(В) (не) зависимости

Во время «стодневки» (до приказа о дембеле), Антип «дУхам» масла сливочного брал, «дух» подходил к нему и говорил: «Дембель» стал на день короче, спи, старик, спокойной ночи, пусть приснится дом родной, баба с пышною пи**ой, море водки, пива таз президентский тот приказ, где говорится: «Всем «дедам» домой явиться»! «Дембель» стал на день короче, спи, старик, спокойной ночи». После этого дух спрашивал можно ли масла забрать, а Антип вопрошал сколько ещё Гарину дней «бани,» сколько дней до «деда», не ответил «дух» правильно – за шиворот, в нос или в карман ему масло, а правильно ответил – получай, заслужил покушать, дорогОй. Бывало, конечно, «дУхи» забывали масло забирать, тогда А. Г. всё накопившееся старшему «дУху» засовывал куда-нибудь.

Увольнение однажды случилось. Белокрылкин «Баче» одежду на три размера больше выдал – старые ботинки, дряхлые спортивные штаны, потёртая кожанка. На бомжа «дедушка» походил. В городе с сослуживцем Мишей гуляли, Антип банку «пенного» выпил и окосел, ну и ладно – в части-то не спалили, по итогу. Пронесло, выходит, чем и запомнилось.

Новый год-то какой весёлый был – получили ребята деньги. «Нарпом», так сказать, старший – Руслан, с майором о «можжевеловом напитке» договорился, лЯпота была – лежать на шконках и пить.

Но вот и «дембель» почти, на днях домой, сидит Гарин на питомнике, ворота закрыты, вдруг звонок в дверь – ба, комвзвода! Забежал, искать что-то стал, Антип спросил что именно, комвзвода кричит: «Спирт! Где спирт?! Лучше говори!». Собаки лаяли на него, но как он пальнул в воздух, так замолчали псы, однако не нашёл спирта, а Антип вовсе не пил его, зачем ему надо это было? Видать характеристики хорошей не хотел А. Г. дать или сержанта звание снять желал, но кончилось всё хорошо.

Домой на поезде классно «Баче» было – всю дорогу «Кровавую Мэри» пили, родителям Антип не сказал, что возвращается, сюрприз, зато! «Наконец-то еду я на Родину…», как в песне поётся одной. Алекса, одного из лучших корешей, Гарин просил встретить солдата по приезду. И он встретил! Такая встреча тёплая получилась на платформе. Потом в магаз – «белая», «конина», в авто попили, а затем к Алексу домой. Мать его радушно встретила друга сыновьева, а наутро Антип уж и в посёлок, к «старикам» своим, по дороге букет матери купил и пару стопок для храбрости выпил, родители не ожидали, рады дюже были, но папа – деловой, в тот же день предложил сыночке через друга, начальника МВДшного, в отдел-то и устроиться.

Следующим днём А. Г. отправился вместе с отцом на собеседование. Папин друг спросил кем Антип хочет работать. Гарин, не задумываясь, ответил, что опером, хотя Володю Каверина из «Бригады» и не любил, тогда отца и сына направили к начальнику УгРо по имени В. «В.» поинтересовался, где Антип набил такие кулаки, сам же себе и ответил, мол, в армии, наверное. Гарин-младший добавил, что всю армию на кулаках отжимался. Далее А. Г. задали вопрос про «ладонную» наколку «Через тернии к звёздам» на латыни, и юноша ответил, что сведёт, как только денег заработает. После беседы Антипа направили на медкомиссию, Гарин же, на радостях, стопы свои направил во двор родного «городского дома». Там парни очень рады были бывшего солдатика видеть, подкидывали дружку в воздух, после чего Антип «надышался» и продолжал «социальные процедуры» всякий раз после сдачи медицинской комиссии, при любой возможности.

Случилась и встреча со вторым лучшим другом, Эриком. Тогда, в тот далёкий и невозвратный уже день, Антип и Эрик пошли на пруд, где Гарин красовался перед другом в том, как умеет ходить строевым шагом, а Эрик пел собственные песни без аккомпанемента.

Вообще, А. Г. дюже ценил Эрика за необычный взгляд на вещи за истории, которые «дружаня» умел «плести» из слов. Вот и в ту встречу Ант не был лишён «лексического лакомства». Эрик приготовил интересное повествование:

«Узнав, что в городе открыли глэмпинг на территории действующего погоста, я сразу же решил побывать там. Необычно, странно, «нервощекотательно» – «must have»! Длительное время я «ловил» свободные даты на выходных, стремясь опередить подобных мне, в конце концов забронировал.

По самомУ домику – ничего необычного, стандартный «А-фрейм». Несмотря на название локации «Покой», антуражно местА для ночлега и досуга никак «не обыгрывались» создателями с целью «симбиоза» с окружающим пространством.

По прибытии администратор сообщил мне, что можно взять экскурсию, где расскажут о выдающихся «обитателях» кладбища. От меня, естественно, последовало согласие, так как «черным-темно» ещё не было, а я уважаю всяческую мистику и нестандартность.

Экскурсия оказалась интересной, некрополь хранил «внутри» себя множество писателей, учёных, «авторитетов» из девяностых годов двадцатого века, актёров, артистов, военных и т. п. «Вожатый» на полном серьёзе утверждал, что самые «опасные» надгробия на погосте – те, где когда-то имелись фото почивших, но от времени стёрлись. Потому что некоторые из таких надгробий «не хотят» оставаться «безликими», а «привязанных» к таковым могилам живых людей, желающих и имеющих возможность обновить изображения на плитах, уже нет. Именно поэтому надгробия могут «впитать» в себя оказавшегося рядом ментально и/или физически ослабшего человека, отобразив на собственной поверхности лицо невезучего бедолаги. Ближе же к окончанию экскурсии, гид полушутя «предупредил», что окружение у «моего» домика не простое, а потому всякое может случиться. Экскурсовод не имел развитой «мимической пластики», не проявлял эмпатичного настроя на моё развлечение, в субъекте ощущалась некая «закостенелость». Не мудрено, что, по сути, единственная шутка от столь серьёзного человека, пусть и обладающего обширнейшими энциклопедическими знаниями по теме, запомнилась, засев в голове.

Во время «одинокого» пути в домик начали происходить странные вещи, отвлекшие меня от размышлений от едва закончившейся экскурсии. Прямо над «вечереющей» и «сумеречной» дорогой, в нескольких точках воздух с остаточным светом локально «искривились» таким образом, что образовали нечто вроде «зрительных» порталов, визуально «передавая» виды, кардинально отличавшиеся от находящихся вокруг. Иные цвета, яркость, освещение, места, время. Я видел в «порталах» прошлое с моим умершим уже отцом! Дни, когда помогал папе «бомбить», сидя за его водительским креслом; вечер, во время которого пытались продать билеты на концерт одной из любимых им групп прямо у входа на площадку мероприятия, но были пойманы охраной; совместные игры в боулинг; первое в жизни посещение ресторана с роллами и суши; застолья на семейных праздниках; игры в теннис один на один; совместные закупки товара для его продуктового магазина и иные «объединяющие» события. Не знаю сколько времени я в слезах переходил от точки к точке, стремясь вновь «окунуться» во времена, которые уже не вернуть. Тем не менее, настал миг и всё пространство вновь «выровнялось», окружающая картинка «стабилизировалась», придя к ожидаемой «норме». Мне стало страшно от темноты вокруг и ощущения «мертвечины» – разум «любезно» предоставил мне таковое, не в силах бороться с «биологическим», примитивным страхом смерти и темноты.

По возвращении, наконец, в домик для ночёвки, я обнаружил, что на стене над кроватью висит картина, которой ранее там не было! До того на стенке наблюдался лишь «след» от некогда висевшего изображения в рамке, не более. На холсте были нарисованы сидящий на стуле юноша, напоминавший мне самого себя, а также скелет, расположившийся в кресле рядом с молодым человеком, и положивший собственную костлявую конечность на «мясные» колени «соседа». Автору удалось передать происходящий на холсте процесс, а именно – ситуацию массажа, во время которого «живой» мужчина массировал «мёртвому» костяную стопу ноги.

Едва увидев данное произведение, я сразу же почувствовал оторопь и мурашки по всему телу. Узнавание и принятие были быстрыми – на картине автор изобразил не кого-нибудь, а меня и моего отца! Подобная сцена имела место в прошлом, во время одной из наших немалочисленных загородных поездок на выходные. Отец очень любил, когда ему массируют стопы, а потому частенько просил меня не отказать в подобном действии. Помню, что мне одновременно хотелось сделать папе приятно и было несколько брезгливо массировать чьи-то, пусть и «близкие», стопы.

Дрожащими руками я сфотографировал изображение, попутно поняв, что теряю самоконтроль и «отъезжаю» в воспоминания. Потом вновь перевёл взгляд на чью-то красочную работу.

Полотно «добило» меня, «ведущую» рациональную часть сознания, так что я просто осел на пол и погрузился в воспоминания о том, чего не вернуть, в сожаления о сделанном и не содеянном…

Утром я проснулся на кровати под одеялом, что означало – туда «автопилот» всё-таки смог доставить тело вопреки всему внешнему и внутреннему. Первым делом я посмотрел на картину, но вместо неё увидел лишь «след» – более светлый участок стены, «защищенный» от «пыльного потемнения» когда-то расположенным на таковом участке объектом прямоугольной формы.

Собрав вещи, я отправился к администратору, чтобы сдать ключи от домика, оформить выезд. Показал ему фото картины, а затем снимок места, где она висела ночью, но отсутствовала вечером и утром.

– Что это за исчезающий холст? Откуда он появился и куда делся? – поинтересовался я у сотрудника, умолчав, при этом, о «послеэкскурсионном» опыте «дорожного» визуального «контакта» с прошлым.

– Не знаю, но слышал о подобной ситуации с живописью уже от нескольких гостей. Надо бы, наконец, самому провести в домике ночь ради экспириенса. Другое дело – не факт, что удастся заснуть. Несколько раз из-за дел по работе я оставался на ночёвку здесь, в домике администратора, но заснуть, в итоге, не смог. Вместо сна бродил по ночному кладбищу, словно лунатик, ходил и слушал послания камней, петляя среди дорожек, «стелящихся» под ноги так, словно до того мы с этими путями не «встречались» множество раз. Камни говорили мне что-то, шептали, но разобрать удавалось лишь малое количество слов и посланий. Везде нужна тренировка. Я, кстати, думаю, что и гиды у нас не люди, а ожившие каменные статуи с забытых или просто не всем известных мест этого старого погоста. Поэтому чему вы удивляетесь? Вы же, наверное, искали некой необычности, арендовав домик в такой локации? Вы её получили. Если гость жив и ментально да физически здоров, плюс с новым опытом, то это ли не удача?! Напишите, пожалуйста, хороший отзыв!

На мой вопрос много ли тех, кто после ночи в домике НЕ «жив и здоров», администратор лишь улыбнулся. Вскоре приехало такси, забрав меня из пространства «могильных загадок» в знакомое пространство Урбана. Часть меня хотела когда-нибудь провести в необычном домике ещё одну ночь, желательно не в одиночестве, чтобы разделить «необычайное» с кем-то близким, другая же часть естества съёжилась от страха и стремилась забыть об опыте хотя бы на какое-то, но желательно длительное, время. Этой самой «другой» части хотелось «привычности», дающей уют дней «известных», словно бы «обмотанных» упаковочной, «пузырчато-пупырчатой» плёнкой.

И всё же, на мой взгляд, рок стоит поблагодарить за такую «диковинку» на страницах «книги моей судьбы», а также за возможность вспомнить и провзаимодействовать с ушедшим близким. Жалко, поговорить не удалось, однако от добра добра не ищут, кроме того, будет чего желать при «повторе», когда и если он случится.

Этот след от картины отпечатался в памяти. Оставил след и в душе!».

Гарин не знал верить услышанному или нет, однако доверять другу хотелось, а потому и для сомнений не должно было найтись места. История натолкнула Игоревича на мысль о великой ценности того факта, что родной отец был пока жив, еще с ним, «в доступе». Встреча друзей, меж тем, плавно завершилась…

Но вот и важная дата – свадьба у двоюродного брата. Разумеется, Антип приглашён вместе с родителями, внезапно вновь это имя – Настя, вернее – Настюша, уже другая, четырнадцатилетняя девушка, которая пришлась молодому человеку очень по сердцу, видимо, как и он ей, ведь села она за праздничный стол рядом с Антипом, сама, по собственному выбору. Двое так мило общались, она пригласила Гарина на «белый танец», парочка счастливо танцевала, вдруг подошёл Настюшин отец и сказал: «Антип, бери её». Этим он крайне смутил Гарина, тот просто не мог себе позволить с ней встречаться по причине возраста этой, ещё, девочки. Чай, не Ромео с Джульеттой перед грядущей «Пляской смерти»! Тем не менее, она оказалась кое в чём грамотнее «Бачи» – рассказала про малоизвестные мессенджеры и приложения.

После свадьбы брата Антип и «Настюша» переписывались, однако всё время Гарина было занято тем, чтобы достать деньги на «зелёнушку». Он сошёлся с неким Сашком, «двигался» через него на 0, 8 единиц «рафинада», позже нашёл общий язык со всей его компанией, с ними «дышалось», пилось. Именно от них Антип впервые узнал про «космос» – «дыхательные» смеси, Гарин попробовал их и его «унесло» с «кондачка». Стоила эта вещица дороже, но зато и эффект! Антип и «дворовые» стали скидываться, чтобы «дышать» ежедневно. После устройства в отдел Антип, который уже раз, решил бросить, дав очередной пустой зарок.

Бабушка Клавдия щедро дала Гарину денег на авто, родители добавили, вместе с отцом на «Белой башне» Антип купил себе бежевый ВАЗ 2112, «десятилетку», с сигналкой, мощными колонками и сабвуфером. Однако А. Г. давно не ездил и просто забыл как это делается, тем не менее, перегнать авто до дома, плетясь вслед за отцом, смог.

Время шло – работа тоже шла в гору, Ант пытался раскрывать преступления, заводил «агентов», искал преступников, однажды товарищи участковые задержали бомжа Владимира, который, судя по записи с камеры видеонаблюдения, на которой Володя был заснят выходящим из подъезда с пакетом, украл четырнадцать счётчиков. Томился этот несчастный в опорном пункте, отрицая свою вину, так что участковые решили надавить: подсунули Владимиру пакет с извёсткой, типа это «грек» (тяжелое вещество) и при понятых пакет «обнаружили» – грозились «оформить» после экспертизы по статье УК, если не будет явки с повинной «по счётчикам» написанной. Конечно, бомжик «стух» и всё подписал, его отпустили под повестку до суда, он вынужден был каждый день приходить к Антипу отмечаться. В прекрасный кабинет с четырьмя сейфами, двумя столами, компом и кучей стульев (весь этот скарб Гарин собрал сам). В кабинете «Бача» поил Владимира чаем и угощал сигаретами, ведь, хотя курить запрещалось в кабинетах, Антип не только курил сам, но и соседей пускал покурить, объясняя начальнику наличие смога и запаха из кабинета особенностями психологической работы опера с контингентом для сговорчивости.

Вот всё ближе очередной поворот сюжета жизни – закрыл Гарин после допроса типчика одного в обезьянник и тут увидел в соседней камере «диво-дивное» – девушку красивую. Спросил за что сидит – ответствовали дежурные, что за кражу из «Ашана». Выяснил опер, что девушка-то из города, расположенного за две тысячи километров от родного для Анта. Живёт ныне девчуля с сестрой в пригороде, в одном из мелких городов-спутников и именно эта самая сестра сказала девушке, будто в «Ашане» можно безнаказанно тырить. Девушке (по имени Кэт) повезло, украла она на «административку», а вот сестра её – Инга, по сумме натыбрила уже на «уголовку». Так или иначе, Ингу уже отпустили, а Кэт оставили «чалиться» в камере до суда. Понравилась Антипу девчушка в красном пальто, серых колготках и чёрных сапожках прям очень сильно, поднялся он к себе в кабинет, где сидели напарник Денис и сотрудник Максим, рассказал им всё, поржали они и уговаривать стали Гарина домой пойти. Уверяли, смеясь, что утром поднимут и накормят узницу эту, ведь дежурство-то их, А. Г. метался по кабинету из угла в угол, но решился перебороть страх и вытащить девку. Спустился к дежурному и предложил тому выпустить Кэт с опером до утра, под Антиповскую же ответственность, за коньяк, дежурный согласился (как узналось позже, можно было и без коньяка обойтись). Гарин объяснил Кэт, что до утра ей предстоит провести время с ним, после чего вдвоём они поехали в магазин за джином (позже она расскажет А. Г., что пока он покупал напиток, хотела сбежать, но не решилась Гарина подставить). Вернулись «Бача» и девушка на стоянку машин у отдела, понапивались и уснули прямо в авто, причём Катя уснула на плече «поручителя». Наутро она – в суд, а Антип – на работу. Обменялись телефонами, встретились этим же вечером и отправились кататься, родители Гарина уехали домой, он пригласил её к себе, сперва поцелуи, а после круговорот всех известных юноше на тот момент поз в природе. Позже А. Г. сказал ей, что это был его первый раз, она не поверила, сказала, будто была уверена – у партнера большой опыт, судя по «процессу».

На следующий день Ант посадил новую знакомую на поезд, сказав, что любит и позвал переезжать к нему, «мамзель» произнесла в ответ, что всё обдумает и, наверное, согласится через несколько дней. Потом, спустя пару суток, от неё звонок, в трубке – слёзы, Кэт говорит, что на паранойе касательно чувств Антипа. А. Г. стало так жаль её, в голове мелькнула фраза отца: «Один раз пожалеешь – всю жизнь жалеть будешь», но что толку от чужой мудрости, если она ещё не прожита на собственной шкуре?

Через две недели «Бача» объявил родителям, что хочет жить с новой пассией, они дали добро, так что молодёжь вдвоём ютилась в одной комнате городской квартиры, а родители – в другой. А Кэт… Кэт быстро надоела Антипу, видать всё дело было в кажущейся, лишь временной заинтересованности по причине неопытности, так что Гарин стал задерживаться на работе, сидел и играл там в игры, для настроения выпивал перед домом вечерами, смотря на звёзды с самолетами, думая о самураях, и приходил почти всегда поздно. Проза жизни.

При всём при том, жили-то Антип с Кэт довольно хорошо, «дыхательного» Ант себе не позволял, только «светлое» по вечерам, вскоре попросил родителей переехать на дачу, они согласились, тем самым освободив сыну с избранницей квартиру полностью. Проблеск от зависимостей, но проблеск, очевидно, длится лишь краткий миг.

В одно из многих рабочих утр, начальник собрал всех и сказал, что раскрываемость по «нарколинии» хромает – необходимо «сделать» хранение или сбыт веществ каждому из присутствующих. Антип взял с собой знакомого сотрудника и поехал в аптеку ловить «потребителей». В аптеке, внутри, он ждал того, кто стал бы покупать шприцы, сотруднику предварительно сказал, что тот, за кем Антип выйдет из аптеки, и есть «цель», именно его-то и необходимо «принять». Такой человек нашёлся, Гарин с коллегой заковали его и отправили в райотдел, там был обыск при понятых, приседания «шприцолюба», но толку – ноль, а значит – дело-дрянь. Пришлось подключить лучшего «агента», Виталика, «элиту» в своём деле, настоящий дока, четырнадцать эпизодов мошенничества, как-никак. Виталик купил у известного ему спекулянта десять единиц «легального коктейля», заказал ещё двадцать и организовал принятие «спекулянта» на «тёплом». Всех в «обезьянник», спекулянта и Виталю отпустили утром, экспертиза изъятого была к обеду, Антип спросил у дежурного что делать с «зеленушкой» и «дЕжур» легко предложил отдать её Гарину. Взяв, тот сперва узнал у «старшИх» что может последовать за подобное действо в плане санкций. По их словам выходило, что «гаврик-спекулянт» мог подать на Антипа в суд, коли не будет возвращено изъятого, оценив оное в приличную сумму, которую Антип, в итоге, ещё и будет должен. А. Г. решил не рисковать – набрал «барыгану», «абонент» приехал, Гарин предложил возврат половины, «барыган» дал согласие и научил Игоревича, бонусом, как правильно с половиной оставшейся «разобраться», после чего отбыл. Из имеющейся половины в сейфе пару единиц перепало от Анта Витале и ещё пару единиц другому полезному «агенту», остальное Гарин отвёз домой, где с Кэт и попробовал «трофей», уютно разместившись на балконе. Эффект смеха и раздувов понравился, так что враз «исчезло» единиц восемь, решили, даже, что необходимо накопить на бонсай, который и разместить на балконе. После данного эпизода, Антип вновь «завязался» со старой компанией, тратя все деньги на «материалы» с «догонами» из алкоголя. Затем пришла пора полицейской «первоначалки», где обучали уставу, стрельбе, борьбе, а по выходным отпускали домой.

Хорошее, в целом, было время. Антип гонял по трассе под сто шестьдесят километров, много «чудил» на авто, всё перепробовал, кроме, разве что, езды задним ходом по «встречке», все проблемы решало «золотое, яхонтовое» удостоверение. Гарин никак не хотел задерживаться на «первоначалке», потому как из-за «материалов» его снедали сомнения касательно верности Кэт. Однажды А. Г. уехал посреди недели с «первоначалки» ради «дыма», это привело, практически, к увольнению, однако через ряд дней Ант набрал отцу, чтобы он восстановиться пособил на работе. С помощью друга папа сделал это, но Антип не продержался после восстановления и двух недель, так как люто, бешено хотелось «дышать». Итогом – предложение написать заявление «по собственному», что и было сделано.

После увольнения Антип стал «дышать», вообще, «по-чёрному», как не в себя. С Кэт постоянно ругались, нервы истончились до толщины волосков, несколько раз в ссорах сожительница царапала Гарину лицо, в связи с чем он не ездил к родителям, нигде не работал, лишь брал «материал» на реализацию, продавал. Однажды познакомился с чуваком по кличке «Красный», который свёл Антипа со «спекулянтами» Санчо и Андроном, Гарин приобрёл у них единицу, лютую штуку, от которой казалось, что ламинат горит красным огнём. Ант думал, будто «заканчивается», лишь только холодный душ и «освоенное» после «всплеска» меньшее количество «материала» облегчили Антипу существование. Неудивительно, что в дальнейшем он «вырубал» только через них, и за «материал» возил «спекулянтов» на «складирования», хотя было и такое, что от их «платежей» Антип не то что везти их куда-то, но и ходить-то с трудом мог.

Однажды Ант повёз Санчо и Андрона на «работу», сам же смотрел куда угодно, кроме дороги, думал – остановят гайцы, но пронесло. За этот вечер Гарину был предложен «пуд соли» в счёт зарплаты. Антип привёз зарплату домой и угостил Кэт. Под эффектом, расспросил про жизнь, она рассказала всё как на духу – это был долгий и откровенный разговор на всю ночь. Наутро подруга выглядела не очень, Антип не отпускал её на работу, так что она даже открыла окно и кричала: «Помогите», а Гарин так резко и сильно захлопнул его, что на руке Кэт появились кровь с синяками. Чутка позже в дверь позвонили, это был участковый, которого А. Г. уверил, что всё хорошо, а тот ответил в том ключе, что, дескать, знай он, вообще, чья это квартира, то и не пришёл бы, так как уважает «Бачу».

С Кэт помирились, она ушла на работу, Антипу в счёт «зарплаты» дали ещё, его женщина запрещала Гарину «приобщаться», но Антипка сделал это в тайне. Призраки сомнений опять одолели слабого, беспомощного человека и воспалённый разум заставил Антю вновь и вновь набирать ей, ведь Гарин был уверен в изменах партнёрши с охранником магазина, где девушка работала. А. Г. приехал в этот магазин, обнаружил Кэт, как всегда, у стойки, обслуживающую мужчину и женщину внушительных габаритов, при этом у женщины была наколка «Кобра» (значением: «Зачем мужчина, если есть я?») и Антип, отчего-то, обнаружил в себе полную уверенность, что это – родители избранницы. Такая, вот, её семья мошенников, уголовников и преступников, которые, наверняка, желали имущества Антипа! Сия «чета» покупала чёрные плотные шторы, и Гарин был уверен – шторы для его родителей, собирающихся как раз поехать на Юг, что в эти-то шторы «родители Кэт» и хотят закатать Гариных-старших, чтобы потом прямо в них и предать земле.

Подбежав к Кэт, А. Г. задал ей вопрос о том её ли это родители, она побледнела и юноша уверился в своих худших предположениях, отчего-то дополнительно подумав, что раз он их всех «раскусил», то в его авто уже, сто процентов, кто-то успел установить бомбу. Тут Антип лихорадочно принялся звонить отцу, просил его приехать к маме и закрыться с ней в кабинете, а маме сказал встретить отца и обязательно их вдвоём изнутри запереть до той поры, пока «Бача» сам не приедет и всё не объяснит. Когда Антип добрался до маминой работы и рассказал всю историю с мнимым желанием посторонних людей завладеть имуществом «бачиных» родителей, папа с улыбкой довёл до сведения Гарина острую необходимость пребывания сына в дурдоме, тут-то «материал» и начал отпускать А. Г. поехал домой, чётко осознавая, что всё выдумал.

Невзирая на эту историю, через неделю «Бача» вновь взял «материал», весь день им «разминался», родители находились на Юге, а Антип слышал стуки в квартире сверху, будучи уверенным, что там заколачивают в гробы мать и отца. Гарин действительно слышал родительские голоса, так что вечером достал из папиного сейфа газовый пистолет, щёлкнул затвором и долго расхаживал с пушкой в боевой готовности по квартире. Когда же лёг спать – слышал, как воры спускаются с крыши в квартиру по верёвке. А. Г. допускал, также, и то, что квартира сверху – совсем не простая, а «двойная», «портальная», что заходишь ты в одну квартиру «нашего» мира, а выходишь из неё уже в мир чудовищ и монстров, которые таким образом и проникли во «вселенную Бачи», чтобы изжить его со свету. Утром Гарин проснулся с дулом пистолета, снятого с предохранителя, у виска.