, как и все женщины мира, она обрела тот статус, к которому стремится из них любая, вне зависимости от того, как она это выражает на людях.

Мы давно обещали матери поездку в Аюттайя, осмотр старых храмов и почитание древней столицы государства Сиам. Ринда решила совместить сразу несколько значимых событий. Когда-то она окончила аграрный университет в этом древнем городе. В конце января в университете периодически проводились встречи выпускников разных лет. В конце января мы решили отпраздновать и моё день рождение в путешествии. И так, мы едем на ковбой пати в государственный Агроуниверситет Аюттайя.

Сельское хозяйство – очень уважаемая отрасль в Таиланде. Основатель университета Пхор Па Пирун возведён чуть ли не в ранг святого-арахата, монумент в честь его в полный рост возвышается на площади перед главным учебным зданием. Как и положено сельхозинституту, аграрии расположились на окраине города среди полей и ферм. С некоторыми одногруппниками я был знаком, они приезжали на свадьбу, некоторых Ринда сама не видела с момента окончания. Самая близкая подруга Тем всегда участвовала в наших небольших вечеринках на Саттахипе и Банг Саре в дальнейшем. В этой большой компании выпускников нескольких лет, преподавателей и дирекции фаранг был единственный – я. Празднование проводилось широко, были столы, накрытые вскладчину и спонсированые государством. Был ансамбль, акустические системы и танцевальный коллектив из молодых студентов и студенток. Как принято в любой Альма матер, нынешние студенты были обслуживающим персоналом для патриархов. Всё происходило под открытым ночным небом Сиама.

К моему присутствию все относились, как естественному явлению. Никто не выражал излишнего интереса, ник то не выражал настороженности или недоверия. Первым делом каждый выказал почтение отцу-основателю в местных традициях. То есть возлагались цветы и ставились ароматические курительные палочки. Затем здоровались с преподавателями, немного рассказывали о себе. Выстроенный городок в стиле дикого запада был символом сельхоз вечеринки – Cowboy party. Каждый хотел сфотографироваться на этих стилизованных декорациях в одиночку и в компании. В разговоре выяснилось, что я как специалист лесного хозяйства тоже имею к аграриям прямое отношение – это только добавило тепла в общении. Народ активно употреблял пиво из больших стеклянных ёмкостей с краником и шумно общался. Происходившее на сцене изредка отвлекало от общего разговора за столом, многие подпевали. В какой-то период лёгкого опьянения начались танцы. Поражала меня то, что пили только пиво, пьяных не было, но все веселились от души. В отдалении на выездах дежурила полиция и медпомощь, как это положено на любом общественном мероприятии. Я болтался среди толпы и глазел, не привлекая внимания, за исключением мимолётных улыбок. Для меня это было чем-то нереальным, чего я не ощущал долгие годы с того самого момента, когда лесхоз ходил на Матфак Госунивера Красноярска на 1 апреля. Но даже и там не было той приветливости и естественности.