Проклятые земли. Серия «Серебряная Долина»

Глава 5

Я огляделась ещё раз внимательнее. Все друзья, любимый, мама и бабушка были рядом. Они радовались, плакали, обнимали меня, вернувшуюся из той стороны. Здоровую и невредимую. Ханджар, боялся отпускать меня, держал то за руку, то сидел рядом. Боялся, это было видно. Бедняга. Я представляю, что он пережил. Сама три года назад такое пережила, когда он уехал. А он столкнулся с худшим. На его глазах я умерла. Рада, что вернулась. Рада быть здесь. С ним, рядом.

– Я думаю, нам нужно оставить влюблённых, – подала голос мама, улыбаясь нам. – Пусть побудут одни.

– Спасибо, – ответил Ханджар.

– Малютка, – радостно крикнул гном, – если тигр, тебя потеряет, ещё раз, я рядом.

– Гном, я тебя убью, – прошипел муж, нежно заглядывая мне глаза.

Мордс как всегда, в своём репертуаре. Никакой конкретики, но шума. Ой. Про него можно легенды писать. А лучше фольклор в юмористическом стиле.

– Родная моя, – муж нежно зарывается в мои волосы. – Любимая…

– Милый мой, – обнимала я его.

Ханджар снова зарылся в мои волосы, а потом… нежно поцеловал. Его губы накрыли мои. Он подчинял, пил каждый мой вздох. Складывалось ощущение, что он не целовал меня вечность. Не отпускал меня, пока перед глазами не появились звёздочки. Что он творит?

– Прости меня, – выдал любимый, обжигая дыханием.

– За что? – мой голос дрожал.

Ещё бы ему не дрожать? После такого поцелуя. Я вообще удивляюсь, как он оставил на мне одежду. Хотя стоп, он не успел снять проклятие. Точно, меня ж убили… или что там со мной произошло? Вот он и не снял его. Кровь Лайоны мы получили. Осталось… ох, как глупо.

– Я не уберёг тебя.

– Ханджар, в этом нет твоей вины. Ничьей.

– Я убью Лайону. Найду и убью.

– Милый, пусть её Фалкорн накажет, – вспомнила я про обещание, что дала эльфу. – Она его как огня боится.

Вспомнила, когда эта белобрысая дрянь Лайона, увидела Фалкорна, она чуть на месте не провалилась. Глаза так и бегали от страха.

– Я ему помогу, – улыбнулся любимый и поцеловал меня в нос.

– Скажи мне, – перевела я тему, – ты проклятие снял?

Ханджар поежился. Что уже не так? Моё лицо резко стало серьёзным. Кровь Лайоны у нас, на ритуальном ноже. В чём тогда дело?

– Ханджар, что не так? – со страхом спросила я. – Она ведь проклинающая. Что не так?

– Родная, всё хорошо, – спокойно ответил муж. – Но, я хотел снять проклятие, когда ты вернёшься.

Хух! Стало легче, я уже надумала себе…

– Ханджар, зачем так пугать? Идем! – я попыталась выбраться с кровати, но сильные руки мужа перехватили меня.

– Не так быстро любовь моя, – иронично произнёс тот. – Или тебе не терпится исполнить супружеский долг?

Ну не гадёныш? Знает, что у меня не было мужчины никогда. Нарочно издевается. Я брачной ночи, как огня боюсь…

– Н.. нет, – заикаясь, произнесла я.

– Завтра, всё завтра, – Ханджар снова запустил руки в мои волосы. – Твой дед всё подготовит, – и тут муженек осекся, внимательно посмотрел на меня, ожидая логичный вопрос: «Какой дед?», но, увы.

– Я в курсе, что Ратобор мой дед…, или кто он там?

– Прадед в сотом колене, – дополнил мою мысль муж.

И то верно. По сути, он мне не прямой родственник. Я и этого не знала бы, не оказавшись в прошлом. Молчал дед вредный.

– Сегодня, никуда от себя не отпущу.

– Любимый, ты черту не переходи, а то у Фалкорна, второго амулета нет.

– Тени смерти тебе уже не страшны, – муж подумал и добавил: – Мне тоже, практически.

Новость. Я точно, что-то пропустила? Тени возле меня больше не кружатся? Это как? Не мечтают захапать меня?

– У тебя взгляд недоумения, – прочёл меня муж, не выпуская из объятий. – Родная, для теней смерти – ты мертва. А то, что там, частично, астрально—им не важно. На тебя проклятие больше не подействует.

Я на секунду задумалась. Получается, проклятие снято? С меня так точно. А как же тигр? Или, признайся он мне в любви и привет тени. Снова здрасьте?

– Росана, к тебе тени смерти уже не привалят. Но, вот я от них пока не свободен. Поэтому, нужно снять проклятие.

– Как это будет проходить? – решила уточнить я.

– Это у Фалкорна и Ратобора спроси. Они лучше знают. Мне нужно будет стать в пентаграмму, что нарисует Фалкорн. Дальше не знаю.

– Ясно, значит завтра, ты будешь свободен?

– Именно, – после этих слов, губы Ханджара снова накрыли мои.

Я проснулась на рассвете в объятиях любимого мужа. Вчера, мы долго разговаривали. Я рассказала, где была, что видела. Про великую битву, про Гирриота, что видела его молодым. Честно сказать, участия дракона в той битве, сильно удивило Ханджара. Он сказал, что тот никогда ему про это не рассказывал. Дальше, я рассказала про Миртану и Тауреда. Их боль передалась мне. Не хотела, я оказаться в такой ситуации. Надеюсь, не окажусь.

Находясь в объятиях мужа, я поняла, как спокойно я себя чувствую, когда он рядом. Обнимает. Ласкает. Внутри меня всё сжалось, хотелось большего. Но я давала себе отчёт «не сейчас». Нельзя рисковать.

– Моя дорогая супруга уже проснулась? – спросил муж, не открывая глаз.

– Да, – мягко ответила я, внимательно присматриваясь к его шраму над бровью.

– Этот шрам у меня после битвы с гномами, – поведал мне муж зарождения его памяти о той битве.

– А, понятно, – протянула я.

Ханджар снова потянулся поцеловать меня, но, увы, в дверь бесцеремонно постучали. Не нужно быть провидицей, чтобы понять, кто это был.

– Гном, – прошипел Ханджар. – Я его убью.

– Эээ… не тронь моего друга, – бормотала я, поглаживая любимого по бритой щеке. – Между прочим, без бороды куда эффектнее.

– Ради тебя и побрился, – Ханджар и не обращал внимания на стуки по дверям. Но гном не унимался. – Я его точно убью.

За дверью послышался знакомый голос:

– Эй, тигр, открывай. Малютка, твой дед тебя ждёт. Проклятие снимать. Идёте или нет? – бубнил мелкий гном, за дверью.

– Если не откроем, он выбьет дверь, – резюмировала я.

– Тогда, я его точно убью, – прошипел Ханджар, нежно касаясь своими губами, моих.

Гном не унимался. Не знаю, что на него нашло? Наверное, Ратобор сильно торопил его. Или что там случилось, нам не ведомо. Мы коллегиально наорали на гнома, чтобы валил куда подальше. Но тот упорно отказывался, сказал, что срочно Ханджару нужно явиться в зал перемещений. Выхода не было, пришлось послушаться.

Мы с Ханджаром были готовы через пятнадцать минут. Муж одел, свободные синие джинсы и белую рубаху.

Я же, завязала свои длинные чёрные волосы в тугую косу. В шкафу нашла свежую майку, и брюки. Но, когда муж увидел меня в таком виде, потребовал, чтобы я переоделась. Видители ему майка не понравилась. Как он заявил: «Показывает все прелести наружу». Ну и что? Да грудь у меня шикарная. Показать есть что, и что с того? И фигура ничего так, худая, ничего лишнего. Но моему тигру, не угодишь… Ревнивец.

Хорошо порывшись, я нашла легкую блузку, полностью закрывающую мои прелести. На том и сошлись. Но когда мы выходили из покоев, муж добавил:

– Если вернёмся в Долину, весь гардероб заменишь, – ехидно улыбнулся наглец.

– Ага, счас, – фыркнула я.

– Не, счас не надо, вот в Долину вернёмся и заменишь!

Посмотри на него, какой собственник. Ну, допрыгаешься Ханджар. Вот увидишь. А гном только потешался над нами. Мелкий хулиган.

Когда мы пришли в зал перемещений, я ожидала увидеть древний портал. Но, увы. Всё, что я увидела, огромная комната, с мраморными стенами, чёрным мраморным полом. Больше ничего. Посредине была нарисована пентаграмма. В центре пентаграммы, находился ритуальный нож, которым Лайона прокляла Ханджара. На нём была её кровь.

С одной стороны, стоял мой дед, простите в десятом или двадцатом колене, с другой Фалкорн. Вид лесного эльфа меня слегка озадачил. Вид у него был уставший. И так, цвет лесных эльфов был бледно-салатовый, можно подумать, что цвет болезни, а тут сам эльф бедово выглядит. Его фарфоровые глаза смотрели и на меня, и сквозь меня. Возможно, мне это кажется? Глаза у лесных эльфов слегка вытянуты, и зрачков нет. Они залиты одним цветом глаз. Тёмные волосы затянуты в тугой хвост. Верхней одежды на эльфе не находилось. Но выглядел он весьма привлекательно: худощавое телосложение, высокий. Да, уверенна, ни одна эльфийка за ним бегала.

А он продолжал смотреть на меня так, словно что-то теряет. Я знала, что эльфу не безразлична. И глупому понятно. Но не думала, что настолько. Или я что-то пропустила?

– Росана, Ханджар, – послышался голос… деда?

Комок подступил к горлу. Ранее, Ратобор был для меня не более чем Королем Лесного Королевства. А теперь… Я узнаю, что мы родня. Пусть и дальняя, но, родня. На долю секунды кольнуло в груди. Стало немного обидно, что он не рассказал мне всего сразу. Я досадно посмотрела на него, и Ратобор уловил ход моих мыслей.

– Прости меня…, – замялся король. – Давно стоило сказать.

– Но, вы решили не говорить, – обиженно произнесла я.

– Моя ошибка, – король взял меня за руку, и нежно, провёл по ней. Переживая, как дед за внучку. – Я рад, что дожил до времени, правления истинной. И рад, что мы родственники.

– Позволите называть вас… дедуля? – удивлённо заломила я правую бровь.

– Кхе, – подавился Ратобор. – Уж лучше по имени. Не будем терять время. Ханджар, встань в центр.

Муж послушно сделал то, что попросил Ратобор. Не знаю, как он, а я вся дрожала. Не могла поверить, в то, что вот-вот снимется проклятие.

– А вы, хоть и стары, но выглядите, не плохо, – резюмировала я дедуле.

И это была правда. Хоть сам он был покрыт сединой, с большой седой бородой, но вид у него был очень мужественным. Округлое телосложение, кожа отдавала зеленоватостью, как у всех лесных эльфов. Высокий рост, фарфоровые глаза, как и у Фалкорна, зрачков не было.

Дошло на пятый день. Вот, что их объединяло. Глаза. Они хоть и дальние родственники, но, глаза выдавали их родство. Стоп, если Фалкорн дальний родственник Ратобора, и может претендовать на трон, если никого ближе не станет, и я могу. Я, тоже родня, как оказалось.

– Не дерзи дитя, – подшучивал старикан. – Иначе, возьму ремень…

– Ой, ладно, мне бабули хватило, – отмахнулась я, вспоминая пощечину.

Обидно, право слово. Не за что, бабуля тумаков надавала. Надавала бы Лайоне, нет, она на меня вызверилась. Старая карга!

– Мы будем отношения выяснять, или дело делать? – просил укоризненно Фалкорн, переминаясь с ноги на ногу.

– Фалкорн, привет, – я попыталась подойти к эльфу, но он выставил руки.

– Ваше Высочество, прошу, нам нужно начать, – сказал, как отрезал. – Кровь истинной проклинающей может свернуться. И так, много времени, – после этого он перевёл взгляд на Ханджара. – Начнём.

Я поняла, что пахнет жаренным. Поведение эльфа, очень странное. Вызывает много вопросов. Неужели Ханджар подержал эльфа за глотку? Даже при первом знакомстве, он меня так не игнорил. Обидно, право слово. Но не буду ж я устраивать скандалы на пустом месте. Прямо во время снятия проклятия. Подождём.

Ханджар стал в центр пентаграммы. Фалкорн сказал ему взять нож в руку и сделать небольшой надрез, на левой руке. А кровь Лайоны, что осталась на кончике ножа, должна была впитаться в кровь Ханджара. Муж так и сделал.

Когда он сделал надрез на руке, я отшатнулась. Ощущение было таким, как будто, это я себя порезала. Но муж, ни единым мускулом не повёл. Мужчины.

Далее, Фалкорн сделал надрез на своем запястии. Подошёл к Ханджару, который к тому времени, стоял на корточках, он влил несколько капель своей крови в рану Ханджара. Зачем? Ранее Ханджар говорил, что кровь Лайоны, истинной проклинающей будет достаточно. А теперь…

– Это для усиления результата, – пронёсся над ухом голос деда.

– Но…, – я не сводила глаз с Ханджара.

– Росана, кровь на кинжале находилась несколько дней. Конечно, ритуал нужно было провести сразу… но, … кхе, – откашлялся король. – Не до того было.

Лайона, проткнула меня ножом, поэтому, всем не до этого было. Родные сосредоточились на моих поисках.

Вот сюрприз дяде и Лайоне будет, когда узнают, что я жива. Да, и первую часть камня, они не смогли забрать. Скорее всего, не узнали его. Он выглядит как простое украшение. Про это ни Лайона, ни Эсманор вероятно не знали.

Далее, произошло нечто, для моего зрения непонятное. Фалкорн взял нож и ударил Ханджара им в грудь. Что? Нет!

Я попыталась рвануть на выручку любимому, но Ратобор крепко сжал меня за плечи, крича над моим ухом, чтобы я не дергалась.

Зрелище—ужасное. Ханджар лежал один, истекая кровью в центре пентаграммы. Я кричала, орала, проклинала. Но толку не было. Эльф холодно посмотрел на меня и вышел из центра пентаграммы.

Я почти потеряла сознание от горя и боли. Мой любимый лежал мёртвый. В луже крови, но эти двое ничего не делают. Один удерживает меня, второй просто ждёт. А я кричу, проклинаю их. Обзываю предателями. Но тут произошло нечто.

Из тела Ханджара показались… тени! Одна за другой, тени вылетали из его тела, с болезненными криками. Одна, вторая, третья и пошло – поехало. Фалкорн метнулся к телу мужа, шепча что-то под нос, с небольшим сосудом. Я поняла, что эльф загоняет все пять теней в сосуд. Зачем? Не важно. Так продолжалось минут двадцать, пока последняя тень не покинула тело тигра и не оказалась запертой в сосуде.

А далее, мощные руки деда, державшие меня, отпустили. Я почувствовала легкость. Не только от того, что Ратобор более не удерживает меня, но и потому, что теперь Ханджар освободился, от проклятия, что столькие годы мучило его. И не давало нам быть вместе.

Помню, впервые услышала про это перед битвой с Эсманором. Тогда, я не осознавала, какой беды может нанести его проклятие. Но, во время празднования, узнала сполна.

Мы были с Ханджаром в спальне, он страстно целовал моё тело. Шептал слова любви. В тот момент, я готовилась расстаться с невинностью и полностью отдаться в руки любимого, но через секунду всё изменилось. Ханджар увидел теней смерти, отголосок своего проклятия. Они пришли за мной.

Когда, Ханджар отверг Лайону, она прокляла его, проклятием любви. Суть проклятия гласило: когда он найдёт свою истинную и признается ей в любви, за ней придут тени смерти. Они не заберут её, но будут кружить, и когда брак будет консуммирован и муж с женой станут одним целым, на следующее утро, Ханджар найдёт свою жену, умирающую в муках. Такое чуть не случилось со мной.

Когда Ханджар признался мне в любви, он увидел теней смерти. Тогда, он бросил меня. Уехал искать возможность снять проклятие. Его могли снять двое, проклинающая, то есть Лайона, или её родственник, то есть Фалкорн, кровный брат мерзкой твари. Или, третий вариант, Лайону нужно было убить. Увы, тут мы промахнулись. Но её кровь добыть смогли. Теперь, Ханджар свободен. Наконец!

Глава 6

Два следующих дня, я провела возле кровати Ханджара. Он не приходил в себя. Когда, в зале перемещений Ханджар не пришёл в себя, дед сказал мне, что это нормальное явление. Объясняя это длительной привязкой проклятия. Я верила ему. Давала себе отчёт, что Ханджару он не сделает больно. Мне подавно. Но, мне стоило быть готовой, к тому, что я там увижу. Нож, Ханджар в крови. Эта картина будет жить в моей памяти всю мою жизнь. Не хочу больше такого переживать. Никогда.

В комнату зашла мама. Я так и не спросила её, откуда она здесь. Да и времени не было. Но, мама сама начала рассказывать:

– Как он? – спросила она.

– Пока не пришёл в себя, – ответила я.

– Доченька, когда ты лежала также, а он вот так же сидел возле твоей кровати, я понимала, насколько вы любите друг друга. Прямо как мы с отцом.

– Мама, – тихо произнесла я, – как ты узнала?

Мама посмотрела на меня тяжело. Я понимала, она не хотела рассказывать. Ей было больно. Но я хотела знать правду.

– Ребята прилетели. Их Гирриот привёз. Там и рассказали. Мы с бабушкой собрались и полетели.

Белый дракон—верный друг всегда рядом. Чтобы спасти и помочь. Эх, жаль я не смогла увидеть эту ящерицу. Люблю этого дракона.

– Зачем они это сделали? – неуверенно поинтересовалась я.

– Понимаешь, когда Фалкорн и Миртана, случайно закинули тебя не в твоё время, только привязкой крови можно было тебя вытянуть.

Теперь многое понятно. Да и правда, как бы я не пыталась выбраться, самой у меня ничего не получалось. Спасибо Майсо нашёл.

– Потом вызвали тёмного короля. Ратобор даже открыл для него границы своего государства. Он странным образом всегда находил тебя. Ханджар подумал, что в этот раз это сработает. Он был прав.

Что правда, то правда. Майсо прицепил на меня странный маяк, или что-то в этом роде. Несколько раз спасал меня. Да, я понимаю, почему Ханджар попросил его вытянуть меня. Только Майсо мог найти меня во времени.

– Спасибо вам, – ответила я, уткнувшись в плечо мамы.

– Только так больше не пугай, хорошо?

– Хорошо мама.

Не помню, сколько мы ещё так просидели. Мама рассказывала, что произошло за это время в Долине. Там, как ни странно всё было спокойно. Только народу мама и Гилит—глава совета, запретили выходить за стены города, до нашего возвращения. Также, жителей селений, что располагались в округе, мама собрала в замке. Мама была очень заботливая, народ её очень любил.

То, что на Долину никто не нападал—радовало. Не знаю, что сдерживало ллероев, то, что Долина под защитой королевства Амир, и самих белых драконов, или то, что у моего дядюшки другие планы. Найти камень, соединить, поднять армию и идти на ту же Долину, с огромным войском. Я склонялась к третьему варианту.

Прошло ещё около четырёх часов. За это время, меня успели посетить все, кому не лень. Мордс, со своими жалобами на подругу. Злата, с жалобами на гнома. Лириан, спасибо король на жену не жаловался. Эстера, Айнон, Бабуля, мама, Ратобор и все остальные. Даже Майсо и тот заскакивал, подшучивая, мол: «Проклятие снято, готовься дева к брачной ночи», тьфу ты. Пошлый мерзавец.