S-T-I-K-S. Век стронга недолог

Тайоту просто смело с дороги, пулеметчика подбросило вверх метра на два, кувыркнуло и буквально размазало по земле, а через секунду на него приземлился полуторатонный пикап. Задний грузовик замер и оказался в пяти метрах от второго фугаса. Тот был побольше, но и бил он не в борт, а между машинами. Но сработало. Взрыв вышел неслабый. Машины вздрогнули, задний грузовик просто замер, от его морды ничего не осталось, а на обочину из кузова попрыгали люди, всего четверо, пятый вывалился, но так и остался лежать за колесом с окровавленной головой.

Справа ударил пулемет, длинная очередь прошлась по кузову второго грузовика. Он пострадал меньше и сейчас пытался вырваться из огненной ловушки, на его кузов пришлись основные осколки второй мины. Кроме того туда Пигмей вбил половину ленты.

– По водителю, – скомандовал Ампер, и два автомата отрыли огонь в лоб.

Машина прошла метров семь, волоча за собой просевшую задницу, поскольку взрыв растерзал в клочья задние колеса. Ее мотнуло и, она упершись мордой в горящий пикап, замерла.

От второго грузовика раздалось несколько очередей, но, похоже, стрелки там были аховые, и пули прошли над головой Погорелова, причем так высоко, что даже кустов не задели. И тут же туда ушла пулеметная очередь КОРДа, а сквозь лай пулемета Ампер с трудом услышал, как гавкнула снайперка Рыжего. В ответ снова заработали несколько автоматов и хлопнула винтовка, причем по звуку вполне солидная.

– Сука! – взвыл Пигмей. – Мне мочку уха срезало.

После чего маленький пулеметчик просто перешел на мат и начал давить позицию невидимого стрелка короткими очередями. Благо, оптика на трофейном СНВ имелась. В ответ из за грузовика снова раздалась стрельба, выжившие пытались нащупать пулемет.

– Ампер, мать твою, – заголосила рация на этот раз голосом Рыжего, – да запульним им туда что-нибудь, я ни хрена них не вижу.

– Сейчас организую, – отозвался Погорелов, заряжая в подствольник обычный осколочный вог.

Хлопнуло. Со стороны дороги потянуло дымком. Но стрельба через минуту возобновилось, на этот раз пули прошли над бруствером, да так плотно, что Ампер едва успел голову убрать.

С левого фланга громыхнул баррет Рыжего, а со стороны засады раздался вой, так орет тяжело раненый. Потом оттуда же грохнул одиночный выстрел и раненый затих.

На пару минут возникла пауза, никто не стрелял, но в оптику Ампер отлично видел, как по дороге за трупом кто-то ползает. Он снова зарядил вог, примерился и послал его точно в ту сторону. На этот раз попал, раненый завертелся на месте, после чего откатился на пару метров и замер.

Над полем боя наступила тишина. От грузовика, у которого на морде был значок мерседеса, больше никто не стрелял. Из второго так никто и не выбрался.

– Внимание, – заорал Ампер, – сдавайтесь, или будете уничтожены.

В ответ тишина.

– Блин, если всех положили, то это плохо, – прошипел Погорелов.

– Есть живой, – раздался голос Рыжего, – последний грузовик, среди трупов кто-то перекатывается. Ампер, бери его, мы прикроем.

Откуда-то из-под второго грузовика протрещала короткая автоматная очередь, все пули угодили в бруствер метрах в двух правее Погорелова. И тут же на подавление с поля заработал крупняк Пигмея.

– Выходи, суки, а не то всех положим, – заорал Ампер, не торопясь вылезать под пули.

– И так подохнем, – заорали в ответ. – Может тебя, гондона, прихватим.

– Пигмей, давай еще одну очередь по второй машине, – попросил Ампер.

Снова загрохотал пулемет, по самодельной броне пошли рикошеты, появились новые дыры. В ответ снова заработал автомат выжившего уже куда-то в поле.

– Вот сучонок, – выругался Пигмей, – в полуметре очередь положил, снайпер х… Мало того, что мне ухо попортил, так теперь решил, раз ухо рваное, то и башка мне на хрен не нужна?

– Прижимай его, а я сейчас на сближение пойду.

– Ты знаешь, сколько стоит каждый патрон к моему пулемету? Не буду я его на этого ублюдка тратить. Путь вон его Рина прижимает.

– Ампер, Пигмей дело говорит, – вклинился Рыжий, – дорогое удовольствие за этого упыря. Давайте с Ринкой решайте, как его брать. Он под машиной за левым колесом.

Погорелов мысленно матюгнулся. Но делать нечего эта сволочь нужна живой. Оценив позицию стрелка, он махнул блондинке.

– Давай ко мне, и одиночными прижимай его к земле, только не подставляйся.

– Не учи, – огрызнулась девушка. – Ты где пойдешь?

– Слева, прикрывшись пикапом и вторым грузовиком. Это единственный маршрут, чтобы подкрасться поближе. Хорошо, что мы растяжки не стали ставить.

– Только монки, – раздался из гарнитуры голос Рыжего. – Но я сейчас их деактивирую с пульта.

Вообще очень удачно, что в схроне нашлась система управления минным полем, на нее-то и завели две монки и два фугаса. Отличная машинка, черт знает из какого мира, но Рыжий обрадовался, когда ее обнаружил. Штучка редкая и очень полезная, позволяла управлять любыми устройствами дистанционно на расстоянии в километр, одновременно можно было активировать двенадцать одиночных взрывных устройств или шесть минных комплексов по восемь мин в каждом, превращая в ад участок в несколько квадратных километров.

Ампер, пригнувшись, перебежал за стену. Вернее то, что от нее осталось. Рина у него за спиной пару раз пальнула одиночными в сторону противника, заставляя его нервничать и отвлекаться на ее точку. Лежащий под колесами отреагировал, как и положено, короткой очередью. Ампера от него закрывала стена, стоящий на спущенных колесах второй грузовик и горящий пикап.

Сто пятьдесят метров до разгромленной колонны Погорелов преодолел где перебежкой, где на брюхе под аккомпанемент вялой перестрелки и криков: «Рус, сдавайся», «Хрен вам» в русских идиоматических выражениях, именуемых матом. Причем грешили обе стороны: и Рина, и ее противник под мерседесом. Самое интереснее, что блондинка ругалась гораздо интересней и разнообразней. Из-под грузовика же обычно доносилось: «Да пошли вы…» в разных вариациях. Ни снайперка, ни пулемет в дело не вступали.

Ампер выглянул из-за колеса, оценив позицию. Он немного ошибся, его противник залег не под грузовиком, а в воронке, оставшейся от подрыва фугаса. Полноценный окоп вышел. Грузовик нависал над ним. До укрытия выжившего было всего метра три. Изредка боевик приподнимался, давал короткую очередь в сторону Рины и нырял обратно. Рукав его куртки был бордовый. Судя по тому, как он уверенно орудовал рукой, царапина хоть и кровила, но была пустяковой. Надо сказать, переругиваясь с блондинкой, он совершенно забыл вертеть головой, все его внимание было приковано к развалинам, в которых укрывалась девушка.

– Рин, не стреляй, – прошептал Погорелов в гарнитуру, – иду на захват.

Высадив длинную очередь, автомат замолк. Похоже, магазин опустел, и теперь, по логике, подраненный бандит его меняет.

Ампер активировал дар и рванул вперед, чуть ли не размазавшись в воздухе. В режиме ускорения он мог находится не больше четырех секунд, и за это время пробегал около двухсот пятидесяти метров. И похоже, это был далеко не предел, главное – дар качать.

Мгновение, и десять метров позади, правая рука летит в челюсть. Выход из ускорения, противник в отключке.

– Объект захвачен, – доложил он, – пакую его.

– Жди, – среагировал Рыжий, – сейчас Каа подойдет, он еще нескольких живых чует. Правда, слабо, наверняка ранены, но нам любые источники сгодятся.

– Хорошо, – согласился Погорелов и быстро обыскал противника, не поленившись заглянуть даже в вонючие носки, черт его знает, может, там скелетный нож или лезвие. Пластиковые наручники – штука хорошая, но ее легко разрезать, и почти нереально порвать, конечно, умея это, не проблема, но такой возможности Ампер пленнику точно не предоставит.

Закончив с обыском, бывший прапорщик окинул взглядом побоище. Неплохой результат. Сейчас он видел четверых покойников, водителя мерседеса, который лежал грудью на руле, и трех пассажиров, покинувших кузов. Были они одеты кто во что горазд, кто в джинсу, кто в кожаные безрукавки, на пленнике куртка хаки в натовской расцветке. Оружие тоже обычное для этих мест, какие-то разновидности калашей, вроде АКМ. Погорелов не всегда мог отличить один автомат от другого. В карманах нашлась пара споранов, опустевшие магазины, на поясе фляжка поллитровка с живчиком. Больше ничего. Последний полный магазин валялся на земле рядом с автоматом.

Через пять минут появился Каа, как всегда спокойный.

– Отличная работа, – монотонным, почти равнодушным голосом похвалил он.

Если бы Погорелов не знал его, подумал бы, что сенс издевается.

– Еще один живой в кузове этого грузовика, второго больше не чувствую, помер похоже.

– Ну помер, и помер, – согласился Ампер. – Присмотри за пленным, а я слазаю гляну, что там.