Диалоги с внутренним ребёнком. Тренинг работы с детством взрослого человека

Во время работы я замечаю, как Оксана шьет голову для куклы: она вырезала ткань по контуру, скроила голову вместе с шеей. Потом сшила и оказалось, что набить ватой детали просто невозможно – отверстие на шее слишком мало. Тогда она делает следующее: прорезает большую дырку на месте рта и в нее засовывает вату. Чтобы делать это было легче, пропихивает вату спицей. Потом она зашивает дыру и рисует фломастером улыбающийся рот… Позже, во время анализа девушка расплакалась: основным кошмаром её детства было насильственное кормление. Вот так куколка рассказывает историю своей хозяйки.

Процесс рассказывания воспоминаний ценен сам по себе, но редкий специалист удержится от анализа.

– Как это повлияло на твою жизнь?

– Что ты тогда почувствовал и понял?

– Какие выводы были сделаны?

– Ты видишь параллели с сегодняшней жизнью?

– Чему тебя научил это случай?

«Тогда» и «сейчас» – две темы, идущие параллельно. Воспоминания могут идти спонтанно, тогда возникает вопрос: «Почему именно сейчас это вспомнилось?». Или могут активизироваться на заданную тему. Важные и наиболее популярные темы воспоминаний я описала в этой книге.

Что ждет от собеседника – друга или психолога – говорящий? Прежде всего, безоценочности принятия. Один возглас или взгляд – «Да такого быть не могло», или равнодушие, или пренебрежение – и человек закроется. Вместе с этим могут уйти и воспоминания. Мы потеряем шанс и возможность сделать скачок в личностном росте. А без темы принятия своего детского опыта, как мне кажется, невозможно двигаться дальше – к принятию себя.

Встреча с Раненым Ребенком. Не все воспоминания детства несут в себе боль. Мало того, мы иногда воспринимаем этот период, как беззаботный и счастливый. Отрицая боль, отрицаем возможность её вылечить. Я почти не встречала в своей жизни спокойных, гармоничных и счастливых людей. А если такой человек возникал, то очень скоро понимала, что его состояние – это его достижение, результат длительной работы над собой. Так что тема Раненого Ребенка априори универсальная.

Все мы ранены свои детством – кто больше, кто меньше. И всем есть, что лечить. Источником страданий и обид, как это ни прискорбно, являются самые близкие и значимые люди – наши родители. Наверное, это какой-то жизненный закон: кого любим, тому больше всего приносим боли. Этот вывод для многих является чудовищным: «Я очень благодарен своим родителям и не желаю думать, что они в чем-то виноваты!». Очень важно понять, что неизбежные ошибки в воспитании – это не вина, а беда родителей. Они, в свою очередь, тоже были «ранены» своими родителями и, к моменту появления собственных детей, несли груз боли, обид и комплексов. Мы раним своих детей неосознанно, желая им только хорошего, а иногда – просто не справляясь со своими взрослыми проблемами. Ребенок не может воспитать ребенка. Взрослые, зрелые родители – мало кому так повезло. Еще я заметила такую закономерность: чем более бережно и с любовью относились к ребенку в семье, тем выше его чувствительность. То есть свои травмы он все равно получит – не от родителей, так от родственников, знакомых, учителей, сверстников и просто посторонних людей.

Другая крайность – возмущение и протест против действий и отношений родителей: «Как они посмели со мной так поступать!». Обе эти реакции неизбежны и предсказуемы – важно иметь смелость их пережить. Я обычно объясняю участникам тренинга, что эта работа не имеет отношения к родителям, она важна для нас самих. Позволить Раненому Ребенку рассказать свою историю и оплакать свои раны, не прерывая и не подвергая сомнению его переживания. Такое позволение обычно хорошо воспринимается людьми – они получают возможность говорить то, что осуждалось их взрослой, рациональной частью.

Я заметила, что во время переживания этого этапа в группе наступает некоторый регресс в поведении участников: они становятся очень уязвимы даже вне тренинга.

Утром второго дня многие рассказывали, что провели бессонную ночь. Кто-то проплакал, кто-то дошивал свою куклу, кто-то пересматривал семейные альбомы, а кому-то понадобилась поддержка близких. Татьяна утром забежала в кондитерский магазин и купила себе пирожное, которое не позволяла себе – следила за весом. А Андрей неожиданно заблудился среди хорошо знакомых мест. Ольга отключила вечером телефон, не желая ни с кем общаться, а Светлана, напротив, стала звонить матери и сестре. В чем все были солидарны – это тяжело.

Раненый Ребенок – это часть уязвленного «Я», важно не только обнаружить его наличие, но и поставить «диагноз».

– Что болит и в результате чего?

– Как проявляется?

– В каком возрасте появилось?

– С чем, с какими событиями связано?

– Какие чувства вызывает?

После такой работы человек начинает понимать, что «болен» не весь он, а только часть его, и появляется надежда на исцеление. Но оно невозможно, пока не прошел этап выплакивания.

Выплакивание. Процесс, почти лишенный рационализации. Не надо задавать вопросы, не надо пытаться понять и как-то повлиять на происходящее. Поддержите любые проявления чувств: возмущение, негодование, протест, печаль, слезы, обиду, стыд, жалость к себе. Слезы не безграничны, они иссякнут. Многие, особенно мужчины, воспринимают происходящее, как проявление слабости. Если работа по отделению Раненого Ребенка была проведена успешно, то и разрешение на «слабость» будет дано.

Человек преодолевает естественный барьер сопротивления и позволяет себе выражение чувств, которые были под запретом. Наградой ему будет облегчение. В условиях тренинга невозможно «отплакать» все в полной мере. Но, могу вас заверить, решившись на слезы принародно, участник сможет потом это делать сам, без посторонней помощи и поддержки. Истинная боль не требует зрителя.

На тренинге существует два типа методов: « Метод носового платка» и «Метод стакана воды». Первые – провоцируют слезы: «Я вижу, что тебе больно, ты имеешь право переживать», вторые – напротив, направлены на рациональное осмысление происходящего: «Давай поговорим о том, что с тобою происходит». На этом этапе работы приемлем первый тип методов. Здесь надо скорее молчать и сопереживать, чем спрашивать. Решиться на такую работу может специалист, который сам прошел этот этап, и вид чужого горя его не пугает.

Формирование внутреннего родителя. Их тоже два – Родителя внутри нас. Первый обнаруживается очень легко: критика, неодобрение, контроль за соблюдением правил и порицание себя, и даже наказание в случае их нарушений. Это контролирующий или Авторитарный Родитель.

Алёну очень трудно в чем-то убедить. Например, в том, что она хороший специалист. Или в том, что симпатичная, стройная, что у нее красивые волосы и потрясающего тембра голос. Она постоянно ищет одобрения, но когда окружающие искренне пытаются его дать, она тут же начинает возражать:

– Я даже не смогла написать диссертацию, у меня не хватило силы воли и мозгов!

– У меня жуткая осанка, я постоянно себя контролирую и даже делаю упражнения. Но, видимо, «горбатого могила исправит»…

Авторитарный Родитель отвечает за принципы, правила, без него мы бы оставались безответственными и инфантильными. Иногда надо взять себя в руки: заставить уехать с веселой вечеринки, потому что рано вставать, не потратить последние деньги на пустяк, быть пунктуальным, выполнять, что пообещали… Да и просто соблюдать правила – от ПДД и до гигиены. Но слишком сильный и масштабный Авторитарный Родитель превращается в критика, голос которого постоянно звучит в ушах. Когда-то взрослым казалось, что критикуя они делают ребенка лучше. Позже эта функция была присвоена, и человек начинает поступать с собой так же, как с ним поступали другие – жестко и строго. Его уже не надо воспитывать и наказывать – он проделывает это сам. Надо сказать, что такие люди очень удобны для окружающих, но самому человеку очень плохо. Увидеть Авторитарного Родителя, понять, чьим голосом он говорит и начать ему противостоять – значит стать не только взрослее, но и счастливее.

Идеальный Родитель – это воплощение мудрости и принятия, тот родитель, о котором мечтает каждый из нас. Почувствовать его можно в тот момент, когда мы проявляем заботу и любовь по отношению к себе. Напуганные опасностью избаловать и вырастить эгоистов, наши родители были скупы на проявления любви, и мы продолжаем поступать с собою так же. Мучительно ждем, что кто-то другой удовлетворит наши потребности, угадает, сделает именно то, что нам хочется. Не понимая, что все это можем дать себе сами. У Идеального Родителя нет единого набора правил – для каждого он разный. Пугливого и осторожного он должен успокоить, возбужденному и злому – объяснить, застенчивого заверить в его уникальности, а грустного убедить, что жизнь не закончилась. Но прежде всего Родитель позволяет ребенку чувствовать и не испытывать вину за свои переживания. Организация диалога между Раненым Ребенком и Идеальным Родителем – суть этого этапа работы. Родитель пытается выяснить потребности ребенка и удовлетворить их нужным способом.

– Спроси себя, что тебе хочется и дождись ответа;

– Обратись к себе с уважением и заботой;

– Дай себе возможность следовать за своими «хочу».

– Создавай для себя условия, чтобы было удобно.

– Подбадривай себя в процессе и хвали за результаты.

– Позволяй себе отдых, развлечения, подарки…

Уравновешенные Авторитарный и Идеальный Родители дают равные порции строгости и снисходительности. Нельзя, чтобы какой-то из них подавил другого. Найти и вырастить в себе Внутреннего Родителя – значит дать себе шанс повзрослеть. Инфантильные желания сменяются вполне разумными, взрослыми потребностями: создать семью и взять ответственность за своих детей, реализоваться в работе, достигнуть материального благополучия. Человек начинает делать что-то в своей жизни не потому, что «так принято» или «так надо», а потому, что он так хочет. Но это результат, а процесс начинается с малого – установления контакта Родителя с Ребенком.

Очень простое, на мой взгляд, задание: в ответ на детское переживание соседа сказать фразу, которая бы утешила ребенка. При этом, участник называет возраст, когда это произошло: например, 5 лет… И вдруг в ответ получает следующее: «Понимаешь, взрослые так поступили не со зла, у них были основания. Наверное, воспитательница боится, что вы перестанете её слушаться – она вынуждена быть строгой. На будущее учти, что существуют правила и их надо выполнять. Дай мне слово, что постараешься вести себя хорошо…». Ничего удивительного: что слышали в детстве, то и произносим сейчас. Своим детям или себе самому, в надежде повлиять на разум. А надо, прежде всего, успокоить и дать поддержку. Для того, чтобы это упражнение сделать эффективнее, я даю возможность сыграть двух родителей: авторитарного и идеального. На контрасте начинает что-то получаться.

Искусственно сделанный, отрепетированный Внутренний Родитель начинает медленно, но неизбежно становиться частью нас – он присваивается. И однажды мы замечаем, когда в момент переживания ошибки, вдруг вместо критики и самоедства, в нас зазвучит голос: «Не унывай! Все нормально – ты имеешь право ошибиться. Да, это неприятно, но плохим человеком от этого ты не стал». Услышим и поверим.

Появление Божественного Ребенка. Найти его несложно: начните что-то делать с увлечением! Займитесь деятельностью, которая, может быть, никому не нужна и не полезна, но интересна именно для вас. Рисуйте на стекле или лепите из глины, делайте скульптуру из песка или наряд из листьев, придумывайте спектакль и играйте в нем роль… Я намеренно использую глаголы несовершенного виды: для ребенка важен процесс делания. Если вы намерены получить какой-то супер- результат, одобрение зрителей или первый приз, то ваш Божественный Ребенок может уступить место Раненому – жаждущему одобрения и похвалы. Взрослым, серьезным людям бывает сложно отыскать потерянный интерес. Может быть тогда, по примеру Юнга, стоит обратиться к своим детским увлечениям? Иногда на тренинге я встречаю людей, у которых в детстве очень рано возникли обязанности, которые вытеснили естественные детские увлечения. Это дети, которые не успели наиграться. У них были музыкальные школы и секции, младшие братья и сестры, обязанности по дому, учеба… Как известно, непрожитый период и неудовлетворенная потребность будут о себе напоминать, пока это не случится. Достать Божественного Ребенка – это научиться использовать заложенные в тебе ресурсы, найти свое дело, предназначение, и идти по своему пути легко и радостно. Красиво звучит, но очень тяжело осуществляется. На этом этапе работы важно вселить в человека уверенность. В жизни мы интуитивно тянемся к увлеченным и счастливым людям – пытаемся заразиться их энергией и одухотворенностью. Групповая работа дает возможность организовать процесс, интересный для Божественного Ребенка, и почувствовать себя творцом.

Для упражнения с переодеванием я позаимствовала популярное детское развлечение. Когда взрослых нет дома, и в гостях собрались подружки, возникает идея открыть шкаф, достать одежду родителей, мамины украшения, а может быть, и косметику… Преображение – это процесс открывания в себе других людей. Тех, кем ты не являешься на самом деле. Можно стать Принцессой, а можно Ведьмой, можно одеться, как нищий, а можно сделать из себя известного актера. А еще можно соединить то, что не принято вместе носить и почувствовать радость от нарушенных правил. Чтобы усилить интригу – половина участников закрывают глаза и позволяют себя преобразить. Женщина, которая три дня назад пришла на тренинг в деловом костюме, хохочет, разглядывая свое отражение в зеркале: балетная пачка в сочетании с железнодорожным жилетом. А из мужчины, который не смел выйти на улицу без галстука, сделали прекрасную женщину востока. Они смеются, и фотографируются, и дают друг другу имена – и я вижу на их лицах неподдельное счастье.

Божественный Ребенок заставляет нас мобилизоваться на достижение целей, он помогает выстраивать с людьми искренние отношения, он поддерживает в нас веру в то, что у каждого из нас сеть своя Миссия:

– Какой я на самом деле?

– Для чего я пришел в этот мир?

– Что я умею и хочу делать?

– Чего я хочу достигнуть?

Наверное, нельзя полностью уподобиться своему Божественному Ребенку, своей истинной сущности – мы живем в социуме. Но есть место и время, где быть естественным и честным перед собой просто необходимо: в кругу семьи и друзей, творческой деятельности, во время отдыха, путешествий, игры.

Надо сказать, что вся атмосфера личностного тренинга и консультирования способствует появлению и проявлению Божественного Ребенка. Консультант расстается со своим клиентом, как только почувствует его способность и силу опираться на собственные потенциалы. Завершается ли после этого работа? Нет, наверное, она просто переходит в состояние «плато» – получение результатов от достигнутого. Какое-то время можно жить спокойно и легко, и чувствовать, что Вселенная идет тебе навстречу. Чтобы на новом витке развития опять повстречать свое детство.

МИРОВОЗЗРЕНИЕ

Один педагогический журнал провел опрос среди родителей дошкольников. Их спрашивали, в чем они видят основную задачу воспитания. Большинство опрошенных заявили, что это НАУЧЕНИЕ чему-то: рисовать, играть, аккуратно кушать, самостоятельно одеваться, и ПЕРЕДАЧА ЗНАНИЙ: о живом и не живом, о природе и технике, быте, искусстве и различных науках. С таким же мнением я столкнулась, когда работала в детском саду психологом: родители настроены на обучение своих детей, передачу им знаний. Между тем, важны не сами знания об окружающем мире, а ОТНОШЕНИЯ – то есть чувства. Иными словами, не столь важно, названия каких деревьев знает ребенок, сколь то осознание, что деревья – тоже живые, они растут и нуждаются в уходе, их нельзя ломать. И глядя на больное, засыхающее растение у малыша должно возникнуть чувство и желание что-то сделать, чтобы оно не погибло. Мировоззрение – это совокупность чувств и мыслей, оно включает в себя эмоциональный, оценочный компонент, делит все суждения о мире на «правильные» и «неправильные». И именно это позволяет ребенку ориентироваться в окружающей жизни.

И именно это, позже, становится причиной кризиса и душевных терзаний.

Меня всегда учили, что мнение старшего неоспоримо и непререкаемо. Нашим семейным авторитетом был дед – как он решит, так все и будет. Помню, как стал свидетелем ссоры отца с дедом: отец решил менять работу, ему предложили пойти в море. Дед кричал: « Это позор – уходить с завода, вся династия наша связана с этим трудом!». Отец послушался, остался. И настоял, чтобы я выучился на инженера. Я тоже не сопротивлялся, хотя в душе мечтал о другом. Но мне даже в голову не приходило – как можно заявлять о своих желаниях?! Мои одноклассники говорили: «Я пойду в мореходное, мне нравится море…» или «Выучусь на парикмахера, люблю стричь людей»…Да мало ли что ты любишь! Теперь мой сын засобирался учиться на художника. Дед не дожил, а то было бы крику. Вот и не знаю – с одной стороны стабильность и традиция, с другой – а может, не имеем мы право решать за другого, чем ему заниматься?! Я для своего сына – авторитет, как скажу, так и будет… Но вот правильно ли это?

Строители коммунизма полагали, что мировоззрение можно сформировать при помощи лозунгов, речёвок, литературы по нравственному воспитанию, поучений и примера передовиков. Кое-что у них получалось: многие из нас в детстве верили, что мы живем в самой прекрасной и справедливой стране, что общественное превыше личного, и что у нас секса нет. Но при этом видели несовпадение того, что декларируется с тем, что мы имеем. Для поколения, выросшего при социализме, естественный кризис мировоззрения усилился кризисом, который произошел в стране.

Но, какие бы ни случились катаклизмы в обществе, существуют особенности мировосприятия, сформированные в детстве. Именно от них зависит, насколько сможет ребенок быть гибким в своем мировоззрении, как адаптируется к изменяющейся действительности, сумеет ли удержаться на основополагающих взглядах и принципах.

Работая с детскими установками своих клиентов и участников тренингов, я выделила две крайности восприятия и поведения. Назову их «благодаря» и «вопреки».

«Благодаря родителям»

– Они научили меня доводить начатое дело до конца;

– Я, как и мама, не терплю беспорядок в доме;

– Надо быть скромнее в своих желаниях – мои родители научили меня довольствоваться тем, что есть и не требовать большего;

– Женщина – прежде всего мать и жена: такой была моя мать;

– Мужик должен уметь постоять за себя – отец учил меня быть сильным. Ненавижу хлюпиков.

– Деньги счет любят: в моей семье все доходы и расходы учитывались. Я десять раз подумаю, прежде чем потратить деньги.

– Образование – залог хорошей жизни. Мои родители сделали все, чтобы я стал образованным человеком.

Стратегия «благодаря» предполагает перенесение в свою взрослую жизнь тех мировоззренческих принципов, на которых строилась жизнь родителей. Не имея этого опыта, очень сложно выстраивать отношения с миром. Так, дети из неблагополучных семей и выросшие в детских домах, оказываются беспомощны и наивны – у них нет взглядов на жизнь, которые усвоены от родителей как «правильные». И, напротив, ребенок, которого вырастили родители, имеющие четко выстроенные взгляды на мир, взрослея, их присваивает. Основное коварство этой стратегии заключается в том, что с течением жизни меняются условия. И необходимо подвергнуть сомнению то, что казалось незыблемым.

Однажды я консультировала мужчину. Он пришел ко мне с вопросом: «Почему от меня ушла жена?». Его негодованию и недоумению не было предела: образцовый муж и отец, без вредных привычек и умеющий обеспечить семью… А она забрала ребенка и ушла к матери. Сейчас ютятся в однокомнатной квартире, живут втроем на одну зарплату. Ситуация, действительно, была не очень понятной – мужчина утверждал, что они любили друг друга, и он воспринимал свою семейную жизнь, как идеальную. Тогда я попросила его рассказать об укладе их жизни – как они строили свой день, чем занимались, как отдыхали, как воспитывали ребенка, на что тратили деньги. В процессе рассказа у меня возникло чувство возмущения: он периодически озвучивал принципы, с которыми я не могла согласиться. И дело было даже не в том, ЧТО он говорит, а КАК. Я попросила разрешения по ходу записывать его фразы. Делала это фломастером, крупными буквами – каждая фраза на отдельном листе. Под конец разговора передо мной лежала целая стопка «лозунгов»: «Жена обязана держать дом в чистоте и порядке», «Жена должна уметь вкусно и разнообразно готовить», «Женщина не может распределять бюджет – это мужское дело», «Ребенок должен жить по режиму», «В воспитании сына решающее слово за отцом» и т. д. Я разложила листы перед своим клиентом и увидела в его глазах удивление. Он не производил впечатление тирана, его горе было искренним и желание вернуть жену очень сильным. Но факт налицо: все эти «должна» и «обязана» – это не просто фразы, а мировоззрение, которое подкреплялось поведением.

– Скажи, а откуда у тебя появилось это знание жизни: что твоя жена и твой сын должны вести себя именно так?

– А ты считаешь, что это не правильно?

– Вовсе нет, просто хочется узнать источник…

– Ну, у меня родители так жили. И живут счастливо уже почти 40 лет. Мама – идеальная хозяйка, у нас всегда дом сиял чистотой, и пахло вкусной едой. Она никогда не работала, растила нас с братом. А отец всегда, даже в самые трудные времена, обеспечивал семью. Он, конечно, бывал очень строг, и, мне казалось, иногда не справедлив… Однажды мама, не посоветовавшись с отцом, купила у соседки блузку. Отец заставил вернуть покупку и забрать деньги. А потом сам, через несколько дней, дал ей деньги и велел что-то себе купить. Но соседка блузку уже продала, а в магазине ничего не было. Мне было жаль маму, но я понимал, что отец имеет на это право: он зарабатывает деньги, и он решает, когда и что покупать.

– А ты сам как считаешь?

– Ну, ведь они же живут счастливо вот уже много лет!

– А твой брак распадается, хотя ты все стараешься делать так же.

– Моя жена выросла в другой семье и у неё другие понятия…

– Вот именно! Может пора перестать оглядываться на родителей и начать вырабатывать свои семейные принципы?

«Вопреки родителям»

– Я никогда не буду жить с пьяницей, как моя мать;

– Я буду всегда рядом со своим ребенком. Достаточно того, что я все детство провела в садах, лагерях, интернатах;

– Ни за что не опущусь до неквалифицированного труда: это удел неудачников, как мой отец;

– Сомневаюсь, что у меня будут дети. Мне хватило в детстве младших сестер и братьев;

– Животные в доме – это здорово. Мои родители ненавидели любую живность, они были озабочены чистотой;

– Я стремлюсь нравиться мужчинам, и моя мама меня за это осуждает.

Детский опыт указывает на то, что взгляды родителей и их образ жизни приносили ребенку боль, разочарование, стыд. Или перед глазами был идеал, которому родители не соответствовали.

«Моя мама три раза была замужем и осталась одна с детьми. Она не могла ужиться с мужчиной, считала, что одной легче, что надо полагаться только на себя. Надо сказать, что и мужчины ей попадались соответствующие. В общем, жили мы женской компанией – мама, бабушка и я с сестрой. Но классе в пятом я подружилась с девочкой Олей, у которой был прекрасный папа. Я раньше такого никогда не видела: папа с ней возился, брал с собою на рыбалку и за грибами, учил её играть на баяне. Однажды подружка предложила поехать с ними за клюквой, и я согласилась. Помню, как мы сидели в лесу и ели бутерброды и запивали чаем из термоса, и родители очень просто, на равных с нами разговаривали. Олин папа расспрашивал меня про учебу, про семью, стал рассказывать про своё детство. Я тогда подумала: Хочу, чтобы у меня, когда я вырасту, был бы такой муж. А до этого я вообще думала, что замуж выйду только чтобы ребенка родить. Когда я познакомилась с Лешей, и мы решили пожениться, мама сказала: „Это ненадолго“. А я решила, что у меня все будет по-другому. И вот мы уже шестой год вместе, но мама Леше не доверяет, все ждет какого-то подвоха.»

Иногда кажется, что поступая вопреки опыту родителей, который мы оцениваем, как неудачный, можно добиться положительного результата. Но отвергнуть – значит впасть в другую крайность. Это протест, а не попытка самостоятельно обдумывать и принимать решение. Борьба с родительскими взглядами оборачивается пленом других установок. В протесте человек не может критически оценить свои взгляды и очень долго не замечает их бесполезности, или даже вреда. Это характерно для подростков, но, зачастую, вырастая, мы остаемся все теми же протестующими детьми.