И когда ты меня понесёшь на край земли. Лирика
- -
- 100%
- +
© Алеся Шаповалова, 2026
ISBN 978-5-0068-9502-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
«Вы любили маленьких блондинок…»
Вы любили маленьких блондинок.Я была смугла и высока.Стать одной из Ваших половинокМне б не удалось наверняка!И лукавить, видимо, не стоит,На шелках нам рядом не лежать.Пусть другие руки успокоятУ виска взволнованную прядь.Сколько светловласых и послушныхБудут на коленях Ваших петь!Отойдите! Слышите, не нужноТак легко в глаза мои смотреть!2001
«Я знаю, что память тленна…»
Я знаю, что память тленна,А значит с утра опятьОснову для гобеленаНа раму натяги-вать.Старательно к нитке – нитку,И вслух: неужели был? —Вплетаю твою улыбкуИ тёмных висков акрил,И тонкую парусинуПрозрачную на плечах —Невысказанный, любимый —До ниточки, в мелочах!До тонкости жеста, взглядаГорячего – жар пустынь!И локоны водопадом,И губы пьянее вин…По шёлковой глади слова —Теперь уж наверняка! —Вплетаюсь в тебя – основу,Как тонкая нить утка.2000«Я Вас сведу с ума и отпущу …»
Я Вас сведу с ума и отпущу —С ума сведённых у церквей жалеют!И нежность, словно деньги, просвищуСтозвонно, так, что губы онемеют.Идите же, другим мои стихиРаздаривать, отмеривать аршином,Кроя на незаконченность строки,Как ткань на лоскуты – по чьим-то спинам!Идите же, пока ещё снегаНе выстлали пути, пока прилежноСжимает карандаш моя рука,И возвращенье Ваше неизбежно!2001«В каждую руку – по пряничку…»
В каждую руку – по пряничкуСладкому, и – целоватьСладко, как только мамочкаНа ночь, чтоб крепче спать.Помнишь, твердила: солнышко,Строятся корабли,Будет любовь – до донышка,Самого дна земли!И паруса раскроеныАлые, глянешь – жгут!Вина почти настояныВ бочках дубовых ждутСладкие. Скоро, Оленька,Только глаза зажмурь!Тает в ладонях тоненькихПряничная глазурь.2001«И, появившись, сразу исчезает…»
И, появившись, сразу исчезаетВо снах твоих предчувствие меня.На зыбкой грани пробужденья тает,То, отпуская, то опять маня.Тончайшее скольженье полутениНа матовой стене поверх картин:То плечи вдруг почудятся, колени,То взгляд один.То голос только – песнопенно светел! —Таким в церквях молитвой – в купола,Таким читают малолетним детям,Собрав их возле круглого стола.Играю? Нет! Все игры позабыты.Я всё решила, так тому и быть:Я скоро в дом твой постучу открыто,И ты меня не сможешь не любить!2001«Имя, созвучное моему…»
Имя, созвучное моемуИмени.Снова весна, снова я обвяжусьЛивнями.Выйду к тебе (на какую гору?Выше бы!)И зацветёт, задохнётся гораВишнями.Только скажи, кем ты придёшь?Птицею?Женщиной? Песней, что сорок ночейСнится мне?Иль первоцветом тончайшим, на часВидным лишь?Или тебя не узнаю, а тыПромолчишь?И на горе, задохнувшись весной,Рядом быПросто стоять, подгоняя рассветВзглядами.2001«Ни венца, ни кольца, лишь простыни…»
Ни венца, ни кольца, лишь простыни.Да и те не белы.Не фата, а платочек простенькийС головы.На окне кружева подтаяли.Аль рассвет?В феврале с нелюбимым маяться —Дольше нет.Как песок из руки, так молодостьОт лица.Заморщинились пальцы тонкиеБез кольца.Так и вышло вот, не приметила,Что пора.Приготовила всё, что надобно,Собрала.И, крестившись, ложилась медленноНа кровать.– Отчего же так страшно, Господи,Умирать?2001«Травинкой, в губах зажатой…»
Травинкой, в губах зажатой,Вся зелень – в один укус,Царапала небо ватноеИ пробовала на вкус.Сладчайшее! Вместе питоеИ пролитое в лета.То небо, где гнёзда свиты все,И врозь наши два гнезда.Всего-то нам дан воскресный былВорованным раем – час.О, сколько сложилось песен бы,Коль было б гнездо у нас!Красивая и безумная,К стволам припадая лбом,Просила: давайте, любый мой,Сейчас, наконец, умрём!А Вы молчали. Казалось Вам,Что время пустилось вспять,И мне восемнадцать с малостью,И Вам только двадцать пять.И всё ещё будет, сложится.Не надо, не прячьте взгляд!Зачем Вы меня, хороший мой,Забыли семь лет назад?2001«Как были ангелы пьяны…»
Как были ангелы пьяныИ пели хором: «Аллилуйя!»Два шага – или поцелуя? —Нам оставалось до весны.Как были ангелы пьяны,Хоть невесома angels`s share*,Ты улыбался и, бледнея,Меня касался, как струны!Дубовых бочек ровный стройТерялся в полутёмном зале,Мы руки тонкие сжималиИ выбегали к свету: «Мой!» —Шептала, ласточкой кружась,Сцеловывая с губ улыбку,Земля уже казалась зыбкой,И мы над ней сходились. ВязьДвижений – в коих мы равны! —Сплетала нас и обжигала,Коньяк виновен был сначала,Потом виновны были мы!Ладонь на дрожь моей спиныУверенно, легко, опасно,И разливался вечер красным,Пока вальсировали мы…И вот в руке моей бокал,И всплыли вновь ступени к свету,И своды стен, и пируэты,И как, танцуя, целовал…2001*Angels’ share – часть коньяка, испаряющаяся через поры дубовых бочек.
«Если в твоих краях…»
Если в твоих краяхЛистья кружат,Значит в моих краях —Злая стужа.А между нами – рекОстыванье,Долгих, красивых рекБез названья.А между нами – лес,Красок царство,Хоженый, старый лес —Все мытарства!Листьям в твоих глазахДолго падать,Скоро в моих глазах —Снег да слякоть.Скоро. Мне до зимыЛишь полсрока.Как далеко же мы!Как далёко!2002«Взгляд – шок электрический…»
Взгляд – шок электрический,Коснётесь – и я умру.Исследую эмпирическиВашу мужскую игру.Это законы физики:Губы плюс-минус – магнит!Ну же, сегодня – близкими!Или пере-горит!Шёлковых пальцев скольжение.Выдох глубокий. Вдох —Вглубь – до потери времени.Суток? Часов? – Эпох!Непониманье сущего.Важно ль? Потом, не здесь.Только одни несущиеРуки на свете есть.Только один ресницамиСдавленный синий свет.Будем сегодня птицами!Завтра нам неба – нет!– Ласковый! Аль не свяжется?Только б одно словцо!Мне и потом покажетсяГрустным Ваше лицо.2002«Тебе нажелают других за меня – целых пять!..»
Тебе нажелают других за меня – целых пять!Я стоила больше, но больше тебе не сыскали.И каждая пальчиком будет манить и читатьСтихи мои, всё переврав уже в самом начале.Полно дешевизн, но приемлешь ты это вполне,На сдачу от прежней любви покупая в рассрочкуОстывшую нежность чужую. И холодно мне,Но я, занеся карандаш, ставлю жирную точку.Я знаю, что будет весна, и прозрачность воды,И неба прозрачность, и мыслей спокойные реки.А голову надо держать высоко, словно тыИ не был всем миром, вмещённом в одном человеке.2002«Здесь – колокольчик маленький в ладони…»
Здесь – колокольчик маленький в ладони.Там – в полрассвета все колокола!Вдруг языком тоскливо небо тронутИ замолчат. А песня поплыла.И опрокинется рассвет, и выльетВдруг розовость, и купола зажжёт.Грачей стремительный и шумный вылетНочную ересь вновь перечеркнёт.И заструится день сквозь пальцы вишенДымком дурманящим, как вишен сок.И будет каждый колокол услышан.И каждый тон тревожен и высок.Я не была там. Колокольчик стынетВ моей ладони. Августа исход.И звук меня так странно половинит.И лучшую из двух не отдаёт.2002«Родятся девочки другие…»
Родятся девочки другиеС глазами – светлый малахит,Но златокудрую СофиюЛюби без памяти, навзрыд.Не я носила и жалела,И целовать теперь не мне.Как странно сердце отболело,Как страшно сердцу в тишине.Ты каждый шаг её запомниИ детских губ изгиб простой,И ей не будет в мире ровни,Не будет ласковой такой.Я за неё молиться буду —Твоя надежда, плоть и кровь,София – маленькое чудо —Моя беда, твоя любовь.2002Тринадцатая глава
Вчера лишь шептала: мне не стерпеть,Не вынесу, слабая я, не сдюжу!Я только кимвал звучащий и медь,И силы во мне, как в хвосте севрюжьем!Но вот, задыхаясь, – и мой черёд! —(теперь уж на силу мою не сетуй!)Несу, как другая не понесёт,Взвалив на двужильную спину эту!О, я милосердствую, долготерплю,Не превозношусь, не горжусь – да куда мне…Я горы переставляю – люблю!А прежде не сдвинуть бы мне и камня.Коринфяне знали, и мне пора:Невидящей чувствовать – это просто!Любовь – историческая игра,Где выход один – на Его погосты.Смеёшься, не вынесу? Ерунда!Я слышала: он читал эти строки,Я помню, стоял и на лбу высоком —Смешной завиток – золотая слюда.2002«Мне так спалось, когда…»
Мне так спалось, когдаВы за меня молились!Я только лишь сейчас,Проснувшись, поняла.И вспомнила, какихДеревьев кроны снились,И как легко за нихЦепляясь, я плыла.И как плодов – иныхЯ в жизни не встречала —Прозрачный сок был прянИ губы холодил.И как моей любвиНа небе тесно сталоСреди ветвей и в нихЗаброшенных светил.И как я Вас звала,И руки как тянула,И Ваши именаЧитала нараспев.И как сквозь сон к грудиУкрадкой я прильнула.И как проснулась, сонЕще не доглядев.2002Поэтическая перекличка
Спать у камина. ПросыпатьсяЗатем лишь, чтоб вина глотокВдохнуть, и захмелеть, и строкЧужих в полубреду касаться.А после на крыльце сидетьИ долго-долго ветер слушать.И падающих листьев душиОзябшие руками греть.И улыбаясь, вновь вступитьВ своё забвение, как в утро.Так благостно, спокойно, мудроОктябрь полусонный длить.Юрий Бочков
И забрести в туманный лес;Его прощального покояГлотнуть – и верить, что не стоитСпешить, вершить и ждать чудес;И, успокоившись, брестиПо листьям, позабывшим шорох,И не жалеть, просыпав порох,В душе зажатый, как в горсти,И влиться, словно в полусне,В процесс осеннего обряда,Вздохнув с туманом, что не надоКак прежде, думать о весне;И не стремиться изменитьФортуной данные уроки;И недописанные строкиВ кладовку прошлого сложить…2002«А помнишь ли над Минском колокола и снег?..»
А помнишь ли над Минском колокола и снег?Стихи на мостике над Свислочью стеклянной,Стихи на улице – до хрипоты, и бегСлепых машин, и разговор наш странный.А помнишь фонарей гирлянды? Как мело!Ты для меня купил лошадку из фарфора:«Год Лошади. Держи, чтоб чуточку везло».Я знала, повезёт. Теперь, наверно, скоро.Как пахло Рождеством! Как рыхлый снег скрипел!И как к тебе в Москву я – помнишь? – обещалась.Как на вокзале ты обнять меня успел,И как я шла домой и глупо улыбалась.2002«По Приморскому бульвару…»
По Приморскому бульваруДо Артбухты пробежаться,По пути купить побольшеСветлых раковин и бус.Всем прохожим беспрестанноУлыбаться, улыбаться.В голове – пустые рифмы,На губах – миндальный вкус.И шептать: «Однажды, знаю,Встречу я его случайно.Мимо он пройти не сможет,Разглядит – сомнений нет!Ах, какие я откроюДля него смешные тайны!И какую тайну скроетАлый завтрашний рассвет!»2002«Так не играют! Через столик…»
Так не играют! Через столикВ глаза так долго не глядят!Я пью тебя, как алкоголик,С вином мешая чёрный взглядИ с шоколадом, тоже чёрным.Ах, нет, молочный был, прости!Я так боюсь казаться вздорнойИ старше двадцати шести.Ты закурил. Тебя вдыхаю.И без касаний лишних – мой!А где-то там не спит другая,И крепко где-то спит другой.На только лишь одно мгновенье,Одно! – а больше не успеть! —Прильну к тебе хотя бы тенью,Хотя бы тенью мне ответь!2003«Тайное явным не будет…»
Тайное явным не будет.Я обману. Я скрою.Кто они? Просто людиПравильного покроя!Да и к чему им это?Невидаль – связь чужая?Сколько таких по светуПрячутся да скрывают?В каждом трамвае тесном,В каждом! Глаза – в сторонку:Скрытничают – известно,Слишком уж это тонко.Я ни словечка! ЧашейХрупкой – фарфор китайский —Редкое счастье наше,Поздний подарок царский!2003«Тихое души к душе стремленье…»
Тихое души к душе стремленье,Так на свет торшера – мотылёк,Дальней, неопознанною теньюДальняя из всех, кого берёг.Лишняя условность – расстоянье.Сколько там февральских синих вёрст?Мотыльком на тайное свиданье —Над Москвой бы воздух не промёрз!Как я помню, как опять узнаюТонкие черты средь прочих черт!Я уже сейчас в руках сжимаюЗеркальце, шкатулку и конверт.2003«Белым-бела невестушка…»
Белым-бела невестушка,А женишок, как пьян!Под вечер всё невесть уж как,И видится изъян!Легко сторонней девицеПовергнуть свадьбу в шок:Невестушке не верится,Налево – женишок!Кольцо на пальце тонкое,А он – за воротаС чернявою девчонкою,Случайной, как беда.Ему с собой не справиться,Запретный сладок плод,В разгул, моя красавица!Невеста подождёт!2003Маме
Как долго, как прекрасно снег летел,Пока спала, ты чувствовала это?Нет, он не падал, он упасть не смел,Он умножал земную долю света.Холодному стеклу отдав висок,Вот так, прижавшись к холоду – горячим,Я точно знала, милосерден БогК таким, как я, заблудшим и незрячим.О, если бы больничному окнуДана была бы память человека,Оно, упёршись рамой в тишину,Грустило бы, открыв себя для снега!Пока врачи колдуют, и зимаСковала мир от края и до края,Я постою у белого окна,Пока ты спишь, пока ты спишь, родная.2003«Не развенчан – не распят…»
Не развенчан – не распятПамятью, раз не целован!Целовала всех подряд —Он один был уготован.Весел да в плечах широк!Сорок пять. Поизносился.Выпал из каких широт?От какой семьи отбился?Что с того, что нелюбим?Встанет, преградив дорогу.Тихо скажет: я одинПослан Богом.2003«Двойники расплодились без меры…»
Двойники расплодились без меры.Вот вчера повстречал ты случайноМожет, Танечку, может быть, Веру,Но Алесей зовёшь её тайно.А она, с перепугу бледнея,Ничего не поймёт – ну и дура!Но глаза твои всё же успеютНадышаться моею фигурой,Волосами забытого цветаИ немножко – улыбкой скользящей.Двойники мои ходят по свету,Чтобы ты вспоминал меня чаще!2003«Вдыхаю солнечные ливни…»
Вдыхаю солнечные ливниИ солнце за руку веду.Зима была такою длинной,Зима пророчила беду.А нынче – терпкою надеждойЦелует в губы благовест,И мальчик в праздничных одеждахГлазурь с куличика объест.Апрельским воздухом пронизанВ предчувствии рожденья лес.И в каждой почке – смерти вызов,И на губах: Христос воскрес!2003«Косы заплетать…»
Косы заплетать,Лампы зажигать,Толстые томаСо шкафов снимать.Дитятко жалеть,До зари не спать.Косы заплетать,Лампы зажигать.Ночь на то дана,Чтоб сидеть без сна,Выгореть, к утруСтать, как пелена.Девочка-свеча,Девочка – струна,Ночь на то дана,Чтоб сидеть без сна?Сколько мне о нейСитцевых ночейДумать и не ждатьОт неё вестей,Косы заплетать,Быть воды темней,Сколько же ночейВсё одно – о ней!Тонкая свеча.Тонкая струна.Белая весна.2003«Небо мокрый подол натянуло на крыши…»
Небо мокрый подол натянуло на крыши,Втиснуло руку в форточку, гладит, дышит.Волосы распустило – косые пряди.Небо с недавних пор со мной ладит.Я открываю двери – впускаю в спальню.Я для него тёплой постель оставлю.Входит на цыпочках мальчик – тоньше свирели,Смотрит в глаза вопросительно: полетели?Я наливаю кофе – лукавства взвеси.– Ты Маргарита?– Нет, сегодня Алеся.2003Рыбалка
Милый! Я в рыбалке – спец!На груди сорочка сборкой:Я – наживка и ловец,Ты – карась и краснопёрка!Вовсе это не легко,Но азарт подобен страсти!Ну а ты своим рывкомЛишь запутываешь снасти!Вырву из таких глубин,На крючок – душа живая!Мой трофей, мой исполин,Пригублю – и отпускаю!2003«Не говори обо мне с другими…»
Не говори обо мне с другими.Походя, не мотай моё имя.Имя гибкое, как река,Дрожью с кончика языкаНе оброни! – не имеет весаВыдох триединый: А-ле-ся.Имя моё – не сори им всуе,Я на груди его нарисую.Ты, как нательный крест, берегиБуквы – пять пальцев твоей руки.Имя – леской, струной шестою,Лён и ришелье сквозное,И левкоя летняя стать —Имя лёгкое, как – летать!Поле полное лебеды,И язычников у водыПляски, леса лилейный дух —Имя, невозможное вслух!Положи под язык миндаль —Пряное кареглазое «Аль…»2003«А ты купался в Ориноко?..»
А ты купался в Ориноко?Там попугаи реку пьют,И в клювах влажных и широкихРека блестит, как изумруд.По бурым водам отпусти жеВослед течениям слепым,Пока лучи каноэ лижут,И от костров индейских – дым.Мне в сердце вкладывает Анхель*Грудные песни о реке.А ночью снился рыжий ангел,Он спал как люди, в гамакеНад Ориноко, и спиноюБыл слаб, а потому бескрыл.Я реку для него открою,Как ты меня реке открыл.И мне не будет одиноко.В мой судный день, воспев закат,Я стану рыбой в Ориноко,И, может быть, меня съедят.Анхель* – водопад на реке Ориноко, Венесуэла2003«С красных крыш Сигишоары…»
С красных крыш СигишоарыКрасным шёлком, шёлка глажеПадал свет, такой же старый,Тёплый, как в ладони пряжа.Целовал привычно стены,В окнах щурились румыны,А лучи попеременноКошкам нагревали спины.Кошки спали, и в подвалахСпали зёрна, зрели вина.Город с плеч своих усталыхСбрасывал, как пелерины,Стаи птиц, и разметалисьС полок местные товары:Крестики, цветные шали,Акварель Сигишоары,Влада Цепеша портреты.И бывало, что случайноПадали, звеня, монеты,Открывая звуком тайну.Как же славно без причиныВидимой Вам улыбнуться,Чашечкою капучиноОпуская день на блюдце.2003«Вечерний снег к моей душе…»
«Снега у нас нет. Он весь у тебя,
в этом он прав»
Вечерний снег к моей душеНеравнодушен, мне казалось.Душа в прозрачном неглижеК оконной раме шёлком жалась.И, словно снег, почти бела,И, словно снег, почти летела,И надрывались два крыла,Но неподъёмным было тело.А снег украдкой припадалК тесьме изысканной из шёлка,И на предплечьях замирал,А после таял долго-долго.Казалось мне, что целый векМолила ангелов о чуде,И вот свершилось, этот снегПослали близкие мне люди.2003«Всё в памяти моей второстепенно…»
Всё в памяти моей второстепенно.Любая нежность – только эпизод.И в голове, как в маленькой вселенной,Ничья любовь подолгу не живёт.Вы думали, что всё во мне сложнее,Что есть просвет какой-то в этой мгле.Но я о том сейчас лишь пожалею,Что Вы не чашка кофе на столе.Так, кажется, спокойно и приятноФарфоровую ручку в пальцах сжать.И не грустить о том, что безвозвратно.И на кофейной гуще не гадать.2003«Целовала море в губы влажные…»
Целовала море в губы влажные.Ревновали чайки – дуры важные,И от злости в море пузом падалиИ кричали: в губы можно? Надо ли?Опускала руки, камни гладила.Узнавала камни я по впадинам.Облизало море руки белые,Закатилось солнце сливой спелою.Поклялась ему в любви навеки я,Не заманишь, не заменишь реками!Ускользну с земли – слепая странница,А моя душа ему достанется.2004«Она надевает мои тапочки…»
Она надевает мои тапочки.Она называет тебя лапочкой.Халат махровый – тепло-уют —Набросит. А мне под утро – капут!Сны-жернова, перетиратьСлово за словом! Опять! Опять!И порционно цедить Цветаеву —Мука моя и нагота её.Фото – в тумбу, подальше, с глазСпрячешь память свою – о нас,Запахи: семечек, кофе, хны.Выдох: видимо, не нужны.Выдох второй: всё сначалаПроще, когда меня не стало?2004«Ждать, уговаривать: будет лучше…»
Ждать, уговаривать: будет лучше,Рук не твоих, но – благодать.Ждать, отпуская дожди и тучи,Долго, как море умело ждать.Долго, как море, легко, как вереск,Память рифмуя, – к чему? Отпет!Видеть один лишь – обратный! – берег,Но утешаться: возврата нет.Медленно таять и петь всё глуше,И улетать – без любви легка?А по ночам Бодлера и кружкуЖаркого прямо с плиты молока.2004«Ситцем небо выцвело…»
Ситцем небо выцвело.В небе будешь птицею.Белы руки спицамиВслед тебе тяну.Что тебе приснится там,Ангел в небе ситцевом?Милый, светлолицый мой,Зябко одному?Плакать будут девицы:Верится – не верится.Заметёт метелицаК будущей весне.Посажу я деревце —Счастье болью мерится! —Прилетишь ты к деревцуДумать обо мне.Небо не отдаст тебя,Ты моё несчастие!Ситцем так и ластится —Страшно. Тяжело.Знаю, не отдаст тебя,В ситцах нет участия!Только словно часть меня —Ты, моё крыло.2004«Муза стирала поэту носки…»
Муза стирала поэту носки,Муза сходила с ума от тоски.Этой, с глазами и поступью лани,Можно в Париже служить Модильяни!Тазик гремел, убегала вода.Милый Париж был далёк, как всегда.В кухне болтались носки над плитой,Муза устала, пора на покой.И засыпала, как тысячи баб,Под вдохновенный рифмованный храп.2004«Когда меня не будет на Земле…»
Когда меня не будет на Земле,Когда тебя не будет на Земле,Земля, опустошённая вдвойне,Утратив наше хрупкое свеченье,Утешится снегами в феврале,Прекрасными снегами в февралеС наивною надеждою на не-возможное, но всё же возвращенье.А если этим снегом будем мы?Февральским ветром странно спасены,Не чувствуя ни боли, ни вины,Уляжемся, почти необозримы.И холода нам будут нипочём,Мы – холода, и мы опять вдвоём,И упираясь в землю белым лбом,Как хорошо с тобою быть, любимый!2004«К снегу свою приучаю кожу…»
К снегу свою приучаю кожу.Холодно. И никого дорожеТонкого мальчика. Верить трудно.Вот и не верите. Я простудуСнегом лечу: белое – к плотиБелой. Уйду. Переживёте.Знаете, недолговечен холод,Будет весна без меня. И поводНовое счастье сыскать – моложе.К снегу свою приучаю кожу…2004«Брось меня, надломленную ветку…»
Брось меня, надломленную ветку,Мало ли таких – царапать утро?Листья и соцветья были редко.Страшно бросить? Вырони как будто.Вырони, пускай покроет вьюга,Чтобы не сыскать вовек друг друга.2004
«Память – пески Сахары зыбкие…»
Память – пески Сахары зыбкие.Мне на поверхность уже не хочется.Глубже – глаза, после – улыбка.Помнить – лелеять своё одиночество.И возводить в превосходные степениКаждого дня беспросветную ласковость.Где бы мы были, если бы не былиВ этих песках, из которых вытаскивать,Господи, стоит ли? Завтра – утопия!Мир перевёрнутый снова изменится.Если я встречу надежды подобие,Как назовут меня люди? Изменницей?Это – горячее! Августы-месяцы!Самое пекло, какого не ведали!В душу мою – нисходящая лестница,Верность, которой сегодня мне не дали!Милый, оставьте мне веточку вербочкиИ не просите забыть окаяннуюСтрасть восемнадцатилетней девочкиВидимо небом случайно данную.2005«Когда был день высок, как нынче…»
Когда был день высок, как нынче,Как нынче свеж?Должно быть, день писал да ВинчиС небесных вежд.И было всё ему подвластно —Лазурь и тень.Был ослепительно прекраснымПоследний день!Дома, сугробы, птичьи стайкиИ детский смех.И ты, смеющаяся чайка —Крылатей всех.2005«Мой тихий нежный гуру, я жива…»
Мой тихий нежный гуру, я жива,Я чувствую движение вселенной,Я впитываю странные словаПоэзии беззвучной и нетленной —Любви, в которой первая веснаИ первое блаженство увяданья,И я – твоя послушная струнаПод пальцами, таящими желанье.Мой утренний, вечерний, рядом быть —Уже награда, посланная свыше,И не о чем мне небо попросить,И прочих голосов уже не слышу.Когда моих волос смешная прядьВ твою ладонь бы – шёлковою тканью,Я вовсе перестала бы дышать,Чтоб счастье не спугнуть своим дыханьем.2006«Я хочу целовать твои руки, большие, сильные…»
Я хочу целовать твои руки, большие, сильные,И с тобой по ночам гулять, и дышать ливнями,И мечтать, что губы горячей бабочкой влажноюНа моём плече будут спать и шептать важное.И родятся стихи от такой неистовой слабости,И на завтрак нам подадут турецкие сладости.Я прекрасно пьяна, я похмелья боюсь раннего,Мой случайный, смешной, я прошу, только не рань меня.2006«Солнце заходит на круг, ему странно…»
Солнце заходит на круг, ему странноВидеть меня такой сумасбродной.Мне говорят: сиди, слишком рано.Мир ещё не готов. День холодный.Я же хватаю сумки, к тебе еду.Двадцать один ноль пять. Всё возможно.Горы опять налегке идут к Магомету,Значит, и мне можно.2006«Губы красным очерчены…»
Губы красным очерчены,И живот – колыбель.Здравствуй, милая женщина,Из каких ты земель?Сероглазая, смелая,И тебе невдомёк,Что под грудью вселеннуюРазместила на срок.И в заброшенном садике,Где трава высока,Нежно гладит галактикиМолодая рука.2006