Новые приключения Ивана Турбинка

Турбинка – торба, котомка.

Сариндар – плата за церковную службу.

Голия – монастырь и дом умалишенных в Яссах.

Цуйка – сливовая водка.

Новые приключения Ивана Турбинка

 Солнце было уже высоко. Очнулся Иван лежавшим на траве, на окраине какого-то небольшого населенного пункта. Это был небольшой городок, с холма он был как на ладони. Обычный, ничем не примечательный, как сотни других таких же городков нашей стране. В центре  возвышались десяток пятиэтажных здании, окруженные со всех сторон участками с небольшими, в основном деревянными домами, частным сектором так сказать.

 Одет Иван был  в ветрозащитный костюм темно зеленого цвета, обут в специальные туристические ботинки, а за спиной у него был большой  рюкзак.

– И кто я на этот раз? Турист? Путешественник?

 Иван посмотрел на часы.

– Половина второго, поздновато чего-то сегодня, – сказал он вслух, и не спеша пошёл в сторону города.

 Иван после приключений столетней давности, так и шлялся по миру, в основном в пьянках да гулянках. И так бы продолжалось и дальше, но один случай изменил всё. Дело было летом. Ранним утром Иван немного подвыпивший возвращался домой после ночных утех с очень любвеобильной, замужней дамой. Когда он проходил мимо небольшого парка, из  темноты вдруг кто-то попросил о помощи. Это был женский сдавленный голос, кто-то рукой прикрывал ей рот.

– Молчи, а то убью! – слышно было из темноты.

– Эй, кто там? – грозным голосом спросил Иван.

– Иди дальше папаша, если не хочешь проблем, – ответил ему мужской голос.

– А ты выйди на свет, раз такой смелый, – сказал ему Иван.

– Идите я её подержу, – кому-то сказал голос. – Сиди не рыпайся, а то убью, – сказал тот же голос, но видимо уже девушке.

Из темноты, на свет вышли два здоровенных парня, они были явно пьяны.

– Ну что урод, сам напросился? Ща' убивать тебя будем, – сказал один из них.

 Началась серьёзная потасовка. После примерно четырех  минут жестокой, возни те двоя остались неподвижно лежать на земле. У Ивана была разбита губа и рассечена  левая бровь. Он сплюнул кровью и направился в темноту.

– Ну, дружок, теперь твоя очередь, – грозно сказал он.

– Сука! – раздосадовано сказал голос в темноте и было слышно как кто-то убежал в глубь парка.

В кустах Иван нашел сидевшую на земле и дрожащую от страха, совсем юную девушку.

– Ты как? В порядке? – спросил он, помогая ей вставать.

– Да, – ответила девушка. – Они меня не тронули. Не успели, Вы их спугнули, – сказала она и громко заплакала, упав Ивану на грудь.

– Ну ладно, ладно все хорошо, – немного неуклюже попытался успокоить её Иван.

– Если бы не Вы … – девушка разревелась еще сильней.

Иван пытался ее как то успокоить, но у него это не очень получалось. Вдруг он почувствовал резкую боль в правом боку. Он негромко застонал и схватился за свой бок. Рука вся была в крови.

– Вы ранены? – испуганно спросила девушка.

– Да, видать задели черти, – ответил ей Иван, медленно опускаясь на колени. – Как же я нож не заметил? Вояка хренов! – с досадой сказал он.

Иван лежал на земле и в полусознательном состоянии, словно через густую пелену он видел как подъехали, с сиренами, автомобили полиции и скорой помощи. Спасенная им девушка вызвала их по своему мобильному.

Умирал Иван не первый раз, и не второй, но каждый раз ему было почему-то страшно.

На следующий день, в больнице, Бог явился Ивану.

– Много на земле зла Иван. Я уже подумывал снова уничтожить вас всех, потоп ещё раз устроить и опять начать все с начала. Но что-то каждый раз меня останавливает. Жалко губить множество невинных душ. Я думаю что у человечества есть ещё шанс, есть ещё надежда на спасение. Но как говориться: Спасение утопающих, дело рук самих утопающих, – Бог немного помолчал, тяжело вздохнул и сказал:

– Так уж и быть, дам вам ещё один шанс. Я понимаю, что без помощи вам не справиться. И поэтому этой помощью будешь ты Иван.

– Я? – удивился Иван.

– Да, ты, – спокойным голосом, улыбаясь, ответил ему Бог. И видя изумление на лице Ивана объяснил:

– Смерть тебя не трогает, видать сильно ты ее обидел…

– Да я хотел как лучше, – оправдываясь перебил Иван.

– Я знаю Иван, да и не об этом сейчас речь, – сказал Бог и опять улыбнулся, вспоминая как лет сто с лишним тому назад Иван издевался над смертью. – За твое обостренное чувство справедливости и за твое бескорыстное рвение помочь всем попавшим в беду я возвращаю тебе твою турбинку.

И  только он сказал эти слова, как турбинка появилась на спинке стула что стоял рядом с кроватью. – И наделяю её большей силой, что было у нё раньше. Теперь не только класть в нее можно что угодно, но ещё и доставать можно будет из нее всё что пожелаешь. Конечно же только на благое дело, – строго заметил Бог. – В принципе на плохие дела она тебе не помощник. Она будет тебе и слугой, и советником, и в некоторых случаях, даже указом. И будете Вы одним целым, и нет на этом свете той силы, что разлучит Вас. Да будет так! – и сказав эти слова Бог исчез.

  С тех самых пор и начались новые приключения Ивана Турбинка. Каждый раз появлялся он там где кому то нужна была помощь. И каждый раз турбинка подстраивала все под ситуацию: Одежду под стать, да и сама обретала нужный вид, то была маленькой сумкой на поясе или даже кошельком, то огромный туристический рюкзак, как в этот раз. И с исцелением  Бог немного помог Ивану. Теперь если Иван был покалечен или даже убит, что, к сожалению, случалось нередко, то на следующий день он просыпался целым и невредимым.

 И так, вошел Иван в незнакомый городок. Вокруг  не души. Так прошел он несколько небольших улочек, пока не заметил в одном из дворов, как женщина еле тащит волоком, из огорода мешок с картошкой.

– Бог в помощь, – улыбаясь, крикнул ей через забор Иван.

Женщина отпустила мешок и выпрямила спину. Не смотря на то, что ей было почти сорок лет, она была очень красивой. В молодости видать была совсем красавицей.

– Спасибо конечно, – грустно улыбнулась она. – Но кроме божьей не помешало бы и мужской помощи, а то мы вдвоем с Богом как-то не очень справляемся, – пошутила она. – Выкопать с трудом, но  выкопали, вот  перенести как-то не очень получается.

– Давайте я помогу, – всё улыбаясь, вызвался Иван.

– Спасибо Вам большое, – радостно согласилась женщина. – Я точно не справлюсь, а на завтра уже дожди передали.

– Меня другое удивляет, как такая красавица да без мужской помощи? – поинтересовался Иван.

– Помощь то была, – вздохнула женщина. – Сыночка в армию забрали, вот осенью должен вернуться. Лучше бы он там пока остался. А муж, уже два года как погиб. Оставив нас одних, с грудной дочкой на руках.

На глазах у женщины навернулись слезы. – Спасибо Катеньке, она мне очень помогает. Без неё не знаю что бы делала. Скоро из школы должна вернуться, помогать ходила стены в классах красить. В этом году в одиннадцатый пойдет, она у меня отличница, – с гордостью сказала женщина.

Она вытерла тыльной стороной ладони слезы и нагнулась, чтобы взять за мешок.

– Я возьму его, – остановил ее жестом Иван, скинув рюкзак, он ловко закинул себе на плечо мешок.

– Сюда, за мной, я покажу, – сказала женщина и повела за собой.

Взгляд Ивана невольно упал на её красивые бедра, что  просматривались сквозь тонкую ткань лёгкого летнего платья. В подвале скинув мешок, Иван сказал ей:

– Все ясно, дальше я сам.

– Но там мешков пятьдесят, если не больше. Я всю неделю её проклятую копала. Зачем столько посадила? Сама не пойму. Нам меньше половины сполна хватает.

– Можно продать лишнее, – как бы в шутку предложил Иван.

– И то верно, – улыбнулась женщина. – Меня Еленой зовут, – сказала она, протягивая ему свою руку.

– Иван, – ответил он на рукопожатие.

– Ну, если вы тут сами справитесь, то я пойду, да что не будь, поесть приготовлю, Вы наверно голодны, – сказала Елена и ушла.

 Иван за два часа перетаскал всю картошку. Мешков оказалось семдесятдва, год был на удивление очень урожайным. Елена периодически приходила и узнавала как дела, не желает ли он чего, помощь свою предлагала. И каждый раз, получив ответ, что все нормально и ничего не надо уходила по своим делам. Ближе к концу дела пришла домой и дочка Катя. Катя была красавицей, видать вся в мать пошла, она на неё была даже очень похожа. Девочка поздоровалась и пошла в дом.

– Это последний мешок? – спросила Елена, войдя в подвал.

– Последний, – радостно подтвердил Иван.

– Замечательно! – обрадовалась Елена. – Давайте руки мыть и за стол.

Все сели кушать: Елена, Иван, Катя и малышка Машенька, которая недавно только проснулась. За обедом Иван узнал, что в городе орудует местная криминальная группировка. Они контролировали абсолютно всё, полицию и даже городскую администрацию. И мужа её они тоже убили, когда отбирали его транспортный бизнес. Со всеми неудобными они расправлялись жестоко. Разбои, грабежи, избиения, изнасилования и убийства, всё входило в их арсенал. В городе и даже в окрестности все их боялись.

– Спасибо, было очень вкусно, – поблагодарил Иван хозяйку за еду.

– Вам спасибо, – ответила Елена, протягивая ему тысячу рублей. – Если не Вы, то целую неделю бы перетаскивала эти мешки.

– Рад был помочь. А деньги уберите, – сказал Иван, немного нахмурив брови. – Лучше подскажите, где у вас гостиница? Где-то в центре как всегда?

 -Ха-ха-ха, – засмеялась Катя.

 Оказалось что гостиница, как и дом культуры, библиотека и даже детский сад все были официально закрыты. А неофициально они работали как увеселительные  заведения для местной, районной и даже некоторой столичной "знати". Управляли этим всем, конечно же бандиты. Гостиницу превратили в бордель. Дом культуры стал модным клубом, но только для своих, для избранных. Детский сад переделали в сауну, а из библиотеки  сделали склад какой-то.

– И что, прям никто не пытается что-то сделать? – удивился Иван.

– Почему нет? Пытались. Мои муж, отец Михаил, директор школы и ещё небольшая горстка людей. Но бандиты со  всеми недовольными  жестоко  расправились. Андрея  моего убили и отобрали бизнес. Отца Михаила побили и подожгли церковь. Директора школы тоже избили, да так, что тот на всю жизнь инвалидом остался.

– Я, пожалуй, пройдусь все-таки по городу и посмотрю достопримечательности, – сказал Иван, вставая из-за стола.

– Иван Вы если что, приходите переночевать у нас. Я постелю вам в комнате сына.

– Не хочу беспокоить вас, – вежливо попытался отказаться Иван.

– Ничуть не беспокойте, даже на оборот, – сказала Елена, немного покраснев. Иван ей очень понравился. – Помогли, с картошкой справится, – тут же попыталась она оправдаться, увидев немой вопрос в глазах Кати.

– Сегодня директор школы в центр города собирался. Отец Михаил, думаю, там тоже будет, – сообщила Катя.

– Опять митинг собираются организовать? – взволнованно спросила Елена. – Покалечат же и их опять. А почему сегодня?

– Да, к нашим бандитам приехали другие бандиты, из района. Я слышала, как директор говорил, что глава района  приехал и ещё кто-то из администрации, с ними целый табун девок ещё привезли. Ещё начальство из районной полиции тоже приехало. Гулянка намечается, на совесть. А наши, видать хотят её испортить, – предположила Катя.

 В центре, у здания администрации было людно, собралось больше пятидесяти человек. В середине толпы стоял директор школы. Худощавый, среднего роста, он опирался на тонкую трость, от возмущения лицо его было красно-бордового цвета.

 У ввода в администрацию стояли два полицейских и никого не пускали внутрь. Люди  негромко возмущались. Больше всех был слышен голос директора.

– Всех не перебьют. Если выйдет весь город, то им придется нас выслушать.

– Их тут нет, в администрации никого, – сказал кто-то из толпы. – Их всех видели у садика, в смысле в сауне.

– Пойдемте туда, – крикнул директор и направился в строну бывшего детского сада, все последовали за ним.

 Весть о митинге быстро разлетелось по городу и люди со всех сторон присоединялись к митингующим. Было такое ощущение что горожане, в конце-концов уставшие от беззакония, вышли все на улицу. Возмущение нарастало. В толпе Иван увидел Елену с Машенькой на руках. Она растерянно, глазами как будто кого-то искала в толпе.

– Елена! – окрикнул её Иван.

 Она обернулась. Глаза её были напуганы.

– Катя ушла из дома. Сказала, что гулять, но я знаю она где-то здесь. Она может пострадать, она же полезет в самое "пекло", из за отца…

– Вам тоже тут не место. Давайте я вас домой отведу, – сказал Иван, взяв к себе на руки девочку. – А потом и Катю поищем.

 Не успели они войти в дом, как где-то со стороны центра раздались громкие хлопки.

– Стреляют! Катя! – испугано вскрикнула Елена и побежала на выход.

Иван с ребёнком на руках еле её догнал, у калитки. Он крепко схватил Елену за руку.

– Я её найду. Не ходи, там опасно, останьтесь с Машенькой дома.

Но искать Катю не пришлось. Вскоре она испуганная и вся в крови, сама вбежала  во двор.

– Катя! – бросилась к ней Елена. – Кровь! Ты ранена?

– Нет, это не моя. Отца Михаила ранили. Там в людей стреляли. Они всех там бьют.

Приехали на двух автобусах, все в чёрном, с дубинками, – Катя была сильно напугана. – Они подожгли церковь и школу. Они, они, – Катя заплакала. – Они хотят их повесить при всех.

– Кого? – в ужасе спросила Елена.

– Отца Михаила и Дмитрия Александровича.

– О, боже мои! Что же творится? – Елена в ужасе сползла по стене. – Что с нами будет?

– Так, из дома не выходить! Заприте за мной и никому не открываете, – строго сказал Иван, собираясь на улицу.

– Ты куда? Там опасно! – Елена попыталась его остановить.

– Всё будет хорошо! – успокоил их Иван и вышел из дома.

 В центре было как после битвы. Улицы были пустыми. Люди кто успели убежать, все попрятались. Везде валялось битое стекло от разбитых витрин, окон и припаркованных авто, несколько  автомобилей горели. Каратели пока шли до митингующих  крушили всё на своём пути. Иван прошел мимо горящей церкви. Она была старой, из дерева, в этот раз её было уже не спасти. Школа горела не сильно, автоматическая система  пожаротушения сделала своё дело. Здание было новым, из белого кирпича. Да и гореть там особо нечему было, пару парт всего лишь подожги.

 На школьной площадке, где обычно проводили линейки, он увидел ужасную картину: Избитые люди, женщины и мужчины стояли на корточках со скрещенными руками за головами. По периметру стояли люди в черном, с дубинками в руках. На школьном  крыльце картина была ещё ужаснее. С крыши козырька свисали две верёвки с петлями на концах, под ними стояли два стула, видимо взятых из какого-то класса. Избитый директор школы  и раненый отец Михаил стояли перед всеми, на коленях.

– За попытку свергнуть законную власть и организацию массовых беспорядков, данной мне властью, я приговариваю вас к смерти, через повешение, – вещал свой приговор, видимо главный из тех, что избивали людей. Никого  из местной или районной администрации, ни из полиции, даже из местных бандитов, никого  не было видно.

– Что за цирк тут устроили? – громко и грозно спросил Иван.

Иван пошел сквозь кордон, прямо к крыльцу. Один из тех попытался остановить Ивана, но прямой удар  в челюсть вырубил его на месте. Та же участь настигла и второго. Когда человек десять, разъяренных, с дубинками собирались накинуться на Ивана, главный, что был на крыльце, крикнул:

– Стоя-ять! Дайте ему пройти!

  Люди в черном расступились в стороны и Иван спокойно прошел дальше.

– Кто ты такой, дядя? И что тебе надо? – спросил здоровяк с презрением.

– Я Иван Турбинка!

– Турбинка? – удивился здоровяк. – Что-то я не слышал про тебя. И что это за погоняло такое, Турбинка? Маленькая турбина что ли?

– Нет, не маленькая турбина, – улыбнулся Иван. – Турбинка это небольшая сумка, -сказал Иван и машинально погладил свою сумочку, что была пристегнута у него на поясе. – А хочу я, чтобы вы отпустили всех этих людей и уехали, откуда приехали. Пока хуже не стало.

– Шел бы ты лучше сам дядя отсюда, вместе со своей сумкой, – злобно сказал здоровяк. Пока хуже не стало, тебе.

– Турбинкои, – поправил его Иван.

– Да ты совсем оборзел! – заорал тот, спускаясь по ступенькам.

Здоровяк замахнулся, но Иван опередил его, ударив кулаком в лицо.

– Ты мне нос сломал, сука! – завопил здоровяк, хватаясь за лицо.

Кровь хлестала сквозь его огромные пальцы.

– Взять его ! – крикнул он своим.

– Я вас предупредил, – улыбаясь сказал Иван. – Но вы не послушались. Так что, пошли-ка вы все на турбинку.

 И в мгновение, как по волшебству, турбинка с пояса переместилась на крыльцо  и стала размером с большой мешок. Каратели один за другим, волей не волей лезли  в неё, роняя на асфальт свои дубинки. Последним в турбинку полез здоровяк, всё держась за свои, кровоточащий, сломанный нос. Люди не поняв что произошло были все  растеряны, даже немного напуганы. Растерян был и отец Михаил, рядом с которым стояла огромная турбинка, внутри которой была возня. Громкие стоны и ругань доносились из неё.

– Чертовщина какая-то, – перекрестился отец Михаил.

– Какая ещё чертовщина, батюшка? Это всё сила Божья, – сказал Иван улыбаясь. – Никакой чертовщины. И давайте вставайте, святой отец, ещё настоитесь на коленях, – сказал он, помогая раненому отцу Михаилу подняться.

 Народ тоже потихоньку начал вставать с колен, помогая друг другу.

– Ну-ка подсобите, – попросил Иван двоих парней, что были покрепче.

 Они повесили турбинку на одну из веревок, что торчали сверху.

– Люди добрые, – обратился Иван к народу. – Злая сила сидит в наших непрошеных гостях. Надо бы выбить её из них, потому что по-хорошему она уже сама не выйдет. Им уже ничего не поможет, кроме хорошей, доброй порки. Так выбивали дурь из нас отцы наши, деды наши и прапрадеды тоже. Так что не стесняйтесь, берите дубинки, что они обронили и подходите поближе.

 Целый час выбивали дурь из жестоких карателей, что сейчас смиренно сидели в турбинке. Люди выстроились в длинную шеренгу и по очереди лупили их, передавая дубинки друг другу. Некоторые даже умудрились подойти по второму кругу.

– Пожалуй, достаточно, – сказал Иван. – Дурь из них я думаю, выбита полностью, – сказал Иван, развязывая турбинку.

 Турбинка глухим звуком плюхнулась на бетонный пол школьного крыльца.

– Турбинка, выпускай их наружу и пусть катятся на все четыре стороны и чтобы впредь дорогу сюда забыли навсегда! – громко приказал Иван.

 Побитые стали вылетать по одному из турбинки и со спринтерской скоростью разбегаться во все стороны, под веселый смех и свист горожан. Когда последним выбежал здоровяк, турбинка снова очутилась на поясе у Ивана, в виде небольшой сумочки.

– Добрый ты человек Иван, и большая сила тебе дана, Богом, – восхитился отец Михаил.

– Но главные злодеи все ещё не наказаны, – заметил директор школы.

– Так давайте закончим начатое, – улыбаясь, сказал Иван.

 Народ одобрительно закричал:

– Давайте! Давайте!

 В сауне элита города по-прежнему, вовсю пировала. Правда не все, гости из района увидев волнения в городке и не смотря на уверения местных властей, что всё под контролем, поспешили уехать. "Местные" сильно удивились, когда им сказали что митингующие стоят у ворот детского сада. Вначале к людям вышли криминальные авторитеты, одетые лишь в белые простыни, но с пистолетами в руках. Угрозы и выстрелы в воздух им не помогли, потому что они мигом очутились в турбинке. Такая же участь постигла и местное полицейское начальство, что, кстати, тоже не потрудилась одеться, а вышла к людям в таких же белых простынях. Городская администрация, однако, не сильно спешила на улицу. И на призывы людей выйти и поговорить никак не реагировала.

– Ну, раз не хотите по-хорошему выйти к людям, то тогда давайте, добро пожаловать в турбинку, "уважаемые", – строго сказал Иван.

И стали они выходить один за другим и лезть послушно в турбинку, ко всем остальным.

– Ну что, также дубинками будем из них дурь выбивать? – спросил кто-то из толпы.

– Не-е-ет, – ответил Иван. – В этих зло засело глубоко. Здесь нужна отцовская порка, ремнем да по голой заднице, – сказал Иван, доставая из турбинки, широченный, кожаный армейский ремень. – Ну-ка турбинка, выставляй по одному нам на показ, да тои стороной где, по всей видимости, у них совесть засела.

 И тут же турбинка с одной стороны немного раскрылась и выставила наружу чей-то голый зад.

– Ну что, приступим? – спросил Иван, взмахивая ремень в воздухе.

До поздней ночи лупил Иван зады местной “элиты”, что по очереди выставляла ему турбинка. Весть о том, что Иван Турбинка расправился с беззаконием, молниеносно разлетелась по всему городку. Люди впервые за много лет, без страха вышли на улицу в вечернее время. Все жители собрались смотреть на порку когда-то "хозяев" города. Пришла и Елена с дочками. Весь вспотевший от неимоверного труда, Иван обратился к собравшимся:

– Зло мы из них выбили. Что с ними дальше делать будем?"

– Мало! Ещё надо! – кричали люди. – Посадить! – Добить! – кричали они.

И даже кто-то кричал:

– Убить!

– А Вы Елена, как думаете? Какое наказание они заслуживают? – обратился Иван к стоявшей неподалеку Елене с детьми.

– Я? – немного растерявшись от неожиданности, спросила Елена. – Я думаю, если зла в них больше нет, и они больше никому не причинят ничего плохого, то я думаю, что они получили своё сполна во время порки.

– По истине, прав был Господь Бог, – радостно заговорил Иван. – Смотрю на Вас Елена, и верю, что благодаря таким как Вы у человечества ещё есть шанс на спасение. Но искупить вину, за всё содеянное зло, всё-таки им придется. Отец Михаил, – обратился Иван к священнику. – У вас тут неподалеку я слышал, мужской монастырь есть. Вы знакомы с отцом настоятелем? Строительная бригада у них есть?

– Да, знаком, – ответил отец Михаил. – И да, есть у них строители, но мало их. Они там уже второй год никак не могут закончить восстановительные работы монастырской стены.

– Отлично! Тогда позвоните и сообщите, что я к ним направляю  пополнение в помощь. И с сегодняшнего дня будут они восстанавливать и строить храмы и монастыри. И пусть начнут со стены. А как там закончат, то сразу берутся за строительство новой церкви, взамен тои что сожгли. И сказав эти слова, Иван приказал турбинке:

– Турбинка, выпускай их! Да прямиком в монастырь!

 И стали они выскакивать по одному из турбинки и быстрым шагом удаляться под смех и свист толпы, в сторону монастыря, что был за холмом.

– А Вы Дмитрий Александрович, – обратился Иван к директору школы. – Принимайте бразды правления городом. Город, конечно, я понимаю не школа, но я думаю, Вы справитесь. А районным передайте, чтобы навели у себя там порядок, а то Иван Турбинка придет и наведет порядок и тогда пощады не будет.

 Народ весь одобрительно захлопал.

–Турбинка, родненькая, – гладя её, обратился Иван к своей сумочке, что опять была на его поясе. – Надо бы людям устроить праздник, они этого заслужили. Да и я не прочь немного расслабиться, – мягко, лаского сказал Иван, зная, что турбинка не очень-то разделяла любовь Ивана к веселью.

 Иван заснул руку в сумку и достал оттуда бутылку газированной воды.

– Ха-ха-ха, – засмеялся Иван и отдал газировку стоящему рядом рыжему мальчугану.

Иван снова засунул руку, и снова газировка. И так было каждый раз, то соки, то газировки и так до тех пор пока каждый ребенок и несколько беременных не получили своё. И только после из турбинки буквально полились бутылки с пивом, водкой, вином ,коньяком и шампанским. Непонятно откуда заиграла музыка, и началось веселье с танцами до утра.

 Уже далеко за полночь, уставший, но довольный Иван провожал Елену и девочек домой. Машенька сладко спала у него на руках. Елена, нежно держась, шла под ручку. Катя весело шла немного позади со знакомыми ребятами, которым тоже было домой по пути.

 Девочки давно уже спали в своих постелях. Иван и Елена сидели на диванчике, на крыльце, укутанные с головой в толстый, теплый плед. Ближе к утру становилось прохладно. Елена сняла обувь и поджала ножки под себя, одновременно прижимаясь к Ивану плотнее. Иван нежно её обнял.

–М-м-м хорошо как, – мило замурчала Елена. – Иван, ты вернул людям надежду. Всё что сегодня произошло, иначе как чудом не назовешь. Даже не верится, мне все ещё кажется, что это сон. И если это и вправду сон, то я хочу чтобы он никогда не кончался. Я не хочу просыпаться, – Елена прижалась ещё сильнее. – Но … – грустно продолжила она. – У меня предчувствие, что тебя завтра здесь уже не будет.

 Иван ничего ей не ответил. В принципе Елена и не ждала ответа, всё и так было понятно. Ивану тоже было на душе тяжело. Первый раз за всё долгое время он почувствовал что его "сила" это одновременно и его проклятие.