Сказочный попадос

Глава 7

У меня не было времени не только на то, чтобы присмотреться, но и на то, чтобы задуматься о том, что и почему, я увидела. Мне нужно было срочно плести защитные заклинания. Первым делом, я создала простенький, низкоуровневый щит, задачей которого было – прикрыть меня до тех пор, пока я создам более прочный и надежный защитный барьер; вернее, сплету для себя энергетическую кольчугу. И сейчас я была очень благодарна Ушу и Ыше за то, что они заставили меня потратить время на изучение искусства создания энергетических защитных барьеров в астральном мире. Почему, спросите вы, я решила сплести именно барьер-кольчугу, а не просто щит? Потому что внутреннее чутье мне подсказывало, что подобру-поздорову это тьмовское отродье не уйдет, а значит – ее придется уничтожить; то есть, я вынуждена буду вступить с ней в бой. Но прежде, я должна была надежно защитить себя от ее случайного прикосновения. Почему, теперь спросите вы, я всегда не хожу в кольчуге? Да, потому что энергетически – это очень затратная штука.

Несмотря на сосредоточенность, я все же отвлеклась, чтобы посмотреть как дела у Жульена. Я подозревала, что силы не равны, но знала, что Жульен будет стоять до последней капли его энергии. Даже взгляда мельком, было достаточно, чтобы понять, что тень уже адаптировалась к разрядам адских молний, от которых она с немыслимой ловкостью уклонялась, не забывая при этом отщипывать от маркиза де Дюпри по кусочку каждый раз, когда она до него таки доставала. Я чертыхнулась, и начала с еще большей неистовостью и скоростью плести заклинание, страх за друга и ненависть к потусторонней неизвестной твари, обгладывающей его, как собака кость, подняли, и без того, мои и так превосходные мастерство и скорость плетения заклинаний, на новый уровень. И уже через мгновение, я вступила в бой, запустив в невидимую тварь очередь из нескольких десятков энергетических вихрей бумерангов, у которых была двойная задача: первая, и желательная, роль наживки, чтобы развеять тень по астральному миру на десятки маленьких теньков, вторая, на худой конец, – отвлекающий маневр, чтобы дать мне возможность придумать что-нибудь еще. И снова спасибо Уш и Ыш, это они меня научили, что, несмотря на то, что в астральном мире, чем больше энергии поглотишь, тем могущественнее станешь, никто также не отменял пословицу: «ты то, что ты ешь». Причем здесь, в потустороннем мире, это работает буквально: пока съеденное не ассимилировано – оно сохраняет свои первоначальные качества, а на ассимиляцию порой уходит довольно много времени. В связи с чем, лично я энергию покупаю только в специализированных, имеющих сертификат качества от Ада и Рая, дистрибуционных центрах. Только в этом случае, я могу быть уверена, что употребляю только кристально чистую энергию, не отягощенную чьей-нибудь кармой, эмоциями, желаниями или качествами.

Чернильные вихри врезались в тело тени с мощью накачанных стероидами самцов слонов, несущихся к своим самкам, яростью голодных псов, у которых, пока они облизывались и предвкушали, украли кусок мяса из под носа, и воплем тысячи котов, которым кто-то случайно наступил на хвост. В ответ, глупая и самоуверенная обжора тень лишь ухмыльнулась и с жадной ненасытностью всех поглотила. И только тогда, когда вихри начали танцевать в ее чреве джигу5, польку-бабочку6 и мтиулури7, пытаясь разорвать ее на почти сотню маленьких теньков – тень осознала, что, что-то явно пошло не так, как обычно. Посеревшую в одночасье тень начало кидать в разные стороны и крутить до такой степени, что она стала и сама чем-то напоминать вихри, которых только что отведала. Она взревела от боли несварения как сотни раненых зверей и заголосила как тысячи младенцев, но ни меня не Жульена – это не разжалобило: мы начали читать развеивающее заклинание. Заметно потемневшие, напоминающие черный дым, щупальца тени из последних сил метнулись ко мне и попытались дотянуться, но наткнулись на энергетическую кольчугу, соприкосновение с которой возымело на них эффект ожога. И это было последнее, что сумела сделать тень, в следующую секунду ее разорвало на десятки темных вихрей, которые покружив немного в воздухе для того, чтобы стряхнуть с себя тьму, вернулись ко мне.

– Фух! – выдохнул Жульен. – Я думал уже все! Но странно… очень странно… – пробормотал Жульен.

– Что странного? – поинтересовалась я.

– Когда я проходил обязательный для всех служащих администрации демонов инструктаж по особенностям преступности в астральном мире, то я точно помню, что мне говорили, что призрачная пустынница, а это была без сомнения она, никогда не покидает пределов океана абсолютной пустоты. Да и в океане она предпочитает обитать только в самых его далеких и мрачных глубинах…

– Это где? – удивилась я. – В абсолютной пустоте, вода что ли есть?

– Нет, – усмехнулся Жульен. – Воды в абсолютной пустоте нет, а… но как же это объяснить?

– Жульен, давай я объясню? – пришел ему на помощь мышонок. – Все-таки у меня опыт!

– О! Объясняй! – обрадовался Жульен. – А я пока прикорну здесь на травке, дам вернувшейся ко мне энергии усвоиться.

– Ди, представь себе арбуз, – очень издалека, как я позже поняла, начал свою просветительную лекцию мышонок. – Представила?

– Да, – улыбнулась я.

– И я пъедставил! – сообщил Ууи.

– Так вот корка арбуза – это Зеркал. Мякоть арбуза – это Астрал, он же безграничный кажущийся пустынным космос. А все многочисленные косточки – это планеты. А теперь представь, что внутри косточки арбуза есть еще орешек в виде луковицы, внутри которой, правда, не лук, а бутон розы. Только обязательно представляй, что косточка продолговатая, и луковица расположена не вдоль, а поперек. Ну, что представила?

– Кажется, да… – кивнула я.

– Так вот океан пустоты, о котором я говорю – это незаполненное пространство между продолговатой косточкой и луковицей. Думаю, ты и сама уже поняла, что таким образом получается, что есть только одна точка соприкосновения луковицы с косточкой, в том месте, где у луковицы носик. И в этом месте между ними практически нет пустоты…

– Ага! Другими словами, ты пытаешься сказать, что призрачные пустынницы обычно обитают в тех местах, где наибольшее количество пустоты, а мы сейчас находимся у точки, где косточка соприкасается с носиком луковицы. Вот поэтому и странно, что пустынница сюда забралась, да еще и набросилась конкретно на меня…

– Именно! – кивнул мышонок.

– И это не просто странно, это чрезвычайно подозрительно! – подал голос Жульен. – Чрезвычайно!

– Вы только не смейтесь с меня, – несмело начала я. – Но мне показалось, что я видела разгневанное женское лицо в сполохах твоих молний, Жюльен. Хотя…, честно говоря, я не особо уверенна в том, что я видела…

– Не уверена, что лицо женское было? – уточнил маркиз, воспринявший мое сообщение со всей серьезностью.

– Нет, не уверена, что мне это не показалось…

– А ты лицо узнала? – не менее серьезно поинтересовался Уш.

– Не знаю, – покачала я головой. – Кажется, нет… Говорю же, что я даже не уверена, что действительно видела чье-то лицо…

– Это могла быть Тьма… – предположил Жюльен.

– Или Вайвайа… – добавил вариантов Ууи.

– Или одна из ягиц или даже баба Яга… – добавил к списку своих подозреваемых Уш.

– Это точно была не Яга! Ее бы я узнала…

И вдруг меня осенило. – Так если здесь самое узкое место океана пустоты, значит здесь и мост, и замок бабы Яги и Рауль совсем неподалеку?

– Да, пролив океана пустоты здесь настолько узкий, что его даже и проливом уже давно не зовут… – кивнул Уш.

– Ека Смойодина зовут?! – догадался Ууи.

– Абсолютно верно! – деловито кивнул Уш.

– А как же барьер? – немного запуталась я.

– Птице Могол барьер нипочем, она через него как через облако проходит, а что касается моста через реку Смородину, то это как раз и есть единственное место в любой реальности, где в барьере испокон веков существует естественная брешь для связи двух миров… Ну что теперь все поняла? – поинтересовался у меня Уш голосом профессора.

– Почти все… кроме того почему внутри барьера не луковица, а бутон розы?

– Потому что лепестки розы это альтернативные реальности…

– Вау!!! – восхитился Ууи.

– Вот тебе и арбуз! – поддержал Ууи Жульен.

И в этот момент, небо над нами застлала огромная непроницаемо-черная туча, и стало темно как ночью. И на том, чтобы просто закрыть собой солнце, туча не остановилась, а начала стремительно снижаться.

– Ну, что за денек! Ни минуты покоя! – подхватился Жульен и отправил в тучу разряд адской молнии.

– Кря! – обиженно раздалось с небес. – Если не перестанешь хулиганить, клювиком по темечку двину! – грозно прозвучало следом. – Нет! Лучше спою! – «сменила» гнев на издевательства птица Могол. – Ой! Зачем я верну-у-у-у-у-улась ведь не це-ееенят меня-а-а-аа! – выносящим мозг визгливым фальцетом затянула парящая над нами она. – Ой, наивная я-а-а-а! Ведь тот, кто помога-а-а-ааает – тот тратит время зря. Добрыми дела-а-а-а-а-ами прославиться нельзя, нельзя, нельзя, нельзя, нельзя, нельзя, нельзя, нельзя, нельзяаааааааааааааааааа…

– Смилостивись госпожа! – упали на колени маркиз и пегас, не выдержав пытки затянувшегося звучания буквы «а».

– Прости неугодного! Не ведали руки, что творят! Виноват! – взмолился маркиз.

– Не ведал он! Копытами и крыльями клянусь! – подтвердил пегас. – Прости!

Все еще визжавшая букву «а» садистка перевела свой взгляд на меня, явно намекая, что и от меня ждет, как минимум, коленоприклонства.

– А не боишься, что голос сорвешь? – елейно поинтересовалась я.

– Ааааааааааааааааааааааа! – отрицательно мотала головой нервопийца-изуверка.

– А зря не боишься! – констатировала я. – Потому что я отчетливо слышу, что твой голосок звучит все глуше и глуше, все ниже и ниже!

– Не может быть! – возмутилась птица. – Врешь, меня на понт не возьмешь! И вообще, знаешь что?

– Что? – вызывающе-сварливо поинтересовалась я, старательно скрывая, что откровенно торжествую по поводу того, что может на понт я ее и не взяла, но заткнуться заставила.

– Не нравишься ты мне, вот что! Поганка наглая! Кикимора бесстыжая! Шишиморка потрепанная! Вот ты кто, а не Диана-охотница! Подождите-ка, так вы все тут потрепанные… И не только вы… – птица перестала кружить, приземлилась и потянула клювом. – Если бы я не знала лучше, то решила бы что здесь побывала призрачная пустынница…

– В точку, – кивнул Жюльен. – И целью была Диана, которую ты по «случайному» – он с особой язвительностью выделил это слово, – совпадению уронила и потеряла…

– Да ты, да ты… морда лживая патла-а-атая! Ты на что это намекаешь, рожа протии-и-ивна-ая? – возмущенно задохнулась птица. – Щчас как спою!

– Не нааааааааадо! Пожалуйста, не наааааадо! – завопил пегас и закрыл голову крыльями. – Простите его неразумного и ничтожного, госпожа! – бормотал он из под прикрытия. – Простите его, простите его и меня тоже простите…

– Госпожа птица! – поспешно вмешалась я. – Вас никто ни в чем не обвиняет, Жюльен просто хотел сказать, что на нас напали, как только, мы остались без вас…

– Еще бы! – хмыкнула птица. – Они же меня боятся как огня!

– Однако, та пустынница, которая была здесь, не очень-то боялась огня… – сварливо прокомментировал Жюльен.

– Врешь, демон! – безапелляционно заявила птица.

– А вот и не врет! – хором возразили я и Уш.

– Не вьёт! – поддакнул Ууи.

– Значит, это была не пустынница! – стояла на своем вредная птица.

– Шпагой клянусь, что это была пустынница! – заявил маркиз.

Могол фыркнула и посмотрела на пегаса, уверенная, что здесь она уж точно получит поддержку.

– Пустынница это была… – тяжко вздохнув, подтвердил слова маркиза пегас. – Чтоб мне до конца жизни безкопытным и бескрылым ходить, если соврал!

– Так это же отлично! Е-е-е-ээээээ! Ё-ё-ё-ё-ооооо! Оуо-оуо-оуо-оуооуоо! – затянула Могол.

– Вот только петь не надо, а? – взмолились мы все хором.

– Некогда петь! – фыркнула птица. – Нам срочно к Кощею надо!

– Неэээт! Нам не надо! – снова хором все впятером заявили мы.

– Если я говорю надо, значит надо! – тоном, не терпящим возражений, сказала, как отрезала явно любящая командовать птица и выжидающе уставилась на меня.

Рассудив, что на данном этапе пути, нам с птицей Могол все равно в одну сторону: так как для меня самое главное было это барьер пересечь, я сделала вид, что слушаюсь и повинуюсь и потому, молча, забралась ей на спину.

– К Кощею, так к Кощею, – заговорщицки подмигнул мне маркиз, догадавшийся о ходе моих мыслей.

– А знает ли кто-нибудь из вас, за что Кощей был изгнан Сатаной по требованию Велеса8 и Вия9 из потустороннего мира? – неожиданно поинтересовалась Могол, когда мы взмыли в небо.

– Мы даже не знаем кто такой Велес и Вий… – недоуменно пожала я плечами.

– А я знаю, кто такие Велес и Вий! – важно сообщил Уш. – Но о том, что это они ответственны за изгнание Кощея из потустороннего мира, слышу впервые…

– Разумеется, ты слышишь это впервые, это же закрытая информация! – самодовольно хмыкнула Могол. – Вий и Кощей – родные братья, а у нас выносить сор из избы, не принято. Ой, а к чему это я? А-аа! Вспомнила! В общем, у Кощея страсть была к геномутационно-магическим экспериментам, которая очень не по вкусу пришлась его старшему брату и его другу богу чародейства Велесу… Про упырей слышали?

– Да кто же про них не слышал! – ответили мы все хором.

– Так вот это, как раз, Кощеево изобретение: он скрестил зомби человека с зомби акулой и в результате получил человека зомби с акульей пастью! А про выть и ныть слышали?

– Неээээт… – хором протянули мы.

– Это потому что их искоренили как неудачный эксперимент. Выть была гибридом зомби собаки с лихом! Ужасно прожорливая до негативных эмоций зараза была. На что угодно шла лишь бы сущность или существо выть заставить. Поговаривают, Велес из-за нее провыл девять дней и девять ночей и чуть совсем не обезумел. А ныть – была гибридом зомби кошки с лихом. Эта нежить питалась неудовлетворенностью и такая сволочь находчивая и изобретательная была, что в ком угодно могла развить комплекс неполноценности. Поговаривают, что Вия чуть до самоубийства не довела.

– А я уже все понял! – хвастливо заявил Уш. – После этого они запретили Кощею экспериментировать, но он не послушался! И они в наказание изгнали его из Нави!

– Ты такой смышленый, что, прям, взяла б и усыновила! – похвалила его птица.

– Так берите и усыновляйте! – не стал отказываться польщенный мышонок.

– Так вот зачем нам Кощей! – догадалась я. – Чтобы узнать, кому он свои знания передал?

– Нет, не за этим! – фыркнула птица. – Оно мне надо разбираться? У меня своих забот полон рот! Я его просто шантажировать буду, и ты мне в этом поможешь!

– Помогу? – тупо переспросила я.

– А как же! Ты же обещала помочь мне птенцов моих найти!

– То ли я отупела, перейдя из мира живых в мир мертвых, то ли ты птица загадками говоришь, но только я тебя вообще не понимаю… – раздраженно констатировала я.

– Моих птенцов похитили, и выкуп требуют тонну золотых. У меня таких денег нет, у Кощея есть! Ясно?

– Угу, – кивнула я. – Ясно все кроме той части, где мы шантажируем Кощея. Чем мы его шантажируем?

– Мутантом-пустынницей, естественно! Я не докладываю Сатане о том, что он и в яви продолжает свои эксперименты, он мне за это платит! Капишь?

– Капишь… – буркнула я. – А если это не он экспериментирует?

– А кто разбираться будет?! Точно не я, да и не Сатана тоже, потому что он мне доверяет. Доступ к живой и мертвой воде отрубим и все! И не будет больше Кощея Бессмертного… Аминь! Пусть земля ему будет пухом! Поняла?

– Нет, кое-что не поняла! – возразила я в пику ей. – Не поняла, как же так вышло, что тебя такую мудрую, расчетливую и всемогущую в клетке на конюшне держали?

– Так горе же у меня! А я в горе страшна, ой страшна! Вот и посадили под замок, чтобы я дел не натворила, да и себе не навредила! А вообще, Санёк меня ценит и мной дорожит! Поняла?

– Почти все поняла, кроме…, а кто такой Санёк?

Глава 8

Ощущения были такими же, как я их и помнила: непроглядная, казавшаяся бесконечной, кромешная тьма – статичная, совершенно беззвучная, жуткая. И чем ближе мы подлетали к барьеру, тем более насыщенно-жуткой становилась пустота: потому что она просто кишела призрачными пустынницами.

Я прижималась к птице Могол так близко как могла, и, тем не менее, я почти физически ощущала как нечто голодное, хищное и прожорливое бесится и неистовствует от того, что не может добраться до меня, чтобы отхватить хотя бы кусочек.

Призрачные пустынницы обыкновенные, как объяснила мне птица, неразумны и практически бесчувственны, но при этом они обладают сумасшедшим по своей неутомимости, беспощадности и ненасытности инстинктом выживания и желанием размножаться. Пустынницы способны поглотить все, что движется, если оно в небольшом количестве: любой вид организма любой вид энергии, кроме огня, но его, правда, должно быть достаточно много, чтобы уничтожить пустынницу. В любом другом случае, никто и ничто, кроме птицы Могол, не способно избежать гибели – если оно уже попало в неласковые объятия-челюсти пустынницы. Именно поэтому, мне пришлось прислушаться к совету инфернальной птицы и оставить Жюльена, пегаса и Уша на берегу так называемого океана пустоты.

– Эй, Диана-охотница, ты неприятности заказывала? – насмешливо-издевательски обратилась ко мне птица, как только мы преодолели высоковольтный электромагнитно-магический барьер, который казалось, был сплетен из молний как кружево из шелковой нитки.

– Не-эээт, конечно! – недоуменно-оскорбленно прокричала я.

– Значит, они тебя просто преследуют! – глумилась надо мной птица. – Или ты что, ничего не чувствуешь, ищейка хренова?

Я, естественно, чувствовала, но пока не придавала этому особого внимания, потому что: ну откуда мне было знать, какой именно воздух должен быть на границе реальности?

– Ты про запах? – уточнила я.

– Не только… – еле различимо буркнула птица. – Атмосфера этой реальности какая-то ненормальная… – впервые с того момента как я познакомилась с Могол, в ее голосе не звучало ни толики издевки, а искренняя обеспокоенность.

Я съехала по ее шее слегка в бок, чтобы лучше видеть и принюхалась. Она была права: с воздухом происходило что-то ужасно неправильное, даже абсурдное – ветер не дул, а вихрился многочисленными воронками, каждая их которых зловонила так, как будто бы была бочкой с концентрированным компостом. И, само собой, бесчисленные рои жирных навозных мух были тут как тут, пытаясь облепить эти вихри как куры насест. Однако, вихри отмахивались и матерились!!! Что, правда, ни в коей мере не производило впечатления на одурманенных запахом фанатеющих и роящихся мух. Но и это было еще не все: черные, грозовые тучи, которые основательно и полностью заволокли небо, тоже были не совсем нормальные, вернее сказать, это были самые ненормальные тучи каких я когда-либо видела! Потому что тучи эти гремели, потрескивали молниями и пели, что-то вроде: – Уху-ху! Уху-ху! Ух, проучим мы Ягу!!! Уха-ха! Уха-ха! За Кощеем смерть пришла!!! И если бы они только пели, но от них шла такая волна высококонцентрированной злобы и ненависти, бешенства и гнева, пока еще удерживаемых на цепи, что было яснее ясного то, что претворение их намерений в реальность – исключительно вопрос времени.

– Глупая птица! Сматываемся отсюда! – заверещала я, понукаемая безотчетным ужасом.

– Сама дура! – обиженно буркнула птица. – И к тому же еще и истеричка! А я – агент Центрального Разведывательного Управления Ада!

– Ты случайная свидетельница! – раздраженно поправила я. – А свидетели долго не живут!

– Это, если о них знают! – к ней вернулся снисходительно-издевательский тон.

– А о нас, что не знают? – уже зная ответ и потому чувствуя себя полной идиоткой, поинтересовалась я.

– Обо мне точно не знают, потому что они не могут меня ни видеть, ни чувствовать! А тебя не знааааааааю… – «осчастливила» она меня ответом.

– Слушай, ты великий агент ЦРУ, – оскалилась я. – Ну какой интел тебе ещё нужен? Куда они направляются, ты знаешь! Кто их послал, ты тоже, можно сказать, что знаешь! Что это, я в этом уверена, ты тоже знаешь! Нет, загадки же, больше! Может, все-таки, сматываемся, а?!

– А ты… хммм… что очень удивительно, но ты права! – неожиданно согласилась со мной птица Могол, она же агент ЦРУ адской администрации. – Держись двумя руками, мы летим к моему информатору из этой реальности!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Считается, что белая фиалка – помогает легче переносить душевные страдания. В связи с чем ее рекомендуют разводить, если человек переживает в своей жизни сложный период.

2

Кот Баюн – персонаж сказок, огромный кот-людоед, обладающий волшебным голосом. Он заговаривает и усыпляет своими речами подошедших путников и тех из них, у кого недостаточно сил противостоять его волшебству и кто не подготовился к бою с ним, кот-колдун безжалостно убивает.

3

Излюбленное занятие Асмодея делать женщин такими некрасивыми и уродливыми, что ни один мужчина не был бы способен взглянуть на них с вожделением. Другими словами, он делает их несчастными, завистливыми и злобными.

4

Птица Сирин, в славянской мифологии одна из райских птиц. Ее голос – истинное блаженство! Тот, кто услышит ее голос, забывает обо всем на свете, не ест, не пьет, ничто не может заставить человека отвлечься от голоса Сирин.

5

Джига – быстрый танец, характеризующийся прыжками, пируэтами и махами.

6

Полька-бабочка – зажигательный быстрый танец, характеризующийся многочисленными прыжками и подскоками и размахиванием рук как будто бы крыльями.

7

Мтиулури – прыжки, приседания, вращения на полупальцах и коленях. Танец выражает соперничество двух групп в любви и боевом искусстве, показ своего преимущества.