Ищи её на Чёртовом кладбище
- -
- 100%
- +
Ярко-зеленая обложка резко контрастировала с розовой блузкой. У Михаила зарябило в глазах. Он слегка опомнился и занял свое кресло. Фамилия Бережковского была на слуху. Откуда у этого рыжего чмошника такие знакомые?
Мальвина наслаждалась замешательством мужчины. Соврала она не задумываясь. Пусть имя козла-Бережковского сыграет ей на руку. Все равно этот бледный не пойдет проверять.
– Произошло… Произошел инцидент…
У Михаила не получалось в присутствии этой сногсшибательной женщины рассказать все, как было. Представить ей себя в таком унизительном положении. Но Мальвина уже пришла на помощь:
– Я все понимаю, уважаемый Михаил Михайлович. Молодежь сейчас такая неуправляемая. Кстати, я Мальвина. И предлагаю продолжить без отчеств. Эта современная тенденция мне импонирует. А вам?
С готовностью кивнув, он расслабился. Нужно просто объяснить свою позицию, она обязательно поймет. Мальвина участливо продолжила, поглаживая обложку ежедневника пальцем вверх-вниз:
– Выслушав сторону сотрудника, я, признаюсь, была на его стороне. Но теперь вижу, что Денис ошибался. Сразу видно, что такой мужчина, как вы, всегда принимает только взвешенные решения.
Палец снова проделал движение по обложке. Глаза женщины не отрывались от лица Михаила, но иногда непроизвольно стреляли ниже. Все же с бабами хорошо иметь дело! Она на него запала, точно. Надо закрепить результат.
– Тогда стоит сегодня поужинать, – предложил он, подсаживаясь на диванчик рядом с Мальвиной.
А он еще хотел выкинуть всю старую обстановку! Диван остался от прежних арендаторов. Сиденье было рассчитано на двух человек, с условием, что они будут прижиматься друг к другу. Очень полезный предмет мебели!
– О, я не против, – Мальвина инстинктивно наклонилась поближе к мужчине, – только закончим с нашим вопросом. Ненавижу за ужином говорить о делах. Всего за сто тысяч мы с Денисом готовы забыть о его незаконном увольнении.
Рука Михаила, уже подбирающаяся к бедру женщины замерла. Какие сто тысяч? Какое увольнение?
– Трудовой кодекс говорит нам, что увольнение по инициативе работодателя возможно, – тон Мальвины ни на грамм не утратил доброжелательности.
– Возможно, – тупо подтвердил Михаил.
Неужели дура-кадровичка-секретарша напортачила с трудовой книжкой? А он не проверил. Почему надо самому вникать абсолютно во все вопросы и контролировать каждый шаг работников?
– Трудовая инспекция с огромным нетерпением ждет подобных нарушений. Если отбросить причины, не связанные с работником лично, остается совсем немного вариантов. Опьянение, предоставление подложных документов, недостаточная квалификация. Подтвержденная результатами аттестации! Посмотрим, по какой статье уволен ваш сотрудник…
Из сумочки появилась трудовая книжка Дениса, женщина неторопливо пролистнула одну страницу. Михаил протянул к ней руку, но не успел.
– Грабли убрал! Это теперь наше! – Мальвина сцапала книжечку и показала ему фак, – если ваша сраная контора сегодня же не выплатит компенсацию уволенному сотруднику, то заплатит штраф государству. Размер его будет в несколько раз больше. И я лично потружусь сообщить официально вашему директору о виновнике данного инцидента!
Резко поднявшись с неудобного диванчика, Мальвина открыла фото на своем телефоне и поднесла поближе к глазам Михаила.
– И это тоже дойдет до вашего руководства, будьте уверены. И появится в социальных сетях ваших знакомых и родственников. И в картинках Яндекса и Гугла. И на баннерах по всему городу.
Михаилу не нужно было присматриваться. Фигура с огромной грудью на радужном фоне… Черт побери! Что же делать? Этот позор уже ничем не смыть, никто не станет разбираться, откуда это фото! У него даже мелькнула глупая мысль придушить шантажистку прямо здесь, на этом самом диване.
Уловив его настрой, Мальвина широко улыбнулась, блеснув белыми зубами:
– Вы сами дали сотруднику задание, определили конкретно. Этому есть трое свидетелей. Так что в суде вы проиграете. Плюсом приобретете репутацию неадеквата с нетрадиционной ориентацией и тенденцией к шоуменсингу. Заплатите Денису компенсацию, плюс штраф, плюс судебные издержки. С этой работы вас выкинут, а новую вы не найдете. Вот вам калькулятор.
Она взяла счетную машинку с его же стола.
– Мои сто тысяч против вашего провала.
– Это незаконно, – сипло проговорил Михаил.
– Естественно, – легко согласилась Мальвина, – но вот в чем штука. Вы уволили не уборщика и не директора. Вы уволили хакера. И никогда не докажете его причастность к размещению контента в цифровом пространстве.
За Мальвиной закрылась дверь, а Михаилу пришлось посидеть пару минут одному. За тем он позвал секретаршу.
– Оформите выплату уволенному сотруднику. Сто тысяч. Оформите как… как-нибудь оформите. Материальная помощь или еще что… Вы кадровик или кто! – заорал он в лицо непонимающей девушки.
Она выскочила за дверь. Михаил расслышал только невнятное «неадекватный».
Птифуры ждали своего часа. Мальвина с полным подносом подошла к столику и весело предложила:
– Отпразднуем?
– Спасибо, конечно, – скованно пробормотал Денис, – зря вы это… Ничего мне не заплатят.
Тряхнув волосами, Мальвина собралась возразить, но в этот момент на телефоне Дениса пиликнуло уведомление.
Парень мельком взглянул, затем схватил телефон и подпрыгнул.
– Зачисление сто тысяч! – выкрикнул он, – Как вы смогли?
Он с обожанием уставился на Мальвину. Она откусила от пирожного и небрежно махнула рукой:
– Фигня. Лучше угости меня кофе. Или нет. Коктейль!
Бегом Денис кинулся к торговым площадкам фудкорта. Как назло, коктейлей нигде не было. Самым близким по смыслу оказался «Мохито» из Ростикса. На всякий случай Денис еще купил «Милкшейк» и три банки пива «Бад». Сгрузив эту батарею перед Мальвиной, парень развел руками:
– Могу сбегать в магазин за ромом. Если добавить в «Мохито»…
– Расслабься! – засмеялась Мальвина, – пирожные с пивом, это ты, конечно, здорово придумал. Хотя, почему бы и нет?
С готовностью Денис откупорил банку «Бад» и понял, что забыл стаканы. Мальвине пришлось ухватить его за рукав, чтобы парень не сорвался в новый спринт по кафешкам. Она отпила пиво из банки, откинулась на спинку стула и почувствовала, как ей что-то мешается в кармане юбки.
Визитка! Она поднесла ее к глазам.
«Винецкий Станислав Викторович. Заведующий кафедрой литературы, журналистики и методики обучения. Доктор филологических наук». Неясная идея начала обретать очертания.
Смущенный Денис тыкал трубочкой в молочный коктейль. Наконец, он решился:
– Мальвина, а вы кто? Правда адвокат?
Покачав головой, она отпила еще пива и ответила:
– Вполне возможно, твой будущий работодатель. Считай, ты прошел кастинг!
Семь минут лжи
Есть два способа жить: вы можете жить так, как будто чудес не бывает,
и вы можете жить так, как будто всё в этом мире является чудом.
Альберт Эйнштейн
25 апреля, Санкт-Петербург
Как же приятно, когда нежный пушистый комок греет тебе ступни! Девушка пошевелила ногой, и Патрик недовольно мяукнул, перекладываясь поудобнее. Тяжелое тельце мейн-куна мягко придавило левую ногу. Работа продвигалась быстро, пальцы Ани летали по планшету, стилус валялся рядом на подушке.
Из ванной доносился шум воды и гудение электробритвы. Что-то весело насвистывая, Станислав собирался в свой университет. Спустя минуту он показался в дверях ванной, рукава белой рубашки чуть намокли, на блестящих коричневых туфлях застыли капли пены для бритья. Лишь брюки были в порядке, как всегда идеально отглаженные и подогнанные точно по фигуре. Невольно залюбовавшись мужем, Анна крикнула:
– Обувь смени!
Переведя взгляд вниз, Станислав быстро прошел в гардеробную, зашуршал пакетами. Поиск подходящих ботинок занял еще минуты три. Неудивительно, как тут выбрать быстро, когда их у тебя пар двадцать?
Анна снова сосредоточилась на работе. Задание на этот раз оказалось несложным, и она рассчитывала освободиться через полчаса. Впрочем, доделать можно и позже! А поболтать с подругой – святое, так что нужно тоже слезать с постели и приводить себя в порядок.
Планшет полетел на подушку следом за стилусом, а здоровенный котяра вольготно раскинулся на кровати. Теперь ему никто не мешал и не клал на его королевское тело ноги!
– Анюта, я поехал! – Станислав заглянул в спальню, – какие у вас планы сегодня?
Неторопливо потянувшись, девушка набрала на айфоне номер и поставила вызов на громкую связь. Громкие гудки наполнили комнату, и Анна шагнула к мужу, обвив его шею руками.
– Алло! Ань, слышишь меня? – раздался голос из динамика.
– Мам, привет!
Обняв супругу, Станислав тоже поприветствовал тещу:
– Доброго утра, Алевтина Ивановна!
– Ой, Стасик, как дела? – заверещала трубка, – небось в свой институт убегаешь, торопыга? Анька тебя и не видит совсем!
Изменившись в лице, Станислав отрывисто попрощался:
– Извините, мне пора.
Хлопнула дверь, и Анна торопливо проговорила:
– Я же просила назвать его Станиславом! Мам, это так трудно? Ты же знаешь, как мой муж реагирует на фамильярность!
Не слушая маминых возражений, она отключилась и вышла в прихожую. Мрачно глядя в зеркало, супруг пытался застегнуть свой велюровый пиджак. Сдерживая усмешку, Аня мягко отстранила его руки от несчастных пуговиц и увидела, что одна из них вырвана с клочком ткани.
– Аня, как же я пойду? – растерянно глядя на дыру в пиджаке спросил Станислав, – у меня сейчас лекция в СПГУ, а потом курс межкультурной коммуникации! И заседание…
Открыв шкаф, она обвела рукой ряд висящих пиджаков всех оттенков коричневого цвета.
– Выбирай! Профессор в рванье действительно не может вести лекции, молния ударит или язык откажет.
Неуверенно проведя рукой по одежде, супруг достал две вешалки с удивительно похожими пиджаками, различающимися только карманами. Не дав ему времени зависнуть, Анна сдернула один из них и набросила мужу на плечи.
– Опаздываешь! – чмокнув Станислава в губы прошептала она.
Методично застегнув все пуговицы, супруг ее раз проверил наличие носового платка, ключей в портфеле, провел влажной салфеткой по блестящим оксфордам и лишь после этого наконец ушел.
Представив какой невообразимо муторный день ожидает мужа, Анна поежилась. Как хорошо, что она додумалась вовремя свернуть с ученой стези и заняться по-настоящему интересным делом!
Испорченный пиджак отправился в мусорную корзину, а девушка снова прошла в спальню и открыла на планшете приложение РЖД. Сапсан до Москвы на завтра… Один билет для себя, после сегодняшнего короткого разговора с мамой Станислав точно к ней не поедет. Девушка улыбнулась и приступила к оформлению. Винецкая Анна Сергеевна. Паспорт… Место… Готово!
Так, что бы надеть? Апрель такой холодный, надо в Невском центре на третьем этаже присмотреть себе пару вещичек на весну. Может, Жорику прикупить что-нибудь этакое? Брат обожает итальянские бренды, особенно Agnona и Brioni. Огромный торговый центр произвел на него впечатление обилием невообразимо дорогого шмотья. В Москве-то он не ходит в подобные магазины, откуда у него деньги?
Надо ведь вещи в прачечную собрать, сегодня придет домработница! Еще встреча с подругой… Аня обещала увидеться с Лизкой целую неделю, но столько дел…
Нацепив любимые синие лоферы, Анна пошарила в рюкзачке. Ключи нашлись в боковом кармашке, и девушка вышла из квартиры. Новый замок проворачивался с трудом, и пока она возилась с ключом, услышала за дверью требовательное мяуканье.
Черт! Покормить ненасытное животное!
Мейн-кун сидел на коврике в прихожей и укоризненно смотрел своими раскосыми глазами на хозяйку.
– Сейчас, мой хороший, – наполняя миску сухим Роялом, приговаривала девушка. Любимый розовый шарфик соскользнул с шеи и упал прямо в кучу кошачьего корма.
Раздраженно подняв вещицу, Аня понюхала ее и сморщилась.
– Это Армани, между прочим, – укорила она Патрика, словно кот был виноват в ее промахе.
Запах нужно чем-то перебить. Чем-нибудь очень стойким. Перебрав флакончики, Анна остановилась на аромате унисекс от Тома Форда. Адская смесь цветочных, фруктовых, травяных, цитрусовых ароматов должна заглушить остаточный запах корма.
Благоухая, как апельсин в розовой оранжерее, шарфик занял свое место на шее. Все же это талисман, и расставаться с ним нельзя. К тому же с ним прекрасно гармонирует подаренный мужем кулон. Редкий розовый оттенок сапфира, называемый Предпараджа. Станислав перевел ей это слово. Что-то вроде «оттенок ясного цейлонского заката». Кажется, еще про лотос там было. Неважно!
Осмотрев себя в зеркале, девушка осталась довольна. Новый мастер-парикмахер просто волшебник! Анин цвет волос, какой-то блеклый, он превратил в естественный, с легкой рыжиной. Она не признавала ультрамодных фиолетово-красно-синих оттенков, предпочитая натуральность.
«Натуральность», конечно, достается нелегко. Пилинги, филеры, татуаж и прочие манипуляции должны подчеркивать красоту. А не заменять родные черты лица нарисованными или раздутыми до неимоверных размеров.
Тщательно заперев дверь, Анна сбежала вниз по лестнице. Лиговский проспект встретил ее шумом голосов, сигналами автомобилей и каплями начинающегося дождика. Вернуться? Новый розовый зонт Moschino дожидался на вешалке.
Да ну его! Такси приехало мгновенно, и девушка поспешно нырнула в теплый сухой салон.
– Кронверкский проспект. Ко входу в зоопарк.
И умирает правда
Человек, который осмеливается потратить впустую час времени,
еще не осознал цену жизни.
Чарльз Дарвин
Сапсан прибывал на Ленинградский вокзал в четыре часа семнадцать минут. Комфортабельную поездку омрачали лишь шумные девчонки-соседки, всю дорогу громко обсуждавшие какую-то Катьку и включавшие без конца видеоролики, вызывающие у них приступы истерического смеха. Их болтовня, проникающая сквозь наушники, под конец так утомила Анну, что она почти задремала.
Уже на перроне она встряхнулась, дел предстояло много. Точнее, одно дело, очень-очень важное.
Приложение показывало, что такси будет уже через минуту, и девушка заспешила к выходу. Московская грязь уже высохла, превратившись в пыль. Воздух пах свежей распускающейся зеленью.
По дороге Аня заехала в Ашан и быстро набросала в тележку разных вкусностей. Рыбки красной обязательно, и побольше. Так, икра. Три баночки, нет четыре. Потом сладкое… Торт! В Ашане они не особо вкусные, но в кондитерскую некогда заезжать.
Таксист открыл багажник и помог девушке загрузить два тяжелых пакета.
– Жорик, приветик! Я подъезжаю… Конечно, сама донесу! Не придумывай, спускаться не надо.
Обычная блочная девятиэтажка, родной обшарпанный подъезд и вечно сломанный домофон. Пока Аня поднималась в лифте, в который раз подумала, что стоит родителям помочь с новой квартирой. Но это позже.
Брат ждал ее у открытой двери в квартиру. Обняв его, Аня почувствовала, как он похудел. А ведь она всего месяц назад приезжала в Москву! Он молча стоял в ее объятиях, и девушка чувствовала каждую кость сквозь футболку.
– У тебя волосы отросли, – сказала она, лишь бы нарушить скованное молчание.
Что-то невнятно хмыкнув, Георгий прошел в глубину квартиры. Аня втащила пакеты и принялась разбирать их на кухонном столе. Крошечная кухня не позволяла развернуться вовсю, пришлось часть упаковок оставить на полу.
– Икру будешь, Жор? – крикнула она.
Тишина. Аня зашла в комнату брата, он рассеянно листал ленту ВК, лежа на кровати.
– Примерь, – она протянула ему фирменный пакет Agnona, – помнишь, тебе понравился свитер?
Оживившись, Георгий вытряхнул на кровать молочного цвета пуловер.
– Тот самый? Итальянский? Кашемир с шелком… Супер! Спасибо, Ань.
Вещь села отлично, скрывая нездоровую худобу парня. Лицо его на фоне свитера казалось бледной маской, и Анна отвернулась. Потом радостным тоном сообщила:
– Завтра едем в центр гематологии, я договорилась. На этот раз все будет хорошо, они тебя возьмут в экспериментальную программу!
Резко сдернув свитер через голову, Георгий швырнул его на кровать.
– Лучше бы они тебя взяли в экспериментальную программу! Чтобы костный мозг подошел мне. И не надо было бы никаких опытов надо мной проводить. Сколько уж можно!
«Столько, сколько потребуется!» Вслух сказать такое невозможно, но пока Аня подбирала слова, прозвенел дверной звонок.
– Наверное, отец, – отрывисто бросил Жора и пошел открывать.
Глядя в его худую спину, девушка сощурилась и прошептала чуть слышно:
– Это не отец…
На крючке
Один произведенный опыт намного дороже тысячи теорий,
которые так и остались мыслями.
Михаил Ломоносов
Разглядывая гостя, Жора отступил назад, и тот вошел, пользуясь моментом. Ни фига себе, громила! Бритая голова едва не задела верхний край косяка. Монументальное тело заняло почти все место в тесноватой прихожей. Через губу мужика тонкой струйкой змеился шрам. Может, татуха? Колючий взгляд раскосых зеленых глаз остановился где-то у Жоры между глаз, и парень не сразу заметил, что пятиться ему некуда.
– Добрый вечер, – прозвучал за спиной голос сестры, и Жора обернулся.
Анна загораживала ему выход из коридора, лицо ее было серьезно.
– Что происходит? Кто ты такой?! – выкрикнул парень, собственный голос показался ему писклявым и никчемным. Наверное, это грабитель! Хотя, вроде бы воры сначала получают наводку, а у них в квартире самая ценная вещь – только что подаренный Анькой свитер. Почти двести тысяч! Ну, она денег не считает, добрый Стасик ей еще отстегнет.
Значит, убийца, маньяк? И почему сестра так странно себя ведет? Она заодно с этим громилой?
Не обращая внимания на вошедшего амбала, Анна тянула брата в кухню.
– Идем, идем, Жор.
Громила двигался следом, не оставляя места для маневра. Жору пробрал страх. Смерти он не боялся. Уже не боялся. Но свою смерть он как-то привык откладывать на потом. Два года, год, шесть месяцев. Интервалы все сокращались, последний озвученный врачом составил два месяца, может, три. Но ведь не сегодня же! К тому же парень в глубине души был уверен, что умирать и вовсе не придется. Анька же выжила!
Эти мысли пронеслись в мозгу быстрее молнии, Жора не мог оторвать взгляд от лица гостя. Поэтому не сразу понял, что говорит сестра.
– Ни о чем не беспокойся…
Ее слова доносились как будто издали, а вошедший амбал до сих пор не произнес ни единого слова. И почему он не может отвести взгляд от рябого смуглого лица с невнятного цвета глазами?
– Георгий… Жора…– шепот громилы перешел в неразборчивое бормотание.
В следующую секунду рука гостя коснулась лба Георгия, его словно пронзило током. Парень замер, потом опустился на колченогую табуретку, подставленную Анной. Амбал обменялся с сестрой взглядами и также молча покинул кухню. Даже щелчка дверного замка Жора не услышал, словно гость растворился в воздухе прихожей.
Он моргнул, перед глазами плясали рябые узоры старой клеенки, постеленной на обеденном столе. Что это было? Что за фокусы?
Щелкнул замок, и Георгий вздрогнул, обернулся. В кухне горел свет, хотя он совершенно не помнил, кто его включал. Из коридора раздался голос матери, затем сестра что-то ответила ей. Парень перевел взгляд на стол и обомлел.
Бутерброды с рыбой и икрой красивой горкой лежали на блюде. Рядом с ним – миска с салатом из овощей. Креветки, соусы двух видов… Как… что? Он вскочил и едва не сшиб вошедшую в кухню маму.
– Тихо, сынок. Ты что подпрыгнул-то?
– Да я… так… просто…
Георгий уперся глазами в Анну, сестра стояла у матери за спиной.
– Садимся ужинать! – бодро произнесла она, – все готово.
Женщины быстро расставили табуретки вокруг стола и сели. Жора остался стоять, растерянно переводя взгляд с сестры на мать, силясь понять, что с ним случилось.
– Да что это с тобой? Ты как себя чувствуешь? – забеспокоилась мама, – присядь, пожалуйста, ты весь бледный!
– А где отец? – спросил Жора, лишь бы не молчать.
Мама тоже поднялась и всмотрелась в его лицо.
– Жорик, ты забыл? Он завтра только будет, на объекте задержался.
Точно! Только утром ведь об этом говорили, а он забыл! В последние недели мозг работал плохо, в этом все дело!
Аппетита не было совершенно, и Георгий ушел в свою комнату. На причитания матери он не обратил ни малейшего внимания, просто захлопнул перед ней дверь. Спустя некоторое время к нему вошла сестра и присела на краешек кровати.
– Жорик, ты завтра вставай пораньше, нам к девяти на прием.
Он молча смотрел на нее, непонимающе моргая. Прием? А объяснять про визит амбала не обязательно?
Истолковав его молчание по-своему, Анна обняла его за плечи и проникновенно сказала:
– Это врач из Штатов. Он всего три недели будет в Москве, и добиться консультации было очень непросто. Это твой шанс.
Вырвавшись из объятий, Георгий встал. Даже находиться с Анной в одной комнате было невыносимо, словно она вдыхала в себя весь воздух в помещении.
– Что это был за мужик?
Ответом ему был недоумевающий взгляд сестры. Еще попытка.
– Мужик. Здоровый, нерусский, приходил сегодня. Кто он? Почему я не помню, как он ушел?
Сестра тоже встала и заглянула Георгию в глаза.
– Жор, какой мужик? Никто не приходил, мы были с тобой на кухне, я накрывала на стол, а ты задремал. Я не стала будить тебя, решила дождаться маму…
Бешенство затопило Георгия ледяной волной. Эта сука разыграла с ним какой-то спектакль, а теперь врет?
– Мне нужно побыть одному, прилечь, я устал, – парень привычно сдержался и даже выдавил кривую улыбку.
Часы на стене, раритет советских времен, показывали всего десять вечера, но от пережитого стресса Георгия оставили силы. Нужно в деталях вспомнить, что происходило после того, как он пошел открывать дверь. Но это завтра… Сон одолел парня мгновенно, и Анна тихо закрыла дверь в спальню.
Улыбнулась, набрала сообщение в мобильном. Все шло по плану.
Конфликтное предложение
Ваша идея, конечно, безумна.
Весь вопрос в том, достаточно ли она безумна, чтобы оказаться верной.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.