Анжелика Смит

Пролог

Восемнадцать лет назад

Детский дом располагался практически на самой окраине города. Всего лишь в паре метров от ограды приюта уже высился темный и загадочный лес. Всем воспитанникам строго-настрого запрещалось покидать детдом и гулять по лесу, но, чего уж греха таить, запрет нарушали все.

К центральному входу детдома подошли два человека – мужчина и женщина. Мужчина держался уверенно; казалось, что его ничего не может смутить. Женщина же производила явно подчинённое впечатление. Она шла робко, постоянно оглядывалась по сторонам и очень сильно дрожала.

Дойдя до входа в приют, они остановились.

– Ты уверена, что это наилучший выбор? – Мужчина в темном плаще с капюшоном, полностью скрывающем лицо спросил у женщины, одетой в похожий костюм. – Ты полагаешь, что тут ей будет лучше, чем с нами, в её настоящем мире?

Женщина лишь горько кивнула.

– Хорошо, – ответил мужчина. – Но мы должны дать обещание, что все ей расскажем, когда придет время.

Женщина так же молчаливо кивнула и протянула руку мужчине. Он крепко сжал её руку и, в тот же миг вокруг их кистей на несколько секунд заискрился воздух. А затем, словно бы из ниоткуда, их руки были обвиты серебристыми лентами. Но спустя мгновение, все исчезло.

– Ну, вот и всё, – произнес мужчина, наклоняясь над корзинкой, в которой лежал младенец. – Теперь ты живешь здесь. Когда-нибудь мы вернемся и все тебе расскажем… Обещаю.

Мужчина развернулся и двинулся прочь от приюта. Женщина, пришедшая вместе с ним, ещё некоторое время постояла над младенцем, словно бы молясь о её благополучии, а затем развернулась и скрылась в том же направлении, что и её спутник.

Настоящее время

Я открыла глаза и осмотрелась. Вот, наконец-то и настал тот день, когда я смогу покинуть это недружелюбное место. Да, здесь я выросла и смогла получить какие-то знания об окружающем мире… Но мне здесь никогда не нравилось. Детский дом он и есть детский дом…

Сколько я себя помнила, я жила здесь всегда. Как рассказывали мне воспитательницы, меня нашли ранним утром (или поздней ночью, иногда версии рассказов разнились) на пороге детдома в небольшой корзинке.

Забавно, но этот способ был самым распространённым. Также в наш детдом попадали как самые маленькие несчастные дети (либо, будучи подкинуты также, как и я, либо отобраны у родителей за их противоправное поведение), а также и дети постарше. Вот от этих детей постарше я в основном и страдала.

Вначале я никак не могла понять, в чем причина этих посягательств, издевательств и порой просто избиений (причем, как со стороны детей, так и некоторых воспитателей) … Но, впоследствии, когда я немного подросла и смогла разобраться в мотивах, двигавших людьми (по крайней мере, попыталась в них разобраться), мне стало жить гораздо проще.

А когда я научилась давать отпор (иногда словом, а чаще всего и делом), постепенно все издевательства сошли на нет. Но, как я уже сказала, это место я не любила и никогда не смогу назвать его домом…

Через несколько часов

Я вышла во двор детдома и жадно вдохнула тёплый весенний воздух. С леса, разросшегося за эти годы до гигантских размеров, веяло прохладой. Во дворе тут и там лежали предметы быта, с помощью которых обслуживающий персонал детдома занимался своими повседневными делами.

Я обернулась последний раз на детдом, подхватила свой чемодан, в котором был мой скудный скарб, и резвым шагом направилась за пределы двора, где меня уже ждало такси. Мне предстояла новая жизнь. За что я могла всё-таки сказать «спасибо» в свой последний день в детдоме, так это за то, что мне не придётся начинать первый день новой жизни в поисках транспорта, который навсегда увезёт меня из этого места.

Я села в такси, чемодан был благополучно помещён в багажник, и я сказала таксисту адрес, где теперь я буду жить:

– Центральная улица, дом 25, корпус 3.

Таксист лишь поднес руку к козырьку своей кепки. Было странно, но я не видела его лица, как бы я этого не стремилась… Казалось, что он намеренно скрывает своё лицо. Хотя, зачем ему бы это делать?..

Отмахнувшись от назойливых мыслей, я стала глядеть в окно автомобиля и размышлять о том, что я сделаю в первую очередь, когда приеду в отель…

***

Город суетился. Люди в нем спешили каждый по своим делам – кто на работу, кто с работы. Кому-то требовалось посетить магазины или рынки, кому-то просто пройтись до ближайшего бара…

Город сразу показался мне каким-то чужим. Не родным. Злым. Резким.

Такси остановилось возле большого, десятиэтажного здания, над входом в которое светилась яркими огнями вывеска «Отель». Забавно, но это был единственный отель в городе, что, впрочем, не мешало его владельцам кичиться тем, что это здание – их собственность.

Я вышла из такси, взяла чемодан и подошла ко входу. Постучав в дверь, и, дожидаясь того, как откроется дверь, я обернулась на такси и… Я увидела лицо таксиста, но лучше бы я этого не видела…

На меня смотрел настоящий монстр. Его глаза, выглядывающие из-под тёмных очков, светились отчаянной злобой (точно такой же взгляд был у некоторых воспитателей, когда они наказывали нас за особо отчаянные проступки), а большую жуть придавал вертикально расположенный зрачок…

Таксист словно бы уловил мой взгляд, поправил очки, махнул рукой и, сев за руль, скрылся, взвизгнув на прощание тормозами. Я ничего не успела даже подумать, как дверь открылась, и я услышала:

– Мисс Анжелика Смит? Прошу Вас, проходите. Ваш номер уже подготовлен…

Глава 1. Мои приключения начинаются!

Я последовала за служащим отеля, периодически оглядываясь и изучая всё, что окружало меня в этом странном месте. Я до сих пор не могла понять, по какой такой причине мне первое время нужно было прожить здесь, в отеле…

Я машинально нащупала в кармане плаща то письмо-инструкцию, что обнаружила в один из дней у себя в спальне. На все мои расспросы, никто не мог сказать, как оно у меня оказалось…

Вернувшись из воспоминаний в реальность, я обнаружила, что уже стояла перед комнатой, приветливо распахнувшей свои двери и словно бы зазывавшей внутрь, навстречу новой жизни. Я глубоко вдохнула и перешагнула через порог.

Быстро оглядевшись, я мигом оценила обстановку. Комната была яркой и светлой, чему способствовало в первую очередь большое французское окно во всю стену. Подойдя к нему, я обнаружила, что из номера открывался великолепный вид на весь город…

В центре комнаты стояла огромная кровать, покрытая розовым покрывалом, под которым были наимягчайшая перина, о которой мне только лишь доводилось слышать. А подушки… О! Они были великолепными. Я сразу же представила, как буду нежиться на этой кровати, отдыхать после тяжёлых напряжённых дней, занятых работой…

При первой же мысли о работе, я продолжила осматривать комнату. Чуть вдалеке, стоял большой массивный стол из красного дерева со множеством ящиков, часть из которых была заперта на ключ. На столешнице располагалась лампа под зелёным абажуром, включив которую, я тут же почувствовала уют и спокойствие, которые настраивали меня на рабочий лад.

Я почувствовала на себе взгляд служащего отеля и, обернувшись, произнесла:

– Спасибо. Как раз то, что мне нужно.

В ответ он улыбнулся и ответил:

– Если Вам что-то понадобится, то Вы легко сможете меня найти внизу. Номер для вызова, – он указал на висевший на стене телефон, который я сначала не заметила. – Двадцать пять, шестнадцать, семь.

Он кивнул и покинул комнату, а я, сев за стол, крепко задумалась. Через мгновение я достала из кармана письмо, которое изменило всё моё восприятие жизни и снова его перечитала.

Мисс Анжелика!

Вы меня не знаете, но прошу отнестись к данному письму и просьбе, что я в нём выскажу со всей серьёзностью. В нашем мире настают опасные времена. Опасные для всех – для отдельных людей, природы, общества…

Многое странное происходит в последнее время. Вам наверняка об этом известно по тем сведениям, что поступают в ваш детдом из города у подножия холма… А может быть, это от Вас скрывают, зная Ваше истинное происхождение?…

Впрочем, об этом позже.

В день, когда Вам придётся покинуть приют, не спешите уезжать из города. Первые пару, а может и тройку дней после этого события (безусловно, важного для Вас), прошу Вас, поживите в отеле на Центральной, 25. Там для Вас снят номер. Оплаченный номер на необходимое количество дней.

Когда настанет время, мы с Вами непременно встретимся. И я очень Вас прошу, нет… Я Вас заклинаю! НИКОМУ НЕ ГОВОРИТЕ О ТОМ, ЧТО Я ВАС ПРОШУ СДЕЛАТЬ!

После того, как Вы поселитесь в отеле, Вы обнаружите в запертых ящиках стола бумаги, которые смогут раскрыть Вам тайны Вашего происхождения и ту роль, которая Вам будет отведена в событиях, которые скоро наступят…

Впрочем, Вы не сможете прочитать эти записи без должного уровня знаний и опыта, которых у Вас попросту нет. Я смогу Вам в этом помочь. Но до той поры, все бумаги должны оставаться у Вас. И ни в коем случае, повторяю, ни в коем случае, о них не должно быть известно ни Вашим друзьям в детдоме, ни тем, с кем Вы, возможно, познакомитесь в отеле. Слишком опасное знание они таят. Как для Вас, так и для мира…

Когда мы с Вами встретимся, Вы всё поймёте.

С надеждой на скорую встречу,

Доброжелатель.

Я снова сложила письмо в конверт и проследовала к столу. И вскоре, в одном из ящиков стола обнаружила целую кипу старых, уже пожелтевших листов бумаги, на которых мелким убористым почерком непонятными символами что-то было записано…

Сейчас просматривать эти бумаги у меня не было ни сил, ни желания, а потому я их аккуратно сложила в сейф, который стоял рядом, закрыла его и решила немного отдохнуть…

Несколько километров к северу от города

Таксист, а вернее тот, кто выполнял роль таксиста, подъехал на автомобиле к огромному старому замку. По городу, а равно и всей округе давно ходили слухи, что замок проклят и туда лучше лишний раз не заходить, потому что проклятие забирает всех и никто ещё не возвращался. Но надо сказать, что легенды имели под собой основание…

Осторожно, стараясь не задевать лишний раз росшие вокруг заросли кустарника, он медленно прошёл ворота и оказался прямо в центральном зале крепости. Ему навстречу вылетел тёмный сгусток, вскоре принявший форму человекоподобной фигуры. Фигуры сгорбленного старика с очень злым выражением лица.

– Ты нашёл её? – Буквально прошелестел он. – Ну же! Отвечай!

– Да, – кивнул таксист, поправляя тёмные очки. – Нашёл. Она в точности такая же, какой мне её описывали. Если бы не то, что Вы хотите, я бы её…

– А ну! – Резко рявкнул старик.

– Да шучу я, – усмехнулся его собеседник. – Что будем делать дальше?

– Ждать, – проговорил хозяин замка. – Ждать, когда она окажется готова к Процессу. И только лишь тогда она сможет нам послужить…

– Как предыдущие?

– Да что ты понимаешь! – Мигом взвился старик. – Предыдущие были лишь так, пробой пера… Теперь-то я знаю, что именно нужно делать. А самое главное, как…

Таксист лишь улыбнулся в ответ старику. Но за тёмными стёклами очков его взгляд выражал лишь недоверие и некую горечь. Впрочем, когда старик исчез, он сам развернулся и покинул замок. Ведь он был создан для того, чтобы следить за тем, за кем ему повелят и выполнять все поручения своего создателя.

Ведь такова истинная судьба голема…

***

Полицейский участок Города у подножия холмов, как часто называли столицу их государства (а в последние несколько лет это название стало официальным именованием города), кипел, словно пчелиный улей. А всё дело было в том, что в окрестном лесу снова были обнаружены чьи-то останки. Уже каждый месяц, раз за разом местные жители находили жертв неизвестного преступника.

Всякий раз они вооружались, прочёсывали лес, но ничего (ровным счётом ничего) обнаружить не могли. И, естественно, вся критика обрушивалась на местную полицию.

В основном, критика заключалась в митингах с невинными лозунгами, на которые большинству было, честно говоря, наплевать. Но некоторые особо горячие головы пытались прорваться в участок, или даже в здание Департамента полиции и, так сказать, «горели особым желанием» пообщаться с чиновниками.

Таких отлавливали и быстро успокаивали недолгим задержанием. Обычно ограничивались парой дней, после чего протесты на некоторое время сходили на нет. Но сейчас…

Сейчас всё грозило ещё большими беспорядками.

– …десятая! – Распалялся начальник полиции всего города, старший генерал Маттеус ван дер Глик, лично приехавший на экстренное совещание. – Это уже десятая жертва! Вы вообще хоть что-то делаете?!

Комиссар участка, приподнявшись со своего кресла, внимательно посмотрел на начальника и проговорил:

– Мы делаем всё возможное. Поймите. Но нам… – Он оглядел всех своих сотрудников, и тут же поправился. – Но мне кажется, что здесь замешано нечто сверхъестественное…

На некоторое время в зале совещаний воцарилось молчание, лишь изредка прерывавшееся жужжанием пролетавших мух. А затем начальник полиции, старший генерал взорвался.

– Сверхъестественное! Ему так кажется! А мне плевать, что тебе кажется!!! Если ты не хочешь отправиться мести улицы, или работать на очистных сооружениях, срок тебе неделя на то, чтобы выяснить, кто убивает наших граждан, поймать его, обезвредить и вынести приговор. Кстати, ко всем относится. Вы все улицы мести пойдёте…

Он резко вскочил и, покидая участок, громко хлопнул дверью так, что она мигом слетела с петель.

– Да, – произнёс комиссар Томас де Майн, глядя на то, как грузный и тяжело дышащий старший генерал садится в свой личный автомобиль и покидает его управление. – Дедушка сегодня особенно злой…

Генерала ван дер Глика все за глаза во всём полицейском управлении называли не иначе как «дедушка». Этому способствовали и его внешний вид, и, в целом, доброжелательность ко всем подчинённым. Но, если он злился, или если его выводили из себя обстоятельства, то могло прилететь всем без разбору. И тем, кто виноват, и тем, кто лишь случайно оказался рядом.

На самом деле Томас прекрасно понимал, что рано или поздно генерал ван дер Глик явится в участок и устроит им головомойку. Генерал не верил в сверхъестественное; он считал, что все преступления совершают люди и никто кроме людей не может нести за эти действия ответственности. Честно говоря, и сам Томас мало верил в магию, колдовство, но то, что он видел в детстве, заставляло его по меньшей мере, сомневаться.

От мыслей его оторвало появление одного из шпиков.

– Я видел её! – Возбуждённо затараторил он. – Она в отеле! Вам нужно спешить, пока её тоже не…

– Стоп. – Томас де Майн поднял руку. – По порядку. Кто «она». В каком отеле. Зачем мне нужно эту «её» видеть. И пока её тоже «что»?

Шпик выдохнул.

– Во-первых, в отель приехала очередная выпускница Приюта на горе. Ну, вы знаете, тот детский дом, из которого…

– Знаю. Дальше.

– Так вот. Она как две капли воды похожа на всех предыдущих жертв. Тот же цвет волос, то же преисполненное умом лицо…

– Ладно. Дальше.

– А дальше всё… А, нет. Не всё. И привезло её всё то же такси… – Он заговорщицки подмигнул Томасу, а когда тот не отреагировал, пояснил. – Ну то такси. С водителем в чёрных очках, с красными глазами и вертикальным разрезом глаз…

– Хм. Слишком много совпадений. Ладно, съезжу. А тебе вот, – он бросил своему шпику мешочек, в котором раздался звон монет.

– А что так мало? – Нахмурился шпик. – В прошлом месяце было больше…

– Инфляция, друг мой, инфляция. Плюс ещё информация твоя не проверена…

Тот лишь насупился, развернулся и ушёл из участка, что-то бормоча под нос. Томас де Майн же задумался. Если всё на самом деле так, и все жертвы походили друг на друга, то кто знает, может быть, ключ к поиску убийцы в этой новой постоялице отеля?

Он поднялся из-за стола, накинул плащ и отправился на Центральную, 25. Это был адрес отеля, к которому у него уже несколько месяцев с завидным постоянством возникали вопросы. Так как всех жертв последний раз видели живыми именно в его окрестностях…

***

Я проснулась от настойчивого стука в дверь. Он выдавал явное напряжение неизвестного гостя.

– Кто там? – Сонно и зевая спросила я, привставая из-за стола, за которым заснула и оправляя своё платье, слегка помявшееся от внезапно нахлынувшей дрёмы.

За дверью послышалась какая-то возня, а затем незнакомый приятный баритон произнёс:

– Томас де Майн, комиссар полиции Города у подножия холма. И у меня к Вам есть несколько вопросов, мисс Смит. И поверьте мне, ради Вашей же собственной безопасности, лучше Вам на них ответить…

Глава 2. Комиссар полиции Томас де Майн

Интересно, что от меня могло понадобиться полиции города? Вроде бы, я ничего не нарушила и ничего предосудительного сделать не успела. Хотя… Кто знает, может быть у них такой обычай? Приветствовать всех новоприбывших в город?

Я открыла дверь и пригласила его войти.

На пороге моей комнаты стоял молодой человек, на вид не больше тридцати лет. Одет он был в тёмно-синий плащ плотного покроя, с вышитой на плечах какой-то эмблемой. По всей видимости, местной полицейской службы.

Он вошёл в комнату и осмотрелся вокруг, задержав свой взгляд на шкафу с одеждой, дверцы которого я так и не закрыла, и на сейфе. Он что-то хмыкнул, а затем, сев на стул, внимательно посмотрел на меня взглядом, от которого мне сразу стало как-то не по себе.

Да, он внушал доверие. Да, он казался справедливым и честным. Но этот пронизывающий, словно бы смотрящий сквозь тебя взгляд…

– Мисс Смит, – сразу же начал он. – Как я понимаю, Вы приехали из Приюта на горе, верно?

– Да, – кивнула я. – Я там выросла.

– Отлично, – пробормотал он. – Как я и думал. А скажите, мисс Смит…

– Анжелика, – прервала я его.

– Что?

– Зовите меня Анжелика.

– Хорошо. Итак, повторю вопрос. Мисс Смит… Анжелика, что Вы знаете о прошлых воспитанницах Вашего приюта, которые точно также, как и Вы, приезжали в этот отель? Знаете ли Вы, что с ними со всеми случалось?

Я отрицательно покачала головой. Пока я не понимала абсолютно ничего – ни того, почему он допрашивает меня, почему я должна знать о прошлых воспитанницах…

– Нет. А почему Вы спрашиваете?

Он лишь вздохнул, вытащил из кармана плаща несколько фотографий и разложил их передо мной.

– Что это? – Спросила я, не решаясь посмотреть на них.

– А вы взгляните, Анжелика. Взгляните. А потом подумайте.

Я осторожно, стараясь не поддаваться панике, вгляделась в фотографии. Но то, что я там увидела повергло меня в шок. Это были тела. А вернее, то, что от них осталось…

Мне увиделись фрагменты человеческих тел – отсечённые руки и ноги, фрагменты туловища… А на последней фотографии я увидела… ГОЛОВУ! От всего этого мне стало резко плохо, я откинулась на кресле и потеряла сознание…

Очнулась я спустя несколько минут от ощущения влажной прохлады на своём лице. Открыв глаза, я увидела обеспокоенного инспектора.

– Простите, Анжелика. Я не хотел Вас повергать в шок, но Вы должны были увидеть эти фотографии…

– Кто… – Еле выдохнула я. – Кто все эти… люди? Что с ними произошло?

– Мы не знаем, – вздохнул Томас де Майн. – Мы уже нашли десять подобных захоронений. Вы точно никого не узнали?

– Нет… А почему я должна была их узнать?

– Дело в том, что все эти десять девушек – выпускницы Приюта на горе. Все они, также как и Вы прибыли в этот отель…

– Да, Вы уже говорили об этом.

– Можно я продолжу? – Недовольно поморщился инспектор. – А вскоре после прибытия сюда, в наш город, они внезапно исчезали. А потом мы находили их останки. Ни одного цельного захоронения, все расчленённые… – Он замолчал. – Пожалуй, подробностей хватит. Мы, полиция Города у подножия холмов, очень беспокоимся, что Вы можете стать новой жертвой…

Я резко вскочила, подбежала к сейфу и достала оттуда одну из бумаг, обнаруженных мной ранее в ящиках стола.

– Вот! Держите! – Резко проговорила я и отдала листы инспектору.

– Что это… – Начал было он, но как только вчитался в текст, сразу же побледнел. – Значит, я всё же был прав… Анжелика! – Вскочил он. – Нам нужно немедленно уходить отсюда. НЕМЕДЛЕННО!

Вдруг дверь распахнулась от резкого толчка и на пороге я увидела недавнего таксиста. Он улыбнулся, медленно шагнул внутрь комнаты и, сняв тёмные очки, обнажив свои красные глаза с вертикальным зрачком, повернулся к нам.

– Уже уходить собрались, инспектор? Вам я препятствовать не буду. А вот девушка останется и пойдёт со мной…

– Ни за что! – Выкрикнул инспектор, закрывая меня собой. – Ты что за чудище-то?

Таксист фыркнул.

– Что за язык… Чудище… Я не чудище, Томас де Майн. Вспомни, Томас, как ты стал полицейским. Вспомни, кто тебе помогал. Может, ты, конечно, считаешь, что всего добился сам… Но… Это не так. Я подожду, пока ты думаешь. А потом, мы с тобой пожмём друг другу руки, и ты оставишь меня и мисс Смит наедине. Обещаю, что сразу же после этого твоя жизнь наладится и больше проблем не будет. Ни у тебя на службе, ни в городе в целом…

Я посмотрела на инспектора. Он весь изменился в лице. Только что он был само достоинство, а сейчас… Сейчас же он был жалок, напуган и поражён. Я поняла, что пора брать ситуацию под свой контроль.

– Расскажи хоть, что тебе от меня надо?

– О! – Довольно улыбнулся гость. – Гляжу, что тебе интересно… Что ж. Я расскажу. Хотя ты могла бы, и сама всё прочитать в бумагах… Ну да ладно…

– Не смей ей ничего рассказывать! – Рявкнул словно бы оживший Томас. – И оставь меня в покое! Голем!

– О! – Фыркнул таксист. – Я гляжу ты вспомнил-таки. Но извини. Не могу ничего поделать. Ты ведь знаешь, какая у меня задача. Выполнить задание своего господина. Когда-то таким был ты, а теперь не ты… Поэтому, будь любезен, отойди в сторону. И не мешай.

– Нет. Я не отойду.

– Глупо, – грустно произнёс голем. – И досадно.

Он взмахнул рукой, и инспектор отлетел в сторону, словно лёгкое пёрышко, со всей силы впечатавшись в открытый шкаф. От такого удара, вся одежда, что там висела, рухнула на него и он оказался полностью закутан платьями.

– Ну а теперь, – облизнулся голем. – Займёмся тобой…

Я, не в силах, понять разумом, что происходит, закрыла глаза и инстинктивно выставила перед собой руки. В какой-то момент я услышала крик боли, какое-то шипение и приятное покалывание на кончиках пальцев… Я открыла глаза и обомлела…

Из моих рук шли яркие и горячие лучи, которые упирались прямо в грудь голема. Шипение раздавалось именно от его тела. Он плавился! Я оглянулась. Инспектор выбрался из-под платьев и с таким же удивлением смотрел на меня.

Голем прекратил кричать и теперь лишь улыбался сквозь нестерпимую боль.

– Значит, старик был всё же прав… И ты – именно та, кто ему нужен. Анжелика Смит… Забавно. Что меня убила моя же добыча для Великого Старца…

После этих слов он прекратил что-либо говорить, раздался резкий хлопок и вскоре на его месте была лишь кучка серого пепла. И в тот же момент выходившие из моих рук лучи потухли…

– Инспектор, я… – Я запнулась. Я не знала, что сказать.

– Тихо, Анжелика, – он подошёл вплотную ко мне и приобнял меня. – Тихо. Спокойно. Всё закончилось. По крайней мере пока что. Но нам нужно решить, как быть дальше.

– Нам? – Я отстранилась от него и внимательно посмотрела в его глаза.

– Да, нам. – Кивнул он. – Теперь я Вас… тебя… ни за что не оставлю.

– О, Томас… – Пробормотала я и снова прижалась к нему. – Спасибо!

***