Задача «Логоса»

Как-то ночью, мучаясь бессонницей, решил позвонить отцу и поговорить. Так хотелось сказать простые слова: "Я люблю тебя, папа". Продержав в руках трубку с добрый час, мысленно говоря все, что накипело за эти годы. Долго признавался в любви обоим родителям. Рассказывал о том, что помнит каждый подарок от них, все сюрпризы в новогодние ночи и на дни рождения. Помнит те редкие выходные, когда держась за руки любящих родителей, бродили по городу, рассказывая друг другу смешные истории и весело хохоча над ними. И о многом-многом другом… Но так и не решился набрать номер, боясь разбудить старика и прервать без того беспокойный сон. А на следующий день – эта телеграмма. Ее отправила соседка по даче, которая приносила каждое утро отцу молоко. Она же помогла и организовать похороны.

Как и в случае с мамой, приехала Ирина, очевидно узнав о случившемся от общих знакомых. Ира всегда помогала Егору, когда ему было трудно. Она приходила к нему так, как будто выходила из дома просто по делу. Зная, где и что лежит, без лишних слов, готовила, убирала, а затем пропадала, будто ее и не было вовсе. Егор не пытался с ней поговорить. Если она ушла от него, значит, так было лучше для нее. Он не спрашивал о ее личной жизни, впрочем, был даже уверен, что она уже давно замужем за другим. Иногда она приводила с собой сына, за что Егор был ей несказанно благодарен. И тогда начинало казаться, что все остается по-прежнему, как будто они и не расставались…

"Да, о чем это я?" – очнулся задремавший Егор.

– Что будем делать дальше? Я полагаю, раз вы военный офицер, то вам будет легче ориентироваться в создавшейся ситуации, – вообще-то, Егор не любил когда им командуют.

Наедине с Барбосом ему было гораздо уютнее. Но в создавшейся ситуации, ему просто был необходим чей-либо совет, взгляд со стороны, так сказать. А еще лучше, если этот взгляд принадлежал человеку, привыкшему отдавать распоряжения и принимать решения.

Сергей, очевидно, время даром не терял. Отдыхая, обдумывал план дальнейших действий.

– Думаю, для начала нам нужно отыскать остальных членов команды. Что-то мне не хочется идти в этот город сейчас. Странный он какой-то, вам не кажется?

–Что это? Военная база? – ответил вопросом на вопрос Егор, глядя куда-то в небо. – Вы слышите?

Сергей завертел головой. Похоже, ему не нравилось узнавать о чем-либо последним.

– Похоже на звук вертолета?

– Может, это нас ищут? Кто-нибудь добрался до города первым, сообщил об аварии, и на наши поиски подняли вертолет.

– Хотелось бы в это верить… Только вы знаете о том, что дым от костра сверху виден на большом расстоянии?

– Это значит, что если бы нас искали, то уже давно нашли…

– Если бы искали именно нашу группу, – закончил Сергей.

На какое-то время опять воцарилось молчание. Видимо каждый обдумывал про себя, что бы это все могло значить. Они переглянулись.

– Да. Вывод один, до города никто из наших еще не добрался.

Помимо Егора с Сергеем в команде было еще два человека, плюс шофер, который должен был только доставить группу до места назначения.

– Дай карту!

Егор вопросительно посмотрел на Сергея.

– У меня ее нет.

– Если ты очнулся первым, то именно ты должен был ее взять. Или ты пошел наобум? – упрямо продолжал Сергей.

– Нет, конечно. Когда я очнулся, то увидел что вы все…м-м-м, – Егор еще раз взглянул на своего спутника. Тот уставился на него пронизывающим взглядом, от которого стало как-то не по себе.

– Ну, и?.. Ты пытаешься сегодня с момента нашей встречи в третий увильнуть от ответа. Что ты увидел, когда очнулся? – трудно было поверить, что все увиденное тогда Егором, было правдой.

– Я не увиливаю. Просто, если бы ты был на моем месте…

– Я оказался на своем месте, -резко перебил офицер. – Я оказался последним, кто находился на месте аварии; а ты – первым, кто покинул это место. Кстати, как это выглядело? Ты поднялся, увидел остальных в беспомощном состоянии, и, попросту говоря, смылся? Или ты пошел за помощью, и, конечно же, заблудился? – В глазах Сергея бегали злые огоньки, и это выглядело пугающе.

– Но все и было примерно так, то есть, не совсем так, как вы говорите… – сбиваясь с "ты" на "вы", Егор замялся. Свободной рукой он вытер испарину, выступившую от внутреннего напряжения, на лбу. Как сказать правду Сергею? Ведь она выглядела, спустя два дня, как пугающий ночной кошмар. Хотя… может, это и не было правдой, в Егор уже начал утверждаться. Вдруг у него после аварии случилось помутнение в рассудке.

– Вы стыдитесь собственной трусости? Да бросьте, – великодушно произнес Сергей. – Вы, наверное, действительно хотели помочь, да я раньше нашел вас.

Сергей смягчился. Неожиданная оттепель в его разговоре, немного успокоила Егора, и он решился все рассказать.

– Послушайте меня. Я не совсем уверен в своей нормальной оценке случившегося.

– Вы хотите сказать, что у вас неуравновешенная психика? Перестаньте. Вы бы тогда не работали школьным учителем. Для меня тоже кое-что видится немного… – Сергей запнулся, чуть помолчав, видимо подбирая нужное слово, наконец, произнес – необычным. Поверьте мне на слово, как бывшему военному офицеру. Постарайтесь сосредоточиться, вспомнить происшедшее и спокойно, все по порядку изложить. Если вы заметили, я тоже участник этих событий. И мне необходимо знать обо всем.

"Если бы ты знал, какой именно участник,"-промелькнуло в голове у Егора. Прокашлявшись, "как будто перед экзаменом," – появилась досадная мысль. Егор попытался воспроизвести картину увиденного им после аварии:

– Я открыл глаза. У меня было такое чувство, будто я просто спал. Я сначала так было и подумал, что я случайно задремал, и теперь настал момент пробуждения. Второе чувство, которое ко мне пришло – это ощущение тишины. Было так тихо, что даже стало казаться, будто я внезапно оглох. Но потом мне стало понятно, что тишина не внутри меня. Она была снаружи. Меня охватило внезапное чувство тревоги. Я тихонько приподнялся с сиденья, и увидел, что все, кто находился до этого в машине, находятся на своих местах без движения. Оглядев всех по порядку, ощупав пульс, оглядев тела, я убедился, что все были … – тут Егор опять запнулся, но взглянув на внимательно слушавшего рассказ Сергея, решительно продолжил, – мертвы. И уже не глядя на собеседника, решительно, на одном дыхании выложил все. – Ошибки быть не могло. Я проходил курсы по оказанию первой медицинской помощи. Расширенные зрачки, отсутствие пульса, застывшие лица, отсутствие не только дыхания, но реакции на болевые ощущения. Ну, можно еще продолжать… В общем, сомнений не оставалось. Вы все были абсолютно мертвы. Тогда я обшарил все сумки в поисках карты. Эта мысль мне тут же пришла в голову, как только я понял, что остался один, в незнакомой мне местности. Но я нигде ее не нашел. Пересмотрев все еще на несколько раз, окончательно убедившись, что ее в машине нет, я решил самостоятельно искать помощи. Машина не заводилась, да и я не очень-то умею водить. К тому же, мы находились на лесной поляне, а не на дороге. Колея от колес проходила по лесу. Меня это обстоятельство тогда не очень-то удивило. Я залез на дерево, чтобы осмотреться, увидел вдалеке город. Вернее, его стену. По моим подсчетам, до него я должен был добраться за полдня. Я прихватил с собой пакет с едой и отправился в путь. Этой дороги мне видно не было, наверное, поэтому я и заблудился. Вышел к ней через два дня, то есть, примерно, около полудня сегодняшнего дня. Этой ночью Барбос пришел… вот, собственно, и все.

Воцарилось неловкое молчание, которое длилось несколько минут. Егор вновь переживал прошедшие события, а Сергей старался переварить услышанное. Очевидно, новость о его "смерти" не очень-то его развеселила, а наоборот, немного … шокировала.

Глава 4.

– Что заставило вас подумать, будто случилась авария?

Егор вопросительно посмотрел на Сергея. Ему было не совсем понятно, что тот имеет ввиду.

– Простите…

– Ну, например, что-то было сломано в машине, позы людей, находившихся в ней… Как-то стояла она по особенному, – тон бывшего офицера не обидел, а несколько смутил Егора. Он и сам вдруг отчетливо понял, что назвать случившееся аварией, было трудно, поскольку видимых признаков не было. Происшествие, трагическое происшествие, причем, с большими неясностями, но не авария. – Ну, так почему вы назвали случившееся аварией? – настаивал Сергей.

– Сон. Это был сон, – Егор вспомнил. – Наш капитан спросил меня, сколько времени прошло после аварии. Вот мое сознание и зацепилось за это слово, как за объяснение случившемуся.

– Ясно… – протянул Сергей, хотя по всему было видно, что ему ни совсем ничего не ясно. – Сон, говорите… Что еще было в вашем сне? Может, капитан сказал вам, что нам нужно делать? И не смущайтесь, – заметил Сергей, – я вполне серьезно. Ведь мы не то, чтобы инструкций не получили, мы даже не прибыли на место назначения. Кстати, куда мы ехали?

Он нервно вскочил на ноги и принялся расхаживать взад и вперед. Да и вообще, этот бывший военный офицер не больно-то внушал доверие. Слишком уж он весь какой-то дерганый. Совсем не похож на военного – абсолютно никакой выдержки. Егору сейчас как раз психа не достает для полного счастья. И почему он ушел в отставку? Ведь до пенсии военного ему не хватало каких-то пяти лет…

– Что это с вами? – резкий вопрос заставил вздрогнуть бывшего учителя.

– А,.. а что, собственно случилось? – непонимающе спросил Егор.

– У вас что, давление скачет? – Сергей внимательно разглядывал лицо собеседника.

– С чего вы это взяли? – удивился тот.

– Пятна. У вас на лице появились красные пятна.

– А, это… Это нервное. Может, и давление немного повысилось. Да о чем это мы! – пришло время вспылить и малахольному учителю. – Мы с вами добрых пару часов сидели у костра, а это, позвольте заметить, открытый огонь. Я горожанин. Пикники, загородные прогулки – это все не для меня. С меня и так довольно всех этих переживаний. Да и, по всему видно, это только самое начало. Думаете, это для меня не потрясение – видеть вас живым и здоровым, в то время как всего два дня назад я закрывал вам глаза и фиксировал смерть?! – Сергей отошел на небольшое расстояние от костра. Его удивил этот эмоциональный всплеск на вид очень даже спокойного мужчины. Барбос, почуяв перемену настроения в разговоре, угрожающе зарычал.

– Успокойтесь, прошу вас, – немного помолчав, добавил: – и извините меня. Но вы поймите и меня тоже. Я открываю глаза, тоже слышу тишину, и ощущаю абсолютное одиночество. Никого. Я покричал, походил – поискал, но все было тщетно. Никого и ничего. Тогда я решил завести машину и выбраться на ней из леса. Но она не завелась.

– Погодите, а разве она не была перевернута вверх тормашками? Вы ведь так говорили в самом начале? – у Егора закралось подозрение, что тот или чего-то не договаривает, или у него тоже типа посттравматического, или же Сергей нагло врет.

– Ну, да. Так и есть. Когда я только открыл глаза, я увидел…, то есть мне показалось, что именно так все и есть. Но я закрыл глаза на какое-то время, затем, когда вновь их открыл, она стояла нормально: на колесах.

Сергей, прочитав в лице собеседника огромное недоверие, съязвил:

– Ну, конечно, мертвых товарищей в ней я не видел…

Егор, мрачно вздохнув, был вынужден согласиться, со всеми нелепостями их историй.

– Продолжайте, как бы все не выглядело фантастичным, обещаю, что буду молчать.

– А дальше никакой фантастики не было. Я покопался в машине, но причины поломки не нашел. Решил подождать в машине, в надежде, что кто-нибудь все же вернется, если не за мной, то хотя бы за оставшимися продуктами. Ведь я же не знал, куда вы все подевались. Помёрз полдня и пошел вас искать. К вечеру вернулся к машине и заночевал. Вчерашний день я шел и к ночи нашел эту дорогу, но так как было совсем темно, вернулся в лес и залез на дерево. Там я и провел эту ночь. Никак не мог уснуть от страшного холода, смог сделать это только под утро. Вот и проснулся, когда вы были уже здесь. Теперь вы знаете и мою историю. Вам стало спокойнее?

– Да, конечно, вы меня тоже извините. Я, вот подумал, может мы газу какого надышались? Знаете, как бывает? Я слышал об этом: угарный газ проникает из печки в салон автомобиля, через некоторое время все засыпают. Затем, когда мы остановились, дверца машины случайно открылась, газ выветрился, а мы постепенно все пришли в себя. Может быть именно по этому, я и принял вас за умерших.

– Да, так вполне могло быть, – немного помолчав, Сергей спросил: – какая дверца была открыта? Спереди или сзади, справа или слева? Вы это можете вспомнить?

– Да, кажется… – Егор закрыл глаза, постарался мысленно воспроизвести прошедшую картину своего пробуждения. – Правая передняя, совершенно точно.

Сергей хмыкнул. А Егору оставалось только догадываться, что тому дала информация о дверце. Какое это имело значение – правая, передняя, левая или задняя. Главное, что когда очнулся Егор, все еще оставались на своих местах и никто из команды не подавал признаков жизни. А через два дня он узнает, что все живы – здоровы (судя по офицеру), только бродят неизвестно где. Странно, но после этого разговора обоим стало как-то легче. Появилась первая версия, правда, не совсем реальная, о случившемся. Какое – никакое, но все же объяснение. Пес, почуяв, что все утряслось, завилял хвостом. Впервые за то время, как они встретились с Сергеем, собака подошла к нему, заглянула в глаза и потерлась о его ногу.

– Ну что, псина? Будем друзьями? – Сергей ласково потрепал собаку за лохматую шерсть. – Хороший щенок. Интересно, откуда он здесь взялся? На лесного жителя он явно не тянет, – Сергей еще раз осмотрелся по сторонам.

– Наверное… он потерялся? – неуверенно предложил Егор.

– Все может быть.

– Я вот что думаю, – перевел тему Егор. – Мы все кружили возле дороги и нашей машины в поисках друг друга. И если кто-то из нас задержится на одном месте, хотя бы на один день, то мы встретимся.

Сергей перевел взгляд на бывшего учителя. Интересно, он это серьезно?

– Умно. Очень даже умно. Хотя, знаете, в этом есть свой смысл. – Теперь Егор уставился на Сергея, шутит тот, или считает эту идею вполне приемлемой. Офицер посмотрел на небо, затем на дорогу, на город и спросил:

– У вас есть часы?

–Нет. То есть, были, конечно, в сотовом, но он почему-то не работает. Он даже не включается, не говоря уже о связи.

– Да, неприятно. У меня тоже. Ручные часы остановились. Сначала я подумал было, что от удара, но если мы не ударялись, то не знаю, почему они вышли из строя.

– Они у вас с собой? – Егору становилось все более не по себе. Он не любил сюрпризы. Они его угнетали, и не хотелось чувствовать себя незащищенным.

Сергей достал из нагрудного кармана куртки новенькие часы и протянул их Егору.

– Что, вы в них понимаете?

– Да. У меня отец двадцать лет отработал часовых дел мастером. Часто просил меня помочь ему. Так и сам немного научился.

Некоторое время понадобилось для того, чтобы вскрыть перочинным ножом часы. Сергею было любопытно смотреть на бывшего учителя, копающегося в малюсеньких шестеренках. С первых минут их знакомства, бывший офицер, никак не мог понять этого человека. На что с другими у него уходило пару минут. Это немного его раздражало. Привыкший добиваться всего сразу, без осечек и промедления, на этот раз все шло по-другому. Вся эта странная история с их "аварией", незнание местности, непонимание своей задачи, цели поездки – все это выводило его из себя. "Надо же, – злился Сергей. – Кто ж это меня дернул пуститься в эту аферу?! Ведь с самого начала мне не понравился так называемый "агент". Да и сама фирма тоже…"

* * *

– Налей-ка, земляк, сто пятьдесят водки! – бросил Сергей бармену, усаживаясь за стойку.

– Плохой день, сударь? – спросил сочувственно бармен, выполняя заказ.

– Можно сказать и так… – процедил сквозь зубы только что уволенный офицер.

Теперь он офицер запаса, но дать кому-нибудь в морду хотелось по военному. Уставившись на содержимое бокала, он никак не мог себе представить, как можно было бы выпить эту гадость. Сергей употреблял спиртное только два раза в жизни. И оба, что называется – до соплей и плачевным исходом. Мало того, что у него проявилась аллергия на спиртное, так еще и буйная реакция. И как в первый раз, так и во второй, просыпался в мед вытрезвителе, что в дальнейшем негативно сказывалось на его службе.

Сергей оценивающе огляделся. В баре было совсем немного народа. Две размалеванные девицы, непрерывно стреляющие глазищами в его сторону, тут же растянулись дежурными улыбками, когда встретились взглядами с офицером. Он брезгливо отвернулся. В другом конце бара сидела за столиком тройка молокососов, нахально уставившись на возможную жертву скандала. Но ему они не показались достойными противниками для хорошего мордобоя. "Хотя на крайний случай, если больше никто не подвернется, сойдут и эти", – решил про себя Сергей.

– Дай еще чем-нибудь закусить, – бармен моментально водрузил на бумажную тарелку два бутерброда с ветчиной и сыром.

– Двести пятьдесят рублей.

Сергей вперился взглядом в улыбающуюся рожу бармена и ему захотелось срочно переменить объект для выброса негативных эмоций.

– Что так? – его серые глаза сузились до невозможного, но даже в этих щелках можно было разглядеть нездоровый блеск.

Бармен, почуяв неладное, закашлялся, затем отступив от стойки на расстояние, которое не позволяло дотянуться до него руками и, уже более твердым голосом, произнес:

– Смотрите наши расценки. Если вас что-либо не устраивает, могу позвать старшего менеджера, и он все разъяснит.

– Может, просто выпьете соку? – сделавший это предложение, оказался мужчина средних лет, в приличном костюме и с гладко выбритым лицом. Он наблюдал всю эту сцену, как только вошел в бар вслед за офицером. – Налейте два апельсинового.

Мужчина подсел рядом.

– Если вам так противна водка, зачем тогда вы ее заказали? – посмотрев испытующе на Сергея, продолжил: – Да и набить кому-нибудь лицо, тоже не совсем удачный способ для снятия напряжения.

– Как вы догадались? – Сергею даже полегчало от неожиданного вмешательства со стороны. В третий раз в вытрезвитель ему не хотелось.

– Это сделать было нетрудно. Я, взглянув на часы, наблюдал за вами минут. Поэтому, все было ясно.

– Неплохо… – " и все же, чего ему от меня надо? Спаситель нашелся!", – У меня сегодня плохое настроение.

– Что так?

– Не мой день. С сегодняшнего утра я абсолютно свободен лет так на…

– Правда? – как будто даже обрадовался человек в костюме. – А знаете что? Может быть как раз для вас сегодня и удачный день. Я сотрудник одной очень солидной фирмы.

Он как-то многозначительно поднял указательный палец вверх, как будто этот жест мог все объяснить.

– Мы подыскиваем людей для одной особой команды.

– И чем будет заниматься эта команда? Впрочем, для меня это не имеет значения. Сколько платите?

Человек достал из кармана записную книжку с авторучкой и на одном из листов написал цифры. Сергей, мельком взглянул на нее, от удивления присвистнул:

– Ого! Согласен.

– Ничем противозаконным мы не занимаемся… – начал было объясняться незнакомец, но Сергей перебил:

– Да и что из того! – бывший офицер выпил одним залпом предложенный сок и добавил: -

Хоть бы и так. За такие деньги я не очень-то и сопротивлялся бы.

– Ну, тогда по рукам?

Эти слова Сергей пропустил мимо ушей.

– Где и когда?

Мужчина протянул визитку.

– Завтра к девяти часам утра, без опозданий. До свидания.

Сергей утвердительно хмыкнул в ответ, дожевывая свой бутерброд.

* * *

– Они абсолютно целы. Просто не хотят работать.

Сергей очнулся от раздумья.

– Возьмите, – протянул руку Егор.

Он так и застыл с протянутой рукой. Собака насторожилась, гавкнула для порядка и на всякий случай спряталась за своего друга. Сергей, наблюдавший за псом, хихикнул. Слишком уж комично смотрелся этот лохматый охранник.

– Тебя хоть самого охраняй! – но повернувшись назад, чтобы посмотреть на то, что там происходит, ему самому захотелось куда-нибудь спрятаться.

– Это что за… – только и смог произнести Сергей, как в горле все пересохло от внезапно накатившего чувства. Внутри вдруг образовался неприятный липкий комок, который с каждым мгновением продолжал расти, склеивая все во рту и лишая возможности выразить словами охватившее его чувство.

Глава 5.

Давно он такого чувства не испытывал. Да и было от чего похолодеть внутри. По дороге неслись три всадника, одетые в доспехи. Красные плащи развевались за их спинами. Все бы ничего… В самих всадниках не было ничего ужасного, но вот животные под ними… Это были лошади небывалых размеров. Они раза в два ( если не больше ) превышали размеры самых крупных представителей этой породы, какие были известны науке. Огромные гривы, как черные облака, окутывали их морды и закрывали собою всадников, из-за чего было трудно рассмотреть получше самих всадников. Мощные ноги едва касались бетона. Огромные клубы пара вырывались из ноздрей и открытых пастей. Уже можно было рассмотреть их ни с чем не сравнимые зубы, от внимательного взгляда на которые, на голове начинали шевелиться волосы, а по спине бегали жирные мурашки. Нездоровый блеск глаз, размером с огромную чашку, навевал мысли о потустороннем мире.

Спрятаться было негде, бежать до леса далеко, да и не имело смысла. Всадники приближались с такой скоростью, что оставалось надеется только на лучшее… И это лучшее произошло. Странные всадники промчались мимо оторопевших от увиденного Егора с Сергеем, не подав даже малейшего признака того, что они заметили еще кого помимо себя на дороге. Резкий запах лошадиного пота, ударил по обонянию наших героев так, что тех едва не стошнило. Некоторое время они молча наблюдали, как за короткое время устрашающая троица буквально долетела до городской стены. Им удалось разглядеть в том месте, где дорога упиралась в стену, появилось свободное пространство, причем это не было воротами, которые бы открылись, и они не были раздвижными – просто стена, как бы растворилась в воздухе в определенном месте, чтобы пропустить всадников. Все это немало удивило и даже напугало своей необычностью Егора. Сергей не подавал вида, но и у него заметно побледнело лицо. Переглянувшись между собою, они еще раз внимательно посмотрели на город.