Как обрести себя, сражаясь с монстрами в параллельной вселенной

Их отряд отправили на левый фланг, и у нее немного отлегло от сердца. Она прекрасно знала, что здесь противника нет. Она так явственно это чувствовала, хотя не смогла бы никому объяснить, откуда взялась эта уверенность. Натали решила кое-что проверить. Ей не впервой уже было нарушать правила и запреты, поэтому она тихонько поползла вперед, стараясь скрыться за неровностью местности и остаться незамеченной. Она ползла до тех пор, пока не обогнула холм, скрывший ее от глаз товарищей и командиров. Тогда она встала.

Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее побежала она вперед, туда, где мелькали вспышки, то и дело возникали клубы дыма и слышался неровный гул. Ее шаги превратились в длинные скачки, тело стало легким, практически невесомым, она словно опять летела над землей, окутанная клубами сверкающей пыли. Летела, пока не натолкнулась на невидимую стену.

Тело среагировало быстрее мозга, она уперлась каблуками в землю и села на пятую точку. Ее мысленное зрение ясно видело в десяти сантиметрах от ног пульсирующую красную линию – граница, до которой могли достать подземные щупальца, утыканные ядовитыми шипами, которые протыкали насквозь не только кожу и мясо, но и кости, и от которых не спасал ни один скафандр. Она тяжело дышала, тело пыталось справиться с выбросом адреналина, на запястье зажглась красная лампочка – таким сильным было возбуждение. Тихонько девушка подтянула ноги к себе – подальше от опасности. И неожиданно стала абсолютно спокойной. Она четко знала, что линия не двинется дальше – это были просто часовые, расставленные по периметру, охраняющие подступы к улью. Знала, что они не смогут ее засечь, пока она не переступит эту линию. Кроме того, она почувствовала, и даже увидела в своей голове, как словно рождественские лампочки, зажигаются места расположения всех укреплений чужих в радиусе полукилометра от нее. При желании она могла даже нарисовать карту, если бы было чем, но это была не проблема. Увиденное четко отпечаталось в ее памяти, она в любой момент могла воспроизвести эту картинку.

Натали улыбнулась и пошла налево, не торопясь, присматриваясь и прислушиваясь к своим ощущениям. Вот теперь ей по-настоящему не было страшно. Она прошла около мили, стараясь не отклоняться от границы укреплений дальше, чем на метр, а затем решила возвращаться. Она чувствовала, что начала уставать, видимо телепатические образы требовали достаточно много энергии.

Ей не удалось пробраться обратно незамеченной. Об отсутствии солдата было уже доложено командиру, и ее немедленно препроводили к капралу.

– Кто позволил вам отлучиться с поля боя, солдат?

Его голос был грозен, глаза метали молнии, но он старался сдерживаться. Натали открыто посмотрела ему в лицо и строго сказала:

– Никак нет, сэр! Я не отлучалась с поля боя, я проводила рекогносцировку на местности!

Его брови полезли вверх – такой наглости от новичка он явно не ожидал. Забыв об уставном тоне, он растерянно переспросил:

– Куда? В смысле, что?

– Я заметила отсутствие активности неприятеля на левом фланге и решила ознакомиться с обстановкой. Простите, что не дождалась вашего приказа. Сэр!

Последнее восклицание было данью армейской выучке. Лесть подействовала.

– Приказа? Мы, конечно, не разведка, но такая возможность…

Пока капрал размышлял, Натали решила ковать железо:

– Я могу нарисовать на карте расположение поисковых маячков неприятеля, его воздушных заграждений и противотанковых гусениц.

Гусеницы на самом деле были чем-то похожи на земных насекомых, только во много раз больше и покрыты броней, от которой отскакивали любые снаряды. Они оставляли за собой дорожку из какой-то жуткой смеси, которая расплавляла не только танки, но и все, что попадало на нее.

Командир немного помедлил, потом растерянно сказал:

– Идите в строй, солдат. Мы разберемся с этим позже.

Лаура в восхищении смотрела на нее, в глазах остальных читалось неодобрение: что за выскочка! Но Натали было все равно, ее наполняла эйфория от вновь открытых в себе способностей.

Бой закончился довольно быстро – оказалось, что пришельцы не были готовы к наступлению, они просто начали расширять свою территорию. Благодаря разведке, это удалось сразу же заметить и не дать им расползтись заразой. Но и преследовать противника внутрь хорошо укрепленной и обжитой ими земли сейчас не имело никакого смысла: не было ни достаточной подготовки, ни плана наступления, ни больших сил и ресурсов. Поэтому спустя три часа Натали была уже дома и выгуливала Малютку, который заодно и питался, бегая вокруг домика с широко открытой пастью, глотая живительную пыль.

Она едва успела умыться, как запищало переговорное устройство на столе, приглашая ее пройти в центральный штаб. Пришла пора расплачиваться за свою порывистую неосмотрительность. Хотя она считала, что это, наоборот, была скорее осмотрительность – она осматривалась на местности, что было всем только на пользу. Хорошо бы, чтоб начальство оценило ее порыв.

Наконец-то она увидела полковника из белого шара. Он слегка постарел, но был вполне узнаваем, только лицо его в этот раз было хмурым и напряженным, а не приветливым, как в тот раз, в рекламном ролике по приглашению на чужую войну. Здесь также присутствовал ее непосредственный командир и еще пара других военных, которых она не знала.

Натали отдала честь, заученно щелкнув каблуками, и прошла к столу, повинуясь жесту полковника. Она расслабленно уселась на небольшое круглое кресло, а начальство устроилось за столом напротив ее. Отвечая на вопрос, что ее угораздило покинуть позиции, девушка постаралась быть как можно откровеннее. Она рассказала им все, начиная с того момента, как наступила на зверька, забрала его с собой, начала читать его мысли, и как потом телепатически ощущала присутствие укреплений чужих на поле боя. Она даже показала им след от укуса, который почти уже зажил, что и не удивительно, учитывая скорость регенерации местной фауны.

Мужчины завороженно слушали, не перебивая, не проронив ни слова, даже не переглядывались в процессе рассказа. Когда она закончила, полковник заговорил не сразу.

– Вы же понимаете, солдат, что все это очень странно. Единственное объяснение, которое я могу этому дать – это то, что у Вас помутилось в голове под воздействием яда от укуса.

Он не дал прорваться возмущению Натали, остановив готовый хлынуть водопад слов легким движением ладони. Сила его взгляда и беспрекословная уверенность в собственной силе и правоте давили на нее, заставляя подчиниться.

– Вам придется пару дней побыть под наблюдением медиков, сдать анализы. А сейчас можете идти.

Вот так бесславно кончилось ее приключение, ее попытка принести пользу. Она молча ушла, упрямо склонив голову и почти глотая готовые хлынуть слезы обиды. Но не смогла удержаться и заскочила в библиотеку, где умыкнула пару карт местности, на одну из которых по памяти нанесла все, что видела тем днем. Карту положила в шкаф со своей старой одеждой и серой формой рекрутов, которая стала не нужна, потому что на следующий день их всех переодели в коричневую форму рядовых человеческой армии.

11.

Наступили горячие деньки. Точнее, горячими они были в переносном смысле, на самом же деле стоял жуткий холод, от которого спасал только утепленный скафандр. Наступила синяя зима – местное проклятие и стылый ад. Тренировки продолжались в усиленном режиме, перемежаясь с реальными боевыми действиями – был разработан план наступления в попытке выбить противника с занимаемой территории, чтобы навсегда избавиться от него.

Заработала столовая, в которую набивалось огромное количество народа, так как смены были сокращены, чтобы не терять время попусту. Быстро поели – и в бой. Счетчик на руке Натали насчитывал девять убитых гадов и сумму, которая радовала ее глаз. Телепатическое видение приближающегося противника, хоть и не оцененное по достоинству командованием, помогало ей отстреливать инопланетных чудовищ, самой оставаясь в безопасности. Огорчало только то, что после каждого убийства, ей становилось очень тяжело на сердце. Она называла себя дурочкой, объясняла, что это убийцы, или мы их, или они – нас, но все равно осадок оставался.

Из-за холода Малютка выбегал на улицу только по нужде, быстро мерз и прятался под одеяло, дрожа, как осиновый лист, видимо, он относился к виду, впадающим на зиму в спячку. И в то же время, он с потрясающей скоростью рос, превратившись к концу зимы в огромного, похожего на земного пса безглазого крокодила. На базе к нему быстро привыкли, и даже делились своими дневными порциями, представляя, как трудно прокормить такого монстра. Монстр же, меж тем, оказался нрава покладистого и дружелюбного, готового облизать любого, кто уделит ему хоть чуточку внимания: ну чем не щеночек ростом по пояс высокому человеку?

Очередное утро и очередной марш-бросок на позиции: тридцать километров они преодолевали за час двадцать, располагались в укрытиях и ждали сигнала о начале атаки. Потом под прикрытием танков и самолетов, приближались к укреплениям чужих и расстреливали все, что движется, а заодно и все, что нет. Постепенно расстояние до неприятеля увеличивалось, и теперь их везли к линии фронта джипы.

Так прошла зима, постепенно становилось теплее, желтое солнце немного глушило холодность синего, и на душе становилось веселее. В один прекрасный день Натали пришлось взять Малютку с собой: командование объявило, что им придется остаться на линии фронта на несколько дней, до тех пор, пока остатки неприятеля не будут выбиты с позиций подальше вглубь территорий.

Синее солнце уже едва виднелось над линией горизонта, а в глаза ласково светило теплое желтое солнце начинающейся весны. Измученная бесснежной зимой земля едва начинала прогреваться, на ней то и дело мелькали блеклые тени – просыпались животные, облачками носились споры растений, готовые в любой момент осесть на землю и приняться, ожидая только первых капель весенних ливней. Небо было странного зеленоватого цвета, словно россыпь изумрудов сверкали исковерканные этим цветом звезды. Становилось легче дышать, воздух не стыл в легких, и можно было снять шлем, наслаждаясь свежим ветром в лицо. Джипы споро неслись по наезженному маршруту, в строгом порядке, Натали сидела в кузове одного из них, обнимая Малютку за мощную шею и придерживая его на всякий случай за ошейник – не сотворил бы чего, все-таки первый раз в машине.

Колонна взяла правее и оказалась на месте боевых действий. Здесь были оборудованы небольшие землянки, стояла походная кухня, видно было, что обосновались они надолго. Неподалеку виднелся белый шатер палатки разведотряда – они прибыли гораздо раньше, еще затемно, и сейчас должны были вернуться с задания.

Солдаты спрыгнули на землю, разминая ноги. Малютка грациозным прыжком перемахнул через бортик, и замер, переваривая обстановку. Натали еще не успела покинуть машину, и слава Богу, потому что мощный толчок телепатии сбил бы ее с ног. Она получала такой сильный поток картинок, ощущений и просто знаний от своего питомца, что ей потребовались все силы, чтобы хотя бы начать это переваривать. Неожиданно она поняла, что видит гораздо дальше, чем в свою первую вылазку, причем с такими деталями, которых она и не ожидала. Видимо, крокопёс выполнял роль мощного усилителя, или ретранслятора, она в этом так толком и не разобралась.

Пока она с трудом выковыривалась из машины, пытаясь справиться с выпавшей на ее долю умственной нагрузкой, вернулись разведчики. Впереди шел черноволосый офицер, надолго смутивший ее чувства. Она впилась в него глазами, позабыв приличия. Наяву и вблизи он оказался еще красивее, чем она могла себе представить. Его красота была настолько откровенной, что била прямо по оголенным нервам, заставляя зажмуриться. Натали с открытым ртом смотрела, как он разворачивает карту на походном столе, и голографическая картинка начинает светиться голубоватым светом, а он точными движениями руки расставляет на ней красные укрепления неприятеля. Командиры внимательно наблюдают за его действиями, окружив 3D стол, и негромко обсуждают что-то, чертя в воздухе стрелы и линии наступления.

Наконец, приказ был получен, и Натали была вынуждена оторвать взгляд от прекрасного незнакомца, чтобы рысцой пуститься в наступление. А он меж тем с удивлением провожал взглядом странный силуэт непонятного существа, которого придерживала за ошейник тонкая девичья фигурка.

Вскоре девушка отпустила зверя, потому что так было, во-первых, удобнее, а во-вторых, она знала, что тот от нее никуда не денется, ни на шаг не отойдет, защищая хозяйку до последней капли своей синей крови.

В этот раз они забрались дальше остальных, Натали немного увлеклась погоней за наглой летучей тварью с кожистыми крыльями, которая к тому же стоила немалых денег. Тварь она все-таки убила, но неожиданно замерла на месте, понимая, что ее что-то очень сильно насторожило. Это что-то оказалось поземным щупом, который приближался к ним с совершенно неожиданной стороны, вопреки карте и разведданным. Она напряглась, шаря мысленным взглядом по окружающей ее местности, положив руку на голову Малютке, как будто это могло помочь усилить сигнал. Видимо, немного помогло, или просто угроза стала ближе, но вдруг Натали со всей отчетливостью увидела, что справа приближается огромная масса противника, не замеченная ими ранее. Причем скорость распространения этой заразы была приличная, и девушка ринулась бежать изо всех сил.

Их с Малюткой скорость почти сравнялась, они летели огромными скачками, прочь от смерти, прочь от ядовитой слюны, поземных когтей и сжигающего дыхания. Они едва успели достичь своих, как из-под земли вырвалась огромная пасть на толстой шее, посылая сноп огня на все, что попадалось ей на пути. Ее появление было встречено массовым огнем хорошо натренированных солдат, отвлекших ее на доли секунды, достаточных для того, чтобы Натали, ведомая своим инстинктом, выстрелила ей прямо в горло, в то непомеченное ни на каких схемах место, удар в которое означал верную смерть монстра. Девушка действовала совершенно интуитивно, полностью доверившись себе и своим новым способностям. В результате пасть упала на землю, остальные были безжалостно расстреляны в течение следующего часа.

Небольшая передышка, потом обед с оглядкой на фронтовую полосу. Но вроде тихо. Военные лежат вповалку, приходя в себя, накапливая силы для очередной атаки, а может, обороны, тут как пойдет.

Натали не сиделось, возбуждение от пережитой опасности и чудесного спасения, а потом и выстрела, принесшего ей баснословные деньги и поздравления товарищей, никак не проходило. Ноги сами принесли ее к столу с картой, которая все еще была развернута во всей своей красе. Девушка внимательно смотрела на красные точки, пытаясь понять, какие из них что именно обозначают. Постепенно до нее стало доходить, она увидела все, мимо чего еще недавно проходила и пробегала. А потом увидела и бреши, белые пятна, образовавшиеся от недостатка информации. Она легонько коснулась пальцем того места на карте, где мысленно видела противовоздушную пушку, поставила точку, которая моментально превратилась в схематическое изображение именно этой самой пушки. Воодушевившись, она стала смелее, и вскоре на карте были расставлены все замеченные ею укрепления, и даже парящие в воздухе склады с продовольствием. Удовлетворенно вздохнув, она отошла от карты, прилегла на холмик, обняв Малютку, и задремала.

Разбудили ее крики. Офицеры бурно обсуждали, откуда взялись новые значки на карте. Пришлось идти с повинной:

– Это я.

На нее воззрилось несколько пар глаз, среди которых были и темные, с длинными черными ресницами глаза ее принца из сказки.

– Что, Вы? – Боже, его голос! Он оказался еще прекраснее, чем она себе представляла: низкий, глубокий, с легкой хрипотцой отчаянного, потрепанного бурями пирата. Но она смогла взять себя в руки и сказать:

– Я отметила то, что видела.

– Как вы могли это увидеть, если эти укрепления находятся на расстоянии больше пятидесяти километров отсюда?

– Я вижу это не глазами, – «мой господин», хотелось добавить ей, но она и тут сдержала себя. – Я вижу это в голове, с помощью моей собаки.

Она снова положила руку на лоб пса, как будто хотела продемонстрировать, как это работает. Он недоверчиво смотрел ей в глаза, даже не подозревая, какую бурю эмоций вызывает в ней этот взгляд. Но она не отводила глаз, понимая, что сейчас уже пора настоять на своем, и заставить их, наконец, поверить в ее способности. Наконец, он отвернулся и негромко бросил куда-то в сторону:

– Вертушку мне!

Пока вертолет медленно поднимал их в воздух, она не знала, куда деваться. Такое близкое соседство с мужчиной своей мечты сводило ее с ума, а надо было сосредоточиться на деле. Они приближались к месту последнего боя, когда Натали воскликнула:

– Осторожно! Вправо, быстро! Этого тут не было.

– Как Вы его видите? Это же невидимка, камуфляж, сливающийся с местностью, эту летучую тварь невозможно заметить без специальных приборов.

– Я его не вижу, я его чувствую, – снова повторила Натали, уже без особой надежды быть, наконец, понятой.

Но он понял. Как-то мгновенно и сразу безоговорочно принял ее способность, подкрепленную к тому же доказательством: все, что она нарисовала на карте, было в полном наличии, и именно на тех самых местах, которые были ею указаны. Вертолет развернулся, сделав небольшой полукруг, и они полетели обратно. Натали даже решилась добавить:

– У меня и левого фланга карта тоже есть, но она бумажная и дома…

– Меня зовут Марк, – и он протянул ей руку.

– Натали.

Сердце ее трепетало от счастья, рука спокойно пожимала его жесткую сухую ладонь, а Малютка недоуменно поводил носом, не понимая причину странного внутреннего волнения хозяйки.

12.

Через пару недель они вернулись домой. Пришла пора муссонов, желтое солнце принесло массу света, тепла и непрекращающихся ливней. Небо стало тусклым, коричневато-зеленые облака, тучи и пласты конденсата ходили кругами, громоздились кручами и клубились чудовищным варевом. Иногда казалось, что кто-то огромной ложкой мешает природный суп, заставляя небо и все вокруг крутиться и бурлить.

Натали стояла на пороге своего домика и с упоением вдыхала влажный воздух, перебирая в памяти прекрасные моменты, словно драгоценные жемчужины, укладывала их по полочкам своей памяти, чтобы не забыть уже никогда. Она смотрела на непрекращающийся ливень, но глаза ее видели совершенно другое: Марка. Вот он откинул черную прядь волос с уставшего лба, на котором пролегла вертикальная задумчивая складка. Вот потянулся так, что хрустнули все кости, а стройное тело словно устремилось к небу. Вот он отжимается, поставив руки на кулаки, убрал одну руку за спину – продолжает упражнения. Поднялся, спина с буграми мышц лоснится от выступившего пота, подтянутый живот пересекает ремень, не давая взгляду устремиться в запретное пространство. Он так хорош, что Натали и сейчас невольно сглатывает, вспоминая его лицо, темные серьезные глаза, мускулистое тело, ощущение от пожатия его руки. Она обнимает себя за плечи и улыбается.

Улыбается оттого, что несколько раз уже ловила на себе его пристальный взгляд, возвращаясь из разведки или за обедом, в моменты небольших передышек. Она начинала понимать, что он заинтересован ею, даже в таком странном, походном виде, с волосами, убранными в тугой узел, чтобы не мешали надевать шлем, с пыльным подчас лицом и печатью усталости на осунувшемся лице. Его внимание было ей приятно, и она изо всех сил сдерживалась, чтобы наружу не просочилась ее собственная нестерпимая тяга к нему.

Ее номинально причислили к отряду разведки, оставив на потом оформление бумаг и других формальностей. Она каждый день просыпалась на рассвете и отправлялась с Марком и его небольшим отрядом на изучение территории предстоящих действий. Благодаря им, наступления становились все более успешными, и скоро удалось оттеснить врага туда, куда командование изначально и планировало. Пришло время восстановить силы и разработать план глобального наступления, которое навсегда бы очистило эту местность от неприятеля.

Натали с упоением отдавалась во власть своему дару телепатического видения, с каждым разом замечая все больше деталей, все отчетливее представляя себе картинку. Она даже начала чувствовать слабые отголоски чувств инопланетных захватчиков, превалировала ненависть и жажда убивать. Единственное, что ей не очень нравилось, это физическое и психическое истощение после таких вылазок, она практически валилась с ног каждый раз, возвращаясь обратно. Особенно много сил забирали чужие эмоции, и ей пришлось научиться ставить ментальный блок на входящие и, если уж на то пошло, исходящие потоки, потому что она боялась, что пришельцы тоже смогут запеленговать непривычную мозговую активность. Практика решила все, и она довольно сносно овладела и тем, и другим умением.

Примечания