- -
- 100%
- +
Кто образец природной красоты,
Что превзошла изыски стильных перьев , 25
И этой сущностью одежд Творца
Томит льстеца.
Снова входит ВТОРОЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
Ну, что? Кто это прибыл?
ВТОРОЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
Лишь Яго – генерала адъютант.
КАССИО
Его вояж был лёгким и счастливым:
Шторма, морские волны, рёв ветров,
Скопленья рифов и песчаных мелей —
Враги, кто мнят забить невинный киль —
Почувствовав прекрасное, уняли
Свой смертоносный нрав, позволив плыть
Небесной Дездемоне.
МОНТАНО
Кто такая?
КАССИО
Кто – за вождя великому вождю,
Оставленная им с отважным Яго.
Он здесь неделей раньше, чем я ждал.
Юпитер, охрани Отелло, полни
Своим дыханьем паруса его,
Чтоб освятил приходом эту бухту,
В объятья Дездемону заключил,
Зажёг огонь, угасший в наших душах,
Принёс покой на Кипр!
Входят ДЕЗДЕМОНА, ЭМИЛИЯ, ЯГО, РОДРИГО и сопровождающие
О, лицезрей!
Сокровище с борта сошло на берег!
Мужчины Кипра, на колени встать!
Привет тебе, богиня! Благость неба
В преддверье, позади – со всех сторон
Вокруг тебя!
ДЕЗДЕМОНА
Спасибо, храбрый Кассио.
Что, о моём супруге вести есть?
КАССИО
Ещё не прибыл он, я знаю только,
Что он живой и скоро будет здесь.
ДЕЗДЕМОНА
О, но мне страшно… Как вы потерялись?
КАССИО
Великий спор небес и вод морских
Нас разделил… Но, слышите, кричат?
Снаружи крики: «Парус, парус!» Раздаются выстрелы.
ВТОРОЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
Они привет шлют этой цитадели.
Там тоже друг.
КАССИО
Узнайте, кто теперь.
Второй Джентльмен уходит
Добро пожаловать, любезный адъютант.
к Эмилии:
Добро пожаловать к нам, госпожа.
Пусть Вам не досадя́т мои манеры,
Любезный Яго, воспитанье мне
Являть учтивость позволяет вольно.
Целует её
ЯГО
Когда б она Вам губы отдала,
Как дарит языком меня, так часто,
Вот было б вольно.
ДЕЗДЕМОНА
Но она молчит.
ЯГО
Поверьте, очень мало. Постоянно
Её я слышу, как намерен спать.
Конечно, перед Вами, Ваша Милость,
Согласен, прячет свой язык она
В своей душе, чтоб мысленно ругаться.
ЭМИЛИЯ
Нет у тебя причин так говорить.
ЯГО
Давай, болтай! Рисуетесь вы внешне:
Милы – в гостиных, дикие – на кухнях,
Святые – в брани, демоны – в обидах,
В делах – актрисы, деловые – в койках.
ЭМИЛИЯ
О, фу, какая ж это клевета!
ЯГО
Нет – правда! Иль я турок, отчего-то:
Вам всё – игра, одна постель – работа.
ЭМИЛИЯ
Не надо «сочинять» хвалу.
ЯГО
Уволь.
ДЕЗДЕМОНА
А мне хвалу, какую, сочинил бы?
ЯГО
Синьора, и не поручайте мне:
Я не способен, если не критичен.
ДЕЗДЕМОНА
Давай, попробуй… Что, ушли на пирс?
ЯГО
Да, госпожа.
ДЕЗДЕМОНА
Не радуюсь, а только развлекаюсь,
Чтоб ту, что есть я, не явить другим.
Давай же, как меня ты восхвалял бы?
ЯГО
Я в теме. Но мой вымысел залип
В мозгах, как в клее шерсть, и рвёт рассудок,
Всего меня. Но Муза трудится —
И так освободилась.
Коль красота и мудрость – у деви́цы,
Одна другой – нужна и пригодится.
ДЕЗДЕМОНА
Что ж, хорошо! А коль – ум без красы?
ЯГО
Та, что умна, не вышла красотой,
Найдёт красавца, равного самой.
ДЕЗДЕМОНА
Похуже и поплоше.
ЭМИЛИЯ
А как, когда – красива и глупа?
ЯГО
Та не глупа, кто, с красотой на страже,
Наследника родит, сглупивши даже.
ДЕЗДЕМОНА
Всё – старые, тупые несуразности, смешные
для дураков в пивной. Какая же убогая хвала есть у тебя
для той, кто некрасива и глупа?
ЯГО
Нет страшной столь и глупой, кто бы мило
Грехи красавиц умных не творила.
ДЕЗДЕМОНА
О, тяжкое невежество! Ты худших превозносишь лучше.
Какую мог бы ты воздать хвалу действительно достойной,
той, чей авторитет заслуг законно можно поручить
свидетельствовать, хоть злословью?
ЯГО
Она, кто не спесива и прекрасна,
В речах свободна, но не громогласна,
При золоте, но всё ж не весела,
Желанье сдержит, молвив: «Но могла»,
Та, кто во гневе, будь до мести малость,
Смирит обиду и прогонит ярость,
Та, кто крепка умом: будь знак от звёзд,
Не сменит лойн трески на, сёмги, хвост, 26
Кто думает, однако мысли кратки,
Бежит от ухажёров без оглядки,
Та, коль такая есть, всем подойдёт…
ДЕЗДЕМОНА
Зачем, что делать?
Кормить младенцев, да вести отчёт. ЯГО
ДЕЗДЕМОНА
О, самый немощный и жалкий вывод!
Эмилия, его не слушай, хоть он муж твой.
Что, Кассио, ты скажешь? Разве он не самый скверный
и вольный консультант?
КАССИО
Он откровенно говорит, синьора. Он больше мог бы Вам
понравиться солдатом, чем поэтом.
ЯГО (в сторону)
Он за ладонь её берёт: удачный знак. Нашёптывай:
такой вот мелкой паутинкой я большую муху – Кассио
поймаю. Да, ей улыбайся, делай это. Тебя в твоих же я
запутаю любезностях. Мне верный знак даёшь,
тем более – такой, раз с выходками этими поста
лишишься лейтенанта. Тебе бы лучше не так часто
свои три пальца целовать, в которых ты, уже, 27
в который раз, изобразить пытаешься галантность.
Прекрасно! Как расцеловались! Вот любезность! Более
того. В который раз к твоим губам — твои перста?
Полезней для тебя, служить бы им для клизмы трубками ! 28
Трубят снаружи
Мавр! Узнаю его трубу.
КАССИО
Да, это точно так.
ДЕЗДЕМОНА
Давайте же встречать и принимать его.
КАССИО
Смотрите, он идёт сюда!
Входят ОТЕЛЛО и слуги
ОТЕЛЛО
О, светлый мой воитель!
ДЕЗДЕМОНА
Мой Отелло!
ОТЕЛЛО
Как удивлён я и доволен, что
Ты раньше здесь меня! О, радость сердца!
Коль после бурь грядёт такая тишь,
Пусть дуть ветрам до пробужденья смерти!
Пусть взносит барк на, волн, морской Олимп,
И снова вниз бросает, как до ада
С небес! Когда бы умер я сейчас,
То был бы, я боюсь, безмерно счастлив.
Моя душа так радостью полна,
Что не бывать отраде, ей подобной,
Потом в судьбе.
ДЕЗДЕМОНА
О, Боже упаси!
Пусть наши радость и любовь взрастают
День ото дня!
ОТЕЛЛО
Аминь, милая власть!
Я не умею говорить о счастье
И здесь прервусь, ведь слишком рад и в том…
В том будет величайший из разладов
Целует её
Меж нашими сердцами!
ЯГО (в сторону)
О, как теперь согласно спелись вы!
Но я скручу колки со струн сей песни,
Сколь честен сам.
ОТЕЛЛО
Ведите в замок нас.
Друзья, войне – конец, утопли турки.
Как старый друг мой поживает здесь?
Ты, милая, желанный гость на Кипре,
Меня здесь любят. О, радость моя,
Болтлив я неуместно, без ума
От счастья своего. Будь добр, Яго,
Сходи на пирс и выгрузи багаж,
И в замок приходите с капитаном,
Он человек достойный, чтоб его
Уважить нам. Идём же, Дездемона,
На Кипре чудно встреченная вновь!
ОТЕЛЛО, ДЕЗДЕМОНА и свита уходят
ЯГО
Ещё сегодня встретимся на пирсе. Подойди сюда.
И если ты отважен – ведь, как говорится,
людишки низких званий, полюбив, в своей натуре
владеют благородством больше своего – меня послушай.
Наш лейтенант — в ночь старшим при дворе над стражей.
Во-первых, я скажу, в него влюбилась, прямо, Дездемона.
РОДРИГО
В него! Зачем? Такое невозможно!
ЯГО
Ты палец приложи к губам, и слушай наставления душе.
Заметь, как яростно сперва она влюбилась в Мавра,
лишь за бахвальство и причудливую ложь. Но будет ли
она по-прежнему его любить за болтовню? Не дай
благоразумью сердца думать так. Ей нужно напитать
свой взор. А что за радость ей на дьявола глядеть?
Когда остынет от забавы кровь, то нужно, чтоб разжечь
её опять и свежий аппетит дать пресыщенью, проявлять
в лице очарованье, сходство в возрасте, манерах
и красоте – всё, в чём не совершенен Мавр. Теперь же,
при недостатке этих нужных соответствий, обнаружат
её изысканные чувства, что оскорблены, ей станет тошно,
она невзлюбит, испытает отвращенье к Мавру, ведь сама
природа это ей подскажет, вынудит к другому выбору.
Теперь же, сударь, этим удостоен – ведь это вывод, самый
очевидный и непринуждённый – кто в высшей степени
таких богатств ей, кроме Кассио, предстанет? – плута́
болтливого, чья совесть служит только, чтобы напускать
почтительность и вежливость на внешность, ради
самых сокровенных утех своих распущенных страстей?
Никто, совсем никто, лишь скользкий и коварный плут,
искатель случая, способный наблюдать и подражать,
подделывать достоинства, хотя реальных никогда в себе
не проявлять. Бесовский плут! Кроме того, красивый,
молодой, имеющий все качества, какие привлекают
распутные, незрелые умы: вреднейший и полнейший плут.
И этой женщиной уже он оценён.
Я не могу поверить в это. Преисполнена она РОДРИГО
блаженнейшего состояния.
ЯГО
Блаженный вздор! Вино, что пьёт она, сотворено
из винограда: если бы она была блаженной, никогда бы
не полюбила Мавра. Блажь сладка! Ты, разве, не видал,
как провела она ладонью по его руке? Ты не заметил?
РОДРИГО
Да, я заметил. Но в том была всего лишь вежливость.
ЯГО
Разврат – в такой ладони. Посыл и скрытное вступленье
к сюжету похоти и грязных мыслей. Они так близко
встретились губами, что их дыханья слились воедино.
Раздумья мерзкие, Родриго! Когда такой взаимности дают
дорогу, то усердно наготове возникает главное и важное
осуществленье, как того соединения итог, тьфу!
Но, сударь, мне позвольте править Вами:
я из Венеции привёз Вас. Нынче ночью станьте в караул,
приказ для Вас я подготовлю. Вас Кассио не знает.
От Вас недалеко я буду. Как-нибудь найдите повод,
чтоб вызвать злость у Кассио,
иль слишком громко говоря, иль нарушая дисциплину,
иль способом любым, какой понравится, по времени
благоприятным.
Согласен. РОДРИГО
ЯГО
Он, сударь, очень вспыльчив и поспешен в гневе
и может Вас ударить. Спровоцируйте его на это,
ведь даже из-за этого я вызову мятеж у местных жителей,
чьи чувства снова в норму возвратятся только после
смещенья Кассио. Так обретёте Вы кратчайший путь
к желаньям Вашим с помощью средств, которые, тогда,
я предпочту, и устраните выгодно препятствие, которое
лишает нас надежды на успех.
РОДРИГО
Я так и сделаю, как только будет шанс любой.
ЯГО
Тебя не подведу. Встречай меня, чуть погодя, у замка.
Я должен вещи для него доставить. До свиданья.
РОДРИГО
Прощай.
Уходит
ЯГО
Что Кассио в неё влюблён, я верю.
Что влюблена в него она, вполне
Возможно. Мавр, хотя мной ненавидим,
Но верный, благородный, любящий,
И, смею думать, станет Дездемоне
Милейший муж. В неё влюблён и я,
Но не из похоти, хотя, возможно,
Виновен я и в тяжком столь грехе,
Отчасти, а ведомый жаждой мести:
Подозреваю, похотливый Мавр
Запрыгнул в мою койку, мысль об этом,
Как минеральный яд грызёт нутро.
Ничто не успокоит мою душу,
Пока не квиты: за жену – жена,
Иль не смогу, но вызову у Мавра
Хотя бы ревность, бешеную столь,
Что разум не поможет. С этой целью,
Как эта шваль Венеции, кого
Запряг для быстрой ловли, сдюжит дело,
Мне выдаст Майкла Кассио на бедро , 29
Того пред Мавром грязно обругаю —
Боюсь, и он брал мой ночной колпак —
Благодарить меня заставлю Мавра
За то, что явным выставлю ослом,
Займу его покой безумьем тихим.
Меня исполнить это не смутит:
Лик подлеца всегда по ходу скрыт.
Уходит
СЦЕНА II. Улица
Входит ГЕРОЛЬД с воззванием, следом – народ.
ГЕРОЛЬД
Наш благородный и достойный генерал Отелло,
после бесспорных новостей о гибели флотилии турецкой,
нам повелел, чтоб посвятил себя триумфу каждый человек,
кто танцам, кто-то разжиганию костров, и всякий – тем
забавам и увеселеньям, что ему по нраву, ибо, кроме этих
благоприятных новостей, все празднуют его женитьбу.
Провозглашается его великой волей.
Все службы замка – кухня, винный склад – открыты для
пирующих свободно с нынешних пяти часов,
покуда колокол не возвестит одиннадцать.
Да будет небесами остров Кипр благословен
и благородный генерал Отелло!
Все уходят
СЦЕНА III. Зал в замке
Входят ОТЕЛЛО, ДЕЗДЕМОНА, КАССИО и свита
ОТЕЛЛО
Будь добр, Майкл, присмотри за стражей ночью:
Научимся достоинство блюсти,
Благоразумно прекратим забавы.
КАССИО
У Яго есть инструкции на всё.
Но несмотря на это буду лично
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Женитьба Отелло на Дездемоне.
2
Хотя в Италии это имя произносится, как Микеле, но Шекспир применил Майкл, так как иначе строка «One Michael Cassio, a Florentine,» не укладывается в пять стоп, да и имя пишется, тогда, по-другому.
3
«женщин красота…» – характеристика Кассио, объясняющая его увлечение куртизанкой в дальнейшем.
4
В деда чёрт Вас превратит – намёк на зачатие Дездемоной от Отелло внука Брабанцио.
5
«…тварь с двойной спиной» – Шекспировский образ позы совокупления.
6
Курс и знак любви – в оригинале «a flag and sign of love» дословно «флагман и обозначение любви». Шекспировский образ согласия и почитания.
7
Поиск – Шекспировский образ людей, поднятых на поиск Дездемоны.
8
«Стрелец» – постоялый двор, где остановился Отелло.
9
Стать отцом хотел он – в оригинале «Who would be a father!» дословно «кто хотел бы стать отцом». Шекспировский намёк на изнасилование.
10
В оригинале «the little godliness I have, I did full hard forbear him» т.е. «такую малую святость, что я имею, я сдержал с большим трудом». Парадокс Шекспира, т.е. не свой гнев сдержал, а свою святость. Но от чего сдержал? Если – от расправы со злодеем, то – это (парадокс!) не качество святости, если – от проповеди грубияну, то парадокс разрешён. Дан посыл, намёк зрителю искать решение. Попутно дана и насмешка над церковью, парадоксально объясняющей святостью любые свои действия.
11
Магнифико – слово употреблено Шекспиром, венецианский вельможа, т. е. Брабанцио.
12
Янус – рим. миф. двуликий Янус, бог двойственности мира, в т.ч. перемен. Здесь упомянут в связи: ожидали врагов, но пришли друзья.
13
В росе изъест их ржа – в оригинале «for the dew will rust them» т.е. «ведь от росы они заржавеют», намёк на ненужность крови на лезвиях шпаг.
14
Ещё один из многочисленных намёков Шекспира, сохраняющих свойства намёка только в дословном переводе. Здесь Отелло показывает Брабанцио, что предыдущие слова того он не считает поводом для драки, иначе давно бы её начал «без подсказки», т.е. этих слов.
15
Антропофаги – слово употреблено Шекспиром, в прямом смысле – «людоеды, каннибалы», в переносном смысле – госаппарат насилия.
16
В оригинале: «that she was half the wooer», т.е. «что она стала половинкой жениха». По церковным канонам, жена становилась одним целым с мужем, т. е. его половиной, значит, намёк Шекспира в словах Брабанцио подразумевает супружество и становление жениха мужем.
17
Тот же образ из сонета 23 Шекспира, написанного в ноябре 1596 г.
18
Очередной намёк Шекспира, который сохраняет свойства намёка только при дословном переводе. Объяснять читателю в переводе смысл намёков, как поступает Пастернак, считаю неоправданным, ведь намёк обращён к читателю, а не к переводчику.
19
Ещё один намёк Шекспира, в данном случае, на соблазн во внешности и поведении Кассио, перед которым не устоит ни одна женщина, который легко понятен и не требует объяснения для читателя искажением точного перевода, как поступили Вейнберг, Радлова, Лозинский, Пастернак.
20
Шекспировский образ кораблей.
21
Созвездие Большой Медведицы.
22
Звезды Дубхе и Мерак в созвездии Большой Медведицы. Проведённая через них прямая указывает на Полярную звезду.
23
Полярная звезда.
24
В оригинале «I shall». Возможности английского языка, как и русского, разрешают обозначение действия в диалоге вспомогательными словами без разъяснения самого действия, чем часто пользуется Шекспир.
25
«изыски стильных перьев…» – в оригинале «quirks of blazoning pens» т.е. «причуды (изыски) гербовых (стильных) ручек (перьев)». Видимо, туманность смысла этой метафоры по первым значениям перевода слов и заставила всех переводчиков просто выбросить её из переводов. Хотя, очевидно, что смысл быть обязан. И простой поиск по вторым значениям не только находит смысл, но и даёт редкую тройную метафору, когда не теряется связь с предыдущим текстом во всех трёх аллюзиях, возможных в такой метафоре, а именно: красота лучших птиц (аллюзия на «перьев»), красота стильных одежд (аллюзия на «стильных»), красота описаний изысканных поэтов (аллюзия на «изыски»).
26
Лойн трески – спинка, лучшая часть филе трески. У Шекспира «head», т.е. «главное» в треске.
27
С одной стороны, намёк, казалось бы, на воздушный поцелуй, но Кассио «нашёптывает», т.е. стоит рядом, и в этом нет необходимости. А, с другой стороны – на фигу (ру) из трёх пальцев, т.е. на ошибки ухаживаний Кассио, и это более подходит, ведь сказано: «лучше бы тебе…», т.е. – не Яго, кому бесспорно хуже отказ Кассио от ошибок, но сомнителен итог, если Кассио, хоть откажется, хоть нет, от нейтральных воздушных поцелуев. Применение глагола «целовать», видимо, аналогично русскому применению глагола «выкусить» для такой фигуры из трёх пальцев.
28
Ещё один намёк-подтверждение, что в поведении Кассио было бы больше галантности, если бы он прилагал свои пальцы не к губам, а к другому месту, значит, речь, именно, об ошибках, которые хуже даже такого поведения, а не то, что воздушных поцелуев.
29
Очередной намёк Шекспира, сохраняющий свойства намёка только в дословном переводе. Положение борцовского приёма для броска.