- -
- 100%
- +
Однако Лорая, с трудом отлепившись от подёрнутого закатом горизонта, лишь глубоко выдохнула и молча кивнула. Небо манило и звало её, но трепет после долгой разлуки вводил в странный ступор. А потому первым обернулся Фошес.
Белоснежный феникс встряхнул головой, расправил крылья, и бирюзовая дымка пробежала по его оперению. У Лораи захватило дух от этой картины. Вмиг она мысленно вернулась на десять лет назад, в день, когда узнала о магическом мире, когда Фошес впервые показал своё второе обличие и разрешил её сестре Авине прокатиться. Тогда она боялась высоты, боялась неба. Это было схоже с кошмарным наваждением, что не даёт познать свою суть. Но ей удалось справиться и разрушить этот блок.
За мгновение до оборота Лорая спиной ощутила чужой пристальный взгляд на себе. Однако, обернувшись, никого не заметила. Списав это на тревогу перед оборотом, она отбросила лишние мысли.
Вскоре на поле стояла драконица высотой больше четырёх метров. Кожа её слегка переливалась на солнце и, несмотря на обворожительный серебристо-белый цвет, выглядела грубой и прочной. Сверху от головы отходили небольшие отросты, которые сходили на нет в области массивного хвоста, а на концах широких крыльев выпирали острые шипы.
Она вытянулась вверх и расправила крылья. Издав свой первый драконий рык за последний год, она разбежалась и поднялась в небо вслед за снежным фениксом.
Лорая ощущала мощь тела и крыльев, как ветер обтекает её и гладит кожу. Это было схоже с танцем в воздухе под песню, что разносила сама природа. И даже небо отзывалось в ней, в её груди биением сердца.
Заметив впереди феникса, драконица в два взмаха нагнала его. Окинув Лораю льдистым взглядом, он издал громкий клёкот, после чего драконья суть словно завопила о том, как же феникс сейчас восхищён. И это осознание разожгло в ней какой-то особый азарт. Драконица поднырнула снизу и, вылетев впереди, направилась в сторону реки. К её берегу она прилетела первой. Опустившись на песок, Лорая обернулась в человеческую ипостась. А оглянувшись, заметила рядом и Фошеса в комбинезоне.
— Шес, это невероятно! Ты даже не представляешь, что сделал для меня! — выдохнула практикантка.
— Поверь, представляю как никто другой. Поэтому и привёл тебя сюда. Таким, как нам, нельзя оставлять вторую ипостась в тоске, им необходимо хотя бы иногда выбираться наружу. А ты вчера выглядела так, словно давно попрощалась со своей драконицей.
— Да, с оборотами теперь стало всё сложнее, — с грустью заявила Лорая.
— А как же Пларион и Драконьи горы? Ты разве там не бываешь?
— Всё сложно... — вздохнула она. — У нас с сестрой непростые отношения, к тому же учёба не позволяла мне часто бывать в Пларионе. А в последний раз на моё предложение полетать она вообще ответила советом — не светиться какое-то время.
— Поругались?
— Можно и так сказать... Но давай не будем омрачать такой потрясающий момент моими тёрками с сестрицей! — произнесла Лорая. — Расскажи лучше, как узнал об этом месте?
— Это долгая история, а у нас время истекает. Но если вкратце, то у нас в клинике проходят обследование немало значимых шишек. И мне один из них задолжал, — ответил Фошес, а затем, мягко улыбнувшись, добавил: — Нам пора лететь обратно.
Драконица и представить не могла, что положенный час настолько быстро истечёт. Однако и этого хватило, чтобы встряхнуть свою вторую ипостась.
Оставшиеся полчаса они летели неспешно, словно смакуя каждую минуту и пробуя на вкус это состояние в полёте. Лорае хотелось запомнить его на тот случай, если следующий оборот придётся сделать только через год.
У основного пункта она оборачивалась с лёгкой тоской, но сияющая улыбка кричала о том, что драконица счастлива. Прилив энергии и сил захлестнул её полной силой, а ненавязчивые, расслабляющие разговоры с Фошесом подзадоривали. Оттого она поначалу не заметила стоявшего в дверях здания широкоплечего брюнета со жгучими зелёными глазами. Однако, наткнувшись на него, Лорая поняла, что всё это время он бессовестно наблюдал и, возможно, видел её драконью ипостась. Эта мысль не обрадовала, заставив посерьёзнеть.
Незнакомец буквально прожигал её взглядом, почти не моргая, и в последний момент цвет его глаз потемнел, став практически чёрным. Они остановились, и драконица бросила взгляд на феникса. Тот тоже выглядел мрачнее бездны. Лорая решила не нагнетать обстановку и только открыла рот, чтобы попросить пропустить их, как незнакомец вышел из проёма двери и отошёл.
Всё оставшееся время, пока она переодевалась и садилась в аэромобиль Фошеса, Лораю не покидало странное ощущение слежки и непрекращающегося наблюдения; она ощущала эти чёрные глаза до сих пор. Однако в поле зрения незнакомца больше не наблюдалось.
Глава 5
По салону прокатился низкий гул, и Трион взмыл в воздух. Тишина, с которой Лорая и Фошес отдалялись от вип-полигона, походила разве что на тонкое послевкусие. В такие моменты особенно чутко видится проведённый миг. Память расщепляет его на ещё более мелкие частицы, и тогда в каждой можно уловить даже хвойный аромат сосны, растущей рядом со спокойной речушкой.
Ещё более удивительная вещь, едва умещавшаяся в сознании драконицы, — так это факт, что сегодня она летала не одна. Казалось бы, в семье крылатых созданий компаньон для встречи с небом должен был сам сваливаться на хвост каждый раз, когда Лорая оборачивалась. Однако чаще всего Драконьи Горы видели её в одиночку. Но драконица не расценивала это как нечто обременяющее, скорее наоборот — подобное время сравнивала с медитацией, когда разбушевавшиеся мысли проще всего поставить на место.
«Мало того, что за год я в принципе забыла, что такое драконья ипостась, так ещё и летела сегодня на пару с фениксом. Уму непостижимо! Думала, что за десять лет совершенно отвыкла от компании, а тут оказалось всё иначе. Как-то слишком комфортно…» — размышляла Лорая, разглядывая, как крыши коттеджей сменяются многоэтажками. Она прислонила голову к стеклу, и едва заметная улыбка осветила её лицо. Когда же аэромобиль свернул в сторону центральных небоскрёбов, она оживилась.
— Кажется, ты слегка не туда свернул.
— Я решил, что после долгого изнуряющего дня тебе совершенно необходимо восполнить силы. Ещё и оборот обычно отнимает значительную часть. А еда — это самый доступный способ. Конечно, чисто теоретически есть ещё один, но… — на секунду Фошес оторвался от полётной линии и бросил на Лораю мимолётную загадочную улыбку.
— То есть ты решил меня накормить? Зачем? Шес, я не хочу становиться обузой! Само то, что ты друг нашей семьи, не обязывает возиться со мной. К тому же эти такси… — произнесла драконица, нахмурившись. — Жалость — это последнее, что я хотела бы видеть. Нет, я безусловно благодарна за вип-полигон и помощь, но не надо меня жалеть.
— Так ты решила, что я просто тебя пожалел?
И после короткого кивка салон аэромобиля разразился громким смехом. Добрых пять минут феникс не мог успокоиться, едва успевая следить за полётом. А затем, посерьёзнев, произнёс:
— Я понимаю причины, по которым ты не принимаешь помощь от сестры. Самостоятельность и желание подняться, не завися ни от кого, — это прекрасная мотивация для самосовершенствования. В этом вы с Даргайлом похожи. Но, Лора, если твои друзья и близкие пытаются помочь и облегчить жизнь, это не значит, что они считают тебя никчёмным и жалким существом, не умеющим справляться с трудностями. Наоборот, они знают о твоей силе духа и жалеют лишь слегка убрать ту тяжесть с плеч, что ты сама на себя взвалила. Я видел, в каком состоянии ты пришла. Нет, выглядишь ты сногсшибательно, но твоя драконица истощена. Мне ли, как магу и лекарю, этого не знать. Это крайне опасное состояние. А такси… Считай, что это служебный транспорт, за который расплачивается сама клиника.
— Истощена?
— Конечно. Именно с этого начинается деградация второй ипостаси. А иначе бы ваша бабушка Ада и другие представители драконьего клана могли легко оборачиваться и не потеряли бы связь со своим драконом.
— Но, Шес, ведь тогда в Таркалии не было магии из-за иссушающей установки Милиоля.
— Это лишь ускорило процесс. Уверен, сбежав, твои предки перестали проявлять себя как драконы ещё до того, как заработали установки.
— Думаешь, именно поэтому другие драконы не показываются?
— Да как же не показываются? Сегодня ты одного из них видела. — хмыкнул Фошес.
И после этой фразы по спине Лораи пробежал противный холодок, а в памяти всплыли почерневшие глаза брюнета, преградившего путь.
— О, я вижу, ты поняла, о ком я! — ухмыльнулся он, а затем, как ни в чём не бывало, поинтересовался: — Так значит, разворачиваемся в сторону общаги?
— Да, знаешь, думаю, так будет лучше. Слишком много всего за один день. — растерянно ответила Лорая, но, чуть подумав, добавила: — Не понимаю… Почему тогда я не ощутила себе подобных? Зато ты определил сходу… Думала, если встречу, то обязательно пойму, что передо мной дракон.
— Не всё так просто. Это эльфов и ундин можно легко определить по внешнему виду, а вот с фениксами и драконами дело обстоит иначе. Если у тебя есть достаточный опыт, то можно магическим зрением определить лишь размер резерва, а остальное никак по-другому не получится. Разве что взять анализ крови и разобрать её состав досконально.
— А тогда откуда ты знаешь?
— Видел его оборот… Столкнулись, когда я собирался полетать, а он как раз возвращался. Теперь считает, что мне не место на этом полигоне. Но это не важно… — отмахнулся Фошес, и только после этой фразы Лорая осознала, что Трион уже на земле, а перед ними возвышается забор общежития.
— Совсем не заметила, как мы добрались…
С тем же растерянным видом драконица выползла из аэромобиля, распрощалась и поплелась на свой этаж. Мысли туманно путались, и казалось, что разговор о других драконах ей только приснился. За то время, пока миры сосуществуют без барьера, она много раз представляла, как и откуда узнает о пробудившихся представителях её расы, но никак не могла предположить, что это случится именно так.
Из раздумий Лораю вырвала чужая рука, дёрнувшая за локоть. Драконица резко обернулась, высвобождаясь. И, заметив подругу в проёме общажной кухоньки, едва успела остановить себя от ответной реакции.
— Лорик, ты очень вовремя! Я как раз приготовила макароны! — воскликнула Лиюна и схватила кухонными рукавицами горячую кастрюлю.
— А вас во сколько отпускают, что ты всё успеваешь? — поинтересовалась драконица, шагая по коридору следом за соседкой.
— Да, ты знаешь, так забавно вышло… — хохотнула подруга, заворачивая в комнату. — Граг и Верн продули мне спор, а потому весь день помогали доделывать поручения. В итоге мои задания выполнены на пару часов раньше, а потому в электронном дневнике пометка о похвале и благодарности, а им же наоборот пришлось остаться. Ну ничего, иногда полезно. А то думают, что меня так просто сломаешь?! — тут Лиюна заметила растерянный взгляд подруги и скомандовала: — Это что у тебя такое стряслось? Выкладывай давай!
И Лорая принялась описывать полёты на полигоне, встречу с драконом и прочие приключения последнего дня. В конце упомянула такси от клиники и разговоры с Фошесом. Когда рассказ был завершён, Лиюна сидела перед тарелкой с уже остывшими макаронами и затвердевшим сыром, едва подбирая упавшую челюсть. А Лорая, наоборот, пока освещала подруге свои сомнения и тревоги, успела опустошить всю порцию. Затем, прислушавшись к себе, добавила ещё и поинтересовалась:
— Что думаешь?
— Лорик, у меня нет слов… Получается, драконы помимо тебя есть, но скрывают это от общественности. Так интересно-о-о! — воскликнула она и потёрла ладони. — А ты просто дурочка! Ну кто ж отказывается от ужина, а особенно с таким мужчиной?! У вас, считай, случилось почти свидание!
— Да что за глупости! Он же объяснил, что увидел, как я истощена. Ну то есть моя драконица.
— А что ещё ему оставалось, если ты так резко на всё реагируешь? Просто неприступная крепость какая-то! Ещё и на лопатки чуть не уложила!
— Ну нет. Он же друг семьи и вообще… Может быть, я в его глазах вообще ещё шестнадцатилетняя соплячка?
— Лорик, ты хоть и дракон, но очевидных вещей не видишь. Вот помяни моё слово: через неделю.
— Да, глупости всё это! — отмахнулась Лорая от нравоучений соседки.
— И, кстати, как этот дракон, симпатичный? — мечтательно произнесла круглолицая подруга. — Хотя о чём это я… Наверняка он просто ураган!
— Лия?!
— Что? — вернула соседка насмешливо-возмущённый взгляд, а затем принялась за остывший ужин.
— Вот, кстати, это странно, что я совсем не поняла, кто он, и не ощутила ни капли эмоций. А вдруг моя эмпатия не работает на драконах? Тогда вполне возможно, что я и раньше их не замечала. Это странно…
— Но пока ты с ним не пообщаешься, не поймёшь — работает твоя эмпатия или нет.
— Вряд ли это когда-либо случится…
Уснуть в эту ночь Лорае долго не удавалось, а когда всё же сон пришёл, драконицу унесли туманные картины неба и полётов. Поначалу он полностью отражал переживания дня, пока в итоге не поменялся. Виды ночного Рийска сменились мрачным подвалом и практически повторившейся картиной предыдущего сна. Просыпалась Лорая слегка измотанной.
«Снова этот кошмар! Меня начинает напрягать его настойчивое повторение. Надеюсь, это было в последний раз…» — подумала Лорая, поднимаясь с постели.
Приведя себя в порядок, она остановилась у распахнутого шкафа. Решив, что костюму на сегодня можно дать выходной, она схватила с плечиков строгое платье бежевого цвета, которое скорее подходило для офисных работников. Но она знала, что халат сверху всё равно многое скрывает, а потому переживать причин не имелось.
Увидев такси, Лорая вздохнула, но села в автомобиль. И пока он маневрировал по дорогам Рийска, драконица твёрдо решила сразу же по приезде подняться в кабинет к руководителю и настоять на отмене этой, пусть и удобной, опции.
«Странно, что я не настояла на этом вчера. Наверное, была немного уставшая…» — размышляла Лорая, поднимаясь по ступенькам главного входа клиники «Кроудел орси». Не задерживаясь, она прямиком проследовала на второй этаж, где и располагался кабинет заведующего отделением терапевтии магических рас. Без лишней мысли драконица повернула ручку двери, и та распахнулась.
— Фошес, прости, что я без предупреждения, но мне просто необходимо…
Её речь мгновенно оборвалась, а челюсть по ощущениям скатилась куда-то на уровень груди. Руководитель сидел в кресле, развёрнутый спиной ко входу, его наполовину сдёрнутая белая рубаха оголяла крепкие плечи и шею, а сверху на нём сидела стройная брюнетка с разметавшимися волосами. Выскочивший из бирюзовой блузки кружевной лиф говорил о том, что как минимум час тут гостей не ждали, а потому Лорая сделала шаг назад и с шумом захлопнула дверь.
Сердце в груди билось с такой силой, что казалось, ещё немного, и оно вырвется наружу. Стоило отдышаться. Тогда, после короткого промедления, драконица помчалась к балкону. К счастью, на каждом этаже имелись выходы на улицу, а на крыше так вообще целое место для отдыха с парой круглых столиков.
Вышагнув на балкон, Лорая всей грудью втянула прохладный утренний воздух. Порывистый ветер с силой подхватил светлые волосы. Прикрыв глаза, она сделала ещё несколько глубоких вдохов.
«И что это на меня нашло? Конечно, мне стоило предупредить перед посещением. А я ворвалась и ещё напридумывала себе невесть чего после разговоров с Лией», — думала она, пока ветер трепал её локоны. Однако здравые размышления слабо помогали, и тошнота, что внезапно поднялась, застрявшим комом в горле то и дело давала о себе знать.
— Дверь хлопнула… — выдохнул Фошес.
— Ерунда! Девчонка какая-то, — прошептала Алинария, продолжая стягивать с феникса белую рубаху, — эта командировка оказалась слишком долгой, я скучала.
Но едва прозвучали слова, как тот посерьёзнел. Хватило мгновения, чтобы перехватить женские руки за запястья, а затем дёрнуть от себя.
— Твою ж… Как она выглядела?
— Ази-и-и! Меня не было почти две недели!
— Рахт! Лина, мы на работе, с двумя этажами, заполненными эльфами, которые вот-вот отведут душу!
— Раньше тебя это не останавливало! — обиженно хмыкнула девушка, сползая с Фошеса и одёргивая юбку.
— Как она выглядела, Лина?
И вместе с вопросом в глазах Фошеса пробежало ледяное пламя, отчего спутница поджала губы и бросила:
— Блондинка.
Конечно, в «Кроудел орси» среди немалого количества персонала не раз встречались девушки с подобным цветом волос, но в этот раз феникс был абсолютно уверен, что это именно Лорая.
— Рахтовы драконы!
— При чём тут драконы? Ази?! — недоумённо поинтересовалась Алинария, но её вопрос остался без ответа, ударившись о невозмутимую спину феникса.
А Фошес, на ходу оправив рубаху, оглядел коридор. И едва слышимый выдох облегчения вырвался из груди, когда через стеклянные двери балкона показался силуэт Лораи в строгом приталенном платье.
— Напрасно ты торопился, — произнесла Лорая, когда руководитель навалился на перила. — Моё дело подождёт. Правда!
— Что за дело?
— А ты уверен, что готов к деловому разговору? — и она одними глазами указала на расстёгнутые три пуговицы у ворота.
— Ривенс, я по-прежнему руководитель твоей практики! Выкладывай, что стряслось! — ответил он и поспешно привёл в порядок рубаху.
— Хорошо. Я отказываюсь от такси. Если оно приедет завтра снова, то я просто его проигнорирую. А простои будет оплачивать «Кроудел орси».
— Нет.
— Что? С чего это? Это моё право! Или ты няньку из себя возомнил? Тогда я думаю, ты не по адресу, а вот твоя черноокая лань будет рада такому попечению.
— Черноокая кто? Ривенс, сотрудник клиники, даже если он практикант, должен прибывать на работу полным энергии и сил, а маршрутка — это место, которое, наоборот, их отнимает. К тому же статус «Кроудел орси» обязывает, а потому расходы будут не столь значительны.
— Тьфу, да они же у тебя все одинаковые! Чего одна Таналия стоит?!
— Откуда ты… кхм… Ну, не важно.
— Я отказываюсь от подачек! Сама справлюсь! И Авине с Даргайлом передай!
— А они тут при чём? Я не понял?
— Ну как же…
— Так, Ривенс, доставкой работника занимается клиника. И точка. Но если ты переедешь поближе, то такси больше приезжать не будет.
— Шутишь?
— Нисколько.
Лорая глянула в упор и нахмурилась, а в ответ получила повеселевший взгляд и слегка вздёрнутые светлые брови.
— Может быть, мне поселиться в одном из тех дорогих коттеджей? Или вообще у тебя? — и с этими словами взгляд её стал острым и настороженным.
— Я не думал об этом, но можно и так, да… — как ни в чём не бывало ответил феникс и мгновенно получил удар в плечо.
— Что за ерунда? Это же был сарказм, рахт тебя сожри!
— У меня большой дом, а пара месяцев — это не так много…
— Гамату… — выдохнула она, запрокидывая голову.
— Ладно, расслабься. Клиника может оплатить иногородним квартиру. По стоимости будет почти то же самое, что и такси туда-обратно.
— Но я же не иногородняя…
— Ты вообще иномирянка.
Он хотел добавить о её родстве с Главой Совета Правящих, что упрощало бы рычаги давления на владельца клиники, но вспомнил о том, как чутко драконица реагирует, когда кто-либо пытается использовать родство в определённых целях. А потому промолчал.
— Ты сейчас серьёзно?
— Конечно. Если ты переедешь на эти два месяца в наш район, то добираться на работу будешь сама.
— Ладно, мне надо подумать…
— Думай, даю тебе время до вечера.
— Ази? — раздался из коридора голос Алинарии.
Лорая скривилась, словно от приступа, и почти решилась бежать, но, едва выйдя с балкона, услышала голос Фошеса.
— Ривенс, знакомься. Это Алинария Гартц. Психиатр и психотерапевт клиники.
— А что, магические расы тоже сходят с ума?
Нет, брюнетка не задохнулась воздухом, как полагается подобным девушкам, хотя некоторое замешательство всё же проскользнуло в её взгляде. Однако род деятельности оставил свой отпечаток, а потому Алинария могла великолепно контролировать собственные эмоции, а порой при отсутствии оных создавать видимость чувственности. Она твёрдо верила, что знает всё о мужчинах в Двумирье, а потому самоуверенности ей было не занимать. Конечно, Лорая, как дракон с даром эмпата, раскусывала таких особ на раз. Но, как правило, её правда казалась всем лишь домыслами.
— Разум любого существа Двумирья — это сложный механизм, который тоже может неправильно работать, — невозмутимо ответила Алинария.
И неизвестно, как долго смогла бы держаться Лорая, но ситуацию спасла Камила. Синеволосая медсестра выбежала из поворота коридора и с бешеным возгласом направилась прямо к троице. Одного взгляда хватило, чтобы Фошес понял: что-то произошло. А потому, бросив Лорае резкое: «Ривенс, за мной!» — скрылся в дверях лестничной клетки.
— Опять хуже? — бросил он на ходу.
— Не то слово. Кажется, они начинают впадать в кому…
— Рахт! Плохо… А анализы, что я просил взять?
— Всё готово. — и с этими словами Камила сунула заведующему небольшую стопку бумаг.
— Плохо… Всё плохо… — рычал Фошес, разглядывая показатели.
— Лора? — обернулась медсестра, а затем остановился и феникс.
Драконица стояла посреди лестничной клетки с остекленевшим взглядом, а затем едва слышно произнесла:
— Кажется, я знаю, что надо делать…
— Что с тобой? Ты в порядке? — забеспокоился Фошес, спускаясь к Лорае.
— Шес, у меня есть идея. Но я не уверена…
— Что за идея? Выкладывай, не тяни! — напирал он.
— Я знаю, что может помочь… Вернее, на основе этого можно попробовать создать лекарство.
— Ривенс, времени мало. Ты либо говори, либо побежали стабилизировать ушастых!
— Шес, ты разве забыл, кто я по расе? — почти прошептала она. — Моя кровь может помочь.
— Не забыл. Я уже в первый день прикинул такую идею, но это чревато. Я не могу рисковать…
— Фошес, на кону несколько десятков жизней! Разве это не важно?
— Это может быть лишь тратой времени… А мы и так слишком заняты, чтобы ещё дополнительно проводить лабораторные эксперименты.
— Вообще-то я могу помочь, — произнесла Камила, о присутствии которой совсем забыли. — Я никому не скажу ваш секрет.
— Спасибо, Камила, но после лечения он всё равно откроется… — проговорил заведующий, а затем глянул на Лораю в упор. — Уверена? Назад пути не будет, и, возможно, потом твоя раса откроется всему Двумирью, а мы прекрасно знаем, кого это привлечёт.
Глава 6
— Раз так, то не стоит медлить! — произнёс Фошес, вглядываясь в побледневшее от волнения лицо подопечной. — Идите с Камилой в лабораторию на седьмом, а мне придётся заняться стабилизацией самых критичных. К тому же Ливрел, Катайрана и Арвейн будут со мной. Я уже маякнул им в чат.
Заметив некоторое замешательство Лораи, феникс кивнул, словно бы подбадривая. И следом раздался уверенный голос медсестры:
— Всё в порядке! Я знаю, что нужно делать! Пойдём, Лора!
Она ловко перескочила с верхней ступеньки и, подхватив под локоть драконицу, потянула в сторону лифта. Вскоре они вышли на полупустой этаж и, пройдя до упора влево, остановились у ничем не примечательной двери.
— Камила, погоди! — Лорая уцепилась за локоть медсестры, прислушиваясь к себе. — Зачем ты это всё делаешь?
— Что именно? Помогаю пациентам? Это же очевидно...
— Нет. Вот это всё... с экспериментами и вообще...
Камила глянула в упор и вздохнула. Она не любила лгать, умалчивать и изворачиваться, а потому частенько попадала в щекотливые ситуации. Некоторые люди словно имели стойкую непереносимость к правде, полагая, что уж лучше иметь инсулинорезистентность и недостаток меди в организме, чем слышать нелицеприятные вещи. Оттого её часто воспринимали грубой и недалёкой. Однако одного у неё было не отнять — это трудолюбие и всепоглощающая любовь к лабораторным экспериментам.
— Во-первых, я и правда тогда подумала, что ты одна из них.
— Но?
— Но есть одна вещь, которая держит меня тут. — Камила помедлила, а затем добавила: — Моя бабушка. Она тяжело больна уже пять лет. — она ещё раз вздохнула. — Рахт! Это очень долгая история...
— Ладно, за обедом расскажешь. — махнула Лорая, мягко улыбнувшись, а затем дёрнула за ручку двери. Однако дверь оказалась заперта. Оценив недоуменный вид драконицы, Камила достала из кармана комплект ключей.
Ничего необычного внутри Лорая не обнаружила. Небольшое помещение с многочисленными колбами, парой микроскопов и таркалийским электронным оборудованием. Последнему она особенно удивилась, ведь в академии дел с лабораториями она не имела. Её обучение ничем не отличалось от того, какое бывает в марадейских академиях магии, только на этот раз в одном здании пересекались и немагические профессии.