Страшные истории на ночь. Том первый

Наверно ребята хотели до конца разобраться в источнике звука, а также попытаться предотвратить его.

В конце гостиной стояла деревяная лестница, ведущая в подвал и на второй этаж. Она выглядела все также, в старинном стиле, деревянная и закругленная. Перила её слишком толстые, чтоб удобно было за них хвататься, а сами лесенки были простыми деревяными брусьями. Вся конструкция держалась крепко, будто дерево совсем свежее. Даже скрипа не было.

Василий первый начал подниматься наверх. Фонари все также были выключенными. В, целом, в темноте все было видно, а лишний раз привлекать чье-то внимание не хотелось. Только если нужно осветить пространство вокруг, где ни черта не видно.

А тут свет из окон. Он давал свечение. Маломальское, но свечение.

На втором этаже было несколько комнат. Без дверей. Но все они были отделены просторным коридором.

Андрей замыкал колонну. Как только он поднялся, сразу включил фонарь. В конце коридора висела огромная картина, на которой были изображены люди. Картина выглядела так, словно ее перенесли из старинного европейского особняка. Большой, массивный холст, потемневший от времени, был заключен в тяжелую деревянную раму с богатой резьбой, когда-то, вероятно, покрытой позолотой, но теперь местами облупившейся и потемневшей.

Сам портрет, выполненный в сдержанном, но изысканном стиле конца XIX века, действительно напоминал старые, официальные изображения правителей. Фигура на полотне была представлена с особой строгостью – четкие линии, затемненный фон, приглушенные оттенки. Одежда персонажа выглядела не совсем русской: высокое жабо, длинный темный сюртук с тяжелыми пуговицами, неестественные детали, свойственные скорее викторианской Англии, чем дореволюционной России.

Но самое странное – лицо. Оно было написано с пугающей детальностью, словно художник хотел передать не только черты, но и что-то еще, что нельзя было увидеть с первого взгляда. Глаза выглядели слишком живыми, будто следили за каждым движением, хотя краска местами уже потрескалась, а тонкая сеть трещин покрывала всю поверхность.

Картина как будто не вписывалась в интерьер, вызывая странное чувство диссонанса и неуместности. Она напоминала что-то знакомое, но в то же время казалась чуждой, неправильной, как будто была здесь не по своей воле. Герман даже всматриваться не стал, а просто развернулся, сказав парням, что пора идти назад.

Василий еще раз посветил прямо на картину и в этот момент увидел, что от света, глаза у людей, которые изображены на ней, светились. Как у кошки в темноте. От этого он вскрикнул. Парни оглянулись и увидели эту жуть, после чего единогласно решили спуститься вниз.

Осмотр дома подходил к концу, пора было валить оттуда, но не тут-то было. Входная дверь закрыта. Закрыта на ключ, как стало понятно. Ручка двери была просто прикручена к дереву. Она не крутилась и не отщелкивалась. Сам ключ, которым открывают эту дверь, должен быть размером с небольшой кухонный нож.

– Так не понял. Как её открыть? – Задал вопрос Герман.

– Если кто-то закрыл дверь на замок, то мы вряд ли отсюда выйдем. Нужно пробовать через окно. – Ответил Андрей.

– Ты окна эти видел. Там нет даже форточек. Это не современный стеклопакет. Чтоб выйти через окно, нам нужно его разбить. – Сказал Василий.

– Так, мужики, подождите, давайте успокоимся и начнем…

Издался резкий стук из подвала.

– Это что еще за нахрен? – Прикрикнул Василий.

В этот момент, оттуда, откуда слышались звуки, начали слышаться и шаги. Тяжелые и медленные. Парни смотрели друг на друга с неподдельным страхом. Шаги уже были на лестнице. Герман поднял дубину и пошел в сторону первой попавшейся комнаты. Судя по всему, это была спальня. Там стояла большая двухместная кровать. Аккуратно заправленная, но все также, покрытая толстым слоем пыли. Рядом с кроватью находился огромный шкаф. Двое залезли в него, а третий спрятался за простынями, что висели над кроватью.

Пока мужики сидели там, шаги утихли. Они были слышны прям рядом с комнатой, но потом начали опять отдаляться. Судя по звукам, кто-то, кто был в этом доме, ушел на второй этаж.

Все трое тихонько вылезли из комнаты и двинулись к ближайшему окну. Проверять, кто сейчас здесь присутствует, не хотелось никому, поэтому ребята решили просто выбить окно и выпрыгнуть через него, но вдруг, стоя в гостиной, они услышали те самые шаги, которые в ускоренном темпе двигались обратно. Они были прямо над головой парней.

Андрюха со страху дернулся и побежал в сторону подвала.

Так как мужики стояли рядом с лестницей, подвал был действительно самым близким местом, хотя с точки зрения здравого смысла, идти туда не стоило, но в страхе, ребята выбрали именно этот путь.

Но едва они вступили на лестницу, как вдруг сверху послышался неприятный и громкий рык. Андрей поднял голову и увидел то, что вряд ли смог бы забыть.

В старинном фраке стояло огромное, неестественно вытянутое тело. Ткань облезлая, порванная, но даже в полумраке можно было разглядеть, как оно плотно обтягивает чудовищно длинные руки и широкие плечи, скрывая под собой нечто. Его поза была неестественно застывшей, но при этом создавалось ощущение, что еще мгновение – и оно сделает шаг вперед, и тогда уже не удастся убежать никому. Тут же, это нечто, начало быстро спускаться по лестнице, пытаясь догнать парней. Они в свою очередь побежали все вниз.

Подвал представлял из себя длинный темный коридор, в конце которого виднелась комната, вход в которую был загражден толстой деревяной дверью.

Василий бежал первый к этой двери. Она была открыта. Шаги резко прекратились.

Андрюха первый включил фонарик. То, что он увидел, заставило его поперхнуться.

Парни замерли, не веря своим глазам. В конце комнаты стоял старый, обшарпанный стол. За ним – женщина, неподвижная, будто не замечающая их присутствия. Но взгляд сразу приковала не она.

Справа от нее из земли торчал огромный железный штырь. На нем, словно кусок мяса, висел труп. Голова запрокинута, рот приоткрыт, глаза пустые. Кровь, еще не засохшая, покрывала его одежду пятнами, а на полу под ним темнели свежие потеки.

Они знали его. Это был их сосед, бывший мент.

Он первый зашел в этот дом. Его следы тогда видели на полу, они как раз тянулись от двери к этому месту. Это он издавал те самые стоны, которые они слышали снаружи. Но теперь он молчал.

Андрюха начал чувствовать слабость в теле, в глазах начало все темнеть, Василий решил подхватить друга, но едва он дернулся, как тут же сам почувствовал сильнейшее недомогание и свалился уже на ходу. Василий также не успел ничего сделать.

Все трое упали на старый деревяный пол…

В голове Германа звенело эхо. Он открыл глаза, вокруг темнота. Глаза к ней постепенно начали привыкать. Эхо пропало, звон в голове тоже. Рядом лежали его друзья. Василий, тоже начинал приходить в себя, Андрюха молчал.

Парни заговорили друг с другом:

– Кто здесь? – Шепнул Герман.

– Это я! – Ответил Василий таким же шепотом

– Вася, ты?

– Да я.

– Что мы здесь делаем? Где мы вообще?

– Понятия не имею. Давай полежим еще немного.

Несмотря на то, что вокруг ничего не было видно, голова Германа все же кружилась. Они лежали так еще минут сорок. Молча. Тут, в себя начал приходить Андрей.

Василий к этому времени начал вспоминать, что произошло. Герман пытался встать на ноги. Еще, примерно, полчаса понадобилось мужикам, чтобы встать и понять, что происходит.

Василий включил фонарик, а Герман достал биту. Они решили идти наверх и выбираться через окно. Поднявшись по лестнице, парни заметили, как в доме стало чисто. Все свежее, без пыли.

Особого внимания на это не уделялось. Прям сразу после подъема стояло окно.

Резкий удар, и стекло посыпалось на пол. Грохот на весь дом, отчего тут же послышались шорохи с кухни. Все трое повернули голову налево. В кухне светился небольшой огонек, оттуда же появилась тень. Из дверного проема, показалась огромная фигура. Та самая, которая была тогда на втором этаже. Только сейчас, этот человек был хорошо одет, хорошо выглядел, и кожа была чистой. Он был огромен. На лице была густая борода. Волосы до плеч.

Он вскрикнул и побежал в сторону мужиков.

Те резко выпрыгнули в разбитое окно и побежали прочь из этого дома.

Но к удивлению, вокруг не было ни асфальта, ни машин, ни знакомых улиц. Вместо привычного частного сектора перед ними раскинулась деревушка, как со старых фотографий. Избы стояли ровными рядами, с покосившимися заборами. Ни единого фонаря, только тусклые огоньки в окнах, дрожащие, словно свечи или масляные лампы.

Воздух был затхлым, пахло сыростью, деревом, густым дымом, заполняющим легкие. Дороги не было, только утоптанные тропинки между домами, скользкие от сырости.

Парни замерли, не веря своим глазам.

Паника накатила волной. Они бросились в разные стороны, пробегая между избами, путаясь в тропинках. Везде чужие дома, чужие стены, и ничто не напоминало здесь о современном мире. Будто попали в прошлое на 150 лет назад.

А потом из дома, откуда они только что вырвались, вышли четверо. Они не кричали, не метались. Просто уверенно шагнули вперед.

Погоня началась!

Парни, не разбирая дороги, побежали вперед – куда угодно, лишь бы подальше от этого места.

Лес. Темный, глухой, без единого проблеска света. Деревья вставали стеной, ветки цепляли одежду, а сердце гулко стучало в ушах.

Они бежали. Бежали, пока не потеряли друг друга в полной темноте.

Преследователи не отставали. В их руках были серпы, топоры и косы.

Стало понятно, что мужики каким-то неведомым образом оказались в той самое деревне, которая еще с царских времен стояла, пока не погорела при жизни Советского Союза.

Но как такое возможно вообще? Галлюцинации? Но не может быть одно и то же виденье у троих сразу.

Тем не менее, они продолжали бежать.

Василий бежал туда, где дорога удобнее, ровнее. Была мысль залезть на дерево. Но позади него были слышны шорохи и быстрые шаги, а значит его кто-то преследовал. И в правду, за ним бежал мужчина. Худой, но в шубе. В руках держал топор.

Но преследователь был не так близко, как можно предположить. Василию на пути стали попадаться небольшие холмики. Местами, почва была очень мягкой, отчего ноги, порой, проваливались под землю, во что-то мокрое, но Василий продолжал бежать.

Преследователь не отставал.

Андрей в это время убежал направо. В ту сторону. За ним также гналось какое-то тело. Оно всхлипывало и что-то даже выкрикивало. Голос был женский. Женский и очень противный.

Были слышны странные и малопонятные слова. Но Андрюха разобрал слово «Звезды», было еще что-то типа «Злых духов».

Эта кто-то не отставала совсем. Воздуха Андрею уже не хватало, силы начинали покидать его, но он старался бежать.

Герман же в свою очередь вышел на какую-то тропинку и решил двигаться по ней. Так он бежал долго. За ним бежали двое. Низкорослый парень и этот бородатый здоровяк. Они также всхлипывали и продолжали бежать. Герман кричал что-то обозленно на них и прибавлял ходу, чтобы попытаться отстать. И у него это хорошо получалось.

Василий, этим временем, продолжал бежать по холмистым местам, пока не провалился по грудь в болото. В панике, он начал пытаться выплыть, но только больше уходил под глину. Почва рядом, была такая же мягкая, поэтому зацепиться за нее не получалось. Василий уже по горло был в воде, руки торчали по локоть в попытках ухватиться за что-нибудь, но все попытки были тщетными. Тело продолжало тянуть вниз и вскоре, его совсем увело на дно. Хотя, какое дно может быть в болоте. Найти труп уже вряд ли кто-то сможет.

Андрюха был почти бессилен. Он замедлил свой шаг. В легких было сильное жжение, в боку кололо. Бежать не было сил. Та женщина была все ближе и ближе. Андрей понимал, что сейчас придется вступить в бой, но руки даже не поднимались. Андрей больше не бежал. Он лежал в сырой траве, хватая ртом холодный воздух, а над ним, как тень, склонилась женщина. Лица ее не было видно. Только силуэт – черный, вытянутый, неправильный. В руках она держала ржавую косу.

Андрей не мог пошевелиться, лишь смотрел на нее, глотая воздух.

Женщина размахнулась.

Острая, жгучая боль разорвала тело. Будто сотни иголок вонзились сразу, прожигая грудь изнутри и снаружи. Андрей закричал, но голос сорвался на сдавленный хрип, смешиваясь с булькающими звуками крови.

Он чувствовал, как внутри что-то рвется, ломается, как мышцы перестают ему подчиняться. Его тело стало чужим, бесполезным мешком из боли и ужаса.

Но женщина не остановилась.

Она замахнулась снова.

Металл врезался в его голову, пробив череп с хрустом, который Андрей услышал где-то внутри себя. Мир дрогнул, поплыл, а затем исчез, проваливаясь в липкую, бездонную темноту.

Она била его снова и снова, пока тот не перестал быть подобием человека.

Герман, пока бежал по лесу, слышал чьи-то крики, но и предположить не мог, что это его друг.

Он бежал вот уже минут десять. Эти двое, что преследовали его, отстали. Парень свернул с тропы. Уже идя быстрым шагом, он продолжал топать в неизвестном направлении, пока не увидел свет в лесу. Герман понял, что это может быть помощь. Люди. Одному в темном лесу очень страшно.

Дойдя до этого свечения, ему показалось, что там стоит несколько людей. Парень прошел через кусты и вышел на небольшую поляну. На ней горел костер, из тлевших углей была изображена небольшая пентаграмма. В центре костра торчала огромная труба, к которой был привязан труп какого-то мужика. Вокруг костра стояли люди и смотрели на испуганного мужчину.

Тот в свою очередь, стоял в ступоре. Позади послышался шорох, а Герман почувствовал тупую и одновременно острую боль в шее и сразу же выключился. Порой он открывал глаза и видел, что его кто-то тащит, на уровне человеческих колен. Боль по всей шее и недостаток воздуха не давали ему оставаться в сознании, поэтому он и вырубался.

Так происходило несколько раз, пока однажды он не пришел в сознание, находясь в полной темноте. Показалось, что все это было уже. Что все это было сном, но боль в шее возвращалась.

Тут же его кто-то начал поднимать. Это был тот бородатый здоровяк. Он был огромным, с массивными плечами и непропорционально длинными руками. Кожа – мертвенно-серая, будто давно остывшее мясо, местами пересохшая и потрескавшаяся. Лицо казалось неполноценным, словно полуразложившимся, а вместо глаз – две блестящие черные бусины, глубоко утопленные в пустых глазницах. Они не двигались, не моргали, но смотрели прямо, без эмоций, без жизни. От него веяло чем-то тяжелым, неестественным и дохлым.

Здоровяк поднял Германа и поставил на что-то. Казалось, на какой-то стол. В голове стоял шум, который мозг генерировал в страшную музыку. Сознание начало опять рассеиваться, в сопровождение с дикой болью в области шеи и горла.

Что же произошло на самом деле. Трое мужчин, пропали без вести после того, как вошли в этот дом. Позже, нашли голову одного из мужчин. Она лежала на столе, в подвале. Глаза её были открыты, но зрачки покрылись серой пеленой. Казалось, будто бы она была живой какое-то время. А ведь так оно и есть. Налобный фонарик был включен.

Обезглавленное тело так и не нашли, как и тела двух других парней. Но за то рядом с головой был найден труп мужчины. Это тот самый мент на пенсии. Он первый, кто пошел разбираться с шумом. Его тело было насажено и подвешено на железный штырь.

Позже, в лесу нашли останки костей. Экспертиза показала, что им более ста лет. Смерть была насильственной. Грудная клетка оказалась пробитой, как и череп, как и лицевая часть. Начали проводить ДНК. Результат был ужасающий. Кости принадлежали одному из пропавших мужчин. Но экспертиза точно подтверждала, что пролежали они в лесу более ста лет. Как такое возможно, не ясно.

Позже, были найдены еще останки. Все то же самое. Костям уже больше сотни, а принадлежат они второму пропавшему без вести. Череп не был найден, отчего все и сходилось. Его и не должно было быть. Голову нашли в том доме, более-менее свежую.

Ну а тело третьего пропавшего так и не было найдено.

Когда-то здесь простирались болотистые топи, тёмные и бездонные, способные затянуть любого, кто оступится. Сто лет назад в этих трясинах исчез человек из современной эпохи – утонул в вязкой, жадной жиже, которая сомкнулась над ним, не оставив ни следа, ни возможности выбраться. Болотные воды забрали его навсегда.

Но время шло. Болота высушили, засыпали грунтом, а на этом месте выросли жилые дома. Казалось, прошлого больше нет под толстым слоем земли, бетона и асфальта.

Но аномалия в этом доме рушила границы времени. Здесь оно сходило с ума. Нечто перекидывало людей в прошлое, будто само место не хотело быть забытым.

Недалеко от дома нашли останки, которые не должны были быть там: кости столетней давности. Какое время было настоящим?

Где кончалась реальность и начинался кошмар?

И тело третьего пропавшего, возможно, все еще где-то там.

Старинный дом продолжал издавать странные звуки до тех пор, пока власти не сожгли его. Место, где стоял дом, залили плотно бетоном и оставили там крупный строительный мусор. Но кто знает, может дело не в доме, а в том, что обитало внутри…

Глава 4. Деревня мертвых

Один мой знакомый рассказывал как-то раз историю. Очень жуткую историю. Не знаю, верить ему или нет, но звучало это так убедительно, что аж засело в моей голове. Поэтому решил поделиться с вами.

Начну рассказ от его лица.

В 90-х, когда занимался перегоном машин, случилась эта жуткая ситуация, от чего я больше никогда не устраиваю ночлеги, в незнакомых мне, местах. Особенно в деревнях. Но, начну издалека.

Среди моих знакомых и друзей, кто также варился в сфере перегона тачек, ходили различные мифы и байки о привидениях на дороге. Конечно, щекотать нервы нравится всем, но почти никто лично не встречался с потусторонним миром. Все истории были основаны на том, что друг брата жены рассказывал, как видел женщину в белом халате посреди ночи на дороге. Или как странные существа бежали за ними наравне со скоростью машины. Такая вот «дуристика».

Понятное дело, что я не особо в это верил, но послушать всегда было интересно. Вообще интересно слушать людей, если они не несут ахинею. Порой, бывало, останавливался рядом с дальнобойщиками. Те у костра делились опытом друг с другом, рассказывали интересные истории, играли в карты и выпивали.

Скажу сразу, я не пью и никогда в жизни этим не занимался.

Так вот. В периоды таких ночлегов, мне не раз приходилось слышать о закопанной деревне. Именно рядом с ней женщины в халатах, чертики и всякая подобная ересь. Мужики даже на место в карте указывали. Кто-то подмечал для себя. Ну а я особо не интересовался, так как заметил, что далековато от меня это все находится, абсолютно не по пути.

В общем и целом, хватало в то время страшилок различных. И ведь самое интересное, их придумывают взрослые мужики и рассказывают таким же взрослым мужикам.

Ночь прошла спокойно. Проснулся я позже, чем нужно было. Немного проспал, так сказать. Ехать до дома оставалось чуть больше тысячи километров. Чтоб оправдать тот факт, что я проспал, было решено ехать и ночью. Тогда к утру, по моим, подсчетам, буду уже в городе. Дорога была спокойной. Но под вечер покапал дождь, а к сумеркам и вовсе полил как из ведра. Дорога стала довольно скользкой, так как весна, температура была еще низкой, но уже плюсовой, что радовало. И все бы хорошо, но…

Как назло, в эту, не очень приятную погодку, у меня пробило колесо. Глянул по карте, до ближайшей заправки, минимум 200 км. Я был сильно разочарован. В 40 километрах, был поселок. Думаю, там должна быть шиномонтажка. Худший расклад, который только мог быть. Мало того, что проспал сегодня, дак еще и колесо пробил под ночь. Да и в населенном пункте, скорее всего придется ждать до утра, потому что вряд ли там кто-то работает по ночам. Но ехать все равно нужно было.

Достал из багажника компрессор и накачал колесо. Придется следить за состоянием, пока не приеду до шиномонтажа. Через 20 километров трасы, мне нужно было свернуть налево и оттуда по проселочной двигаться. Там уж ошибиться было бы трудно. Через какое-то время был уже там. Да действительно, тут есть мастерская, но она не работает.

Досадно, конечно, не поспоришь. Деревня выглядела обычной, но какой-то слишком тихой. Деревянные дома стояли ровными рядами, с узкими тропинками между ними, утоптанными за годы. Грунтовая дорога, разбитая и неровная, извивалась между строениями, уводя в темноту, туда, где уже не было видно света.

Местный автосервис был простым деревянным гаражом, построенным без особых изысков – старая, потрескавшаяся доска, выцветшие стены и покосившиеся створки ворот. Это была обычная шиномонтажка, каких много в глухих деревнях, где никто не требует удобств, главное, чтобы работало.

В самом поселке горело несколько фонарей. Свет от них был тусклым, желтоватым, дрожащим, будто вот-вот перегорит. Он не разгонял тьму, а только разрывал ее пятнами, создавая иллюзию жизни.

Из некоторых домовых труб медленно поднимался тонкий дым, исчезая в черном небе. Значит, кто-то здесь не спит.

Конечно, сейчас, я бы посчитал наглостью такой поступок, идти к кому-то в хату, но тогда он не казался таким, так как я спешил и не желал оставаться в незнакомом поселке на ночь, будучи не уверенным, работает ли вообще мастерская или нет. Решил сходить до дома, в окнах которого горел свет и спросить, есть ли кто из рабочих сервиса или нет.

Дорога, конечно, жуткая. Грязище, слякоть. Дождь еще этот. Дойдя до забора, я глянул во двор на наличие собаки. К счастью, псов не было.

Открыл калитку и пошел к входной двери. Постучался. Ответа не было. Постучался еще сильнее. Бесполезно. Никто дверь не открыл. Тогда я решил взглянуть в окно, но там меня ждала жуткая, картина.

Я пробрался через кусты, стараясь не шуметь, не привлекать внимания, и заглянул внутрь. Возле печи, на старой, покосившейся скамейке, сидели три человека. Они не двигались, не говорили, просто сидели, повернувшись в одну точку, в мертвенном молчании.

Что-то в них было не так.

Слишком неподвижные. Слишком правильные позы. Будто не живые.

Глаза… Пустые, стеклянные, немигающие. Казалось, если посмотреть подольше, можно увидеть, как по их щекам медленно стекает что-то густое, как будто слезы.

Мне тогда не с чем было это сравнить, но сейчас я вспоминаю один фильм. «Дом восковых фигур». Где маньяки убивали людей и превращали их в экспонаты.

И тогда мне кажется, что если я поднимусь на крыльцо, если шагну внутрь, если окликну их – они не ответят.

Они просто резко повернут головы в мою сторону.

Наблюдение за ними продолжилось в течение одной минуты, далее все трое все же повернулись на меня. Тело дрогнуло и от неожиданности я вскрикнул и отошел от окна.

В ту минуту мне резко перехотелось к ним стучаться, поэтому было принято решение валить отсюда. Глянул на поселок еще раз. Свет в домах больше не горел. И в этом тоже потух. Это место, как будто стало по-настоящему мертвым и заброшенным. В воздухе повеяло сыростью и повышенной прохладой.

Что-то здесь было не так.

Странное чувство тянулось за спиной, не давая расслабиться ни на секунду. Нужно идти до машины. Быстрее.

Каждый шаг по этой пустой дороге отдавался неестественной тишиной. Воздух был густым, тяжелым, будто пропитанным чьим-то присутствием. И это ощущение…

Кто-то смотрел, не мельком, а именно следил как будто.

Впервые в жизни ощущение взгляда было настолько явным, настолько осязаемым, что спутать его с чем-то другим было невозможно.

И оно не прекращалось. Ни на секунду.

Я шел, стараясь не оборачиваться, зная, если обернусь–увижу что-то, чего не должен видеть. Но даже когда передо мной показалась шиномонтажка, когда я оказался почти у цели, ощущение не исчезло. Наоборот, оно усилилось.