Мой Кир Булычёв, мой Рэй Брэдбери и другие мои писатели…
- -
- 100%
- +
И ещё одна конфликтная тема возникала перед началом каждого очередного «РосКона». Мы, оргкомитет мероприятия, хотели вручить Киру Булычёву главный приз – «Большой РосКон». А он наотрез отказывался. Однажды, когда я очередной раз начал уговаривать его принять, без сомнения, заслуженную награду, он едва ли не накричал на меня. «Вы дождётесь, – сказал он, – что я вообще откажусь приезжать на “РосКон”, потому что буду опасаться, что вы меня обманете: я приеду, а вы возьмёте и вручите мне приз. И мне, сидящему в зале, ничего не останется, как вылезти на сцену и получить его. А я не хочу быть многоуважаемым шкафом! Не хочу, чтобы вы мне вручали приз за старые заслуги! Я хочу написать большой хороший роман, я надеюсь, что я его напишу… И вот тогда я с удовольствием приеду на “РосКон” и приму ваш приз!» Нет смысла как-то комментировать его слова…
О том, какое значение имел Кир Булычёв – его книги, и его личность – для людей моего поколения, можно судить хотя бы по тому факту, что он, пожалуй, единственный писатель, персонаж которого был удостоен не просто памятника, а целой рябиновой аллеи с гранитным камнем и лавочками… В 2001 году вокруг интернет-сайта поклонников фильма «Гостья из будущего», который назвался «Миелофон. Ру», сплотилась группа инициативных и беспокойных молодых людей. Воспитанным на романтических книгах и фильмах 80-х годов, им было скучно вести обывательское существование. Общество потребления не удовлетворяло их потребностей. Идеалы «прекрасного далёка» не давали покоя… Они общались, встречались, помогали друг другу… Впрочем, почему я пишу всё в прошедшем времени? Они общаются, встречаются и помогают друг другу по-прежнему. А тогда они затеяли нечто более серьёзное. Инициаторами выступили Денис Мурашкевич, мой давний друг Игорь Борисенко, Сергей Зорик, ну и, конечно, редакторы сайта Александр «Лас» Ульянов и Вячеслав Яшин. Я, как это модно теперь говорить, осуществлял информационную поддержку. Русский американец, выходящий в Интернет под именем Навигатор, – я не знаю даже его настоящего имени – внёс довольно большую сумму денег, больше трети необходимого. Остальное собрали россияне. Ещё один американец – сын русских эмигрантов Дмитрий Шулындин – нарисовал эскиз бронзовой таблички… Так, совместными усилиями в парке Дружбы, что находится возле станции метро «Речной вокзал», появилась рябиновая аллея имени Алисы Селезнёвой!
Посадка деревьев, состоявшаяся 6 октября 2001 года, была похожа на старый добрый субботник. Хотя рябинки, собственно, сажали специалисты, на которых вышли через Общество охраны природы, все остальные – в том числе и исполнительница роли Алисы в телесериале «Гостья из будущего» Наталья Гусева – им старательно помогали. Через две недели – 20 октября 2001 года – поставили гранитный камень с бронзовой табличкой. На ней – Алиса (из телефильма «Гостья из будущего»), на плече которой сидит Говорун (из иллюстраций к книгам издательства «Детская литература»). Мы постарались сделать это открытие максимально торжественным – я пригласил Кира Булычёва и Андрея Саломатова, первого лауреата премии «Алиса». Игорь Всеволодович сначала сомневался, стоит ли, а потом сказал: «Завтра приедет из Челябинска Миша Манаков, у нас с ним тут дела. Вот приедет Миша – Миша нас рассудит…» У Игоря Всеволодовича была замечательная способность общаться с людьми и ценить их деловые качества, невзирая на возраст. Он неоднократно называл без каких бы то ни было оговорок Мишу своим другом. И меня иногда ошарашивали его звонки по телефону: «Алло. Андрей? Это Игорь…» Так же по-простому общался он с людьми, выросшими на его произведениях, в парке Дружбы. Денис Мурашкевич принёс несколько бутылок марочного дагестанского коньяка, и кумир вместе со своими поклонниками пил его из пластиковых стаканчиков…
Последний раз встретились мы с Игорем Всеволодовичем на съёмках телепередачи «Линия жизни». Это такое необычное ток-шоу на канале «Культура», в котором вообще нет ведущего. Редактор заранее оговаривает с героем передачи его речь, а потом слушатели из зала задают вопросы. Поэтому важно, чтобы в зале оказались люди, хоть немного знакомые с творчеством «солирующего».
Перед записью мы встретились в фойе Культурного центра имени Мейерхольда. Игорь Всеволодович пожал мне руку. Он был заметно возбуждён. «Не представляю, что говорить, – пожаловался он мне. – Я думал, что придётся выступать перед залом, полным детей… А тут собрались люди, которые и так всё знают. Тут все свои». Сказано было так, что становилось понятно: слово «свои» для него – далеко не пустой звук. Свои – это те, перед которыми нет надобности кокетничать, оправдываться, которым не нужно объяснять какие-то базовые понятия, которые поймут с полуслова… При всём при том именно для своих надо предельно точно находить эти самые «полслова», ведь с ними не пройдёт никакая фальшь. Именно такого общения хотелось Киру Булычёву – видимо, жалко было тратить время на пустые разговоры и выступления.
Не могу не нарушить хронологию и не вспомнить одну историю, произошедшую чуть раньше… Один мой знакомый пытался завязать сотрудничество с газетой «Аргументы и факты». Ему предложили сделать интервью с Киром Булычёвым, и он обратился ко мне за помощью. Я сказал, что, только переговорив с Игорем Всеволодовичем, только с его разрешения могу дать ему телефон. «Ну что ж, дай ему телефон, пусть приезжает, – без особого энтузиазма отозвался Игорь Всеволодович. – Хотя, конечно, лучше, если бы интервью брал кто-нибудь из своих… Не хочется вновь отвечать на глупые вопросы…» Когда интервью вышло в газете, я понял, почему Кир Булычёв был так скептически настроен, – он оказался абсолютным прозорливцем: моему другу не удалось задать писателю ни одного интересного, неожиданного вопроса, не удалось никак заинтересовать его. Он спрашивал о том же самом, о чём спрашивали Булычёва много раз. И результат был таким же – ответы ничем не отличались от тех, что уже неоднократно звучали. Более того, если бы я лично не устраивал их встречу, я был бы уверен, что интервьюер в глаза не видел своего героя, а скомпилировал текст из его старых выступлений! При этом я лично минимум раз пять брал интервью у Кира Булычёва на самые разные темы, и каждый раз после расшифровки наших бесед получался интересный, оригинальный, живой текст…
Меньше чем за год до ухода Игоря Всеволодовича я и Ксения Молдавская – сотрудница газеты «Книжное обозрение», отвечающая за детскую литературу, – как раз брали у него интервью. Мы говорили о детской литературе, о том, какой её видит Кир Булычёв… Он считал, что детская литература должна не только забавлять, но и серьёзно воспитывать. Сейчас именно этот текст лёг в основу работы комиссии по премии «Алиса», которая обязательно должна остаться как память об Игоре Всеволодовиче. Мы собрали людей, выросших на произведениях Кира Булычёва, и, руководствуясь его словами и критериями, хотим продолжать награждать лучших фантастов, пишущих для детей, стараясь при этом отметать именно тех, кого бы отмёл он сам…
Однако в 2004 году мы в первый и единственный раз удостоили этой награды роман, который сам Кир Булычёв никогда бы не наградил. У нас не было другого выбора – по общему мнению, он был лучшим детским произведением, напечатанным за 2003 год. Я имею в виду роман самого Кира Булычёва «Убежище». Когда мне пришлось озвучить это решение на «РосКоне», я очень волновался, как расценят этот шаг приехавшие на фестиваль… Я никогда не видел столь единогласной реакции на объявление лауреата!
Более того, впервые на моём веку предложение почтить память минутой молчания прозвучало не со сцены, а из зала, как веление души человека, оставшегося неизвестным! Есть много популярных писателей, есть много хороших писателей, но мне трудно вспомнить писателя, который был бы таким же любимым, как Кир Булычёв…
И вот скоро будет год, как мы живём в мире, в котором нет Кира Булычёва. Это трудно, потому что для нашего поколения он в каком-то смысле был мерилом справедливости, морали и порядочности. И его произведения, и он сам… Причём он говорил об этих материях не напрямую, в лоб, а всё как-то исподволь, но при этом очень точно…
На записи телепередачи «Линия жизни» я спросил Кира Булычёва из зала, даже не задумываясь о серьёзности своего вопроса: что из написанного им он считает самым важным, что ему самому больше всего дорого. Игорь Всеволодович незамедлительно ответил, что есть у него дело если не всей жизни, то, по крайней мере, последних двадцати пяти лет, но он его, по всей вероятности, не закончит… Он говорил о большом книжном проекте «Река Хронос». К огромному сожалению, Кир Булычёв оказался прав – цикл остался незавершённым. Уже после ухода Игоря Всеволодовича читатели смогли познакомиться с его детективом «Дом в Лондоне», прилегающим к циклу… Миша Манаков рассказал мне, что нашёл в архиве Игоря Всеволодовича листок с планом последнего романа из цикла «Река Хронос». Снова фантастического. В нём герои расстаются, Андрей переносится в будущее, а Лидочка остаётся в нашем настоящем. Потом они встречаются снова, уже в будущем – у Андрея новая семья. Герои понимают, что не могут жить врозь – Лидочка переносится в будущее, а Андрей её догоняет. Теперь они снова ровесники, но уже довольно пожилые люди. Они вновь куда-то переносятся, где их ждёт Теодор. Но они попадают в неустойчивое «ответвление» и гибнут вместе с этим миром. А Теодор где-то ждёт их, чтобы «научить быть бессмертными»… С одной стороны, жаль, что этот роман не был написан, а с другой – даже хорошо. Пусть эти герои останутся живыми.
Так же, как живым в нашей памяти навсегда останется сам Кир Булычёв. Ведь и у нас остаётся возможность верить, что он не ушёл от нас насовсем, а просто с помощью волшебных часов перенёсся в будущее, о котором писал свои книги, мечтать о котором научил нас. Когда-нибудь мы нагоним его и обязательно встретимся. Только сейчас нам нельзя расслабляться – нужно мечтать и работать, как мечтал и работал он на протяжении всех своих шестидесяти девяти лет.
Это эссе было написано для книги «Кир Булычёв и его друзья», которую любовно составил и аккуратно издал в Челябинске Михаил Манаков, самый большой знаток творчества Кира Булычёва, его дотошный библиограф и исследователь. Очень хорошая получилась книга, но, к сожалению, тираж её был очень мал…
В разные годы я написал целый ряд статей о Кире Булычёве. Все они очень разные, поскольку каждая писалась не только в определённое время, но и для конкретного издания. А у каждого издания – свой формат, соответствовать которому мне удавалось не всегда. Поэтому многие статьи выходили, претерпев значительные сокращения и правки. Другие же статьи выходили очень давно или в провинциальных, недоступных большинству изданиях. Пользуясь попущением редактора и составителя Игоря Минакова, хочу привести эти тексты в оригинальном виде – как писал их тогда: без редакторских правок, но в основном без собственных исправлений новейших времён.
Третья жизнь Кира Булычёва
Эта статья – мой первый текст о Кире Булычёве. Кроме того, это мой первый опыт эссеистики и публицистики… Я же говорил, что вся моя творческая жизнь была связана с Киром Булычёвым. Она писалась для краснодарской газеты «Киноэкран Кубани». Представляла она собой в те, перестроечные, годы четыре листочка формата А4. На двух из них печаталось расписание сеансов краснодарских кинотеатров, а ещё на двух – статьи и рецензии на фильмы.
Трудолюбие этого человека воистину фантастическое, кажется даже, что он проживает не одну, а три жизни сразу.
Первая жизнь началась в 1934 году. Только тогда он ещё не был ни Киром, ни Булычёвым – он был Игорем Можейко. Под этим именем он защитил кандидатскую и докторскую диссертации по истории средневековой Бирмы, преподавал в Институте стран Азии и Африки. Вторая жизнь началась в 1964 году – тогда в сборнике «Мир приключений» вышел фантастический рассказ «Девочка, с которой ничего не случится». Это было первое литературное произведение, подписанное псевдонимом «Кир Булычёв». Выбор этого имени Игорь Всеволодович объясняет так: «Булычёва – это фамилия моей матери, а Кира – имя жены». Во второй своей жизни Кир Булычёв тоже сделал немало – им написано более двухсот фантастических произведений. Издатели книжной серии «Миры Кира Булычёва» даже не заикаются на тему, сколько томов будет в ней…
Третья жизнь стала логическим следствием второй. Такой популярный писатель не мог долго оставаться не замеченным кинематографистами. Уже в 1980 году на экраны вышло сразу два фильма, снятых по его сценариям.
Известный мультипликатор Роман Качанов (автор фильмов про крокодила Гену и Чебурашку) снял полнометражный мультфильм «Тайна третьей планеты». Алиса Селезнёва, замечательно нарисованная художницей Натальей Орловой, со страниц повестей переселилась на экраны. В основу мультфильма легла повесть «Путешествие Алисы».
Оригинальный сценарий двухсерийного кинофильма «Через тернии к звёздам» был написан Булычёвым совместно с режиссёром Ричардом Викторовым, автором замечательной фантастической кинодилогии «Москва – Кассиопея» и «Отроки во Вселенной». Выдумка, с которой создавались на съёмочной площадке роботы, инопланетяне, невесомость и другие фантастические атрибуты, вызывает восхищение. В своё время фильм был оценён по заслугам и зрителями, и прессой – весь коллектив авторов был удостоен Государственной премии СССР.
Оба режиссёра решили продолжить творческое сотрудничество со столь успешным дебютантом. Однако новый двадцатиминутный мультфильм Качанова «Два билета в Индию» оказался весьма заурядной мультяшкой. Викторов не решился вновь браться за «космическую» картину – фильм «Комета» он замыслил как сатирическую фантазию. Однако болезнь и смерть помешали Ричарду Николаевичу завершить эту работу в том виде, в котором она планировалась. Фильм был смонтирован и озвучен режиссёром Юрием Чулюкиным и вышел на экраны в 1983 году.
Жанр трагикомедии всегда был близок Булычёву, поэтому неудивительно, что судьба свела его с Георгием Данелией, признанным мастером этого жанра в кино. Третьим соавтором сценария стал драматург Александр Володин. Отправной точкой для написания сценария «Слёзы капали» послужила сказка о том, как тролли разбили волшебное зеркало и развеяли по всей Земле осколки. Кому в глаз попадёт осколок, тот всё видит в мрачном свете. Главную роль в фильме блистательно сыграл Евгений Леонов.
Частенько мелькает на ТВ и есть на видеокассетах фильм «Шанс» – ещё одна комедия, снятая по мотивам повести «Марсианское зелье». Поставил её Александр Майоров, ранее уже снявший короткометражку по рассказу «Поступили в продажу золотые рыбки». Оба фильма повествуют о жителях города Великий Гусляр, придуманного Булычёвым. Героям «Шанса» сказочно повезло: они получили возможность выпить эликсир молодости и прожить жизнь заново. Но, оказывается, это не всем на пользу… Есть те, кто состарился в молодости, а есть кто до старости остался молодым.
Огромный успех выпал на долю пятисерийного телефильма Павла Арсенова «Гостья из будущего», снятого по мотивам повести «Сто лет тому вперёд». Обаяние булычёвской Алисы Селезнёвой вошло в резонанс с обаянием Наташи Гусевой, исполнительницей этой роли, а образовавшаяся ударная волна была столь сильна, что разбила не одно мальчишеское сердце. По горячим следам этой удачи режиссёр снял кинофильм «Лиловый шар» – снова об Алисе, снова с Наташей. Однако этот фильм не имел и части успеха «Гостьи…». Лучше всего сказала об этом одна маленькая девочка: «Фильм хороший, только ниточки видно…» Ребёнок, конечно, имел в виду лески, за которые водили кукол, но, к сожалению, такие же «нити» видны и в режиссуре, и в игре некоторых актёров – как-то всё натянуто…
А последующие постановки повестей об Алисе – телеспектакль с двойным названием «Миллион приключений: Остров ржавого генерала» и кукольный мультфильм «Узники “Ямагири-Мару”» – были ещё менее удачными.
Телефильм Леонида Горовца «Поляна сказок» нельзя назвать совсем уж провальным. Это злая «перестроечная» сатирическая история. Но по духу она – едкая и пессимистическая – глубоко чужда светлой и доброй прозе Кира Булычёва. Это тем более обидно, поскольку ранее этот же режиссёр сделал очень симпатичный короткометражный фильм «Родимое пятно», в котором Булычёв даже снялся сам.
К сожалению, до сих пор остаётся неоценённым очень необычный получасовой мультфильм «Перевал». Снял его известный мультипликатор Владимир Тарасов, автор таких картин, как «Контакт», «Контракт», «Пуговица» и др. Режиссёру удалось пробраться в зрительское подсознание, фильм интересен и визуально, и с точки зрения смысла.
Дважды привлекала внимание представителей экранных искусств повесть «Похищение чародея». Первая постановка была осуществлена на Ленинградском телевидении, вторая – на Свердловской киностудии. Пожалуй, это самая неудачная из всех киноработ Кира Булычёва. Хорошие актёры Владимир Гостюхин и Андрей Болтнев скованны и в прямом, и в переносном смысле: Гостюхин вынужден всё время корчиться, изображая уродца-горбуна, а Болтнев бо́льшую часть экранного времени был облачён в доспехи и шлем с забралом.
Может показаться, что режиссёр Владимир Кобзев сделал всё возможное, чтобы испортить отличный материал. Хотя, скорее, наоборот – он использовал беспроигрышный сценарий, чтобы скрыть свою серость.
На пресс-конференции, которая состоялась ещё в конце 80-х годов в Свердловске, на фестивале фантастики «Аэлита», Булычёва спросили: «Вам не стыдно за некоторые свои фильмы?» Писатель смущённо ответил, что действительно иногда бывает стыдно. Ещё он добавил, что так и не нашёл режиссёра, который понимал бы его, и что, наверное, он больше не будет работать для кино…
Кир Булычёв сдержал слово. Фильм «Подземелье ведьм», который на момент разговора уже был в производстве, стал его последней работой в большом кино. Снял его Юрий Мороз, режиссёр, до этого защитившийся во ВГИКе короткометражным фильмом по рассказу Булычёва «Юбилей-200» (работа получила престижный приз в Лос-Анджелесе, называемый «Малым Оскаром», но российскому зрителю незнаком совершенно). Позднее он же собирался снимать фильм «Перевал», и Кир Булычёв даже написал сценарий, в котором объединил в одну историю сюжеты двух частей романа «Посёлок», однако картина не состоялась.
Ещё одна работа, не увиденная зрителями, – это двадцатиминутка «Альтернатива» по рассказу Булычёва «Выбор». Сняла его дочь Ричарда Викторова – Анна. Зато несколько кукольных мультфильмов, сделанных в Саратове, показывали по ТВ…
К сожалению, Кир Булычёв так и не нашёл «своего» режиссёра, а сценарист в кино значит слишком мало… В начале 90-х годов московский драматический театр-студия «Лаборатория» поставил пьесу Булычёва «Товарищ “Д.”». Может быть, это начало новой, театральной, уже четвёртой по счёту, жизни Кира Булычёва?..
Человек, проживший три жизни
Однажды найденный образ человека, проживающего одновременно несколько творческих жизней, мне показался очень удачным. Особенно по отношению к Киру Булычёву. И я решил его использовать вновь уже в 2006 году, когда писал статью для журнала «Мир фантастики».
Всего три с небольшим года назад, 5 сентября 2003 года, не стало Игоря Всеволодовича Можейко – удивительного человека, известного четырём поколениям любителей фантастики под именем Кир Булычёв… Есть знаменитая суфийская притча о том, как несколько слепцов ощупывали слона, а потом спорили, какой он из себя. Один описал хобот, другой – ухо, третий – ногу, но никто так и не представил себе животное целиком. Кир Булычёв был таким же элефантом российской фантастической и научно-популярной литературы. Он и сам-то был человеком немаленьким – часто повторял, комментируя внутриписательские дрязги: «У нас, крупных мужчин, комплексов быть не должно!» И работал, работал, не оглядываясь на созданное уже.
Его творчество потрясает своими объёмами. Кто-то знает его детские истории о приключениях Алисы Селезнёвой, кто-то – юмористические рассказы о жителях города Великий Гусляр, кто-то – «взрослые» рассказы, написанные в традициях классической НФ, кто-то – «забойные» приключенческие подростковые повести об Андрее Брюсе или Коре Орват, кто-то – научно-популярные книги о пиратах Индийского океана и правителях Средневековья… Чтобы всё это издать в одном собрании, потребуется с полсотни томов. Кажется, для того чтобы всё это написать, мало одной жизни. А ведь Игорь Всеволодович Можейко действительно жил параллельно три жизни…
1. Жизнь перваяРодился будущий учёный и писатель 18 октября 1934 года в Москве, в Банковском переулке возле Чистых прудов. Так началась его первая жизнь – та, в которой он был Игорем Можейко. В столице в основном прошли его детство и юность, за исключением года, проведённого в эвакуации в Чистополе, – уже в 1942-м его семья вернулась в Москву одной из первых эвакуированных.
Друзья детства вспоминали, что Игорь Можейко уже в те годы был выдумщиком и заводилой. Они ходили в походы, создали общество «Кто Во Что Горазд» – сокращённо «КоВЧеГ», писали стихи, создавали рукописные журналы. После школы Игорь Можейко поступил в Московский государственный педагогический институт иностранных языков им. Мориса Тореза, который окончил в 1957 году. Поступил не по собственному желанию – было в то время в Советской России понятие «комсомольская разнарядка». Стране были нужны переводчики, хочешь получить высшее образование – учи языки. В институте Игорь Можейко активно писал стихи – строка об этом есть в книге «Альбом для марок» его соученика Андрея Сергеева, много лет спустя, в 1996 году, получившей престижную премию «Русский Букер»: «Самый ранний приятель на инязе – Игорь Можейко. Лёгкий человек, кое-какие стихи…» В год окончания института женился на студентке Архитектурного института Кире Алексеевне Сошинской, ставшей его спутницей на всю жизнь и одним из его художниковиллюстраторов.
Женатым в те годы сравнительно просто было выехать за рубеж – есть гарантии, что не останется. И Игорь Всеволодович был направлен в Бирму, где советские специалисты помогали в строительстве Технологического института. Здесь он был и переводчиком, и завхозом, а потом и корреспондентом агентства печати «Новости» и журнала «Вокруг света».
Влюбившись в загадочную восточную страну, Можейко занялся исследованием её истории и культуры и по возвращении в Москву поступил в аспирантуру Института востоковедения АН СССР, которую окончил в 1962 году. А в 1965-м защитил кандидатскую диссертацию по теме «Паганское государство (XI–XIII века)».
Первыми текстами будущего писателя были очерки о Бирме для журнала «Вокруг света». Там же вышел его первый художественный рассказ «Маунг Джо будет жить», подписанный ещё настоящим именем.
Однако уже в 1965 году его повесть «Девочка, с которой ничего не случится» предложили напечатать в альманахе «Мир приключений». Это было первое произведение об Алисе Селезнёвой – подборка весёлых и трогательных историй, случившихся с отцом и дочерью в далёком тогда ещё XXI веке, навеянных реальным общением с дочерью Алисой.
О появлении псевдонима Игорь Всеволодович рассказывал так:
«Я к этому времени уже оканчивал аспирантуру и представил себе, как приду в институт, когда это будет напечатано, и мне скажут: “Вот вы, товарищ Можейко, на овощную базу не пришли, к товарищу Ивановой не по-товарищески отнеслись, опоздали на собрание и ещё пишете фантастику!” Мне стало так страшно, что я решил скрыться за псевдонимом. А так как времени на это не было, то я взял имя своей жены – Кира, фамилию мамы – Булычёва, составил из этого такое вот механическое образование и подписал произведение “Кир Булычёв”. И подпись эта – она как бы оторвалась от меня и уже звучала, существовала сама по себе. И менять её мне как-то было уже неудобно – перед этим Киром Булычёвым. Вот так он и остался».
Остаётся только добавить, что не все редакторы с пониманием отнеслись к этой конструкции, поэтому в ранних публикациях появились вариации: «Кир. Булычёв» (с точкой-сокращением) и «Кирилл Булычёв».
Вот так началась его вторая жизнь – жизнь популярного писателя Кира Булычёва.
2. Жизнь втораяВ самых первых своих рассказах Кир Булычёв нашёл ту неповторимую, ту уникальную интонацию, которая во все годы отличала его от других писателей. В те годы все писали о будущем – о том, какие героические будут люди, какие невероятные подвиги и открытия они совершат, какие удивительные приключения выпадут на их долю… Всё это есть и в первых произведениях Кира Булычёва, но отличие в том, что ему важны не подвиги, открытия и приключения, а эти самые люди, которые, несмотря на невероятность мира и груз событий, остаются простыми, добрыми – человечными! Не зря одна из первых его книг называлась «Люди как люди». Так, в повести «Половина жизни» обыкновенная земная женщина, попавшая в плен к злобным инопланетянам, отдаёт жизнь в борьбе за свободу негуманоидных существ. А герой рассказа «О некрасивом биоформе», внешность которого радикально изменена для работы на далёкой планете, трогательно боится, что его в таком виде увидит возлюбленная…