Особенности национальной бюрократии. С царских времен до эпохи Путина

Но в главном-то опальный боярин был прав. Под влиянием Софьи на Руси начинают культивировать византийский стиль, византийское понимание мира а, следовательно – византийскую модель государственного аппарата. А что такое византийское понимание мира? При сыне Ивана III Василии митрополит Феофил сформулировал знаменитый тезис: «Москва – третий Рим, а четвертому не бывать». Тут надо пояснить. Византийцы ощущали себя центром вселенной и обладателями высшей религиозной истины. Именно поэтому они полагали: строй, существующий в империи, является самым лучшим. И если что-нибудь происходит не так, то виной этому отдельные недобросовестные люди. Менять же ничего не следует. Поэтому, кстати, византийские императоры, пытаясь провести какую-нибудь необходимую реформу, обосновывали ее как возврат к старым добрым порядкам. Впрочем, с точки зрения византийцев, как и древних греков, никакого движения вперед вообще не было. Мир движется по кругу.

Ни Иван III, ни его сын, ни его внук Иван Грозный этой философией не прониклись. Для них тезис про третий Рим был лишь удобной идеологией. Но в будущем это очень серьезно аукнется.

При сыне Ивана III Василии I начали появляться уже настоящие бюрократические структуры. Речь идет о приказах. До этого князья и их ближние бояре решали важные дела по старинке, своим умом. Теперь начали создаваться учреждения исполнительной власти, где работали профессионалы.

Первоначально эти организации называли «избами». Название «приказ» пошло именно от традиционного значения этого слова. Когда оказывалась, что существует какая-то конкретная сфера проблем, требующая постоянного внимания, царь приказывал создать структуру для того, чтобы ей заниматься. В чем-то это похоже на современные «комитеты по…»

Создавались эти учреждения постепенно, по мере возникновения проблем.

Самым старым считается Холопий приказ. Он занимался вопросами специфического слоя русского населения – холопов, то есть рабов. В холопы попадали за долги, иногда люди сами продавали себя от плохой жизни. До Ивана III эти люди вообще не попадали под обычные суды – над ними имел полную власть хозяин. Однако великий князь счел такое положение дел неправильным. Не из гуманизма. Любое государство во все времена стремится обеспечить себе монополию на жизнь и смерть своих подданных. Потому-то учредили данный приказ. Он ведал делами дворовых людей, кабальных, данных и записных (разные варианты холопства). Контролировал всякое освобождение переход от одного владельца к другому, поступление в холопство и услужение и все такое прочее. В его ведении были все дела по преступлениям холопов, если они касались нарушения общегосударственных законов.

«Холопей Приказ; а в нем сидит столник да дьяк. А ведают в том Приказе боярских и ближних и всяких чинов людей дворовых их, кабалных, и даных, и записных служилых людей: и кто холоп кому бьет челом во двор, и его запишут в книги, и дают на того холопа вечные служилые кабалы, и даные, и на урочные годы записи, тем людем, кому они бьют челом; и з записки тех людей емлют записные пошлины, и в год соберется тех пошлин с 500 рублев. А будет от кого боярина и всякого чину человека люди воруют, и бегают, и смуты чинят, и тем людем указ в том же Приказе, по Уложению. А дают на тех кабалных людей кабалы вечные, будет бьет челом кому во двор, на ево имя самого, или жены его, или детей, по их век, а не на урочные лета; а посадцким людем, и слушкам монастырским, и попом, и холопем боярским, дается на служилых людей записи на 5 лет, а болши 5 лет держати им у себя не велено. Такъже кто кому должен чем, а заплатить будет нечим, и таких отдают в слуги, заслуживать за тот долг урочные лета; или кто кого окупити похочет, тому и холоп вечной, по ево живот, или жены его и детей. А какие чины велено отдавать за долги в слуги, и тому подлинно росписано в Уложенной Книге» (Григорий Котошихин).

Одним из первых возник Постельный приказ вслед за учреждением Иваном III звания постельничего. Это уже прямое заимствование из Византии, где имелся хранитель священной опочивальни. Как и там, значение приказа было очень велико, потому как у постельничего хранилась царская печать «для скорых и тайных его царских дел». Кому попало такие вещи не доверяют.

Другим заметным приказом был Приказ Большой казны. Название говорит само за себя. Он ведал доходами с городов и деревень, а также следил за торговлей, за производством сукна и мастерами серебряного дела. Впоследствии на него будет взвалено еще иного функций.

Разумеется, не забыли и об обороне. Этим ведал Разрядный приказ.

«Розрядной Приказ; и в том Приказе сидят околничей, да думной дьяк, да два дьяка. А ведомы в том Приказе всякие воинские дела, и городы строением и крепостми и починкою и ружьем и служивыми людми; такъже ведомы бояре, околничие, и думные и ближние люди, и столники, и стряпчие, и дворяне Московские, и дьяки, и жилцы, и дворяне городовые, и дети боярские, и казаки и салдаты, всякою службою; и кого куды лучится послати на службы, в войну и в воеводства в городы и во всякие посылки, и за службы о жалованье и о чести и о прибавке денежного жалованья указ в том же Приказе, такъже и о сыску чести и о бесчестии и о наказании, как о том писано выше сего; а кого царь куды посылает на службы и что кому за службы бывает чести и жалованья и бесчестия, и то записывают в книги. А доходов в тот Приказ, с неболших городов и с судных дел пошлин, соберется в год мало болши 1000 рублев» (Григорий Котошихин).

Еще один приказ того времени – Житный. В его подчинении находился своего рода государственный аварийный запас хлеба, хранившийся на случай неурожая или других бедствий.

В одной из следующих глав я подробно расскажу о структуре и деятельности приказов. Пока ограничусь лишь беглой характеристикой. Служащие в приказах были двух родов: те, кто принимал решения (их называли судьями) и технический персонал. Первыми были носители высоких государственных чинов – в зависимости от важности приказа – бояре, или стольники. Что касается технического персонала, то к этому времени уже сформировалась некая иерархия: думные дьяки, дьяки и подьячие. Количество их зависело от обширности задач, которым приходилось заниматься тому или иному приказу. Довольно часто на самом-то деле все вопросы решал именно технический персонал, который был лучше информирован. Кроме того, при приказах существовали непосредственные исполнители – недельщики, деньщики.

Как видим, в XVI веке в России складывается бюрократия. В этом смысле страна догнала, скажем, Францию – а ведь история той начинается лет на четыреста раньше.

Но имелась у российского государственного аппарата одна очень неприятная «родовая травма». В среднем и нижнем эшелоне все было более-менее нормально, как всюду. А вот на самом верху… Там крепко пустило корни так называемое местничество, родившееся из уже упоминавшегося старшинства. Со временем, еще до Ивана III, к заслугам рода добавились заслуги предков – точнее, степень их приближенности к великому князю. Все это заносилось в особые разрядные книги. То есть существовал совершенно официальный «рейтинг» знатных людей, согласно которому происходило назначение на высшие должности.

Иван III с этой системой не боролся. Он, правда, несколько подправил «рейтинг» зачислением на высшие должности не слишком знатных людей и на словах осуждал местничество. Но не пытался всерьез что-либо изменить. Наоборот – при крепкой монархии местничество значит куда больше, нежели при рыхлой.

Исследователи спорят на эту тему. Некоторые полагают, что царь все-таки не решался идти против всех обычаев. Другие видят византийское влияние, изощренную политику обеспечения собственной безопасности, которой славились константинопольские владыки. Иван III имел все основания опасаться, что прижатые им князья взбунтуются или, по крайней мере, будут по-тихому вредить. Местничество же являлось некоторой гарантией от этого. Во-первых, оно разбивало сословное единство. Каждый боролся за себя. Во-вторых – и это самое главное – любое крупное недовольство царя, опала тут же отбрасывали весь род в низ «турнирной таблицы». Помните, в империи Цинь за антигосударственные преступления полагалось истребление родственников по всем линиям? Здесь логика та же. Аристократ, решившийся начать борьбу с царем, рискует не только своей головой. Даже просто будучи отправленным в ссылку, он на корню губит будущность своих детей, а возможно – внуков и правнуков. Кто был всем, станет никем. Для людей, у которых идея старшинства впитана с молоком матери, это очень серьезно. Для представителей высшей русской аристократии того времени «честь» – не в сегодняшнем понимании, а как место в иерархии – тогда значила все.