Иллюзия контроля. Что мы не контролируем и почему это важно знать

В 2006 г. объединённая группа учёных Принстонского и Гарвардского университетов в лице Эмили Пронин, Сильвии Родригес, Даниэля Вегнера и Кимберли Маккарти провела ряд экспериментов, посвящённых феномену магического мышления. В рамках одного из них в качестве участников были отобраны преуспевающие студенты. Испытуемым сообщили, что цель эксперимента – анализ симптомов психосоматических заболеваний, возникающих всего лишь от мыслей о нездоровье. Однако на деле организаторов интересовало другое: смогут ли поверить в магическое воздействие образованные и рациональные молодые люди? Незнакомых друг с другом студентов разбили на две группы, добавив в целях исследования по одному актёру в каждую из групп. Подставные участники вели себя диаметрально противоположным образом. В первой группе актёр был в футболке с оскорбительной надписью, он опоздал на десять минут, жевал жвачку с открытым ртом и высокомерно вёл себя с коллегами. Второй подставной участник, в отличие от первого, пришёл вовремя, был со всеми приветлив, дружелюбен и вызывал только положительные эмоции. Каждый участник должен был вытянуть из чаши псевдослучайным образом лист бумаги с описанием роли в эксперименте. Все студенты получили роль «колдунов», а два актёра стали «жертвами». После «колдунам» раздали по импровизированной кукле вуду и попросили втыкать в неё иголки, параллельно думая о том, что они причиняют страдания участнику эксперимента, которому выпала роль жертвы. Через некоторое время актёры в обеих группах начинали изображать мучения от острой головной боли. По окончании эксперимента студентам задали вопрос о том, считают ли они, что именно их мысли и манипуляции с куклами послужили причиной страданий участников с ролью жертвы. Большинство студентов ответили отрицательно, однако в группе с вызывающим ненависть актёром доля опрошенных, ответивших положительно, значительно превышала аналогичную долю в другой группе. Раздражение по отношению к подставному грубияну затуманило объективность восприятия, и некоторые студенты действительно поверили, что каким-то образом поучаствовали в причинении боли человеку с ролью жертвы. Негативные эмоции подавили заранее декларируемую рациональность, и иллюзия контроля в крайней форме магического мышления одержала верх[5].

Известный психолог Джонатан Хайдт описал два способа поиска истины: путь учёного и путь адвоката[6]. В основе действий учёного лежит желание познать объективную реальность: для этого проводятся систематические наблюдения, после чего полученные данные внимательно изучаются[7]. На основе проведённого исследования учёный пытается сформулировать теорию, объясняющую интересующую его часть природы. Даже если созданная им теория достаточно хорошо объясняет наблюдаемые данные, на этом учёный не останавливается, он проводит ещё больше наблюдений и перепроверяет её. Путь учёного направлен на обретение истинного знания, на точность и объективность.

Путь адвоката в корне отличается от описанного выше способа действий. Адвокат начинает с того, что выбирает некое утверждение, которое он будет в дальнейшем позиционировать как верное. Его цель – убедить других в правильности сделанного им умозаключения, а не установить объективную истину. Адвокат анализирует данные, отбирая среди них подтверждающие его выводы, и намеренно игнорирует любые опровергающие или ставящие под сомнение первоначальные постулаты. Адвокат сам выбирает «истинное» умозаключение и, убедив необходимое количество людей, считает цель достигнутой.

Оба способа поиска истины свойственны человеческой натуре, но при формировании иллюзий контроля ярко проявляется путь адвоката. Для того чтобы мотивировать себя или просто ощутить приятное чувство контроля над жизнью, некоторые убеждают себя в том, что они, к примеру, своими действиями определяют состояние здоровья. Если мы примем за истину это утверждение, то вспомним случаи успешного выздоровления после обращения за медицинской помощью. Человек анализирует историю собственной жизни, заостряя внимание только на наиболее изученных и распространённых заболеваниях, таких как обычный риновирус или пищевое отравление. В качестве доказательства контроля над здоровьем приводятся случаи исцеления, где можно проследить простые и очевидные взаимосвязи, такие как «принял лекарство – избавился от боли и дискомфорта», «обратился к врачу – выздоровел через несколько дней». Просто, легко и понятно. В рамках пути адвоката одновременно игнорируются факты спонтанного выздоровления, применения медикаментов, не приведшего к исцелению, а иногда и ухудшившего состояние. Забываются безуспешные посещения врачей, побочные действия назначенных лекарств, факты заражения инфекциями в стенах больницы. Всё сложное, непонятное и неоднозначное игнорируется, чтобы не потревожить столь приятную иллюзию контроля над здоровьем. Как заметил проницательный философ Эрик Хоффер: «Люди часто превращают свою жизнь в рутину и с её помощью противостоят чувству неуверенности и ощущению опасности. Этим достигается иллюзия, что непредвиденное приручено»[8].

Наиболее опасна иллюзия контроля в отношении случайных событий. В эту же категорию следует ещё отнести слишком сложные явления, совмещающие непредсказуемость, сотни влияющих на результат факторов, скрытые и динамические корреляции. Ничто так не иссушает человеческую душу, не изматывает и лишает сна, покоя и радости, как попытки контролировать случайное. Со стороны стремление влиять на стечение обстоятельств кажется алогичным и бесперспективным, однако мало кто готов признать свои попытки бессмысленными. Аморально убеждать других в том, что они могут контролировать случайные события, опасно самому поддаваться на аналогичную пропаганду.

В одном из экспериментов Эллен Лангер, посвящённых иллюзии контроля, организаторы провели лотерею. Половине участников случайным образом раздали по лотерейному билету. Другая половина получила право сделать выбор самостоятельно. Каждый билет ничем не отличался от других, не давал никакого преимущества и никак не увеличивал шансы на выигрыш. Однако участники эксперимента вели себя так, будто их действия каким-то образом могли повлиять на совершенно случайный итог лотереи. Участники, получившие билеты, горели желанием обменять его у тех, кто сделал самостоятельный выбор. В то же время участники, самостоятельно вытащившие билет, в большинстве своём отказывались от обмена. Если номер билета имел для участника особое значение – соответствовал памятной дате или напоминал о важном событии – то он стремился его сохранить и отказывался от сделки. Участники эксперимента спорили и пытались убедить друг друга в необходимости обмена, стараясь непостижимым образом увеличить шансы на выигрыш. Однако суета и многочисленные бартерные сделки не имели никакого смысла. У каждого участника на момент проведения розыгрыша мог быть только один билет, следовательно, не существовало способа увеличить вероятность выигрыша путём его обмена или тактики отказа от сделок. Все действия участников предпринимались в рамках иллюзии контроля над случайностью, так как с точки зрения выгоды они не имели никакого смысла[9].

Иллюзию контроля над случайными событиями можно наблюдать не только в стенах казино, но и в респектабельных офисах банков и инвестиционных компаний, на телевидении и радио. Только представьте себе, сколько миллионов аналитиков на планете занимаются составлением прогноза цен на финансовые или сырьевые активы! Целые аналитические компании изучают, по сути, всего лишь один ряд данных, например, цены на нефть. Экономики стран и целых регионов мира зависят от этой цены, сотни миллионов людей почувствуют изменения в уровне жизни при сильных колебаниях стоимости чёрного золота. Но многое ли известно о факторах, определяющих цену на нефть? Разработаны многочисленные модели, где в разные периоды времени приоритет отдаётся влиянию погодных условий, политической нестабильности в ряде регионов мира, стоимости альтернативных источников энергии и состоянию глобальной экономики в целом. Иногда аналитикам кажется, что они ухватили удачу за хвост, нашли волшебную корреляцию, которая приведёт их к славе биржевого гуру, однако со временем эта иллюзия исчезает, неизбежно сталкиваясь с природой реальности. Когда на цену влияют тысячи независимых факторов, поведение сотен глобальных игроков, психология масс и нефтяных трейдеров, то можно говорить о том, что рассматриваемое явление по своему характеру близко к случайному. И в такой ситуации ничем не помогает даже огромная информационная база, на которую возлагают напрасные надежды. Использование дополнительных статистических данных ни к чему не приводит: полезные сведения тонут в потоке информационного шума. А в это время миллионы людей продолжают гадать на кофейной гуще, убеждая себя в своём величии в удачное время и виня за «ошибки прогноза», столкнувшись с полосой невезения. За что увольняют аналитика, неверно предсказавшего цену на актив? Почему люди верят в то, что случайную величину в принципе можно предсказывать, используя некие чудесные методы, модели и индикаторы?

Правда в том, что часто мы слепы к случайности и скрытой корреляции. Ошибочно определив взаимосвязь между двумя явлениями, мы сталкиваемся с ещё большими проблемами. Даже если два события высоко коррелированы друг с другом, это не говорит о том, что они взаимосвязаны. Если вы заметили, что фондовый индекс падает в те дни, когда ваш приятель опаздывает на работу, это не значит, что ваш приятель может обрушить фондовый рынок, проспав до обеда. Или что падающий рынок акций таинственным образом вынуждает его позабыть о пунктуальности и правилах внутреннего распорядка. А ведь эти события на 100 % коррелированы за последний месяц! Играть в контроль над случайными событиями – одна из любимейших забав человечества, однако мало кто помнит о проигравших. Это удивительно, учитывая, что среди тех, кто играет в контроль над случайностью, в конечном итоге потерпят поражение абсолютно все на достаточно длительном временном промежутке.

Иногда чувство иллюзорного контроля порождает в нас уверенность в будущем и оптимизм, однако необоснованные фантазии всегда заканчиваются разочарованием. Если кто-то наивно полагает, что раскрыл секрет случайных событий и теперь способен прогнозировать непредсказуемое, то его действия неизбежно закончатся провалом. Опасность искажённого восприятия степени контроля над окружающим миром несоизмеримо превышает сиюминутное ощущение комфорта от осознания своей значимости. Всегда можно ввести в заблуждение себя и окружающих, но невозможно обмануть объективную реальность. В итоге разросшееся эго будет уничтожено, а его место займёт чувство вины.

Нейробиолог Роберт Сапольски называет отсутствие чувства контроля одним из факторов хронического стресса[10]. Он полагает, что с точки зрения снижения уровня стресса полезно ощутить, что от нас многое зависит. Однако, на мой взгляд, проблема заключается не в том, что мы чувствуем, что ничего не контролируем, а в убеждённости в том, что этот контроль в принципе существует. Стресс возникает из-за того, что мы считаем чувство контроля нормой, хотя при ближайшем рассмотрении это оказывается заблуждением. Сталкиваясь с подлинной природой реальности, мы испытываем неприятные ощущения, потому что ограниченный контроль кажется нам отклонением, досадным недоразумением и нарушением естественного порядка. Мы тревожимся и беспокоимся из-за того, что считаем полностью нормальное чувство отсутствия контроля раздражающей аномалией.

Бизнес-тренеры, мотивационные книги, реклама и средства массовой информации убеждают нас в полном контроле над жизнью и всеми её аспектами. Нам внушают мысль о том, что мы способны неограниченно влиять на все происходящие события. Стороны нашей жизни, очевидно не поддающиеся влиянию, игнорируются и сознательно замалчиваются. Нам успешно продают сказку о подконтрольности, внушая мнимую ответственность за то, на что мы не можем воздействовать. Представьте себе древнее племя, живущее по типичным для своего времени законам. Рядовые его члены искренне верят в то, что жрец может управлять погодой. Но если некий простодушный жрец действительно поверит в свою способность повелевать тучами и вызывать дождь, то что произойдёт с ним во время засухи? Вероятно, жрец будет с болью наблюдать за многочисленными неудачами. Учитывая, что рядовые члены племени убеждены в его особых способностях, он никогда не усомнится в ошибочной предпосылке о возможности управления погодой. Недальновидный жрец будет отчаянно пытаться понять, что же он не так делает. Хотя очевидно, что жрец не допускает никаких ошибок, просто он наивно полагает, что чудесным образом влияет на погоду. Его единственный промах – иллюзорная вера в то, что его обряды имеют какое-то значение.

Если перенестись в современный мир, то можно провести аналогию с потерей работы. Идея о полной ответственности за своё финансовое состояние превратилась в общепринятую точку зрения. Даже когда сотрудник компании из увядающей традиционной отрасли экономики лишается работы в рамках сокращения персонала, общество полагает, что он так или иначе сам в этом виноват. Позиция социума непреклонна, несмотря на то что увольнения происходят по причине глобального экономического кризиса, а не из-за нарушения трудовой дисциплины или недобросовестного выполнения должностных обязанностей.

Недавний исторический пример потери работы не по своей вине – банкротство некогда знаменитой компании Kodak в 2013 г.[11] Десятки тысяч сотрудников фабрик и фотолабораторий лишились дохода из-за глобальных технологических изменений. Цифровая революция ознаменовала собой конец эпохи фотопечати, символом которой была фирма Kodak. Сверхпопулярность таких интернет-гигантов, как Instagram, Facebook и Flickr, окончательно подтвердила гипотезу о том, что времена в отрасли изменились бесповоротно: фотографии утратили осязаемую форму и перешли в область виртуального, а ценность отдельного снимка приблизилась к нулю. Никто ничего не смог с этим поделать, в том числе руководство Kodak, максимально заинтересованное в продолжении успешной деятельности. Прогресс не остановить – не имеет смысла даже пытаться это сделать. Существующие отрасли будут видоизменяться или умирать, вчерашние компании-победители превращаться в банкротов, освобождая рыночную нишу для новых игроков с конкурентным преимуществом, прежде всего в технологической сфере. Персонал проигравших компаний неизбежно окажется без работы и источника доходов. Но только в этом нет их вины! Рядовые сотрудники Kodak, проработавшие в легендарной компании десятки лет, стали жертвами обстоятельств. Ни в коем случае нельзя обвинять их в недальновидности, потому что технологические прорывы невозможно предсказать, и никто не знает, где и когда изобретут и внедрят что-то принципиально новое.

Иллюзия полного контроля над финансовым благополучием порождает ответственность за неудачи, обычно крайне тяжело переживаемые. Невозможность влиять на случайные и независимые процессы неизбежно порождает внутренние терзания. Примечательно, что, испытывая страх наступления негативных событий, таких как потеря работы или разрыв с любимым человеком, мы боимся в том числе психологического состояния, зачастую сопровождающего подобные жизненные ситуации. В конечном счёте самую большую боль человек причиняет себе сам. В неблагоприятных обстоятельствах чрезмерный анализ неудач и текущих проблем лишь усугубляет положение. Мы привыкли во всём винить себя и искать собственные ошибки. Если наш брак трещит по швам, мы изводим себя вопросами о том, что было сделано не так и почему не удалось построить гармоничные отношения. Когда состояние здоровья оставляет желать лучшего, осуждаем себя за «неправильный» образ жизни, нежелание заниматься профилактикой болезней и регулярно посещать врача. Однако в действительности причина страданий – иллюзия контроля над всеми сторонами жизни.

Нас приучили к порочному кругу страданий. Сначала нам успешно «продают» сказку о нашей способности всё в жизни контролировать и, следовательно, полной ответственности за происходящее. Учат тому, что результат всегда важнее процесса, и рассказывают об «алгоритмах» воздействия на случайные события. После закономерной неудачи в попытках всё и вся контролировать нас винят в допущенных «ошибках», суть которых объяснить никто не может. Неизбежно появляются опустошённость и хандра. Затем можно вновь увлечься идеями контроля и попробовать применить их на практике. Результат очередной попытки очевиден. Круг замыкается и повторяется неограниченное число раз.

Болезненное переживание ответственности за неспособность контролировать в различной степени случайные события часто приводит к тяжёлому психологическому кризису. Не все способны справиться с давлением высококонкурентного общества, столкнувшись с серьёзными трудностями. Печальным историческим примером того, как люди реагируют на встречу с неконтролируемыми явлениями, является 29 октября 1929 г. – день биржевого краха на Уолл-стрит, ознаменовавший начало Великой депрессии. Десятки миллионов людей потеряли работу, крышу над головой, доступ к базовым благам цивилизации и, что самое ужасное, – веру в себя. Возникли «голодные марши», в рамках которых безработные требовали предоставить им рабочие места. Миллионы людей, ранее принадлежавшие к среднему классу, обеднели. Мелкие предприниматели массово разорялись, продукция фермеров оказывалась никому не нужной, закрывались магазины и мастерские. Печальным символом Великой депрессии стали огромные очереди за бесплатным супом. Миллионы дееспособных взрослых людей не могли найти применение своим навыкам и обеспечить семьи.

До сих пор экономисты спорят о причинах мирового кризиса 1930-х гг., несмотря на то что в их распоряжении огромная масса статистических данных, в том числе свидетельства очевидцев, а также возможность ретроспективно и объективно изучить события тех лет. Тем не менее это по-прежнему дискуссионный вопрос. Что уж говорить о современниках Великой депрессии, ведь даже люди, непосредственно влиявшие на государственную политику США в те годы, расходятся в объяснении причин кризиса. Руководивший страной Герберт Гувер считал источником проблем события за пределами США[12]. По его мнению, главным фактором кризисных явлений стало расширение производства товаров и услуг в Европе во время Первой мировой войны, породившее кризис перепроизводства к 1925 г. В то же время многие влиятельные американцы, в отличие от президента, полагали, что вина лежит на финансовом регуляторе, понизившем процентные ставки в 1927 г. Тем не менее почти все наделённые властью очевидцы Великой депрессии признают ограниченность своего влияния на столь сложное для понимания глобальное явление. В чём же тогда были виноваты рядовые современники экономической катастрофы? Какие ошибки они допустили? Потерявший всё вложенное частный инвестор, рабочий закрывшегося завода, собственник разорившегося ресторана – все они стали жертвами общемирового явления, не имея никакой возможности его предсказать и избежать. В дополнение к объективным экономическим трудностям настоящим бичом поколения стало чувство вины. Пострадавшие от Великой депрессии корили себя за неспособность противостоять негативным последствиям кризиса. Постоянный стресс, стыд и раздражение вели к росту алкоголизма и уровня агрессии в обществе. Трудно признать ограниченность контроля над важными аспектами жизни, но ещё сложнее пережить последствия иллюзорного взгляда при столкновении с безжалостной реальностью.

Непонимание степени влияния на действительность приводит к снижению эффективности любой деятельности. Почти никто не способен выделить область влияния, сконцентрировавшись на которой, можно достигнуть желаемого, признавая возможность неудачи в результате действия случайных сил. Если, столкнувшись с проблемой, поразмышлять о том, что действительно можно сделать, то уже одно это избавит от лишних страданий и позволит сфокусироваться на главном. Жизнь такая, какая она есть, и, как бы нам ни хотелось быть её полными властелинами, всегда будет то, что мы в силах изменить, но гораздо больше того, что следует просто принять. Тяжело заболев, можно изводить себя мыслями о причинах недуга, с трепетом ждать результатов очередных анализов, постоянно думать о проблеме и не иметь ни минуты покоя. Но на самом деле вам подвластно только одно – обратиться к врачу. Это и есть ваша настоящая область контроля. Выздоровеете ли вы и то, когда это произойдёт, зависит от ряда факторов, таких как квалификация врача, эффективность применяемых лекарств, вашего возраста, иммунитета, процессов в организме, стечения обстоятельств и случайности, а также всего того, что пока остаётся непознанным для медицины.

Безусловно, существуют сферы, где итоговый результат находится под вашим полным контролем. Вы можете расставить мебель так, как вам заблагорассудится, или выбрать цвет обоев по своему усмотрению. Однако вряд ли подобные вопросы можно отнести к жизненно важным, маловероятно, что у кого-то появится тревожное расстройство от того, что кресло стоит слишком далеко от окна. По мере возрастания значимости вопроса прослеживается тенденция увеличения роли случайного и неподвластного. Если ребенок хочет научиться ездить на велосипеде, то он почти в полной мере влияет на процесс обучения и его результат. Но если тот же человек в зрелом возрасте поставит перед собой амбициозную цель избавить мир от голода, то степень его контроля над выполнением задачи будет стремиться к нулю.

Современная жизнь – это хаос, область столкновения миллионов случайных факторов, где мы отчаянно пытаемся найти толику порядка и предсказуемости. Не стоит думать, что мужественный взгляд на реальность, выражающийся в признании ограниченности влияния, – это испытание силы воли. Смелость и честность с самим собой приводят к благотворным эмоциональным сдвигам. «Мужество, – писал испанский мыслитель Хосе Антонио Марина, – есть добродетель, позволяющая оторваться от земли»[13]. Мы чувствуем огромное облегчение, осознав иллюзорность контроля над многими сферами жизни. Уходят в небытие десятки навязанных проблем, исчезает значимость недостижимых целей. То, что раньше отравляло жизнь и лишало радости и покоя, превращается в пыль. Теперь не нужно попусту расходовать энергию на бесплодные попытки повлиять на неконтролируемые процессы и можно сконцентрироваться на том, что находится в нашей власти. Перестав бороться с ветряными мельницами, можно изменить жизнь к лучшему, сосредоточившись на том, что действительно поддаётся воздействию.

Однако даже те, кто соглашается с тем, что у каждого из нас есть пределы контроля над окружающей реальностью, часто недооценивают масштаб явления. Иллюзия контроля простирается гораздо дальше психологических экспериментов, азартных игр и фондовой биржи. То, что часто без сомнений воспринимается как область нашего влияния и ответственности, на самом деле ею не является. Хронически завышается степень контроля над успехом, материальным благополучием и состоянием здоровья, но это почти никем не замечается, поэтому этим сферам следует уделить особое внимание. Данный вопрос подробно рассматривается в следующих двух главах.