Столько лет… Книга вторая

– Прости,– я готова разрыдаться, потому что хожу по краю. Шаг ─ и я не в адеквате. Рядом с ним эмоциональная защита никогда не работает. Все нервные окончания разом с ума сходить начинают. Закусываю нижнюю губу в тщетной попытке справиться со слезами.

– Всего лишь прости?– ядом мне под кожу.– Тебе не кажется, что этого слишком мало?

Выбитая из колеи его близостью, я не уловила намека двусмысленности, ничего не распознала, ухватившись за предложенный шанс. Была готова на все, лишь бы только услышал меня.

– Что мне сделать, чтобы ты позволил объясниться?– гляжу на мужчину с мольбой. Открыто, забыв о слезах, на минуту допустив мысль, что проявит великодушие, простит меня, идиотку бесхребетную. Что, быть может…

– Придумай, ты же предприимчивая девушка,– смотрит на меня так, как никогда не смотрел. Потребительски и хамски. Трахающим взглядом.

Но нет.

«Ладно, если это поможет»,– думаю я про себя.

Для меня никогда не было проблемой впустить его. Я всегда чувствовала себя комфортно и уютно в его объятиях.

Прикрыв глаза, прижавшись вплотную к его телу, встаю на носочки. Чувствуя скрытую мощь его силы, понимаю: счёт у меня на секунды пошел. Руслан может в любой момент меня оттолкнуть и послать очень далеко.

Приникаю поцелуем к его губам, и, кажется, с первого же касания теряю контроль над собственным телом и разумом. Я так давно не целовалась. Но мужчина только лишь позволил мне углубиться, как тут же оттолкнул. Грубо, так, что снова затылком приложилась.

– Не впечатлила. Опыт подрастеряла? Шлюха из тебя так себе,– едкое и жесткое обрушивается сверху.– Вали отсюда, иначе устрою тебе проблемы, не доберешься до своего олигарха. Дерьмо кушать заставлю, так и знай.

И я не сдержалась. Мою плотину прорвало. Заревела, громко так, навзрыд, сотрясаясь всем телом, и сползла по стене на пол. Сквозь всхлипы раздался щелчок двери.

Руслан ушел!

Зарыдав ещё сильнее, я и вовсе ложусь на пол, подтянув колени к груди. Выпадаю из реальности. Прихожу в себя от шлепков маленьких ладошек по ноге.

– Мамиська!– голос дочери звенит от ужаса.

Черт, ребенка напугала своим воем. Собрав себя в кучу, сажусь на пол, и обняв дочь, прижимаю к себе. Глажу по спинке.

– Все хорошо, моя принцесса. Скоро мы уедем отсюда. Вернёмся домой.

Встаю с ней на руках и несу в комнату, укладываю. Уже хочу лечь рядом, когда вспоминаю, что дверь я так и не заперла.

Не закрывая комнату, проверяю входную дверь и возвращаюсь к дочери. Ложусь рядом и, уткнувшись носом ей в макушку, засыпаю.

«Утро вечера мудренее»,– гласит старая поговорка, наверное, так и есть. По крайней мере, утром мне не хотелось рвануть в аэропорт, теряя тапки. Вместо этого я решила, что Руслану придется потерпеть меня. Мы не настолько часто пересекаемся, чтобы я могла коснуться его пространства. Только теперь, выходя из квартиры, я по напряжению в воздухе могла смело сказать, дома он или нет. Реально! Меня словно током подергивало.

Время шло, вопрос с наследством должен был вот-вот решиться. Не без печальных новостей, увы. Оказалось, у матери была старшая сестра. Разница в возрасте небольшая, всего пара лет. Так вот она (то есть, получается, моя тетя) разбилась с мужем на машине. Да, это сильно облегчало процесс оформления имущества, но я расстроилась. Выходит, у меня родни вообще нет. Или надо потратить не один месяц на поиски двоюродных и прочих. Эта мысль запала в душу. Вернусь домой, займусь.

И вот я наконец-то получаю документы. Мы с Евой с утра отправились за ними, и к обеду освободились. Перебирая в уме, что мне еще осталось сделать, иду, болтая с дочерью, вернее, отвечая на ее вопросы. Я уже наметила дату отъезда, и от этого настроение в разы поднялось. Меня угнетало то давление, которое создал Руслан.

После случая со стиральной машинкой мы виделись один раз. На площадке между этажами столкнулись. Я думала, меня испепелит его взгляд, кажется, даже сердце замедлило свой размеренный ритм. Это было страшно, видеть любимого человека, который готов тебя растерзать. А взгляд говорил именно об этом, он убивал.

Запищал телефон, и я остановилась, на минутку выпустив ручку дочери из своей, чтобы достать гаджет из сумки. Сегодня была просто сказочная погода, впервые с момента нашего приезда светило яркое солнце, наверное, погода радовалась вместе с нами, зная, что скоро уедем отсюда, решила погреть нас на прощание. Положив ладонь Еве на головку, смотрю входящий номер, но из-за яркого света не могу разобрать.

– Солнышко, постой рядом,– говорю я дочери и чуть поворачиваюсь корпусом от солнца.

Этого оказалось достаточно.

Мгновение ─ и мои барабанные перепонки разрывает визг дочери, а следом ─ шум колес по асфальту. Забыв о телефоне и первые секунды ориентируясь только на звук, взглядом цепляюсь за серую раздолбанную тачку.

ГЛАВА 12

Бегу, что есть сил, за машиной. Корыто корытом, а ездит на удивление быстро. Упав на колени в пыль, смотрю вслед машине, пока она с горизонта не скрывается.

Почему они ее украли, а главное ─ зачем?!!

Ведь мы здесь никого не знаем, нас в России столько времени не было! Как вообще кто-то может вспомнить, как выглядит жена Загряжского?!

Что самое удивительное, прохожих нет: разгар дня, а на улице ─ никого. Помощи ждать не от кого. Открыв карту города (чудо, что телефон так и остался зажатым в ладони), нахожу ближайшее отделение полиции и, взяв себя в руки, бегу туда.

Заявление у меня принимают достаточно активно, спасибо английскому паспорту.

После того, как я передаю следователю всю информацию, а это только лишь номер и марка машины похитителей, меня отпускают домой.

Едва я выхожу из отделения, как сотовый раздражается мелодией. Номер не определяется, предчувствуя плохое, принимаю вызов.

– Ребенка можешь не искать, в полицию обращаться не стоит. Дочь вернулась в семью отца, где и должна быть!– грубый низкий мужской голос вываливает на меня эту информацию и отключается. А я остаюсь стоять у дверей полиции.

Оглядываюсь на здание в растерянности и уже просто впадаю в ступор. "Мне нужен Руслан!"– накрывает меня гениальной в своем идиотизме мыслью.

– Да, отлично, а где его сейчас взять?!!! Разгар рабочего дня!– спорю я сама с собой.– И ты не думала, что надо будет ему объяснять слишком много всего, чтобы он стал что-то делать?! Что он не будет действовать ради чужого ребенка, к тому же твоего! Если я сейчас пойду забирать заявление, меня не сдадут в посольство, как неадекватную?

Устав от метаний, делаю то, что подсказывает мне сердце. Направляюсь в спортивную школу, которая ближе всех к дому. Решаю начать поиски Руслана с нее. Это единственная ниточка, за которую я могу потянуть, чтобы найти Стародумова как можно скорее. Ловлю машину и называю адрес.

Дорога занимает пять минут езды, но меня трясет уже настолько сильно, что, кажется, едем бесконечно. Расплатившись с водителем, выхожу и пару мгновений смотрю на здание, стоящее передо мной.

Мне страшно открыто встретиться с Русланом, только страх за ребёнка в разы сильнее и он мной руководит, толкает вперёд.

Захожу внутрь, меня сразу тормозит вахтёр:

– Девушка, вы куда?

– Мне нужен Руслан Стародумов,– вежливо отвечаю и замираю всем телом, не зная, что мне ответят.

– Чемпион?– тепло улыбается.

– Да,– робко, не веря, что все так легко получается.

– До конца по коридору направо.

И все? Вот так просто?! Топчусь на месте, а потом срываюсь на быстрый шаг. В кабинет я уже влетала, здравый смысл отступил под натиском материнского инстинкта. Вбежала и пока не увидела Руслана, не остановилась.

И едва не заработала грушей по лицу. Он тренировался в наушниках и не слышал моего бурного появления. В тот момент, когда я остановилась напротив него, он ударил по груше.

К счастью, моя реакция оказалась быстрее, чем скорость полета тренировочного снаряда, и я успела его перехватить. Правда, едва устояв на ногах. Наступила тишина, даже дыхания не было слышно.

Руслан первый вышел из оцепенения и, подскочив ко мне, отнял грушу.

– Ты ненормальная совсем?!! Нахуя лезешь, не видишь, человек тренируется?!!!!

Видимо, я все же ненормальная, потому что испытала острый приступ возбуждения, увидев его, потного и взъерошенного.

– Алиса!– рявкает грозно.

– Мне очень нужна твоя помощь,– выпаливаю я, глядя ему в глаза с откровенным отчаянием.

– Что ты хочешь?– с непонятной интонацией спрашивает. Словно пытается определить, чем это может обернуться для него.

– Руслан, у меня украли ребенка,– силы меня оставляют, и я просто падаю на пол. На колени. Перед ним.

– И чем я должен тебе в этом случае помочь? Сходить с тобой в участок?– его голос, грубый и холодный, давит мне на плечи, прижимая к полу еще сильнее.

– Нет, я уже была там,– со слезами в голосе отвечаю, закрыв лицо руками.

– Алиса!– снова рыком на меня.– Зачем ты пришла ко мне?!

– Я не знаю что делать,– уже реву,– они… они звонили, сказали, что мне в полицию нельзя. А я уже заявление написала. Я машину запомнила.

– Написала? Ну, так и сиди, жди, когда найдут.

Медленно отнимаю ладони от лица.

– Ты не понимаешь,– кричу на него,– ее украли те, кто до сих пор наследство делит! Думают через дочь занять правление. Они мне так и сказали: девочка вернулась в семью.

– Алиса,– стальная интонация заставляет волосы встать дыбом,– меня меньше всего интересуют проблемы вашей семьи,– делает ударение на слове «вашей»,– и если я разговариваю с тобой, это не значит, что я все забыл, простил и готов дружить,– каждое слово хуже удара хлыстом, потому что попадает прямо в сердце.

– Руслан, я отдаю себе в этом отчёт сильнее, чём ты можешь представить. Только сейчас мне действительно нужна твоя помощь. Я хочу консультацию юриста по вопросу наследования. Иначе свою дочь больше не увижу.

– Хорошо, с юристом я тебе помогу. Надеюсь, потом ты исчезнешь из моей жизни?

– Как только верну дочь, сразу же улечу из России. Больше меня здесь ничего не держит,– «кроме тебя»,– добавляю я мысленно,– так что это, вроде как, даже выгодно тебе, помочь мне. Быстрее исчезну с твоего горизонта.

Договариваю сухо, по-деловому, не глядя на него. Замолкаю, перетерпливая боль внутри, которая разъедает меня. Ничего, я это переживу, у меня есть Ева, и больше мне никто не нужен.

– Домой иди, будет информация, дам знать,– цедит сквозь зубы.

Поднимаю на него глаза:

– Спасибо. И да, Руслан, ведь ты же не думаешь, что я специально сюда приехала, портить тебе жизнь,– смотрю на него примиряюще.

– Не думаю. Я знаю, что любое столкновение с тобой грозит мне неприятностями. Ты сама по себе источник моих бед. Все, скройся с глаз моих.

Отворачивается, показывая всем своим видом, что более он меня терпеть не намерен.

ГЛАВА 13

И я ухожу. Домой. Иду пешком, погруженная в мысли. И хоть дорога не дальняя, кажется, всего пара кварталов, но я едва не попадаю под машину. Визг тормозов и удар под колено заставляют встряхнуться.

А выскочивший из машины водитель орет так, что я и о Руслане забываю, все мысли разом концентрируются на дочери. Она впервые в жизни оказалась без мамы. Как она там?

Добравшись до квартиры, начинаю метаться в ней, как тигрица, у которой детенышей украл бродячий цирк. Больно, от полнейшего одиночества накрыло жесткой паникой. Я четко понимала, чем сейчас станет моя дочь: разменной монетой. Смутно припоминая, что муж порой вел себя загадочно, теперь начала догадываться, что связано это было, скорее всего, с его семьей, о которой я вообще понятия не имела. Их ведь не было даже на свадьбе. Что эти личности собой представляли, если у них получалось напрягать самого Загряжского?! Страшно подумать. А может, у них уже тогда начался раздел бизнеса?

Только это неважно, я вообще не желала касаться денег Игоря, а моя дочь даже знать не должна, что имеет к этому роду какое-то отношение.

Подключать сейчас Тагира? А если этим шагом сделаю только хуже? С ним вообще никаких гарантий быть не может. Еще возьмет и сам выкрадет ребенка! От этой мысли к горлу подкатывает желчь и меня начинает тошнить.

– Нет! Нет-нет-нет!!!! Господи, нет,– сбивчиво шепчу, вцепившись пальцами в волосы. Продолжаю метания по комнате.

Наткнувшись во время ходьбы на диван, шлепаюсь рядом с ним прямо на пол. Глаза совершенно сухие. Уставившись в одну точку, жду. И только когда темнота спускается и затапливает квартиру, погружая ее во мрак, «просыпаюсь».

– Я должна пойти к Руслану. Пойти и рассказать о дочери. Он не сможет отказать в помощи, признает ее, и тогда все будет хорошо,– рассуждаю вслух, не знаю зачем, я вообще плохо соображаю. Мной руководит только желание вернуть своего ребенка. Больше ничего.

Встаю и на шатких ногах иду в ванную, осмотрев себя в зеркале, морщусь. Видок тот еще. Жалкий и убогий. К тому же я еще в «уличной» одежде, даже не разделась, когда домой пришла.

А впрочем, какая разница?! Мне его не соблазнять!

«У кого вообще желание возникнет, имея перед глазами такую меня?»– мелькает еще одна идиотская мысль, заставляющая истерически хихикнуть.

Вцепившись пальцами в край раковины, опустив голову, зажмуриваюсь. Часто дышу и, резко выдохнув, поднимаю взгляд на зеркало.

– Нет времени ждать! Я должна пойти к нему!– говорю своему отражению.

Стиснув зубы и расправив плечи, выхожу из ванной, останавливаюсь перед зеркалом в прихожей, еще раз оглядев себя, отправляюсь в комнату. Хочу переодеться, мне в этих вещах даже дышать тяжело. Сменив уличную одежду на домашнюю, стремительно выхожу из квартиры. Встав на пороге, смотрю на противоположную сторону и ощущаю нешуточную дрожь в теле. Меня просто трясет, так что приходится обхватить себя руками. Делаю шаг вперед.

Стою перед дверью его квартиры. Зажмурившись, жму на кнопку звонка. Я боюсь, бесконтрольно и безотчетно. Боюсь, что не поверит, что выгонит и вообще сдаст меня в полицию, потому что преследую его. И тогда я останусь вообще одна.

Один на один со своей бедой. Без своей дочери.

Когда слышу звук открывающегося замка, медленно приподнимаю веки. Руслан стоит напротив меня, упершись рукой в косяк, подозрительно блестя глазами. И снова обнажен, к счастью (не знаю, для кого) темнота мешает рассмотреть, совсем раздет или нет. Он молчит, глядя на меня исподлобья, а я мнусь в растерянности.

Оглядываюсь вокруг и только вот сейчас понимаю, что время позднее. Что уже если не ночь, то поздний вечер точно.

– Зачем ты меня мучаешь, Алиса?

Вздрагиваю от его низкого хриплого голоса. Мой же, кажется, отказал. Или связь с мозгом потеряна. Не могу и рта раскрыть.

Поднимаю взгляд, и что-то в этот момент щелкает в моей голове. Какой сдвиг происходит? Видимо, я все же сошла с ума, потому что делаю шаг вперёд и оказываюсь очень близко к нему.

В мыслях ─ кутерьма и полнейший хаос. Понимаю, что не имею права так поступать, и все равно хочу. Знаю, что сделаю. Это нехватка секса в организме так на мозг влияет?! Сейчас я саму себя боюсь.

– Ты что делаешь?– спрашивает мужчина, опасно, вкрадчиво, как притаившийся тигр.

Молчу и делаю свое "грязное дело". Соблазняю. Касаюсь руками сначала груди, ловя пропущенный удар сердца. Поднимаюсь выше, медленно смакуя давно забытые ощущения. Руслан буквально каменеет под моими ладонями, и едва я успеваю обхватить его плечи, как он перехватывает меня за запястья и сжимает до боли. Совсем не играючи и нежно.

Затягивает в квартиру и с разворота прижимает к стене. Захлопнувшаяся дверь погружает нас во мрак. Только рваное дыхание, жар тел и запах. Инстинкты обостряются до критической отметки.

– Ты хочешь секса?– грубо мне на ушко, прихватив попутно мочку. Больно, но его близость была лучшим обезболивающим.

– Да-а,– выдыхаю уже ему в рот. Тело само выгибается, просится в объятия.

– Что, никто из партнёров твоего хачика не заинтересовался вдовушкой? Ай-яй-яй, оставили молодую, красивую без внимания. Как же так,– говорит, точно в дерьме купает, и параллельно блуждает горячими ладонями по телу.

Я хочу убежать от унижения, от его грубости и не могу, стоило бы задуматься, почему он меня сразу не прогнал. Ведь мог? Или нет? Но не до того мне: я впервые заполучила Руслана в полное свое распоряжение, и все мои чувства к нему во главе с гормонами взяли верх над моими страхами, осторожностью и рассудком.

Не отвечаю, действую. Наконец-то определяю, был он обнажен, когда открывал дверь, или нет. Соприкоснувшись обеими ладонями с голой кожей его ягодиц, в порыве возбуждения впиваюсь в них ногтями, заставив его зарычать от боли.

Тут же перехватывает мои руки и резким движением задирает вверх, жёстко зафиксировав над головой ладонью. У меня и до этого было все мокро между ног, а сейчас я очень явственно чувствую, как начинает стекать по внутренней стороне бедра.

– Ты вирус,– шипит он мне в губы, склонившись низко к моему лицу,– и я найду противоядие, чего бы мне это не стоило. Я излечусь от тебя, от этого наваждения.

Пригвождает меня свободной рукой за шею к стене. Должна чувствовать боль, наверное, а я только сильнее завожусь. И он тоже, я чувствую его эрекцию.

Делает вдох у виска, секунды без движения, и затем находит мои губы. Никакой нежности, ласки, мягкости. Вгрызается, засасывает, кусает, кажется, даже до крови: чувствую, как металлический привкус добавляет соли этой дикости между нами. Я и сама не более нежная, захватив его язык, посасываю его как одержимая, прижимаюсь низом живота.

– Ненавижу,– выдыхает мне в рот, глядя в глаза. Спасибо темноте, не вижу всего спектра его эмоций. Но прекрасно чувствую, как его разрывает от желания и ненависти. Реактивный коктейль. У самой не лучше: чувство вины, презрение к своей похотливой натуре и осознание того, что последует за этим буйством гормонов. Желать его сейчас неправильно, аморально по отношению к дочери, но я до смерти хотела Алана именно в эти минуты. Почему? Потому что больше возможности не представится.

Я сука.

– Знаю,– отзеркаливаю Руслана. Не могу ждать, опустив руку вниз, касаюсь его плоти, я настолько голодная до него, что едва сама не насаживаюсь на член. Заторможено понимаю, что пижама все ещё на мне. Скулю, ерзая по его торсу.

– Ненавижу,– уже громче и чётче, но с такой мукой похоти чеканит, что у меня мышцы лона вибрировать начинают.

– Просто секс, Руслан, здесь темно, давай сделаем вид, что не знаем друг друга,– несу бред, ведь мозг давно в состоянии желе. Я сейчас в убийстве принцессы Дианы признаюсь и даже не пойму этого.

– Больная, идиотка… и я не лучше,– роняет голову мне на плечо, обрушивая кулак на стену рядом с моим плечом. Он мог бы попасть в меня?

– Руслан,– выдыхаю ему на ухо, утыкаясь носом ему в висок. Дышу им, мурлыча, как кошка от валерьянки. Ладонями скольжу по этому до боли желанному телу. Мужчина весь каменеет.

ГЛАВА 14

Столько лет…

Не ощущать его, не слышать, не чувствовать его жар, не вдыхать его запах. Вот что есть наказание, вот что есть кара. Без его тепла, любви и ласки я была все это время заморожена. Сердце билось исключительно ради Евы, только она задавала частоту пульса.

Сейчас я словно через экспресс-разморозку прошла, кровь так вскипела, что голова закружилась. И сердце стучало столь часто и сильно, билось о грудную клетку, причиняя боль.

Он снимает меня с себя, и с пугающей скоростью стягивает шортики пижамы. Не озадачиваясь более никакими предметами одежды, возвращает меня на место, пройдясь горячими ладонями по обнаженным ягодицам, сминая их пальцами, задевая при этом мою плоть, заставляя резко выдохнуть, откинув голову назад. Едва наша плоть встречается лёгким касанием, в темноте раздается громкий рык, а по моему телу проходится "шаровая молния". Кажется, я кончила.

Слабо отдавая отчет в своих действиях, подаюсь вперед и, притянув его за шею, целую. Так, как мне этого хочется. Он не отвечает, просто игнорирует мой порыв, не касаясь меня. И мне уже кажется, что вообще сейчас меня бросит прямо здесь на пол и уйдет.

Отпускаю его, приготовившись перейти к разговору, наверное, пора заканчивать ночь сумасшествия и признать, что я ему безразлична. Ничего не было, совесть чиста. Почти, но я точно никому об этом не расскажу.

А Руслан удивляет… шокирует.

– Твою мать,– шипит он и тянется за мной, а потом и вовсе обхватывает сзади шею ладонью, касается моих губ своими. Оглушающе нежно, на секунду. Потому что я срываюсь и утягиваю его за собой. По прихожей просто разливается симфония звуков слияния губ, всхлипов и частых вздохов.

– Алан, пожалуйста,– шепчу ему в губы,– пожалуйста,– зарывшись пальчиками ему в волосы, царапаю короткими ногтями кожу головы.

– Ты этого хочешь?– шепчет в ответ, качаясь в меня, входя чуть-чуть. Дразнит.

– Да,– вырывается рыдание, бедра непроизвольно качаются навстречу.

– Хочешь?– еще одно движение, позволяющее ощутить его, но не заполучить.

– Да!– тяну его за волосы, кусая за губу.– Возьми меня,– шепчу ему уже на ухо, обдавая дыханием.

По его телу прокатывается ощутимая дрожь, а из груди вырывается низкий рык.

– Тогда держись,– последнее, что он говорит прежде, чем заполнить мое лоно. И не давая мне и секунды прийти в себя, качается все быстрее. Шлепки тел и тяжелое дыхание в темноте маленького пространства слышатся очень громко.

Меня силы покинули до обидного быстро, и я просто висела на Алане. Его это не устроило, он, опустив меня на ноги, развернул спиной к себе и надавил на плечи командуя опереться о стену. Едва я успела расставить ладони на поверхности, как он протаранил меня. И снова бешеный темп: не особо мужчина заботился о моем удобстве. Закрадывается подозрение, что он таким образом наказывает меня, только эта мысль не задерживается и на пару секунд. Ее смывает волной экстаза, что прокатывается по моему истерзанному воздержанием телу с силой штормовой волны, не меньше.

К счастью, Алана тоже надолго не хватает, он кончает следом за мной. Не так обидно.

Перевожу дыхание и вспоминаю, кто я и где нахожусь, стоя все так же спиной к Руслану.

– Все, свободна,– прилетает отстраненно и сухо, словно хорошая такая оплеуха.

– Что?– хриплым шепотом переспрашиваю, заторможено поворачиваясь лицом к нему. Мозг включаться не желает, и я смотрю на Алана.

– Ты пришла потрахаться. Получила? Все, свободна, говорю. Женщина, освободите жилплощадь,– указывает рукой на дверь. Знала бы, где здесь включается свет, уже врубила бы! Какого черта?!! Его голос такой мертвый, после такого феерического секса…

«Или это только для меня он таким был?»– стучится мысль.

– Алан, я не…

– Меня зовут Руслан,– резко и жестко обрывают меня на полуслове,– запоминать не предлагаю, ты же скоро уезжаешь. Алиса, у тебя две минуты на то, чтобы уйти из моей квартиры,– пугающе вкрадчиво сообщает мне.– Время пошло.

Разворачивается и уходит куда-то, скрываясь за дверью.

Ощущая промежностью дуновения сквозняка из подъезда, нашариваю часть своей пижамы и натягиваю ее.

«Ладно! Ты хотел меня отыметь во всех смыслах, ты это сделал! Долг частично погашен»,– сжав ладони в кулаки, стиснув зубы, не позволяю себе разреветься. Эмоции потом. Потом я утоплю себя в слезах, когда буду одна в ванной.

Почти наощупь продвигаюсь в том же направлении, куда ушел Руслан.

Распахнув дверь, на секунду торможу от вида обнаженного мужчины. А комната оказалась ванной, и он стоял в душе. Стоял боком ко мне. Прикрыв глаза, прогоняю из своего сознания этот соблазняющий вид и произношу чуть ли не скороговоркой, как будто перед казнью слово дали.

– Алан,– сама не поняла, как назвала его, не поняла, что снова сорвалась в своих эмоциях,– ты должен поехать со мной в Москву и сделать анализ ДНК.