Иллюзия правды. Туз пик
- -
- 100%
- +
– Никогда больше этого не делай, – бросила она и занялась раной.
– Мы, цыгане, вольный народ: что хотим, то и делаем. Тем более ты сама была не против, – улыбнулся Йон, следя за ее руками. Она умело справлялась с промыванием раны. – Ты не ту рану лечишь, моя рана в другом месте.
Она застыла и подняла на него взгляд, не зная, что на это ответить.
– Расслабься, – он указал на ногу, – продолжай, пока твой врач не пришел, а то видно, как дрожат твои руки.
– Прекрати, – рявкнула Йована и затянула бинт так крепко, что Йон выругался.
– Той ночью ты была нежнее…
– Прекрати напоминать мне о той ночи. Может, еще пойдешь и разболтаешь Деяну?
– К этому смазливому докторишке пойдешь только ты, а я болтать не умею.
Наступило молчание. Йон, нахмурившись, следил, как Йована перебинтовала рану, отрезала ножницами бинт и завязала узел.
– Все! Я скажу Ясмин, чтобы завтра она сменила тебе повязку.
– Я сам справлюсь.
– Может быть, я приеду, – задумалась Йована, – надо поддержать Софию. Анхель в плохом состоянии.
Йована знала, что должна быть с подругой. Со всеми этими людьми. Быть рядом и помогать хотя бы морально.
– Как так получилось, что на вас напали? – спросила она Йона, не смотря на него.
– Александр решил, что он умнее нас. И в чем-то оказался прав.
– Вот как быть с цыганами, которые постоянно оказываются в центре криминальных разборок? – обернулась она к нему. – Вы же не можете жить спокойно! Вы не можете честно работать! Посмотри, – она указала на его ногу, – при мне ты уже второй раз ранен! Анхель при смерти! Моя подруга в свои двадцать пять лет останется вдовой? Хорошенький медовый месяц! – выпалила Йована и вылетела из комнаты.
Йон не стал ее останавливать: она была права. Какие бы чувства ни были между ними, такой союз не для таких девушек, как Йована. Ей нужна красивая жизнь и стабильность. А он… Он прекрасно проживет и без нее. Зато не надо переживать еще за чью-то жизнь. Один из них уже накинул семейную петлю себе на шею и сейчас на сложных сделках получает сюрприз в виде взволнованной жены.
Подумав об Анхеле, Йон решил проверить друга, поддержать семью и, возможно, чем-то помочь. Кстати, Амир тоже в плохом состоянии. Когда его увозили в поселок, он был без сознания. Милош сказал, что Амира привезли к нему домой, чтобы не пугать бабушку и девочек.
Йон заглянул к Анхелю. Ясмин плакала возле брата, а вот Розы нигде не было, да и Софию он не встретил.
Аккуратно прикрыв дверь в комнату, Йон прошел через гостиную и вышел на улицу. Он решил дойти до дома Милоша и проверить Амира, но на пороге столкнулся с Деяном и Розой. Девушка промчалась в комнату Анхеля, даже не обратив внимания на Йона.
– Она следила за арабом, в доме напротив. Помогала другой девушке, Шафранке. – Деян стал оправдываться, даже не понимая, зачем это делает. – Потом Роза спросила про остальных, я ответил про Анхеля, и оказалось, что это ее брат.
– У них большая семья. Как себя чувствует Амир?
– Пришел в себя. У него сотрясение мозга и сломан нос. Мучает тошнота, головокружение и носовое кровотечение. Я оставил ему лекарство. Его состояние средней степени тяжести, не такое тяжелое, как… – Он указал рукой в сторону комнаты Анхеля.
– Я думал, что ты поехал за кровью для Анхеля, – не понял Йон и грозно уставился на врача.
– София поехала, меня позвали к арабу.
– София поехала в город? – не понял Йон.
– А кто еще поедет? Остальные плачут, ты с больной ногой… – Деян не договорил, потому что цыган схватил его за грудки, затащил в дом и прижал к стене.
Тут же послышался женский вопль. Йована вышла в гостиную налить воды бабушке. Йон не обратил внимания на ее эмоции, сейчас разговор был не о ней.
– Бэнг![1] – выругался он прямо в лицо доктору. – Ты послал Софию в город одну! Сейчас, когда цыгане так уязвимы! Когда любой шаг из деревни может стоить ей жизни! Если с ней что-нибудь случится, Анхель выживет только ради того, чтобы убить тебя собственными руками…
– Йон! Что ты говоришь! Отстань от него! – вступилась Йована. – Откуда ему знать, что творится в вашей деревне? Даже я ничего об этом не знаю. Откуда было знать Деяну, что за пределами деревни находиться опасно? Боже… – Девушка замолчала и схватилась за голову, осознав слова Йона. – А если с Софией что-то случится?
Все уставились на нее, Йон отпустил Деяна, и тот отошел от стены.
– Я поеду за ней! – Йована направилась на улицу.
– Не стоит, – перехватил ее Йон. – Если ее схватят, ты ничем не поможешь. Я поеду.
Цыган захромал на улицу и, увидев пустой двор, понял, что его машина осталась возле дома. Ковылять туда пришлось бы очень долго… Даже черного «Мустанга» здесь не было. Стояла лишь машина Деяна, но ехать с ним Йон не хотел.
– Пусть доктор останется здесь, вдруг он понадобится Анхелю. А ты отвези меня в банк крови. Я только возьму пистолет.
Глаза Деяна округлились при слове «пистолет».
– Какого черта мы здесь делаем? – прошептал он Йоване, когда Йон направился в комнату к Анхелю за оружием. – У него еще и пистолет есть! Их всех перестреляли, ты хочешь, чтобы мы тоже оказались жертвами?
– Они мои друзья, – прошептала Йована очень тихо, чтобы никто не услышал.
– Это твои друзья, и они вечно попадают в передряги! – Деян уже не шептал, а говорил громко и четко. – Избавь меня уже наконец от лечения всех этих людей, которые не будут иметь никакого отношения к нашей будущей семье.
– Ты намекаешь на то, чтобы я перестала общаться со своей подругой? Мы с Софией вместе с самого детства!
– Когда люди вырастают и создают семьи, их дороги часто расходятся. Она сделала свой выбор, вышла замуж за цыгана. Сделала это добровольно, никто не заставлял ее. В тот момент она не подумала, что, уйдя жить в эту дыру, может лишиться твоей дружбы! Йована, прошу тебя! Опомнись уже! Где стоишь ты и где теперь твоя подруга?! Жизнь ее закончится очень плохо, если она останется с этими людьми.
Йована открыла рот от удивления. Его слова, которые унижали всех этих людей, а главное Софию, хлестко били в самое сердце.
– Не дай бог пережить никому то, что пережила София! – произнесла она сквозь зубы. В это время из дома вышел Йон. – Эти люди заставили ее жить, подарили ей веру в себя и в будущее. Они стали ей семьей, которую она потеряла. Здесь она стала счастлива, и я рада за нее. Человека ценят не за статус, а за душевные качества, за чувства, которые он может подарить, за самые яркие эмоции и незабываемые слова, за теплоту и спокойствие! А деньги… это лишь иллюзия счастья… – Она замолкла, уставившись на Деяна и понимая, что наговорила кучу лишнего и личного. Про чувства, про тепло! Эти слова шокировали даже ее.
Что-то заставило ее обернуться, и только сейчас она заметила Йона. Тот явно был потрясен услышанным. Зачем она это все наговорила? Вырвалось само!
– С меня хватит этой комедии. – Деян резко развернулся и направился к своей машине.
Через секунду, машина Софии влетела во двор, перегородив ему путь.
Глава 3
София выбежала из машины и дрожащими руками передала ему кровь.
Ее трясло так сильно, что он не в состоянии был на это смотреть. Пришлось дать ей успокоительное, а потом уже заняться Анхелем: сделать переливание и контролировать его состояние.
Этот цыган был сильным, Деян не сомневался, что он выживет. Молодой организм, желание жить, любящие люди вокруг, прекрасная жена, которая ради его жизни рисковала своей.
Он даже позавидовал Анхелю, а потом вспомнил про Йовану, которая почему-то уснула, прижавшись к Йону. То, что между этими двумя что-то было, доктор чувствовал. Он видел неприязнь Йона к себе, но это сейчас не играло никакой роли.
Все то время, что Анхелю переливали кровь, Ясмин стояла на коленях возле кровати брата, держа его за руку. Бабушка и Роза ушли в гостиную и устроились за столом.
Приехал Михей и доложил Йону, что все оружие отгружено и отправлено в лес по дороге в Нови-Сад. Йон оставался за главного, пока Анхель и Амир не придут в себя. Они сами должны принять решение, что делать с оружием, а пока надо было его спрятать. Йона мучило еще кое-что – ответ от Александра.
Он подозвал к себе взглядом Михея:
– Лазар потерял большую часть своих людей и весь товар. К тому же Анхель нашел что-то очень важное. Думаю, деревня в опасности.
– Что будем делать? – согласился Михей.
– Хотя бы поставь человека с рацией на дорогу.
– Не получится, после этой перестрелки многие получили ранения, но я могу посидеть в засаде.
У Йона росло нехорошее предчувствие, а еще голова Йованы на его плече мешала адекватно мыслить. Он думал о том, что жизнь коротка, что можно потерять ее в один миг. Его взгляд остановился на бледной, уставшей Софии, он прекрасно представлял, что она сейчас испытывает.
На Ясмин тоже было больно смотреть, ее утешал Милош. Бабушка Гюли и Роза держались вместе. У всех них кто-то был, чтобы поддержать друг друга, а София осталась одна, и ей приходилось сложнее всех.
– Думаю, нет смысла, – ответил он Михею. – Мне кажется, что сейчас все зализывают раны. Лазар придет в деревню, но позже. Нам всем нужен хороший отдых. Нужен он и людям Лазара.
Вскоре Деян закончил с переливанием крови. София сидела по другую сторону от Ясмин и Милоша и смотрела на мужа, отмечая про себя, что его кожа стала смуглее, руки теплее… Она прилегла рядом и положила голову на его плечо, давая понять всем, что хочет остаться с Анхелем наедине. Милош уловил этот намек и попросил Ясмин подняться:
– Тебе надо поспать.
Она ничего не ответила, просто безвольно поплелась за ним.
– Эта ночь станет решающей, – обратился Деян к Софии, – но, насколько я могу оценить, показатели стали лучше.
– Спасибо. – София привстала и протянула ему свернутый пакет, в котором лежали деньги. Она вытащила их из сейфа Анхеля, код от которого они вместе изменили на дату их первой встречи в «Цеппелине».
– Нет, – отмахнулся врач, – не стоит. Лучше потрать их на реабилитацию, нужно полноценное питание: фрукты, витамины… Организм должен восстанавливаться…
– Это не последние деньги, – не поняла София, – ты много сделал, это моя благодарность.
– Поблагодари меня лучше другим, – слегка нервно произнес он, выходя из комнаты. – Никогда больше не звони.
Дверь закрылась, а София, не обращая внимания на эти холодные слова, снова прижалась к мужу. Она смотрела на профиль Анхеля, на черные опущенные ресницы, прямой нос, на губы, к которым хотелось прикоснуться. С ее губ сорвался стон, и девушка зажмурилась, подавляя рыдания, но слезы все равно вырвались наружу и стекали со щек на подушку.
– Я люблю тебя, – прошептала она и разревелась сильнее.
Сон одолел ее только к утру. Всю ночь София прислушивалась к дыханию Анхеля.
– Прекрасная девушка, я тоже люблю тебя, – услышала она шепот сквозь дремоту и ощутила нежное прикосновение.
София распахнула глаза и встретилась с черными глазами Анхеля. Он привстал на кровати, чтобы оказаться совсем рядом, коснуться ее и поцеловать. Его губы сейчас были особенно желанны. Даже не верилось, что еще несколько часов назад он был между жизнью и смертью.
– Анхель, – София первая прервала поцелуй и руками уперлась в его грудь, волнуясь за его состояние, – что ты творишь, прошу тебя, ложись!
– Я уже достаточно належался. Что вчера здесь произошло?
– Я расскажу, если ты ляжешь.
Он поддался уговорам и лег, слегка поморщившись. София поморщилась тоже. Она прекрасно знала, что ему больно, ему же пулю вынули без анестезии.
– Ты был без сознания, между жизнью и смертью. Потерял много крови. Зачем ты пошел за мной в лес? Тебе надо было ехать в деревню, здесь бы Ясмин остановила кровотечение. – Она тараторила и тараторила, но он коснулся ее руки и остановил эту тираду.
– Ты веришь в то, что я мог бросить тебя в лесу и поехать домой? Ты совсем меня не знаешь…
– Знаю, – выдохнула София и прижалась к нему, – поэтому и ругаюсь.
Так они пролежали несколько минут.
– Надо идти… – наконец сказал Анхель и начал подниматься.
– Нет! Ты будешь лежать и восстанавливаться. Деян сказал, что потребуется как минимум две недели.
– Две недели? – не поверил Анхель. Да, плечо болело, ощущалась слабость, но разве он может лежать, пока враг готовит нападение? В этом цыган не сомневался.
– Никуда не выходи за пределы двора. Пусть никто не выходит! Позови ко мне Йона и Михея.
– Анхель, твое здоровье сейчас на первом месте, – холодно произнесла София, – Йон справится…
Ее перебил влетевший без стука Милош. На его лице читался ужас, но, увидев, Анхеля, парень облегченно выдохнул.
– Господи всевышний! Бог меня услышал, ты очнулся!
– Что случилось? – Анхель с трудом поднялся. Чертова пуля забрала у него много сил.
– Поселок горит! Огонь идет с поля, где стоит ангар! – выпалил Милош, закрыл глаза, и тут же в комнату залетела Роза.
– Анхель! Ты очнулся! Что нам делать? Огонь идет на нас!
Вчера он боролся со смертью, сегодня предстоит новая борьба. Нужно собрать все силы. И, как назло, мужчин мало. Многие ранены или убиты.
– Пожарных вызвали?
– Вызвали, но дорога перекрыта огнем. Мы в ловушке! – Милош нервничал, не зная, что делать. Была надежда на Йона и Михея, но они не справляются… – Мужчины тушат, но огонь сильнее…
Анхель прекрасно знал, что их дома были первыми после ангара. Его и Милоша… Он встал на ноги, не обращая внимания на боль, и твердо сказал Милошу:
– Забирай всех женщин, идите на площадь, туда огонь не дойдет.
– Анхель! – вскочила София, шокированная тем, что услышала. – Я останусь с тобой!
Муж обернулся к ней и здоровой рукой притянул к себе:
– Возьми паспорта и беги. Ты поняла?
– Нет…
– Да! Это приказ! – Он обернулся к Розе: – Ты услышала? Где Ясмин?
– С бабушкой, – растерянно кивнула Роза и побежала в гостиную, Милош помчался за ней.
Анхель обернулся к жене. По одному его взгляду можно было догадаться, что он ждет ее ухода, но она слегка мотнула головой, не желая уходить.
– Я буду с тобой в горести и в радости… – прошептала она.
– Давай уже в горести я как-нибудь побуду один. Иди, – он указал ей на дверь, – иди! Если хочешь мне помочь, то позаботься о бабушке и сестрах.
Это подействовало, София кинулась к сейфу, набрала код, вытащила деньги, карты и документы. Есть же еще дом на Цара Душана, она его не продала. В случае чего всем можно будет жить там. Но этот дом жалко…
Она обернулась, взглянув на коричневый тюль, который был изюминкой комнаты Анхеля. Окно, выходящее в прохладу сада, всегда нравилось ей больше, чем любое другое. Нет… Она не переживет, если все это погибнет в пожаре.
– Быстрее. – Анхель одной рукой помог ей подняться, и они вышли в гостиную.
Дверь была открыта: все покинули дом и ожидали их во дворе.
Тут же подоспел Йон, он был рад увидеть Анхеля на ногах. Не было времени спрашивать о здоровье и ранах, поэтому они сразу приступили к обсуждению плана.
– Огонь распространяется по полю быстрее, чем я думал. Через полчаса будет здесь, – доложил Йон, наблюдая, как стекаются во двор мужчины из поселка. Даже Амир пришел, но Анхель с трудом его узнал. Под глазами араба залегли тени, голова была перевязана, а из носа торчали ватные турунды. Амир их вытащил, стянул бинты с головы и стал более-менее похож на себя. Мужчины быстро обменялись рукопожатиями.
– Вижу, Лазар переходит уже всякие границы. Что будем делать?
– Попытаемся потушить сами. – Анхель оглядел всех присутствующих, понимая, что шансы их малы. – Будем использовать всю силу, какая еще осталась. Женщины и дети пусть уходят на площадь. Туда огонь не дойдет.
В воздухе уже ощущался запах гари, и Анхель понимал, что чем ближе они будут к огню, тем больше шансов умереть от углекислого газа. Надо было обезопасить себя.
София будто прочитала его мысли. Они с Ясмин намочили хлопковые платки и повязали их мужчинам. Руки дрожали, хотелось плакать. Казалось, что кто-то свыше никак не хочет счастья Софии и Анхелю. Они еще не успели насладиться медовым месяцем, любовью, как последовала череда жутких событий. Смерть и горе ходят рядом. Может, стоило отдать Александру эту проклятую коробку? Или он мстит за машины и убитых людей? Софии было страшно. Она никогда не молилась так много, как за последние два дня.
– Увози их на машине, – скомандовал Анхель и поцеловал ее.
София ничего не успела ответить. Со всех сторон доносились крики женщин и плач детей. Бабушка Гюли, садясь в машину, что-то прошептала, но София не обратила внимания и, лишь когда выруливала со двора, поняла, что сказала бабушка: «Началось». Не началось, а продолжается. Эта война длилась уже много лет, но, видит бог, так далеко Александр еще не заходил.
Роза ехала на заднем сиденье, прижимая какую-то тетрадку к груди. Ясмин закрыла глаза рукой, ее рука дрожала. Софию тоже трясло, но она старалась оставаться хладнокровной и не выдавать своего волнения.
– Все будет хорошо, – только и сказала она, – мужчины потушат пожар, огонь не зайдет дальше ангара.
Ангара… Того самого ангара, где они с Анхелем любили друг друга впервые… Он был их местом. Сердце сжалось от утраты, как будто она теряла что-то особенное.
Машина ехала неспешно, стараясь не обгонять идущих впереди женщин и детей. На площади было шумно: возмущенные цыганки хуже любого пожара. Если бы сюда привели Александра, они бы его растерзали. Злость и возмущение, страх и слезы наполняли площадь. Ясмин открыла кафе «Бубамару», которое было почти готово, и впустила людей. Убедившись, что все в безопасности, София воспользовалась суматохой и побежала к машине. Разве она могла оставить Анхеля одного? Она готова была стать его правой рукой, помогать таскать ведра или хотя бы наполнять их водой.
Машина быстро домчала ее в начало поселка, где собрались мужчины. С поля зловеще валил густой дым. Ангар полыхал. София замерла, с горечью наблюдая, как колючие языки пламени лижут крышу. Доски трещали, ломались и падали. Ангар умирал на ее глазах.
На миг дыхание перехватило, София хотела закричать, но кто-то сзади схватил ее и увлек за собой.
– Что ты здесь делаешь, сумасшедшая девушка? – Анхель развернул ее к себе. – Почему ты не на площади с остальными? Ты с ума сошла?
– Я сильная женщина, могу помочь вам хотя бы набирать воду!
– Пусть набирает! – встрял Йон и сунул ей ведро. – Землю.
– Землю? – не поняла София и оглянулась на звук подъезжающего трактора.
Кто-то из цыган сидел за рулем. Он набрал ковшом землю и начал вываливать ее на ангар. Пламя не поддавалось, а трактор начало охватывать огнем.
– Здесь мы уже ничего не сделаем! – закричал Анхель, показывая водителю рукой, чтобы тот прекратил. – Рубите деревья, нельзя дать огню распространиться на дома! Копайте землю, чтобы закидать сухую траву! – Он обернулся к Софии: – Мне нужен длинный шланг. Найди его в пристройке возле дома. Я сейчас приду!
Она застыла, смотря, как языки пламени поглощают ангар… В следующую секунду раздался громкий треск, заставивший всех замереть. Ангар рухнул. На миг все погрузилось в тишину. София почувствовала, как кольнуло в груди: навсегда ушло то, что было так ценно. В этот момент она возненавидела Александра еще сильнее. Он всегда отбирал самое дорогое.
Анхель схватил Софию за руку и потянул к машине. Она поддалась. Словно в замедленной съемке она видела, как люди побежали в сторону поселка. Нужно спасти его любой ценой. София даже не поняла, как оказалась в машине.
Ехали они быстро, и, как только остановились возле дома, Анхель тут же кинулся в хозяйственное помещение.
Он что-то говорил про шланг… Ему нужен был длинный шланг! София застыла, не в силах сдвинуться с места. Надо было встряхнуться и начать спасать то, что еще можно было спасти.
Среди мужчин она увидела Милоша, он регулировал движение трактора, который остановился недалеко от дома, чтобы копать землю.
– Нашел! – крикнул Анхель и кинул Йону длинный шланг. Он все делал одной рукой, и можно было только догадываться, как сложно ему приходится: плечо кровоточило. – Надо присоединить к колонке и начать поливать территорию, прилегающую к поселку.
София тоже схватилась за шланг, вытаскивая его на дорогу. Мужской силы было не так много, в основном мужчины таскали ведра с водой, копали землю, чтобы засыпать пламя.
– Отчаянная девушка. – Анхель улыбнулся ей, таща шланг.
Эта улыбка обнадежила Софию, и только теперь она поверила в благополучный исход, но расслабляться было рано.
Они втроем дотянули шланг до ближайшей колонки, молясь, чтобы его длины хватило. Так они могли спасти хоть чей-то дом.
Присоединив шланг к колонке, Анхель открыл вентиль, и вода тут же подоспела на другой конец, который держал Йон. Длины хватало, чтобы оросить деревья, стоящие у первых домов. Среди них был и ее дом – дом семьи Бахти. Огонь подходил к поселку. Колючие языки пламени закидывали землей, поливали водой из ведер и тушили из шланга.
София схватила ведро и тоже кинулась набирать воду, но ведро перехватили.
– Спасибо, – резко произнес Анхель, – следи за шлангом, он не должен соскочить. Держи его крепче!
Он солгал: шланг держался крепко.
София кинулась к колонке и села на колени, удерживая шланг руками. Перед глазами мелькали люди, она хотела найти Анхеля и Милоша, но не могла. Шум и паника не давали сосредоточиться, среди мужских возгласов София услышала и женские голоса: цыганки пришли помогать своим мужчинам. Черный дым повалил с большей силой, нагоняя ужас и страх. София ощутила слабость и тошноту, руки соскочили со шланга, голова закружилась, в глазах темнело, и она без сознания свалилась в траву.
Глава 4
София медленно приходила в себя. Сначала услышала в отдалении голоса, потом ощутила в носу запах гари. Ее уже не тошнило, чувство дурноты прошло, но с сознанием вернулось и чувство тревоги. Живот свело от страха.
Анхель! Милош! Деревня! Пожар!
Она распахнула глаза, уставившись в глаза бабушки Гюли. Та держала стакан с водой.
– Все кончилось, – произнесла она, увидев реакцию Софии.
София пришла в ужас. Кончилось что? Для кого? Она ничего толком не понимала. София попыталась подняться, но обнаружила, что лежит на кровати. Подушка, одеяло… Девушка перевела взгляд на коричневый тюль и чуть расслабилась. Она дома. Но что стало с поселком и людьми?
– Пожар, – прошептала она, – был пожар.
– Ты надышалась углекислого газа, – с другой стороны ее руки коснулась Ясмин, – и упала в обморок. Все кончено: ты пришла в себя, огонь потушили, до поселка он не дошел.
Ясмин улыбнулась и взглянула на бабушку. Та кивнула.
– Своими силами, благодаря дружбе наших людей и сотрудничеству.
– Даже дети помогали – носили воду. Но нас спасло то, что Анхель придумал использовать воду из колонки. Деревья намочили, землю вскопали и не дали огню распространиться дальше.
София опустилась на подушку, с облегчением выдохнув.
– Потом приехали пожарные машины и дотушили огонь, – рассказывала Ясмин. – Милош был таким бесстрашным, я видела, как он борется с огнем, он преодолел свой страх…
– Страх? – не поняла София. Она постепенно начала осознавать, что плохое позади. – У Милоша есть страх?
– Он боится огня, – кивнула бабушка. – Однажды на его глазах молния ударила в дерево, и то вспыхнуло, сильно напугав… Сколько лет ему было?
– Лет десять, – напомнила Ясмин, – он тогда жил не с нами.
– Бедный мальчик… Потерял семью, оказался у цыган, среди чужих людей. И потом еще то горящее дерево.
София снова привстала, пытаясь осознать услышанное. Сколько же всего пережил ее брат? Она даже не расспрашивала его о жизни без нее. Они решили не вспоминать те времена, поэтому про страх она не знала.
– Бедный мой, – прошептала она, – где он? Я хочу его видеть. И где мой муж?
София уже опустила ноги на пол, готовая встать, но Ясмин ее притормозила.
– Мужчины на улице оценивают потери. Анхель принес тебя в дом, несмотря на кровоточащее плечо. Хотел позвонить Йоване и позвать Деяна, но сюда ни одна машина не сможет проехать. Бабушка сказала, чтобы он не переживал и шел по своим делам. Выбора у Анхеля не было, ты под хорошим присмотром. Кстати, ты тоже герой!
– А я почему?
– Потому что пошла помогать мужчинам спасать поселок. Позже многие женщины последовали за тобой – их помощь оказалась нелишней. Чем больше нас, тем мы сильнее.
София улыбнулась. Было приятно слышать, что она показала пример остальным. София порадовалась за сильных женщин, которые не бросили своих мужей.
Можно было расслабиться. Софию переполняли эмоции, хотелось кричать, что огонь побежден! Они обыграли Александра и в этот раз: пожарные не дали поселку сгореть. Хотя бы в целях безопасности для города. Но скоро Александр придет за тем, что лежало в той проклятой коробке. Надо было выкинуть ее в воду и сжечь фуры.