Скандинавские мифы. Книга о богах, ётунах и карлах. Иллюстрированный путеводитель

Как были созданы день и ночь

И вот стал умножаться род людской в Мидгарде, но невеселой была жизнь в вечном сумраке, который озарял лишь тусклый свет от искр Муспелльхейма, ставших звездами на небосводе, лишенном светил. Не было еще ни дня, ни ночи, и вечные сумерки царили тогда в Мидгарде. Видя это, решили первые боги осветить небеса и поделить сутки на ночь и день…

Вот как поведали владыки о том, как явились в мир ночь и день:

– Нёрви, или Нарви, – так звался великан, живший в Ётунхейме. И была у него дочь, с самого рождения черная собой и сумрачная, и звали ее Нотт, Ночь. Мужем ее был Деллинг, из рода асов. Сына же их звали Дагр, День. И он пошел в своего отца – был светел и прекрасен собою.

И вот призвал Всеотец Один к себе Нотт и сына ее по имени Дагр на службу. Он дал им двух коней и две колесницы и послал в небо, дабы раз в сутки объезжали они всю землю. И стало отныне так: впереди несется Нотт, и правит конем Хримфакси, Инеистая Грива, и каждое утро орошает землю пена, стекающая с его удил. Это и есть то, что люди называют росой. И следует за Нотт сын ее Дагр. А конь Дагра зовется Скинфакси, Ясная Грива, и грива его озаряет своим светом и землю, и воздух.

Мундильфари и его дети. Как появились Солнце и Луна

В те первые времена, когда люди пожаловались на вечный сумрак, боги не только разделили сутки на день и ночь, но и решили сотворить два светила, дневное и ночное, чтобы день был ярче, а ночь не столь темна, и назвать их Солнцем и Луною. И они начали ковать их в своей кузне, и весть о том разнеслась повсюду.

В те далекие дни жил человек по имени Мундильфари, и было у него двое детей – мальчик и девочка. Были эти дети столь светлы и прекрасны, что он, прознав о том, что готовят боги, назвал своего сына Мани, Месяц, а дочь – Соль, Солнце. И отдал он свою дочь в жены человеку по имени Глен.

Сильно гордился Мундильфари своими детьми и говорил, что нет в мире никого прекраснее, чем они, и что только они могут равняться с творениями богов. И от того возгордились и сами дети и стали считать себя выше всего сущего в мире.

Когда услышали об этом светлые боги, то сильно разгневались на такую гордыню, и тогда они отобрали брата с сестрою у отца и водворили их на небо, повелев деве по имени Соль править конями, впряженными в колесницу, на которой они везут само солнечное светило. Эти кони зовутся Ранний и Проворный. Под дугами же у коней повесили боги по кузнечному меху, чтобы веяло на животных прохладой и не спалило их собой то пышущее нестерпимым жаром светило, что они везут. Оттого столь жарко это светило солнечное, что сотворили его боги из искр, летевших из Муспелльхейма на заре времен, и от того жара и огня, что исторгает из себя светило, освещается весь созданный ими мир.

Мани управляет ходом звезд, и ему подчиняются Новолуние и Полнолуние. Кроме того, чтобы по ночам не было ему тоскливо одному, взял он с земли еще двух детей, Биля и Хьюки, в то время как они шли от источника Бюргир и несли на плечах коромысло Симуль с ведром Сэг. Имя отца их – Видфинн. И теперь эти дети всюду следуют за месяцем – куда он, туда и они, – и это хорошо видно с земли.

Быстро мчатся дева-Солнце и юноша-Месяц, словно чего-то страшатся: спасайся они от самой смерти, и тогда не удалось бы им бежать быстрее.

– Отчего же так? Разве смерть властна над ними, ведущими по небосводу светила? – удивился Ганглери.

Усмехнулся ему в ответ Высокий:

– Чему ж тут дивиться, что они так бегут? Ведь нагоняют их преследователи, и ничего им не остается, кроме как убегать в страхе.

– Да неужто есть те, кто желает им погибели?

– Есть. Есть в небесах два страшных волка, и того, что бежит за Соль, зовут Сколь, Обман. Его-то и страшится Дева-Солнце, и в итоге будет так, что он настигнет ее. Имя второго волка – Хати, Ненавистник, он сын Хродвитнира. Он желает схватить и пожрать месяц. И так оно все и выйдет.

– Да кто ж породил сих ужасных волков? – вопросил Ганглери.

И Высокий ответил ему:

– Есть великанша Ангрбода, что живет к востоку от Мидгарда в страшном месте, называемом Железный Лес. В лесу том селятся ведьмы, которых так и кличут – ведьмы Железного Леса. И вот та старая великанша породила многих сыновей-великанов. Мало того что они великаны, они к тому же оборотни, ибо все они видом волки. Говорят, что из их же проклятого племени будет и сильнейший из волков – по имени Фенрир, Лунный Пес. Он пожрет трупы всех умерших, проглотит месяц и зальет кровью все небо и воздух. Тогда солнце погасит свой свет, обезумеют ветры и разнесется по миру вой этих чудовищ. Так сказано об этом:

– Что еще известно о Мани и Соль? – никак не мог удовлетворить своего любопытства Ганглери.

Высокий не стал тянуть с ответом:

– Говорят, что коней Солнца рекут также Арваком и Альсвином. Кроме того, Соль величают «дочерью Мундильфари», «сестрою Месяца», «женою Глена», «огнем неба и воздуха», «полымем вселенной». Также Солнце могут называть «светилом», «кругом», «вечным сиянием», «пресветлым», «ликом», «дивным колесом», «целительным светом», «забавою Двалина», «сиянием альвов», «иврёдулем», «красным».

А вот какие поэтические выражения существуют для Мани: «месяц», «полумесяц», «ущербный», «счет лет», «светило», «светоч», «призрак», «спешащий», «серп», «светлый».

Тогда Ганглери спросил:

– Если Соль была замужем за Гленом, то каково имя избранницы Мани?

На этот раз Высокий оказался не так словоохотлив:

– Это мало кому ведомо. Впрочем, известно, что у Мани была жена из рода великанов, ибо зачастую, когда хотят сказать об ётунше, употребляют такое выражение – «желанная женщина Мани». И это справедливо, ибо, поскольку старики считали Месяц древнее Солнца, то и в родстве он должен состоять с племенем Имира.

Биврёст, или Мост в Асгард

Тогда спросил Ганглери:

– А есть ли путь, что ведет с земли на небо?

Ответил со смехом Высокий:

– Неразумен и странен твой вопрос! Разве неведомо тебе, что боги давно уже построили мост от земли до неба, а зовется мост сей Биврёст? Да ты его, верно, видел, но только ты зовешь его радугой! Так это он и есть! Он трех цветов. Люди думают, что он прозрачен, но тем не менее он очень прочен и сделан так умело, что никому не удастся сотворить что-либо искуснее и хитрее. Но увы – как бы ни был прочен сей мост, однако подломится он, когда поедут по нему на своих конях грозные Сыны Муспелля, и тогда переплывут их кони великие реки и помчатся дальше.

Но молвил Ганглери:

– Думается мне, не по совести сделали боги тот мост, если может он подломиться. Право же, не старались они, а ведь могли сделать все, что ни пожелают!

И на это возразил ему Высокий:

– Нельзя хулить богов за эту работу! Добрый мост Биврёст, но ничто не устоит в этом мире, когда пойдут на него войною страшные Сыны Муспеля…

Чертоги богов и Золотой век

И далее поведали владыки о том, как были устроены божественные чертоги.

Всеотец Один собрал братьев, чтобы решить с ними судьбу людей и рассудить, как построить для себя город. Было это в поле, что зовется Идавёлль, и его-то они решили сделать сердцевиной своего города. Первым их делом стало воздвигнуть святилище с двенадцатью тронами и престолом для Всеотца. И, право, нет на земле дома больше и лучше построенного. Все там внутри и снаружи сверкает, будто сделано из чистого золота. Люди называют тот дом Чертогом Радости.

Создали боги и другой чертог. Это святилище богинь, столь же прекрасное, и люди называют его Вингольв. Следом построили боги дом, в котором поставили кузнечный горн, а в придачу сделали молот, щипцы, наковальню и остальные орудия. Тогда и стали они плавить руду и творить из нее разные чудные вещи. И так много наковали они той руды, что зовется золотом, что вся утварь и все убранство были у них золотые, и потому назывался тот век Золотым, пока не был испорчен женами, явившимися из Ётунхейма, о коих мы еще поведаем.

Черви земли, рекомые карлами

В те счастливые времена, именуемые Золотым веком, боги часто покидали Асгард и странствовали по свету. Тогда не было еще в мире ни войн, ни грабежей, ни воровства, ни клятвопреступлений. Воистину, увы, – прошли те блаженные времена, и нет к ним более возврата!

Как-то обнаружили боги, копаясь в земле, сделанной ими из мяса Имира, что завелись в этом мясе черви, и стали думать – как быть с этими странными созданиями. И решили боги: наделим их разумом, и пусть они приносят пользу. Так, по воле богов, обрели сии черви, зародившиеся из гнилого Имирова мяса, – сиречь черви земли, – разум и облик, схожие с людскими. И поселили их боги в земле и в камнях. Старшего и главного из них нарекли Модсогниром, а второго по старшинству назвали именем Дурин.

И вот имена тех карлов, живущих в почве, что были сотворены после:

А так зовутся те карлы, которые живут в камнях:

Есть и те, что вышли из холма Свари, прошли через болотные топи и поселились в песчаных дюнах:

Говорят, что карлы получились знающими и искусными в добыче и обработке всевозможных руд и драгоценных камней существами. А все от того, что когда сии существа только копошились в земле, они на мгновенье увидели светлые лики склонившихся над ними богов.

Так карлы стали свидетелями весны мира и прониклись многими его тайнами, скрытыми в самых недрах земли.

Об эльфах, иначе именуемых альвами

Есть на небе место, называемое Альвхейм – Дом эльфов, а точнее – альвов, как следует говорить. Там обитают существа, называемые светлыми альвами. Темные альвы живут в земле, у них иной облик и совсем иная природа. Светлые альвы обликом своим прекраснее светлого дня, а темные – чернее самой ночи.

Черные эльфы, или альвы, которых обычно называют двергами, а невежи – гномами, стали искуснейшими мастерами и поныне живут под землей. А светлые же альвы научились выращивать самые красивые и ароматные цветы и с тех пор каждый год украшают ими землю.

О Мировом Ясене Иггдрасиль

И далее спросил Ганглери у владык:

– Где же собираются боги и где главное их святилище?

И Высокий ответил ему:

– Оно у ясеня Иггдрасиль, там всякий день вершат боги свой суд.

Тогда спросил Ганглери:

– Что можно сказать о том месте? Каков этот ясень?

И Равновысокий ответил:

– Тот ясень больше и прекраснее всех деревьев. Сучья его простерты над миром и поднимаются выше неба. Три корня поддерживают дерево, и далеко расходятся эти корни. Первый корень – у асов, второй – у инеистых великанов, там, где прежде была Мировая Бездна Гиннунгагап.

Корень же третий тянется прямо к Нифльхейму, и под этим корнем – поток Кипящий Котел, Гергельмиром рекомый, и снизу подгрызает сей корень страшный дракон Нидхёгг. А под тем корнем, что протянулся к инеистым великанам, сокрыт источник, в котором собраны все знания и мудрость. Мимиром зовут владетеля этого источника. И он преисполнен мудрости, оттого что постоянно пьет воду этого источника из рога, называемого Гьяллархорн.

И вот пришел к нему как-то сам Всеотец Один и попросил дать напиться из источника, но не получил он от скаредного Мимира ни капли, и не соглашался тот ничего принять взамен, покуда не отдал ему в залог Один свой глаз. С тех пор Всеотец Один стал крив, но зато мудрее его нет никого на целом свете… И так сказано о том в «Прорицании вёльвы»:

Об источнике Урд и как зовут коней асов

Под тем же корнем Иггдрасиля, что на небе, течет источник, почитаемый за самый священный, и имя ему Урд. Он так прозрачен и чист, что каждый, кто искупается в нем, становится белым, как снег. По вечерам над Урдом густым туманом подымается медовая роса. Она окропляет все цветы на земле, а потом ее собирают пчелы и делают из нее мед. Две птицы живут в источнике Урд, и их называют лебедями, и отсюда пошла вся порода птиц, что так именуется.

Там и находится место главного святилища и судбища богов. Каждый день съезжаются двенадцать главных асов на место своих собраний. Едут они туда по мосту Биврёст на своих конях, и кони асов зовутся так. Первый конь – Слейпнир. Он лучший из них и принадлежит Одину, и конь тот о восьми ногах. Второй конь зовется Веселым, третий – Золотистым, четвертый – Светящимся, пятый – Храпящим, шестой – Серебристой Челкой, седьмой – Жилистым, восьмой – Сияющим, девятый – Мохноногим, десятый – Золотой Челкой, одиннадцатый – Легконогим.

И только Тор приходит к месту судбища пешком и переправляется при этом вброд через реки, которые перечисляет вёльва и которые зовутся так:

Пламя Биврёста и норны

Ганглери подивился:

– Так неужто Биврёст охвачен пламенем?

Высокий ответил ему:

– А как же ты думал? Тот красный цвет, что ты видишь в радуге, – это жаркое пламя, взятое из Муспелльхейма. Не будь его, инеистые великаны и великаны гор давно захватили бы небо. Сам подумай, что было б, коли путь по Биврёсту был открыт для всякого?

Да, много прекрасных мест на небе, и все они под защитой богов. Под тем Ясенем, у источника, стоит светлый чертог, а в нем – три девы. Зовут их Урд, Верданди и Скульд. Эти девы судят людям судьбы, и мы называем их норнами. Есть еще и другие норны, те, что приходят ко всякому младенцу, родившемуся на свет, и наделяют его судьбою. Некоторые из них ведут свой род от богов, другие – от эльфов, а третьи – от карлов. Так здесь об этом сказано:

Молвил тогда недовольно Ганглери:

– Если норны и раздают судьбы, то очень несправедливо они их делят: у одних жизнь проходит в довольстве да почете, а у других – ни доли, ни воли; у одних жизнь долга, у других – коротка.

Высокий со вздохом ответил ему:

– Да, и ничего тут не попишешь. А все оттого, что норны эти из разных родов. Добрые норны светлого рода наделяют доброю судьбою. Если же человеку выпали на долю несчастья, то, стало быть, приходили к нему во младенчестве злые норны и наделили его неудачной судьбой…

Кто подтачивает Мировое Древо

Ганглери спросил:

– Вы говорите, что боги собираются у Ясеня, там же и норны живут, и текут волшебные источники. Знать, непрост совсем этот Ясень, что именуете вы Мировым Древом. А что еще можно узнать о том Древе?

Высокий ответил:

– Многое можно о нем рассказать. Много чудесного происходит вокруг него, но и в самом Древе том кипит непростая жизнь. Полно на нем всякой живности!

В ветвях ясеня Иггдрасиль живет гигантский орел[6], обладающий великой мудростью, и он так велик, что меж глаз у него свил себе гнездо ястреб Ведрфёльнир, что означает «Ветреный Ветер», и ему там вполне достаточно места. Чудесная белка по имени Рататоск, что значит «Грызозуб», снует вверх и вниз по Ясеню и передает бранные слова, которыми осыпают друг друга орел, что сидит на вершине, и дракон Нидхёгг, что гнездится под корнями.

Сверху верхушку Иггдрасиля объедает прекрасный олень Эйктюрнир, чье имя значит «Имеющий Дубовые Кончики Рогов», – он гуляет привольно по крыше Валгаллы.

Четыре других оленя бегают среди ветвей Ясеня и объедают его листву. Их зовут Даин, Двалин, Дунейр и Дуратрор. И нет числа змеям, что живут в потоке Кипящий Котел вместе с Нидхёггом. Так здесь об этом сказано:

Говорят, что белку Рататоск лучше сравнить с человеком, который разжигает и сеет вражду между другими людьми. Он всюду злословит, извергая из своих уст разные бранные слова, распространяя лживые слухи. Такого сорта люди нередко занимают высокое положение в обществе.

Также следует особо отметить четырех оленей именами Даин, Двалин, Дунейр и Дуратрор, питающихся листвой Иггдрасиля. Некоторые мудрецы считают их четырьмя стихиями либо фазами луны.

А вот что означают их имена: Даин – сиречь «Мертвый». Его время года – осень, поскольку в эту пору природа умирает: осыпаются листья с деревьев, а медведи заваливаются спать в берлоги. Двалин – «Медлительный». Его время года – зима, ибо в дни стужи густеет и застывает сам воздух. Дунейр – «Гудящий Берег». Он олицетворяет весну, ибо в месяцы всеобщего пробуждения теплые ветра дружно взламывают лед на реках. Дуратрор – «Дремлющий Олень», либо «Дремлющий Меч». Сей олень властвует над летом, когда глухо, подобно ударам оружия о щиты, начинают рокотать громы в черных тучах…

Как норны пытаются спасти Ясень

Только норны, живущие у источника Урд, пытаются сохранить Мировое Древо. Каждый день черпают они из Урда воду вместе с той грязью, что покрывает его берега, и поливают Ясень, чтоб он не засох и не зачахли его ветви. И так священна эта вода, что все, что ни попадает в источник, становится белым, словно та пленка, что находится под скорлупой яйца. Так здесь об этом сказано:

О небесах богов

И спросил Ганглери:

– Да, много чудесного можете вы поведать о небе. Что там еще есть замечательного, кроме Источника и Древа того?

– Немало там великолепных обиталищ, – ответил Высокий. – Есть там еще жилище, называемое Брейдаблик, и нет его прекраснее. Есть и другое, что зовется Глитнир. Стены его, и столбы, и колонны – все из червонного золота, а крыша – серебряная. И есть еще обиталище Химинбьёрг. Оно стоит на краю неба, в том месте, где Биврёст дугою своей упирается в небо. Есть еще большое жилище Валаскьяльв, им владеет сам Всеотец Один. Его построили боги, и оно крыто чистым серебром.

И есть в том чертоге престол, что зовется Хлидскьяльв, как уже было сказано. Когда восседает на нем Всеотец, виден ему оттуда весь мир, как и говорилось тебе. На южном краю неба есть чертог, что прекраснее всех и светлее самого солнца, и зовется он Гимле. Мы упоминали о нем в самом начале сказа. Прочен этот чертог: он устоит и тогда, когда обрушится небо и сгинет земля, и во все времена будут жить в том чертоге добрые и праведные люди. Так сказано о том в «Прорицании вёльвы»:

Тогда спросил Ганглери:

– Что же будет защитой этому чертогу, когда пламя Сурта сожжет небеса и землю?

Высокий ответил:

– Говорят, будто к югу над нашим небом есть еще другое небо, и зовется оно Андланг, и есть над ним и третье небо – Видблаин, и, верно, на том небе и стоит этот чертог. Но ныне обитают в нем, как мы думаем, одни лишь светлые альвы, и потому-то они бессмертны и всегда юны.

О происхождении ветра

Потом Ганглери спросил Высокого:

– А откуда берется ветер? Он так силен, что волнует океаны и раздувает пламя. Но как ни силен он, никто не может его увидеть, ибо столь непостижима его природа.

Высокий отвечал ему:

– Почему ж непостижима? О том я легко могу тебе поведать. На северном краю неба сидит великан по имени Хресвельг – пожиратель трупов, имеющий облик орла. И когда он расправляет крылья для полета, из-под крыльев его и подымается ветер. Так здесь об этом сказано:

О зиме и лете

И снова спросил Ганглери:

– А почему столь несхожи меж собою зима и лето: лето жаркое, а зима холодная?

Высокий ответил ему на это так:

– Умный человек не спросил бы этого, ибо всякий может о том рассказать. Но если уж ты столь малосведущ, что об этом не слыхивал, достойно похвалы, что ты предпочел задать один неразумный вопрос, а не оставаться невеждою в том, что следует знать всякому. Отец Лета зовется Свасуд, он ведет безмятежную жизнь, и потому его именем называется также и все приятное. Отца же Зимы называют Виндлони, а иногда Виндсваль. Он сын Васада, и все в их роду жестокосерды и злобны. Вот почему у Зимы такой жестокий и суровый нрав.

Об асах и их женах

Так стоял Гюльви-Ганглери долго и все больше узнавал о чудесах мира от сидящих на престолах владык. Но сильнее всего хотелось ему знать о самих асах. И владыки поведали ему о них.

Высокий сказал:

– Всего есть двенадцать божественных асов.

Равновысокий прибавил:

– Но есть также и жены их, и они столь же священны, и не меньше их сила.

Тогда сказал и Третий:

– Всеотец Один, как мы уже говорили, знатнее и старше всех асов, он правит и вершит всем в мире, и как ни могущественны другие боги, все они ему служат, как дети отцу. Фригг – имя его жены, ей ведомы людские судьбы, хоть она и не делает предсказаний.

Одина потому и называют Всеотцом, что он отец всем богам. И еще зовут его Отцом Павших, ибо все, кто пал в бою, – его приемные сыновья. Им отвел он Валгаллу и Вингольв, и тех воинов, что пали в бою и оказались там после смерти, зовут эйнхериями. Одина зовут также Богом Повешенных, Богом Богов, Богом Ноши, и еще многими именами называют его…