Станционный смотритель. Незнамо куда

– Прямо по дороге. Затем направо к воротам с надписью «Березка», дальше и сами разберетесь, – по-прежнему игнорируя Баламута, пояснил страж сего непонятного места. – Доброго пути, господин.

От подобного величания я немного растерялся, хорошо хоть автоматически сработала элементарная вежливость:

– И вам не хворать.

Баламут не стал дожидаться конца наших политесов и дал по газам.

Как и было обещано, за поворотом в конце дороги, которую обступили ряды ангаров, обнаружились массивные ворота под солидной охраной.

– Мне кажется или из окна вон того бетонного строения торчит ствол пулемета?

– Торчит, – ответил Гена на мой невольно произнесенный вслух вопрос. – А еще на крыше здания замаскирован как минимум КПВТ.

– И куда это мы заехали?

– Пока не знаю, но начало обнадеживающее, – повеселел мой друг.

– Чем это? – не понял я его радостного настроя.

– А тем, что склад с картошкой так охранять не будут. В любом случае все скоро решится, так или иначе, – с явно ощутимым фатализмом в голосе добавил он.

В чем-то мой друг был прав, при любых раскладах из этих ворот мы уже не выедем, но лично меня плохой финал истории не устраивал никоим образом.

Не знаю, кто назвал пансионатом огороженную территорию из шести ангаров, двух трехэтажных зданий непонятного назначения и одной пятиэтажной гостиницы, но с чувством юмора у него не все в порядке.

Хотя бы для виду пару березок здесь посадили.

В оборот нас взяли сразу по приезде. Как только мы миновали ворота, из трехэтажного здания вышел мужик в белом халате и призывно махнул нам рукой. На бетонированной площадке между зданиями никого больше не было, так что мы резво подъехали к незнакомцу.

– Господин кандидат, – безошибочно угадал встречающий, когда мы с Геной вышли из машины, – пожалуйста, пройдите за мной. Машину можно отогнать вон в тот ангар, остальные могут заселяться в гостиницу.

– У нас больная девочка, – встрял в разговор Баламут, чем вызвал недовольную гримасу медработника.

– Подождите, сейчас за нею приедет медсестра. До отправления она может побыть под нашим наблюдением, – обращался он по-прежнему исключительно ко мне.

Странные здесь порядки, но в чужой монастырь со своим уставом лезть как минимум неразумно, особенно не зная местных раскладов. Информационный голод уже начал откровенно бесить, а от мысли, что там, куда мы отправляемся, возможно, не будет Сети, так и вообще становится не по себе.

– Прошу, господин кандидат, – сделал приглашающий жест медик, и мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним.

Внутри здания явно расположилось некое медицинское учреждение. Обстановка как в дорогой частной больнице – начиная с оборудования и заканчивая униформой персонала.

Заметив мой удивленный взгляд, медик любезно пояснил:

– К нам часто попадают люди в очень плохом состоянии, а ждать приходится порой до шести дней. Мы никого не лечим, просто обеспечиваем выживаемость до момента перехода. Что касается лично вас, то нам необходимо еще раз подтвердить ваш статус кандидата. Это не займет много времени.

В поразительно чистой процедурной симпатичная медсестра быстро взяла анализ крови и наградила меня милой улыбкой. Тут же подошел ошивавшийся рядом провожатый:

– Вас ждут на ресепшене в гостинице. Если есть дополнительные пожелания, в медицинском плане мы с радостью постараемся помочь.

– Девочка, что была со мной…

– О ней позаботятся, не беспокойтесь, – мягко прервал меня медик.

На этом мы и распрощались. Дорогу обратно я запомнил хорошо, так что выход нашел сам. Нашего автомобиля перед больничкой уже не было, зато у входа в гостиницу маячила фигура Гены. Он явно был чем-то раздражен. А еще я заметил, как черный «гелендваген» заезжает в ворота дальнего ангара.

– Ты чего такой дерганый? – спросил я, подходя ближе.

– Сейчас увидишь, – с мрачной загадочностью сказал мой друг. – Есть у меня подозрения, что там, где нам предстоит жить, все такие.

О чем именно он говорит, стало понятно, едва мы вошли в холл гостиницы. Как я уже понял, в этом месте все имеет двойное дно. Точнее, жухлую обертку и шикарное нутро. Как и больница, гостиница снаружи выглядела неухоженным еще с советских времен заведением, а внутри была обставлена как минимум на четыре звезды. Но некоторым и этого показалось мало.

У стойки ресепшена, за которой откровенно страдала симпатичная брюнетка-хостес, визжала дама лет пятидесяти, в жутком платье цвета вырвиглаз. Рядом с нею отирался уморенный жизнью мужик чуть постарше. Парочку прикрывал звероподобный телохранитель, которому наше с Геной появление явно не понравилось.

– Что значит у вас нет носильщиков?! – чуть не перешла не ультразвук дамочка. – Нам что, самим тащить чемоданы? Немедленно позовите администратора. Вы знаете, сколько я заплатила…

Мне уже подумалось, что это надолго и до своего номера мы доберемся не скоро, но случилось чудо – явился администратор. И не просто явился, но и сумел успокоить дамочку всего парой предложений:

– Вы заплатили за вашу доставку до места назначения. Гостиница предоставлена вам бесплатно. Точнее, бесплатно мы обеспечим вас одним номером на троих. Если хотите более шикарные условия, придется доплатить. Но это позже, сейчас вам следует пройти вот по этому коридору в кабинет номер девять. Там вам объяснят все, на что вы имеете право, а на что нет.

Дамочка набрала в грудь побольше воздуха, но тут же сдулась, когда звероподобный охранник аккуратно взял ее под локоток. Кажется, у этой троицы не все так просто в семейных отношениях.

Причиной странного поступка охранника были два парня в черной форме, полном обвесе и с короткими автоматами. Мы с Геной, засмотревшись на скандал, тоже пропустили явление этой парочки.

Дальше по коридору троицу межмировых туристов никто не провожал. Охранники вернулись в помещение за замаскированной дверью рядом с ресепшеном, а администратор подошел к нам:

– Господин кандидат, рад вас приветствовать в нашей гостинице. – Резкая смена тона уже стала привычной. – Если хотите сначала отдохнуть с дороги, Валентина сразу выдаст вам ключ-карту. Но я бы все же посоветовал для начала уладить основные формальности. Переход назначен на завтра в три пополудни.

Как же он был прав! Уладить формальности я хотел больше всего на свете, просто потому что в процессе можно будет получить хоть какую-то информацию, от недостатка которой у меня уже начинается самая настоящая ломка.

– Давайте закончим с делами.

Администратор вежливо улыбнулся и сделал широкий жест рукой, как давешний доктор:

– Прошу за мной.

Наш совместный поход был недолгим, и вскоре мы оказались у двери со знаковым номером один.

– Ваш сопровождающий пройдет регистрацию с вами – или предоставить ему отдельного оператора? – поинтересовался администратор перед тем, как впустить нас в кабинет.

– Он пойдет со мной.

В ответ мой собеседник лишь кивнул и открыл дверь. Внутри обнаружился почти стандартный кабинет чиновника среднего пошиба с компьютером на столе со стороны хозяина и планшетом у гостевого края. Еще в комнате имелась парочка шкафов для бумажных папок, зато не было никаких окон. За столом восседал ничем не примечательный мужчина в очках.

– Прошу, Никита Олегович, присаживайтесь, – чуть приподнявшись в кресле, предложил он, а на Гену даже не обратил внимания.

И, как мне кажется, моего друга подобный расклад начинал серьезно бесить. Ох, как бы дальше не стало еще хуже.

– Итак, – когда мы уселись, продолжил клерк, – давайте уточним вашу личную информацию. Прошу ознакомиться.

Взяв в руки планшет, на который указал хозяин кабинета, я пробежался взглядом по тексту. Вроде все правильно – личные данные указаны верно, а мой не самый впечатляющий жизненный путь раскрыт полностью, причем, так сказать, с подноготной. Наш совместный с Геной счет в банке то ли радовал, то ли огорчал суммой, слегка недотягивавшей до ста тысяч зеленых. На этот счет, номер которого Баламуту выдали там же, где определили по крови мой магический потенциал, мы сбросили все, что наскребли по сусекам. В принципе и планку в сто тысяч можно было взять, но не оставлять же Зину совсем без денег. Она хоть и повернулась на религиозной теме, но все еще была членом семьи, хоть и не моей.

– Все верно, – сказал я, отложив планшет.

– Прекрасно, – непонятно чему обрадовался клерк, – тогда сообщаю вам, что ваши средства будут переведены в новую валюту, и в новый мир вы отправляетесь, имея двадцать одну тысячу триста сорок два червонца и пятьдесят шесть кун.

Да уж, лихой у них тут курс.

– Теперь что касается транспортировки. Так же, как проживание в гостинице, для кандидатов и их сопровождающих переход бесплатный. Увы, это не распространяется на багаж. Все, что вы хотите взять с собой, придется поместить в стандартные контейнеры. Транспортировка каждого обойдется вам в сто червонцев.

Не то чтобы дорого, но есть подозрение, что эти контейнеры не такие уж большие.

– А как же автомобиль? – словно проснувшись, подал голос Гена.

– Судя по модели вашего авто, – пощелкав кнопками клавиатуры, сказал клерк, – транспортировка обойдется в тысячу двести червонцев.

– Твою мать, – выразил Баламут нашу общую мысль.

– К тому же, – решил добить нас клерк, внезапно ставший менее симпатичным, – вам придется потратиться на его переделку. Там бензиновые двигатели не в ходу.

– А что еще там не в ходу? – тут же ухватился я за едва показавшийся кончик информационной нити.

– Увы, такой информацией я не обладаю. Мне известны только транспортные и финансовые нюансы. – Явно просчитав нашу ситуацию, он добавил: – Но если вы захотите продать свой автомобиль, то можете обсудить это с механиком в транспортном ангаре. Он же переведет средства на ваш счет.

– Мне сказали, что здесь же можно прикупить нужные вещи. Скажем, оружие, – опять влез Генка.

– Конечно, но магазины станут доступны завтра с восьми утра. У вас будет достаточно времени до перехода. И еще, возьмите эти браслеты. Они подадут сигнал за полчаса до общего сбора и в случае форс-мажора позволят персоналу найти вас на территории, чтобы не допустить опоздания.

Точно так же, как и меня, клерк быстро оформил Гену, а Златку просто вписал в учетку деда.

На этом прием был закончен. Я конечно же предпринял повторную попытку раскрутить мужика на информацию, но не тут-то было. Он лишь разводил руками и повторял, что понятия не имеет, что находится там, за кромкой.

Ну вот как так можно? Хоть бы намекнули, а то сигаем, как головой в прорубь.

Поняв тщетность наших попыток, мы покинули кабинет.

– Ну что, пошли заселяться и спать? – предложил я Баламуту, но он не согласился.

– Если хочешь, иди спать, а я пойду решу с машиной. Боюсь, у нас завтра на это не будет времени.

– Ладно, – вздохнул я, – пойдем вместе. Тем более что нужно кое-что забрать из чемоданов.

На ресепшене уже вернувшая себе душевное равновесие девушка выдала нам карточку с номером четыреста сорок девять, но на четвертый этаж мы подниматься не стали, а вышли наружу. Баламут уверенно повел меня к ангару, и через пять минут мы уже общались с широкоплечим бородатым мужиком в техническом комбинезоне. Правду говорят, что рыбак рыбака видит издалека, так что эти два ухаря быстро нашли общий язык.

– Палыч, – с напускным недовольством возмутился Баламут, – имей совесть! Какие восемь тысяч? Да в ней только приблуд всяких на семь кусков зелени!

Торг сразу пошел в долларах, чтобы не путать обоих участников.

– Ладно, давай девять, – сокрушенно вздохнул механик, – но только потому, что ты меня задолбал, да и считать будет проще. Как раз получится две тысячи этих самых червонцев. А если добавить тысячу, что ты не потратишь на перевозку, то и вообще шикарный расклад.

Гена зарычал, но даже с моими куцыми способностями в искусстве торговаться было понятно, что это последняя цена.

– Я так понял, что золотишко перекидывать твоему корешу?

Увидев кивок моего друга, механик быстро набрал что-то на планшете.

– Готово, – радостно возвестил он и тут же примирительно сказал: – Да не куксись ты. Может, еще увидишь свою малышку с той стороны. Мы ей впихнем электромотор и запулим следующим рейсом.

– А часто бывают эти рейсы? – опять возбудился я.

Механик недовольно поджал губы, но все же ответил:

– Раз в неделю. Иногда реже. Так, не растекаемся мыслью по древу. Вам нужны контейнеры под багаж или выкидывать барахло прямо на пол? – резко сменил он тему, явно вспоминая подпись, которую поставил под соглашением о неразглашении.

Я и сам пару раз подписывал подобные бумаги, а потом маялся, гадая, не подпадают ли случайно сказанные друзьям слова под мутные формулировки в документе.

Пресловутый контейнер своими габаритами немного примирил нас с реальностью. Квадратная коробка с открывающимся в две стороны верхом имела стандартный метр кубический. В принципе, в одну может войти все наше барахло, особенно если его перебрать.

Увы, я сильно недооценил своего друга. Моих вещей было всего два чемодана с одеждой и кофр с ноутбуком, который по случаю купил три года назад. Он просто очаровал меня своей брутальностью. К тому же защищенный от всех бед агрегат все еще тянул по параметрам. Понимая, что занести нас может куда угодно, я прихватил с собой еще и компактный проектор, а также внешний накопитель на четыреста терабайтов со всякой хренью, согнанной с моего стационарного компьютера. Плюс непонятный ворох информации, которой добил внешний диск парень, купивший у меня системник с монитором.

Вот и все мои пожитки. Остальное брать не стал по простой причине – понятия не имею, что там носят в этом магическом мире. В смысле погодных условий, моды и религиозных традиций.

А вот Генка явно решил перестраховаться, причем во время сборов он либо думал о войне, либо вспоминал свои любимые книжки. Только ворох камуфляжа, походной обуви и других милитаристских прибамбасов и фенечек для выживания в самых диких условиях потянул на три четверти контейнера.

Даже боюсь представить, что меня ждет завтра с утра в оружейном магазине.

– Так, стоп, – повинуясь смутному предчувствию, остановил я друга, который явно решил поступить как в том анекдоте про любителей семечек.

Поначалу мы уложили пожитки каждый в свою тару. Учитывая то, что вещей Златки тоже не так уж мало, большую часть снаряги придется пихать в мой контейнер.

– Давай сделаем по-другому. Вещи для простой, не связанной с героическими подвигами жизни пихаем в один контейнер, а всю эту пятнистую хрень в другой. Туда же пойдут и железки, которые ты по-любому завтра купишь. Есть у меня предчувствия, что этот короб мы откроем не скоро.

– Ты такой наивный, – сокрушенно покачал головой Гена.

– Возможно, но давай все же сделаем, как я прошу.

В контейнеры пошли все наши вещи, кроме ноута. Но и он вернется к остальным пожиткам, потому что механик предупредил – и компьютер, и мобильники лучше сдать в багаж. Контейнеры были тут же опечатаны и перекочевали на специальные полки. Переноской занимались два крепыша, помогавшие механику.

На этом Баламут тепло простился с Палычем, и мы наконец-то отправились в гостиницу. Суматошный день вымотал меня до предела, а еще дико хотелось есть. По пути решили заскочить в больницу и проведать Златку, но нас туда не пустили, сказав, что девочка спит. Вспомнив, как там все оборудовано, я успокоил друга и утащил его в гостиницу.

Наконец-то оказавшись в номере на четвертом этаже, мы заказали с доставкой гору гамбургеров и, обожравшись как свиньи, завалились спать. Завтра будет непростой, возможно, самый важный день в нашей жизни. Нам наверняка придется пережить нечто совершенно невообразимое. А для этого понадобятся силы.