Танец белых карликов
- -
- 100%
- +
– Забудь о ваших детских разборках, – жестко произнес Михаил Волков. – Теперь ты всегда под наблюдением. И Никита Серебрянский – уже не малыш из твоей компании, которому можно подзатыльники раздавать. Он должен всюду ходить с тобой.
– Даже в туалет? – мрачно хмыкнул Алекс.
Отец нахмурился.
– Если понадобится, – ледяным тоном изрек он. – И запомни, Александр: пока не пройдешь по Сожженному Пути – ты всего лишь обычный парень. Да, ты наш черный дракон, аурум! И в том, что у нас все получилось, немалая твоя заслуга, сын. Но ты еще не прошел по Лунной Дороге. А желающих заменить тебя много… Все эти странные нападения только подтверждают это. Вот почему нам так необходимо доверие и поддержка Дмитрия Серебрянского. Это очень влиятельный человек, он сможет защитить нас. Сможет защитить себя.
Отец ушел, а Никита остался. Парень явно чувствовал себя не в своей тарелке: застыл возле двери, крепко сжимая пластмассовую ручку чемодана на колесиках, и только хмуро глядел на хозяина квартиры.
– Чего вытаращился? – не выдержал Алекс. – Кухню видишь? Принеси мне воды.
– Предупреждаю: мой отец знает о каждом моем шаге, – на всякий случай сообщил Никита. Но прошел в кухонный уголок, открыл холодильник, нашел воду, достал стакан. Послышался звук неторопливо льющейся воды.
Алекс поднялся с дивана.
– Если думаешь, будто я не заметил следящую метку на диске Луны, то ты ошибаешься. – Не глядя, он ткнул пальцем в золотую цепочку, намотанную на правой руке Никиты, и посмотрел на него в упор. – Так что держись от меня подальше.
– И что же мне тогда делать? – настороженно спросил Никита. – Отец приказал не отходить от тебя ни на шаг. Между прочим, для твоей же безопасности.
Алекс не ответил. Взял куртку и вышел за дверь.
Подождал в коридоре – проверить, пойдет ли за ним сын Серебрянского. Руки чесались набить ему морду, сорвать наконец так долго копившуюся злость. Но тот словно почувствовал, что Алекс задумал недоброе, и остался в квартире.
Немного поостыв, Алекс вызвал через орбиту Илька – хотелось хоть с кем-то поговорить, обсудить случившееся. Но тот почему-то не отвечал.
Окончательно разозлившись, Алекс решил прогуляться, но вдруг вспомнил, что в таком случае Никите придется пойти за ним, ведь ему приказали всюду сопровождать Алекса. Чертыхнувшись, парень все-таки вышел на улицу, оперся руками о стену дома, переживая трансформацию, и бесшумно взлетел на черных крыльях на самый конек черепичной крыши. Уселся там и успокоился – наконец-то можно побыть в одиночестве.
Но тут крепкая, жилистая рука легла ему на плечо.
Алекс резко вскочил, скидывая тяжелую ладонь, обернулся и чуть не закричал: он мгновенно узнал старика. Йозеф, глава Дома Сияния. На нем был длинный черный плащ, практически сливавшийся с темнотой ночи, лишь лицо белело в свете тусклых фонарей на крыше.
– Поговорим? – деловито спросил Йозеф.
Вместо ответа Алекс молча врезал проклятому астру в ухо, но удар не достиг цели: старик вдруг пропал, появился чуть левее и ощутимо толкнул парня в плечо.
– Не надо борьбы, – ласково проговорил Йозеф. – У меня к тебе предложение, Александр Волков.
– Я не веду дела с астрами, – процедил Алекс. – И советую вам немедленно исчезнуть – меня охраняют.
– Никто нас не увидит. – Йозеф беспечно махнул рукой. – Я поставил защитный купол – «Кольцо Сатурна», знаешь о таком?
Алекс знал. Только представить не мог, что и астрам доступна эта технология.
– «Кольцо Сатурна» изобрели в Доме Андромеды, – верно угадал его мысли Йозеф. – Лунаты купили разработку за какие-то смешные деньги… Впрочем, здесь я по другому поводу.
– И по какому же? – Алекс еще не придумал, как действовать в такой ситуации, поэтому решил потянуть время. В любую секунду он может нажать на диск Луны на своей наручной цепочке, и здесь будет целый отряд лунатов. Но любопытство победило. В конце концов, этот астр пока ведет себя спокойно.
– Я лунастр из очень древнего рода, – сообщил Йозеф. Его лицо, обрамленное черным капюшоном, вдруг ожесточилось, старая, морщинистая кожа словно превратилась в мрамор – он казался древним божеством, злым и беспощадным. По спине Алекса пробежал холодок. – Ты хотел убить мою Селест, – ледяным тоном продолжал Йозеф. – И если бы ты не стал черным драконом, последним на этой земле, я бы тоже убил тебя. Но теперь ты для меня интересен. – Его голос смягчился, а рука Алекса, потянувшаяся было к цепочке на запястье, застыла. – Интересен как наследник моего рода. Можно сказать, единственный черноголовый. Последняя надежда нашего клана.
– Вы сошли с ума? – Алекс невольно отступил назад. Он понимал, что его шансы против этого хитрого старика невелики.
Йозеф усмехнулся.
– Настанет день, когда ты поймешь, что остался совсем один. Вспомнишь тогда мои слова.
– Какие? – хмыкнул Алекс. – Что я ваш наследник? Последний черноголовый?
– А ты внимательно слушаешь, молодец, – усмехнулся Йозеф, с прищуром разглядывая Алекса. – Но я имел в виду другое: ты пройдешь по Сожженному Пути и вступишь в новый мир. Лунаты слабы, как и астры, они пойдут на уступки друг другу и снова поделят мир пополам. И ты будешь идти первым, бок о бок с сильвебром, белым драконом.
Алекс вздрогнул. Разделить миг своей славы – и с кем, с Князевым? Да нет, отец никогда этого не допустит. Однако почему же старик так самоуверен, будто иначе и быть не может?
– А вам какой интерес?
– Буду с тобой честен. – Глаза старика сверкнули. – Я хочу вернуться в Ранний Мир. Для этого мне надо всего лишь пройти по Сожженному Пути за тобой.
– Зачем мне доверять вам? – не выдержал Алекс. – Лунаты дадут мне много энергии, и я…
– Ты вряд ли наберешь столько энергии, сколько нужно, – перебил глава Дома Сияния. – Для этого тебе пришлось бы выкачать энергию у тысяч астров… Или же победить одного дракона.
Йозеф не сдержал хищной улыбки.
– Вы что-то знаете, – процедил Алекс, все больше раздражаясь, – но недоговариваете.
– Еще не пришло время. Но я уверен – ты сам поймешь, что я прав, когда те, кто рядом, покинут тебя. И тогда, будь другом, пошли мне знак.
– Отец меня не предаст.
– Твой отец подчиняется другим людям, – неожиданно жестко произнес старик. – Ставки слишком высоки, и родственные связи истончаются… Что будущее сына, будущее семьи, когда будущее мира в опасности? Грядет новая эра, у власти будут те, кто сильнее. Пора тебе подумать о себе, Александр Волков. Ты вырос, твое поколение будет править будущим, а прошлое поколение – поколение родителей, уходит, отодвигается на второй план. Не ты их, а они теперь будут слушать тебя.
Алекс не смог скрыть, что и сам слушает как завороженный. Речи старика пленяли, казались убедительными.
Но он тряхнул головой, точно сбрасывая морок.
– Я лунат, – с достоинством произнес Волков. – А ты всего лишь жалкий астр. И руководишь такими же слабыми, как ты сам.
Йозеф снова усмехнулся.
– Возьми мой многогранник. Когда решишься выслушать до конца – просто подкинь его в воздух, и сразу найдешь меня.
И он исчез. А у Алекса перед глазами завис игольчатый многогранник, похожий на морского ежа. Некоторое время парень смотрел на кристалл, а затем осторожно поймал его и сунул в карман куртки.
Он не собирался доверять астру, даже такому влиятельному. Но кристалл пусть будет. В нужный момент он все расскажет отцу: и про разговор, и про кристалл.
Но не сейчас. Еще не время.
Вечером к Алексу завалилась вся компания: Илек, близнецы, Крыш и даже Макси. Неожиданно для себя Алекс засмотрелся на девушку: ее рыжие волосы немного отросли и завились, а взгляд подведенных черным глаз даже показался притягательным. Он без труда привлек внимание лунаты и через какое-то время уже обнимал ее одной рукой за плечи, а другой поглаживал по бедру – Макси только молчала и млела от счастья.
Настроение Алекса улучшилось.
Вначале вся компания вдоволь поиздевалась над Никитой. Младший Серебрянский сбился с ног, выполняя дурацкие поручения: то сбегай на крышу, посмотри, не начался ли дождь, то принеси лимонад из кафе через три квартала. Макси даже послала парня к своей подруге и велела принести ее любимую мягкую игрушку. Никита безропотно выполнил все задания и даже приволок от подруги бархатную синюю ящерицу, оказавшуюся метра полтора в длину, а потом так же беспрекословно отнес ее назад. Вскоре общий пыл поугас, Алекс сдался, тоже отстал от парня и снова принялся флиртовать с Макси.
В конце концов они уединились на крыше, пока вся компания уселась смотреть какой-то фильм, а Никита пристроился немного поодаль, на подоконнике.
После свидания Алекс почувствовал себя расслабленно и умиротворенно.
Друзья ушли, младший Серебрянский заперся в библиотеке, где теперь жил, а сам Алекс растянулся на диване в гостиной.
Надо было попросить Макси остаться. Хотя Илек почему-то хмурился весь вечер и кидал в их сторону косые взгляды, словно ревновал собственную сестру. Может, думает, что Алекс до сих пор влюблен в лунастру, но это совершенно не так. Даже при упоминании ее имени Алекс оставался равнодушным. Жизнь возвращалась в прежнее русло – такое же, как «до Селестины».
С этой счастливой мыслью Алекс уснул.
…Он шел по узкому и длинному мосту, охваченному оранжево-багряными языками пламени, – шел прямо через огонь. Заунывно выл ветер, что-то потрескивало, то и дело его слепили белые вспышки. Пришла запоздалая мысль, что стоило бы взлететь, потому как нельзя же идти просто так по огненной тропе, но сколько он ни пытался вызвать крылья, они не появлялись.
Это чрезвычайно его расстроило, заставило занервничать. Алекс не чувствовал пылающего вокруг огня – ни жара, ни боли, ни страха, но идти становилось все труднее.
«А может, это и есть легендарный Via Combusta? Неужели я опоздал?!» – вдруг ужаснулся он. Но тут увидел вдали каменные зубцы Фамагусты – угольно-черные на фоне разгорающегося зарева.
«Куда я иду… Зачем?» – с ужасом думал Алекс, но продолжал двигаться вперед, навстречу каменным зубцам.
И вдруг ревущее пламя стихло; опали грозные ало-желтые языки, высокие мраморные зубцы ворот осветились ослепительно-белым сиянием, лившимся словно из-под земли.
Из-под двенадцати арок вышли девушки в красных платьях – их черные волосы змеились по плечам, а на головах горели золотые тиары, украшенные яркими рубинами.
Девушки окружили его и пошли хороводом. Глаза их были закрыты, но движения точны и грациозны.
– Зачем ты сделал это? – вдруг грустно спросила одна из них голосом Селестины. – Ты убил все, что было.
– И потерял все, что тебе дорого… – сказала вторая.
– И теперь ничего не вернуть, – дополнила третья.
Они вдруг заговорили на разные голоса, запричитали, стали обвинять, и Алекс не выдержал – закричал.
Проснулся он в холодном поту. Его бил непрекращающийся озноб, словно он промерз до костей. Алекс встал, помахал немного руками, попрыгал – не помогло. Тогда он принял горячий душ, а потом заварил себе ароматный чай.
И только после нескольких глотков полегчало.
Ничего еще не закончилось, вдруг понял он, глядя на улицу за окном, залитую мягким светом фонарей. Все только начинается.
Глава 6. Предложение Йозефа
Виталий Крыль решил на время спрятать Тима и Селестину на даче своих друзей. Увидев хлипкую деревянную дверь и косые окна с едва закрывающимися ставнями, а также деревце, росшее на черно-бурой мшистой крыше, Тим пошутил, что тренер – специалист по ветхой недвижимости.
– Попрячься с мое, тоже составишь свой личный каталог убежищ на все случаи жизни, – ответил на это Валерьич. – Когда я ушел из астральной разведки, меня некоторое время преследовали… В том числе люди твоего деда, Селестина.
– И за что? – поинтересовался Тим.
– За убеждения, Тим, за убеждения. За то, что имел свое мнение.
– Меня это не удивляет, – хмыкнула Селестина. – Йозеф сам говорил: чем сильнее у человека индивидуальность, тем больше у него врагов. Ну а вам с вашим характером вообще только прятаться.
– Как и тебе, – скупо улыбнулся Валерьич. – Я уж молчу про нашего белого дракона.
Тим на это лишь закатил глаза – ему до ужаса надоело прятаться. Он с тоской вспоминал свой дом на Солнечной: эх, какая же, оказывается, уютная была у него комната на втором этаже, с личным Пятачком на крыше…
В единственной комнатушке оказался старый диван, широкий стол, грубо сколоченный из досок, и ржавая чугунная печка, которая давно не работала. К счастью, на улице было тепло – октябрь подходил к концу, но еще летали везде паутинки бабьего лета.
Тут же устроили небольшой совет и договорились, что Валерьич пойдет к Йозефу. Виталий Крыль торопился: проверенные люди из «сияющих» дали ему сигнал – старик готов к переговорам. И верно, как только он напрямую связался с Йозефом, моментально получил приглашение. Мало того, глава Дома Сияния гарантировал, что гость ничем не рискует, если явится на встречу.
Однако, несмотря на заверения старика, Валерьич предупредил ребят, чтобы отправлялись к ранним, если он не вернется до полуночи.
Тиму этот план не понравился, но и ему хотелось знать, что случилось с Тимуром, насколько виноват Йозеф. И он прекрасно понимал, почему тренер идет на такой риск.
Крыль был уверен: Йозефу верить нельзя. Старик запросто откажется от своих обещаний, если разозлится. Но выхода не было – он должен потребовать объяснений.
Поэтому Валерьич молча вышел за дверь, лишь коротко кивнув: долго прощаться – только тревожить ребят еще больше.
Ночь окутала старый дом на окраине деревни. Виталий Крыль медленно пробирался по знакомой тайной тропке, что вела к неприметной калитке, болтавшейся на одной ржавой петле. Тесно окруженный высокими и раскидистыми грецкими орехами, дом стоял заброшенным, жители обходили его стороной, считая проклятым местом. Но Крыль хорошо знал историю дома и даже сам, как и другие астральные разведчики, распространял слухи о «чертовщине», потому как в этом старом особняке, за покосившейся дверью и заколоченными окнами, находился тайный терминал для переходов между астральными долинами. Именно здесь ожидает его сейчас Старый Томас, мистический лифт «сияющих», который отвезет его прямиком к Главе Дома.
Двери лифта со скрипом открылись, приглашая в таинственный полумрак кабинета.
– Ну, здравствуй, тренер маленьких астров, – поприветствовал его сухой голос.
Йозеф сидел, развалившись, на широком и мягком диване-подоконнике. За окном светилась праздничными вечерними огнями римская панорама. На старике был шелковый домашний халат, бархатно-синий, расшитый серебряными драконами.
Видя, что глава Дома Сияния ждет от него какого-то приветствия, Виталий Крыль слегка поклонился. Желать старому пройдохе здравствовать как-то не хотелось.
– Ну и зачем пришел, недружелюбный астр? – спросил тот, проницательно прищурившись. – Поведай старику свои мысли.
Крыль вскинул голову и решительно посмотрел в глаза Йозефу.
– Я хочу знать, что ты сделал с Тимуром Святовым.
Йозеф усмехнулся.
– Почему я? Может, это он мне навредил?
– Сомневаюсь. Тимур уравновешенный, а ты нет.
Старик хохотнул:
– Э-э, плохо ты знаешь Тимура, его бывший друг и товарищ. Впрочем, я тебя услышал… Давай тогда и я спрошу… Где дети?
– Далеко.
– Значит, в Раннем Мире.
– Да, они под защитой Арракис, – не стал спорить Крыль.
– Мне нужны оба, – холодно произнес Йозеф, встал и подошел к гостю. – И Селестина, и мальчишка. Если ты приведешь их, тогда я расскажу о том, что произошло. Вам троим и расскажу. Конечно, я гарантирую, что ни с кем из вас не случится ничего плохого.
Виталий Крыль глубоко задумался. Выходило гладко: Тим и Селест заглянут в «Родовязь», а Йозеф расскажет про Тимура. Судя по всему, старик уверен в своей правоте – ишь какой спокойный… Но что-то в его словах заставило Крыля насторожиться. И он перешел в наступление:
– Что ты с ним сделал? Только не надо сказок про предательство Микаэля! Я уверен, Тимур пострадал от твоих рук.
Йозеф неожиданно расхохотался.
– А ты все такой же подозрительный, Крыль. Признаться, я действительно хотел перерезать Святову астральную нить. Разве не так у нас поступают с предателями? Но, так скажем, передумал. В самый последний момент.
– Наверное, вспомнил, сколько добра он тебе сделал, – усмехнулся Валерьич, стараясь выглядеть спокойным и равнодушным. У самого же бешено застучало сердце: Тимур жив?! Неужели есть надежда?.. – Сколько долин открыл он для тебя, сколько наград получил за прилежную службу…
Йозеф слушал его с полуулыбкой. Но глаза оставались холодными, черными, как бездна. Валерьич будто нырнул в глубину этих глаз, услышал крики и стоны тех, кто сгинул в сей тьме, и невольно поежился. Мерзкий старикан, никогда Валерьич не мог его понять. И как только Тимур сумел подобрать к нему ключик? Да и то поплатился за смелость…
– Я ведь прав? – осторожно подтолкнул к разговору Крыль.
Йозеф покачал седой головой.
– Нет, не угадал. Не это было решающим… В моей команде хватает хороших разведчиков. Верных и бесстрашных. Тимур… Он воспитал мою девочку как родную дочь. И это единственное обстоятельство, которое уберегло его от смерти… Я имею в виду, от моих рук.
– О, правду о тебе говорят: ты стал сентиментален, Йозеф, – не сдержавшись, едко заметил Крыль.
Сердце заныло. Он до последнего надеялся, что Тимур жив. Но, похоже, Йозеф собирается ему рассказать все ту же сказочку о побеге Тимура…
– Всегда рад, когда обо мне так думают. – Йозеф развел руками. – А еще говорят, что я жаден. И скуп. Особенно скуп на информацию. Хочешь знать больше, поделись тем, что имеешь, – приведи мне обоих.
Валерьич внутренне рассмеялся. За кого Йозеф его принимает? Он ни за что не станет рисковать жизнью ребят – ни Тима, ни Селестины! Но стоило потянуть время – вдруг старик где-нибудь да проговорится?
– Зачем тебе парень? – деланно удивился Валерьич. – Тим Князев – белоголовый. Да и Селестина уже не сможет стать черным драконом – ее тайнэр разбит. Лунаты избрали своего аурума. Выходит, для тебя бесполезны оба.
Йозеф не спеша прошелся по кабинету, заложив руки за спину. Когда он вновь повернулся к гостю, на его лице заиграла хитрая усмешка.
– Лунаты могут сколько угодно праздновать победу. Селестина все равно остается единственной лунастрой из рода черноголовых. Она видит родовой сон, ее сестры щедро поделятся с ней энергией в нужный час… Я знаю, как сделать так, чтобы она взошла со мной на Звездный Мост.
Крыль невольно подался вперед.
– А дальше? Ты сам собрался провести Сожженный Путь? Чтобы за тобой… больше никто не прошел?
Йозеф наградил посетителя тяжелым взглядом.
– Возможно, – неожиданно согласился он. – Но не думай, что я буду один. Уверен, Дизастр тоже готовится пройти первым. Я взойду на Звездный Мост, чтобы остановить его… ну а потом верну мир астрам.
– Как благородно, – усмехнулся Валерьич. – Сомневаюсь только, что люди в это поверят.
– Мне все равно, кто и во что поверит. Я хочу взять реванш за Ночь Сияния. Моя цель – остановить Дизастра. Он не должен пройти по Мосту, иначе двуликие никогда не увидят нового мира…
– Но как же Тим? – всерьез заинтересовался Валерьич. – Он стал сильвебром, белоголовым лунастром. Разве он не может провести астров в новый мир?
Йозеф недоверчиво покачал головой, цокнул языком, словно наивность собеседника его поражала.
– Ты же понимаешь, Крыль, что такого могущественного противника, как Дизастр, не остановит шестнадцатилетний мальчишка?
Валерьич усмехнулся:
– Но он может разгадать тайну, которую, как я понял, знает один лишь Дизастр, Недобрая Звезда, ваш бывший друг и старый враг.
Йозеф покачал головой.
– Дизастр – не человек. Он нечто другое… Он совершил страшный поступок – устроил Ночь Сияния… Ты не видел этого, Крыль, а я там был… Сотни сияющих вспышек… Армия белых карликов… – Он глубоко вздохнул, словно вновь переживал давно минувшее. – Его не интересуют люди. Он безразличен к человеческим чувствам и желаниям. Он мыслит планетами, мирами, пространствами… Ему нужен весь мир, вся наша Вселенная… Я должен его остановить.
Валерьич скептически вскинул бровь. Уж не свои ли мысли высказывает Йозеф? Может, это ему нужны планеты и пространства? Но вслух он сказал другое:
– А если Дизастр так и не выступит на поле боя? Если не откроет свое лицо?
Глаза Йозефа сверкнули.
– И откажется от Астралиса? Сомневаюсь. Но пока он прячется за крыльями лунатов, мы ничего не можем сделать. Надо выманить его, заставить сыграть в открытую.
– То есть спровоцировать? – уточнил Валерьич. Он чувствовал, что Йозеф на пороге важного признания.
Но старик вновь стал отстраненным.
– Поэтому мне и нужен твой мальчишка.
Крыль вскинулся.
– Что-что?
– Тим Князев нужен мне, – веско произнес Йозеф. – Я должен знать, какую тайну ему поручили разгадать. Ранние сделали его хранителем Первого Секрета… Превосходно. Я хочу знать, что же они скрыли даже от самих себя. Что для них настолько важно, что они обучили белоголового древнейшему, ценнейшему искусству «Восьми форм»… Белоголового!
Йозеф будто очнулся от своих мыслей. Изумленное лицо Валерьича его позабавило.
– Да, я знаю многое, тренер маленьких астров. Многое…
– Я не дам Тима в обиду, – твердо сказал Валерьич. – Если ты задумал плохое, лучше скажи об этом сейчас.
– Да кто его обидит? – Йозеф выглядел удивленным. – Наоборот, я помогу парню разгадать этот секрет, раз уж он взял на себя столь тяжелую ношу. Я позволю ему снова заглянуть в «Родовязь». Он ведь этого хочет?
Валерьич мучительно размышлял. Как старый волк, он чуял подвох, но не мог понять, что же его так тревожит в гладкой речи Главы Дома. С другой стороны, Йозеф не вел себя агрессивно, и это, несомненно, хороший знак. Да и его интерес понятен: кто же не хочет узнать, что скрыли ранние даже от самих себя? Но он твердо решил не пускать Тима и Селестину к Йозефу. Осталось только найти хорошие аргументы…
– Ну ладно, а что насчет Тимура? – предпринял он еще одну попытку. – Если ты виноват в его смерти, то будет сложно убедить Тима и Селестину, что ты желаешь им добра и хочешь помочь.
– Я даю слово, что не причиню им вреда, – категорично заявил Йозеф. – Мало того, обеспечу обоим защиту. Почти уверен, ты прячешь их где-то в нашем мире, ведь счастливчик Тим уже вышел на охоту за Первым Секретом? Вам лучше иметь надежного покровителя. Что касается твоего вопроса, Крыль, то скажи им так: все обстоятельства произошедшего между мной и Тимуром они должны узнать от меня. И только от меня.
– Мне надо подумать, – сдался Крыль, убедившись, что старик тверд как камень. – И посоветоваться с ними.
– Только поторопись, Крыль. – Взгляд старика стал напряженным. – Я-то терпелив, а вот время не терпит. Грядет Час Затмения, вскоре столкнутся великие силы мироздания, мы все должны быть наготове.
Крыль усмехнулся.
– Мы?
– Астры, Крыль, астры. Или ты думаешь, что я на стороне лунатов?
– Сдается мне, что ты на своей стороне, Йозеф, как и всегда… Но я понял тебя.
– Рад это слышать. В таком случае, приведи детей. И поскорее, пока их не нашли лунаты. Ты же большой парень, понимаешь – им нужна моя защита.
За окном едва рассвело. В комнате стало еще холоднее, но можно было зажечь лишь газовую горелку, чтобы вскипятить воду для чая. Впрочем, горячий напиток из трав помог немного согреться. Заняться было нечем, и Тим взялся учить Селестину пользоваться многогранником Капеллы. К его удивлению, девушка быстро освоила технику подбрасывания кристалла – сияющий октаэдр так и летал вокруг нее, прочерчивая в воздухе яркие, сложные линии, и уже к вечеру Селестина научилась уходить в тень.
Очень хотелось есть, но в доме не нашлось даже черствого хлеба, да и посуды было немного – здесь давно никто не жил. Очевидно, Валерьич выбрал самый заброшенный дом из своего «каталога ветхой недвижимости».
Чтобы отвлечься от тревожных мыслей и урчания в животе, Селестина предложила Тиму нарисовать тайновязь на его руках – у нее оставалось в рюкзаке немного черной краски.
– Есть специальный узор для усиления энергии, – объяснила она, старательно выводя у Тима на кисти правой руки замысловатые точечные рисунки. – Я узнала о нем на курсах в ДУБе.
Видя, как медленно она работает, Тим сказал, что вторую руку обрисует себе сам. Ему было приятно, что Селестина держит его ладони в своих, но не терпелось испробовать тайновязь.
Он справился за десять минут, и Селестина искренне удивилась, как быстро и как точно он воспроизвел довольно сложный рисунок.
– Теперь ясно, почему папа взял тебя в ученики, – потрясенно произнесла она. – С твоим талантом к рисованию ты можешь всего за несколько часов новый мир нарисовать.