Неокончательный диагноз

– Не знаю, вроде нормально все, просто замерзли!

– Держи! – Знахарь протянул ей теплый махровый халат – Садись в кресло, я сейчас воды горячей из печи извлеку.

Через пять минут Света утопала в огромном кресле, которое хранило его тепло и запах. Ноги ее отогревались в тазике с горячей водой, по телу поднималась теплая волна, мягко толкающая сознание к обрыву сновидений. Сознание держалось, балансируя на грани реальности и сна, однако все же не выдержало и сдалось, растворяясь в пучине грез. Веки тяжело опустились, звуки стали приглушенными и тягучими, возникшие картинки снов стали чередоваться, как яркие фотографии в школьном фотоальбоме…

Морозное утро, восходящее в легкой дымке красное солнце, дивный аромат кофе. Красивая девушка, держа чашку в руках, сидит с закрытыми глазами, положив стройные ножки на офисный стол.

Теплый вечер, мокрый после летней грозы асфальт, запах цветущей липы и озона. Девушка, укрывшись в дворовой арке, страстно целуется с мужчиной.

Промозглый, порывистый осенний ветер кидает в спины прохожих опавшую листву. Обнаженная девушка смотрит на это из номера на последнем этаже гостиницы. За ее спиной смутно виден силуэт мужчины, они двигаются в унисон, ее руки уперты в оконный проем, голова откинута, губы приоткрыты.

Света пытается разглядеть мужчину, но они находятся слишком высоко и далеко… Стоило лишь подумать об этом, как тело ее стало невесомым, очередной порыв воздуха подхватил ее и, ускоряясь, понес к окну на последнем этаже. Вот уже видны бисеринки пота, выступившие на красивом женском теле, слышны ее стоны, но силуэт мужчины все еще размыт. Оконное стекло все ближе, еще мгновение и она врежется в него, а мужчины все не видно. Света пытается остановиться, затормозить стремительный поток несущего её воздуха, но все тщетно, и с ее губ срывается крик. Любовники отрываются друг от друга, девушка с любопытством и недоумением смотрит на Светлану, парящую на высоте шестнадцатого этажа. Света переводит взгляд на мужчину и издает новый, душераздирающий крик. Поднявший ее поток воздуха разбивается на тысячу маленьких вихрей и она, оставшись без поддержки, камнем падает вниз.

Раздавшийся грохот чего-то тяжелого, опустившегося на пол, выдернул Свету из сна.

– Разморило?! Не мудрено! – Знахарь копошился на полу возле какого-то черного ящика, который и был причиной грохота, когда он притащил его из сеней и поставил на пол – Почти десять километров по щиколотку в снегу, не всякий мужик выдержит!

– Да, прикорнула немного! Какая-то ерунда снилась! А это что у тебя за ящик?

– Это аккумулятор от грузовика, у меня на крыше небольшой горизонтальный ветряк смонтирован, я от него аккумулятор подзаряжал! Сейчас подключу к нему усилитель сигнала, позвонишь бабушке, скажешь, что дошла, а то она волнуется, наверное.

– Ого, а я-то думала, ты здесь бирюком живешь, как в каменном веке!

– Как видишь, ты ошибалась! Я живу не в каменном веке, я живу автономно: у меня есть и электричество, и телевизор, и мобильный интернет! – он присоединил провода от какого-то устройства к аккумуляторным клеммам, на устройстве загорелся красный светодиод, Знахарь удовлетворенно потер руки – Все, можно звонить!

***

Он любил ее всю ночь. Холеное, немного располневшее с возрастом, но очень женственное и сексуальное тело, соскучившееся по крепким мужским объятиям, таяло в его сильных руках.

В самом начале он набросился на нее, как дикий зверь. Входил в нее яростно и даже немного грубо, утоляя свой и ее голод. Он был подобен вихрю, проникающему во все незащищенные места, подчиняющему своей воле, сокрушающему любое сопротивление. Света уже была близка со Знахарем и потому, даже не в силу своего характера, а в силу безнадежности сопротивления, отдавалась ему так, как он этого желал. После того, как они утолили первый голод, пришло время чистого слияния, где нет места спешке, грубости и иным эмоциям, кроме единственного желания – стать одним целым. Нежное проникновение, сопровождающееся ласками и поцелуями, было подобно теплым волнам океана. В такие моменты Света выпадала из реальности, отдаваясь моменту наслаждения вся до конца.

– Так что за ерунда тебе приснилась, когда ты задремала в моем кресле? – гладя Светлану по обнаженной спинке, спросил Знахарь.

– Да так! Как будто коллаж из различных видеороликов, в которых меняется антураж, но всегда присутствуют сексуальные сцены и один и тот же мужчина, которого я не могу разглядеть!

– Как ты думаешь, почему я здесь живу?– подняв голову, спросил он.

– Не знаю! Может, здесь раньше был хутор или кордон, и ты, будучи ребенком, проводил здесь каждое лето, а теперь решил переехать сюда жить!

– Не-а, не угадала! Когда я был ребенком, каждое лето я проводил на берегу Эгейского моря! – улыбаясь, ответил Знахарь.

– Ого, твой папа был дипломатом или атташе?

– Нет, мой отец был очень известным врачом, но я сейчас не об этом! Этот дом построен мной на месте выхода силы! Знаешь, что это такое?

– Слушай, я что-то такое у Кастанеды читала, это вроде места с сильной энергетикой!

– Правильно, а центр этой силы, как раз находится под моим креслом! Так что все, что тебе приснилось, приснилось не просто так!

– Да ну, шутишь, наверное?! Я вообще не очень верю во всю эту экстрасенсорику, эзотерику и прочие метафизические явления. Я жесткий реалист.

– Видела на столике, возле кресла, книга лежит?

– Да, «Мастер и Маргарита»! Решил почитать фантастику?

– Во-первых, интеллигенты не читают, а перечитывают! – грустно улыбнувшись и погладив по волосам Свету, сказал Знахарь – Во-вторых, в данном романе есть один герой, очень похожий на тебя, Берлиоз!

– Фу! Плохая аналогия! – сморщив носик, ответила Светлана – Знаешь, я школу заканчивала в середине девяностых, и Булгаков был в школьной программе по литературе. Я прочитала роман, даже сочинение на отлично написала, но вот не увидела я той глубины и тайны, которой все восхищаются!

– Это очень большая глупость, давать школьникам читать этот роман! Не всякий взрослый, будучи сформированной личностью, поймет, о чем этот роман! Что уж говорить о детях! В романе очень много сакрального! Ты не задумывалась, почему кота зовут Бегемот?

– Потому что он крупный, наверное!

– Вот и нет! В ветхозаветной мифологии, это один из демонов. Брат Левиафана, любимый шут самого Сатаны! А кто такой Фагот, думаешь кто-нибудь задумывался, когда читал?

– Думаю, нет! А зачем Булгаков такую конспиративную книгу написал? Что, нельзя прямо все написать?

– К сожалению, все не так просто! Ты, наверное, в курсе, что Михаил Афанасьевич побывал в коме, вследствие увлечения морфием?!

– Нет, первый раз слышу! Он что, был наркоманом?

– Именно так! Многие писатели того времени в той, или иной степени, были подвержены этому пороку! – Знахарь откинул одеяло, поднялся и проследовал к окну. Через шторы робко пробивался свет раннего утра. Он раздвинул их, прислонился к стеклу, и Света залюбовалась его рельефной мускулистой спиной, упругими ягодицами, сильными стройными ногами. В этот момент он был подобен античному богу, гремучая смесь мужественности, физической мощи и животной грации.

– Как он хорош! Судя по седине и морщинам на лице, ему около сорока пяти лет, как же прекрасен он был в тридцать?! – подумала она, ощущая жар внизу живота.

– Льюис Кэрролл и Элизабет Браунинг употребляли опиум! – повернувшись к Свете лицом, продолжил Знахарь, совершенно не стесняясь своей наготы – Айн Рэнд принимала амфетамины, Уильям Берроуз героин, Зигмунд Фрейд лечил свою депрессию кокаином… но давай возвратимся к Булгакову! Он вернулся оттуда, откуда мало кому удавалось уйти! Вернулся с большим багажом знаний, которые никому нельзя было рассказывать! Поэтому, он решил поделиться своей тайной в иносказательной форме, написав художественный роман. Большинство людей ленивы… Не глупы, а именно ленивы. Люди разучились думать и анализировать. Я знал одного литературного критика, который был начитан, но ленив до тупости, он, пользуясь своим статусом, клеймил произведения, которые не понимал. Кстати он, как и ты, пренебрежительно относился к «Мастеру и Маргарите», пока я не посоветовал ему прочитать роман после ознакомления с произведением «Молот ведьм» и исключив некоторые главы. И знаешь, где он сейчас?

– Нет, конечно!

– Тут, недалеко, в Псково-Печерском монастыре! В великой мудрости, много печали!

– Все так страшно? Зачем ты меня пугаешь?

– Все совсем не страшно! Все идет по плану! – Знахарь, улыбаясь, прыгнул в постель. Его руки заскользили по упругим икрам Светы, мягким коленям и теплым бедрам, она откинулась на подушки, подставляя свое тело под его жаркие поцелуи…

***

Вечерняя темнота мягким пологом опустилась на лес, Знахарь и Света двигались от бани к дому. Дышали свежим морозным воздухом, от их разгоряченных тел поднимался легкий пар, мешая холоду проникнуть под накинутые на плечи тулупы. Скрип недавно выпавшего снега мягко вплетался в разговор двух довольных жизнью, собой и друг другом людей.

Знахарь заварил чай, пригласил Свету за стол и продолжил начатый разговор.

– Теперь ты знаешь обо мне все, даже больше, чем некоторые потусторонние сущности!

– В каком смысле, больше? – Света сидела в мягком кресле, убрав ноги под себя. В комнате было тепло, в печи потрескивали дрова и, о, чудо, стрекотал сверчок! Знахарь рассказал ей историю своей невероятной жизни и, если бы это был другой человек, она бы никогда не поверила. Но ему она верила, не смотря на весь абсурд ситуации.

– О моем существовании знает не так уж много людей. А еще обо мне знают ангелы и демоны. Но все они думают, что я Подалирий!

– Слушай, я тоже так подумала! – удивленно сказала Света – Ну, ты интриган, так кто же ты тогда?

– Я же просто рассказал тебе историю Махаона и Подалирия! Все остальное ты додумала сама!

– Знахарь, кто ты? – наигранно сузив глаза и направив на него палец, прошептала Света – А ну, признавайся!

– Давай сделаем маленькое отступление, я тебе расскажу историю, которая произошла этим летом, а потом вернемся к твоему вопросу?!

– Ну, давай!

– Несколько месяцев назад ко мне пришли две девушки. Одна из них, реинкарнация древнеримской матроны, любовница диктатора Луция Корнелия Суллы и невеста Юлия Цезаря.

– А вторая?

– А вторая, суккуба Лилит, самая странная суккуба, из тех, что мне довелось видеть! Суккуба, до безумия влюбленная в бывшего консула Древнего Рима Гая Мария.

– Я читала про Гая Мария и Луция Корнеллия у Коллин Маккалоу, не помню, как роман назывался, но книжка была толстая.

– «Первый человек в Риме» и «Травяной венок», так назывались книги дилогии о Марие и Сулле! – сказал Знахарь, протягивая Свете блюдечко с вареньем – Попробуй, вишневое, по-оригинальному рецепту!

Света подцепила ложечкой ягоду: легкая кислинка вишни, сладость меда и пряный запах эстрагона вызвали противоречивые ощущения, но приятное, мягкое послевкусие пробудило желание взять еще.

Знахарь смотрел на проявляющиеся на лице Светы эмоции и заметил:

– Приблизительно такие же ощущения я испытал от этих книг!

– Мне книги тоже понравились, но я не очень хорошо разбираюсь в истории, поэтому не могла критически анализировать роман! Так что с этими девушками?

– Юленька пыталась разобраться в себе, а Лилит хотела, чтобы Марий стал бессмертным!

– У них получилось? – слизывая розовым язычком каплю варенья с указательного пальца, спросила Света.

– Почти! Юленька поняла, кто она и чего хочет. А вот суккуба, не чувствуя Мария в нашем мире, сделала ошибочный вывод.

– А что с ним произошло?

– Подрался, пропустил серьезный удар и на две недели погрузился в кому. Сейчас с ним все хорошо, я сам ездил к нему в больницу, помог, как мог. Лилит просила, чтобы я поделился с ним своей кровью. Я поделился, теперь в нем течет моя кровь.

– Он будет бессмертным, как она и хотела?

– Нет! Я рассказал ему о разговоре с Лилит, и он согласился на частичное переливание крови, но только после того, как я пообещал ему, что он останется смертным. Чтобы быть бессмертным, надо, чтобы твой отец был Богом.

– Почему он так странно себя повел? – в удивлении подняла брови Света – Это же так здорово, быть бессмертным!

– Понимаешь, на самом деле Марий и так бессмертен! Только он постоянно меняет тела, семьи, места проживания! Ему не надо скрываться, не надо подделывать документы и постоянно бояться разоблачения. И, самое главное, ему не надо постоянно уделять свое время Лилит! Представляешь?! – Знахарь звонко засмеялся – Он мне жаловался, что Лилит выжимает из него все соки, и он не может полностью отдаться своему делу!

– Забавно! Вы мужчины странный народ! Вначале добиваетесь, стремитесь всеми правдами и неправдами залезть под юбку, а потом вас еще и уговаривать надо! – Светлана укоризненно смотрела на Знахаря.

– В биологии это называется пределом насыщения! – Знахарь отпил из чашки ароматного настоя и пристально посмотрел на Свету – Настоящий мужчина всегда хочет свою избранницу, но не всегда может. Его клетки насыщены любовью…

– Так, все! Хватит морочить мне голову! Быстро отвечай, кто ты такой? – перебила Знахаря Света.

– Сама не догадалась?

– Нет! А должна?

– Думай! Я лечу людей, я бессмертный, но я не Подалирий!

– У меня один вариант, но он противоречивый!

– И какой же? – грустно улыбаясь, Знахарь допил остатки травяного чая.

– Ты Махаон!

– Да, я Махаон! И ничего противоречивого здесь нет! Как, по-твоему, можно заставить мертвеца пить кровь Горгоны? Никак! Я два раза пил кровь Горгоны, будучи тяжело раненым, а не убитым. Когда меня ранили во второй раз, Подалирий опустошил всю флягу! Затем налил туда гранатового сока, чтобы не расстраивать меня! Так что, его я излечил гранатовым соком, в котором были молекулы крови Горгоны. Он прожил долгую жизнь, постоянно странствуя, а я странствовал вместе с ним. Он старел, а я не менялся! Он умер, а я остался! Один! В бессмертии не так уж и много хорошего!

Света опустила стройные ноги с ухоженными ступнями на пол и мягко поднялась из кресла. Полы ее халата разошлись в стороны, Знахарь увидел плавные линии ее тела: узкую талию, широкие бедра и тяжелую грудь с набухшими сосками. Он встал ей навстречу, их взгляды встретились на долю секунды, а затем они сплелись в древнем танце, под музыку их сердец и пение сверчка…