Круглая формула грядущего. Сага Иного мира. Книга третья. Часть II
- -
- 100%
- +
Дальнейшее представляло из себя непрерывную круговерть: автографы, дядюшка Лив с огромным слоником, какие-то девицы оглушительных форм и в купальниках. И – фотографии, фотографии, фотографии… Сьяли ослеп от фотоаппаратов. После воздушного боя и кровавых луж на транспорте все эти информаторы и особенно девицы казались наваждением, иллюзией другого мира. Сьяли не мог вернуться в реальность и потому, будто во сне, выбрал новенькую форму, выбрал оказавшиеся тесными ботинки, выбрал какую-то чудовищную фуражку – впрочем, других фуражек не предлагали суетящиеся чины, ответственные за награждение героев. Огромная медаль на яркой ленте, речь Лидера, серые громады новых авианосцев в гавани: Свободная Ваулингла не испугалась вехтских ракет и подтягивала Ударный флот для решительного ответа.
Награждение было нестерпимо долгим. Так показалось Сьяли из своих сверкающих ботинок. После награждали немногих уцелевших из аварийной команды «Юсы», спасших сотни раненых из трюмов тонувшего авианосца, потом награждали офицеров вошедшего в минное поле транспорта, потом награждали пилотов, доставивших медикаменты, потом награждали танкистов, сокрушительным ударом вернувших Песчаные острова Ваулингле. Награждали в основном молодых сияющих парней, но среди них было несколько матёрых на вид офицеров, это чувствовалось по манерам и повадкам. Когда они успели так навоеваться? Одного Сьяли узнал: уже загорелый злодей-красавец оказался командиром отряда тяжёлых танков. Его танки прошли рейдом по тылам ямихасов, разгромили гарнизон аэродрома, раздавили сто пятьдесят транспортных самолётов и разорвали гусеницами колючую проволоку жуткого лагеря. В лагере, в больных лесах Песчаных островов, вымирали ваулинглы – не военнопленные даже, а согнанные со всех городов жители.
Сьяли помахал рукой злодею-красавцу, делить им было нечего: девиц в купальниках вокруг было такое множество, хоть уступай десяток-другой. И красавец ответил на приветствие, он тоже узнал страдающего в ботинках Сьяли. Информаторы, стоявшие поодаль, почему-то фыркали и не смотрели на Сьяли. Оказалось, что если чаще переступать ногами, то можно думать ещё о чём-то, кроме ботинок, но этот эксперимент был прерван Лидером, остановившем шипящих от злости помощников. Помощники дёргали Сьяли за рукав и пытали вопросами, отвлекая мысли из ботинок. Лидер же повернул Сьяли за плечи спиной к информаторам, наклонился и, ухватив Сьяли за щиколотку, согнул ногу шатающегося пилота в колене. Похоже, лидер отлично умел подковывать сноровистых лошадей. Лидер легко содрал оба ботинка с бесчувственных ступней Сьяли и размашисто подписал обе жёлтые подмётки огромным вечным пером, под рёв восторга и вспышки фотоаппаратов. И вручил ботинки пилоту подмётками вверх, выставив надписи на всеобщее обозрение, под объективы ошалевших от сенсации информаторов.
Дальнейшее чествование было восхитительным, ибо прошло босым.
* * *
Первый из своих законных трёх дней Сьяли решил проспать напропалую, но его разбудила мать:
– Сьяли, вставай! Тебя ждут все дети Ваулинглы.
– Все? – Сьяли с трудом выдрал помятое лицо из подушки. Он чувствовал не ноги, а какие-то гигантские гири. В левую гирю больно стреляло. – Неужели все?
– Благодаря дядюшке Ливу. Сад заполнен детьми, очередь вьётся к городскому бассейну.
– Так далеко? – проснулся Сьяли и потянулся.
– Сам виноват, – мать аккуратно поправляла медаль на мундире Сьяли. Мундир был выглажен и красовался на вешалке в лучах раннего утра. Окна в комнату Сьяли были открыты настежь и свежий воздух втекал вместе с чириканьем из сада. – Вся страна знает, как ты таскал игрушки у Лива.
– Вся? – испугался Сьяли.
– Судя по очереди в саду, вся. Облачайся в мундир и ступай в сад. Отдуваться. Нехорошо заставлять детей ждать. Вот твой завтрак.
Сьяли осторожно выглянул в окно и содрогнулся:
– Мама, откуда их столько?
Он догадывался, откуда.
– От Лива, – подтвердил вместо матери брат, въезжая на своей коляске. – Со вчерашнего вечера они штурмуют магазин Лива и с игрушками подтягиваются к саду. Номера на ладошках пишут. Сам видел: кое-кто приторговывает номерами. А старый мошенник от радости боится подсчитать прибыли. Вот плут! Предложи его командиром авианосца. Не утопит никто такого. Никакой ракетой.
– С него и не взлетишь. Он взлёт платным сделает.
– Да, Сьяли… – как бы ненароком заметила мать. – Тебе отпуск не продлят? Тут столько детей… Можно устроить, если привлечь внимание общественности.
– Это дядюшка Лив тебе идею подбросил? – перестал жевать Сьяли. – Ну и ну… До конца войны нанимает меня сидеть в магазине? А как прибыль делить, обговорил?
– Ну что ты, Сьяли… – неожиданно смутилась мать. – Нет-нет.
– Да-да! – огрызнулся Сьяли, шлёпая босыми ногами в ванную.
Умывался он быстро и одевался того быстрее.
– Там в море какой-то страшный корабль, ракеты… – тихо начала мать, глядя на медаль. – Весь флот собирают в столице против него.
– Его счастье, не попался он мне, мразь вехтская, – Сьяли пнул под кровать страшные вчерашние ботинки. – Далековато был. Где мои старые военные ботинки из лётной школы? – Он рылся в шкафу. – У меня нет старых ботинок?! Вот это и есть старые ботинки? Вот эти?! Мама, что ты с ними сделала? Как я их объясню?! Они чёрными должны быть!
…До вечера Сьяли размашисто надписывал разные слова на разных игрушках и фотографировался. На следующий день он снова надписывал разные слова на разных игрушках и фотографировался. На третий день Сьяли понял, кто есть истинный воин мерзкой тьмы в их городе. Это Лив!
Перед самым его отъездом случилось нечто: через толпу информаторов протиснулась заплаканная девушка (почти подросток!) в стареньком выглаженном платье и с огромным зелёным слоником: им с матерью нечем платить даже за дом, не говоря о школе танцев, которую пришлось бросить – нет новых туфелек, она выросла из старых. Отец и брат пропали на Песчаных островах, могут вышвырнуть из дома уже завтра. Она не хочет жить в картонной коробке картонного квартала и потому просит лучшего пилота страны Сьяли Ивла подтвердить надписью, что это не просто старый потёртый слоник, это тот самый слоник, доблестно похищенный у жадины Лива и подаренный ей семь лет назад. Если Сьяли помнит, конечно… Сколько будет стоить слоник с подписью лучшего пилота страны?
На незнакомую девчушку зашикали, но Сьяли отлично вспомнил, подтвердил и надписал слоника, а потом под вспышками информаторов обул передние ноги слоника в практически новые сверкающие ботинки – в них лучший пилот Ваулинглы Сьяли Ивл получал медаль из рук самого господина Лидера и наступал ими на ноги господину Лидеру. Что Лидер и удостоверил надписью на жёлтых подмётках! Вот они, надписи… И ещё лучший пилот Ваулинглы Сьяли Ивл подарит лучшей подруге детства Лейне Квай свою огромную военную фуражку, что была с ним в знаменитом теперь на всю страну воздушном бою с корректировщиком «Воина Тьмы». Что тоже подтвердит надписью на новенькой фуражке. И ещё Сьяли семь раз сфотографировался с улыбающейся сквозь слёзы лучшей подругой детства Лейной Квай, которой всегда доверял все секреты. И по-секрету, в десятки микрофонов, он посоветовал старенькому зелёному слонику не жадничать, а время от времени уступать Лейне Квай ботинки. Ведь Лейна отлично танцует, и маленькие ботинки придутся впору на её маленькие проворные ступни.
Элитарный пилот
Караван беспечно прошёл над Великой Впадиной и миновал стороною мелководья Вебы. Сразу за Вебой начиналась Гигантская Отмель, где досужие ныряльщики пристрастились разыскивать клады древних мореплавателей Виданоры и героически увёртываться от скатов.
Сьяли удивлялся замысловатости Гигантской Отмели, которая красовалась на огромном прозрачном планшете в боевой рубке «Вайюлосы»: эдакий спрут на пол-океана! Вот голова – это собственно Великая Впадина – вот щупальца-разломы, они протянулись глубокими трещинами от головы в океан. Вот глаз в голове, это Веба. Даже на гневный зрачок похожа.
И только Трёх Скал не различить, больно уж мелок этот объект для картографов. Скалы отмечены на планшете каким-то ненатуральным значком и похожи на пуговицу, застегнувшую шкуру спрута.
Караван вышел секретно (трагедию «Юсы» учли) к Трём Скалам. А далее, над разломом – к Сахтаръёле. Над Гигантской Отмелью таким транспортам плыть рискованно, у них очень глубокая осадка, к тому же там прячутся подводные лодки. Они лежат на дне, их не видят акустические локаторы. Лежат, мерзавки, и высматривают в перископы добычу, которая сама нарывается на торпедный залп.
Сьяли не чувствовал усталости, хотя взлетал по шесть раз на дню. Все истребители «Вайюлосы» взлетали по шесть раз в день, плотно закрыв воздух над караваном – к огромному каравану нельзя было пропускать ни одного разведчика Вехты, транспорты везли уйму автомобилей, окрашенных в непривычный камуфляж и с непривычными глазу опознавательными знаками. Грузовики покрасили так на заводах Ваулинглы. Оказывается, в Сахтаръёле почти нет автомобилей! Ни автомобилей, ни автобусов, только трамваи и поезда на электрическом приводе. Честно говоря, идею запретить автомобили Сьяли поддерживал всей душой, как и всякий ваулингл, хоть раз глотнувший столичного воздуха. Такая идея постоянно возникала и в речах политиков до войны, но теперь все поняли: на войне электромоторы далеко не увезут. Авиация Вехты непрерывно бомбила железные дороги Сахтаръёлы, то и дело прерывая снабжение войск.
Автомобили везли через океан, к воякам Сахтаръёлы, ибо моторизованные войска – это совсем другие войска, это не грязь ботинками месить, пока твоего соседа избивают трое.
То был уже семнадцатый караван. Поговаривали, что каждый третий транспорт не доплывает до Сахтаръёлы. И каждый третий грузовик, битком набитый банками с тушёнкой, идёт на дно – оказывается, в Сахтаръёле не признавали и никаких консервов, дабы «здоровье народу не портить». И держали в войсках полевые кухни, где готовили воякам здоровую пищу. Но лучше быть больным и живым, чем здоровым и мёртвым, ведь отощавший воин – это плохой воин. И потому с первого дня войны истребители Вехты шныряли в поисках полевых кухонь врага, а за одну уничтоженную кухню пилотам давали медаль. За расстрелянных при кухне поваров – ордена. Поначалу все истребители Вехты увлекались поисками поваров и орденов, пока не начали встречать над заманчивым дымком полевой кухни «чёрную ведьму» – так прозвали истребитель сахтаръёлов, выкрашенный в чёрный цвет. Пилот такой машины легко расправлялся с любыми охотниками за поварами и, самое любопытное, отстреливал парашютистам головы, если незадачливым асам удавалось выпрыгнуть с парашютом. И то: зачем скотам головы? – пакости выдумывать? – ты воевать пришёл или мою жратву красть?
Исход поединка с чёрным истребителем всегда был предрешён и никому из вехтов не удалось сбить хотя бы один. Полевые кухни Сахтаръёлы теперь дымят в своё удовольствие и приучают покорителей мира к приличным манерам ведения войны. Смеялись даже, будто какой-то повар кашеварил на виду у матёрого вражеского снайпера, но тот так и не решился выстрелить в наглеца: снайпер потел, бледнел и смотрел в небо.
Съяли одобрял колдовство «чёрных ведьм». Если ты обзавёлся самолётом, пулемётом и напарником, то нечего над лошадьми и поварами куражиться, покажи свою удаль в воздушном бою! И даже если удача отвернётся, тебе не отстрелят голову, а покачают крыльями: мол, ноги не поломай, а там и с девушками повезёт. Говорят, «чёрные ведьмы» проделывали и такое, встретив благородство у врага.
Вчера случилось неожиданное: дальний разведчик заблудился в тропической грозе, угодил под молнию, окончательно потерял доверие к ошалевшим приборам и в состоянии полного отчаяния вынырнул из облаков прямо над огромным диковинным кораблём. Экипаж разведчика с интересом сделал несколько фотографий удивительного корабля – то ли спасателя, то ли научного судна. По крайней мере, решили так: это чьё-то научное судно. А что ещё думать? – гигант тащил на своей серой туше обрезки огромных труб с крышками. Шестнадцать связанных четвёрками огромных труб, в каждую из которых легко мог въехать грузовик. Видимо, какая-то ненормальная страна некогда Великой Миссии проводит глубоководные работы в зоне боевых действий, а в этих трубах выдерживают водолазов после погружения. Пилотов смущали лишь обводы судна: плавные зализанные контуры скоростного хищника, изуродованные нагромождением труб. Зачем научному судну такой корпус? Куда ему спешить с такими обводами?
Разведчик дал круг над кораблём, споря: что это за нагромождения вдоль бортов, похожие на огромные зенитные автоматы? – да нету в природе таких здоровенных автоматов! Наверняка это краны для подъёма подводных аппаратов. Научные устройства. Или нет?
И как бы сесть на воду рядом с ним… У Сьяли Ивла получилось!
Пилоты самолётов-разведчиков всегда спали на предполётных инструктажах, где крутили кино с инструкциями. В экипаже есть ведь пилот-наблюдатель, вот пусть и наблюдает, чего нам показывают на экране.
Штурману и стрелкам пришлось растолкать пилота-наблюдателя, он дремал от однообразия океана.
– Это «Воин Тьмы»! – заорал наблюдатель, а над уродливом трубоносце внезапно развернулся боевой флаг Вечной Вехты.
«Воин Тьмы» шёл к Вебе над глубоководным разломом Великой Отмели, в окружении крейсеров своего боевого охранения, их строй мельком показался разведчику сквозь низкую облачность, и там с плавучих авиабаз уже взлетали истребители.
Экипаж принял молниеносное решение улепётывать в грозу и молнии, среди которых показалось гораздо безопасней.
Пилоту разведчика повезло. Он смог оторваться в грозовых облаках от истребителей и ушёл с разбитыми приборами, дымя одним мотором: длинная пулемётная очередь изрешетила машину и не оцарапала никого из экипажа. Пилоту повезло вторично, когда он смог сбить пламя с мотора. Спустя пол-дня на ковыляющую машину наткнулся Сьяли – он был в патрулировании, но внимательный экипаж разведчика не заметил Сьяли. Экипажу было не до наблюдений, все рылись в самолёте, как одержимые, они безуспешно разыскивали в разгромленной кабине инструкцию по спасению от скатов (этими инструкциями какое-то ведомство наводнило все корабли, но Сьяли не встречал никого, кто прочёл оттуда хотя бы слово).
К вечеру добытые разведчиком фотографии уже рассматривали все собранные в просторном зале пилоты авианосца. Щёлкал в тишине проектор, на экране фотографии сменяли одна другую, и каждый пилот впитал в ум неприятную истину: разделаться с эскадрой этот трубчатый урод может одним крохотным незаметным корректировщиком и одним-единственным залпом из этих труб. И ещё пятью залпами – с караваном. Уже не спеша и со вкусом. В трубах он держит готовые к пуску ракеты.
Это пусковые установки.
И ракетами набит его трюм.
Каким-то хитроумным фототелеграфом изображения рейдера передавали союзникам, оттуда сыпались вопросы разведчикам, потом снова что-то передавали…
Пилоты заволновались. Начальство секретничает не зря!
Нюх не подвёл. Ударный флот Вехты не охотился за караваном, пусть даже очень большим и очень ценным караваном, флот секретно вышел в океан и направляется к побережью Ваулинглы. Он идёт наводить в далёкой заартачившейся стране свои железные порядки, наводить их новыми бомбами – теми, что одним махом стирают в пыль любой город.
Так предупредила уже другая разведка.
И Лидер принял решение: перехватить «Воин Тьмы» за Вебой, на границе Гигантской Отмели, у Трёх Скал. Усиление к эскадре подойдёт ночью.
Пилотам также сообщили, что с запада к Трём Скалам идёт авианосец Сахтаръёлы и его боевое охранение, так что истребители прикрытия будут. И не школьники, а настоящие асы! – те, что за год сильно омолодили пилотов Вехты. У рогатых преемников Бешеного Вождя остался от прежних грозных асов только отряд воздушного прикрытия столицы, какие-то «железные ястребы», но тот отряд далеко. Остальные асы Вехты погибли в воздушных боях над «Эштаръёлой», а непобедимый капитан Хикт казнён позорной смертью. Его страшный отряд куда-то сгинул – по древнему обычаю воинов Вечной Вехты зазнавшиеся подчинённые Хикта осмелились не поприветствовать виновника смерти командира. Так что на четырёх плавучих авиабазах Вехты из четырёхсот пилотов лишь тридцать шесть умели воевать по-настоящему. Остальные – под стать Сьяли, вчерашние ученики. Хорошо обученные, но ученики.
Накостылять сопливым вехтам за «Юсу» и не подпустить трубоносца к родному дому жаждали все в эскадре, пока авианосец «Вайюлоса» вёл караван к Трём Скалам. Пилотам настойчиво показывали фотографии сахтаръёльской махины, способной ломать льды: не отбомбитесь случайно по «Эштаръёле», паскудники!
Ночью караван лёг в дрейф, а к эскадре тихо подошли крейсеры и сразу четыре новых авианосца. Оказывается, бухту столицы покинул сам «Йюлаусёч»! Столица оголила порт! Тут уж любому трюмному дурню стало ясно, что у Трёх Скал готовится решающее морское сражение.
…Командующий флотом лично посетил каждый авианосец и сообщил: «Воин Тьмы» несёт на борту шестьдесят четыре ракеты, оснащённых новыми боеголовками. Атомными.
Так Сьяли впервые услышал про атомные боеголовки.
– Многие помнят смешной фильм, наверно, – негромко говорил командующий притихшему строю, – про испытания Вехтой нового оружия. Гриб до небес, город какой-то сгорел… Так вот, ребята: это не выдумка. Напоминаю: «Воин Тьмы» застукал нашего воздушного разведчика. И теперь не прячется. Даже хорохорится в эфире, подлец. Вот что их вожди передают нашему Лидеру открытым текстом, читаю перевод: «Поздно выползать навстречу доблестным сынам Вехты, трусливые и сытые скоты. Половина вашей страны обречена. Хотите утопить рейдер? – попробуйте. Если получится».
Командующий оторвался от бумаги и оглядел строй.
– Что это значит, господа? Соображайте!
– Они думают, мы в столичной бухте спим… – растерянно брякнул кто-то.
– Молодец! – похвалил командующий. – А мы наш сюрприз вождям преподнесём тут.
И командующий предупредил пилотов: если «Воин Тьмы» потеряет сопровождение, но прорвётся из сражения у Трёх Скал на юг, то над Гигантской Впадиной его уже ничем не догнать. Только атаковать вдогон авиацией. А на этом атомном уроде сто восемь счетверённых автоматических зениток и лучшие зенитчики Вехты. Прорваться к нему будет ой как непросто… И через сутки всё побережье Ваулинглы может оказаться в зоне поражения атомными ракетами. Конечно, лишённый прикрытия рейдер в конце концов потопят, побережье утыкано аэродромами. Но рейдер успеет выпустить ракеты. Первый удар атомной боеголовкой будет нанесён по столице Ваулинглы. И столицы не станет. Потому главная цель – это «Воин Тьмы». Ракетный рейдер, насмешливый командир которого приложил к радиопосланию своих вождей некий список из тридцати трёх городов Ваулинглы, намеченных к уничтожению в первую очередь. Этот список повторяют из мощной радиорубки рейдера с прибаутками, половина прибрежной промышленности Ваулинглы остановлена. Идёт эвакуация людей.
Сьяли покоробил боевой вехтский юмор: умеют повернуть к выигрышу, скоты, а ведь ещё и выстрела не сделали.
– Что-то многовато бешеных вождей развелось; не так ли, господа? – впервые улыбнулся командующий. – Не иначе к драке! Сообщаю: драка намечается послезавтра утром. И чтоб никто не остался без синяка на кулаке! Сдуру не отбомбитесь по союзникам и учите их силуэты, а не силуэты шлюх рассматривайте, на сегодня запрещаю глядеть на фотографии голых девок. Только на фотографии самолётов и кораблей! А девки вас после драки встретят. Настоящие. Уже собираются на пирсах и нижним бельём машут. Кто-то посоветовал им раззадорить вас эдаким способом. Когда вернётесь героями.
…В тот день пилоты особенно много шутили и писали письма. Становилось лихо и тревожно, прорастало желание как-то растянуть оставшееся до битвы время. Ведь кто-то действительно сойдёт на пирс героем, кого-то будут вылавливать в волнах, а кто-то навсегда останется в холодной темноте. Под обгорелыми обломками. Рядом с гнездом ската.
Акустики «Вайюлосы» говорили, что под водой непрерывно переговариваются подводные лодки. И нет-нет, да где-то рванёт торпеда: под океанской гладью уже разгорается сражение за разломы Великой Отмели. Разломы – это дорога для рейдера через мелководье. Вехтские подводники расчищают путь атомному бандиту.
В центре управления авианосца совещались непрерывно и секретничали, что-то чертили на картах, но каждый матрос уже знал: флот обнаружил «Воина Тьмы» и даст решающее сражение уроду, который прёт на перегретых сверхмощных двигателях, надеясь уклониться от асов «Эштаръёлы», та мчится с запада, загоняя рейдер к Трём Скалам. А сотня её закалённых в боях асов могут запросто оставить «Воина Тьмы» без воздушного прикрытия. Значит, рейдер дорожит прикрытием, значит, оно ему нужно… Этот гад намерен отстреляться по Ваулингле и уйти от береговой авиации, прикрываясь своими истребителями. Наверно, его тоже ждут на пирсе голые девки. Блондинки. Там все блондинки.
Три флагмана трёх стран сближались над разломами Великой Отмели, но один из них был уверен в своих ракетах и думал, что флагманов всего два. И потому мог жестоко поплатиться за надменную невнимательность, ибо о поджидающем его Ударном флоте Ваулинглы трубчатый вехт не знал.
Транспортный караван незаметно ушёл на восток, чтобы далеким океаном обойти Вехту. Ушёл без прикрытия, да и зачем оно? – все боевые корабли всех воюющих стран мчат к Трём Скалам. Через два дня война за океан будет закончена и десантные караваны с войсками пойдут в Танлагему, в беззащитные тылы Вехты. Повторялась Первая Планетарная война.
А её исход помнили все.
* * *
На мостике получали предполётный инструктаж, там гудели голоса пилотов:
– Командир, тебе самому не смешно щебетать сказки про какой-то люк?
– Помнишь, мы доты бомбили на Песчаных? Три дня молотили фугасками, сбросили две сотни, хоть бы в один попали. Перепахали всё вокруг, а толку никакого. В дот не попали! В дот! Он побольше здешнего зала был. А твой люк меньше этого стола. Хрен ты в него попадёшь. Разве что плевком. Да и то с палубы, а не с высоты, на скорости, да ещё зенитки лупят…
– На такую цель надо заходить вереницей, поодиночке, один-за-одним. Тогда ещё есть шанс, что одна из шестисот да попадёт. Только там четыре сотни истребителей.
* * *
Утром пилоты выстроились на влажной от дождя палубе, поглядывая на низкие серые тучи: над океаном висел обычный летний циклон, и чужой разведчик вряд ли нащупает корабли в лабиринте Трёх Скал. Все полёты отменили, отдыхающий перед решающей схваткой флот дремал в тёмных ущельях. С воздуха его не обнаружить ни за что.
Сообщение, прочитанное перед строем, не воспринялось поначалу никем: ночью погиб Лидер. Ехал в морской штаб лично руководить грандиозной океанской операцией и… автомобильная катастрофа. Глупый и неумелый водитель тяжёлого грузовика, поняв, что натворил, покончил с собой на месте. Даже не успели допросить! Разбил себе голову гаечным ключом.
К полудню новость кое-как усвоилась и даже портрет нового Лидера успели рассмотреть.
И все были снова вызваны на построение.
Хмурый командир авианосца долго читал что-то о взаимоуважении достойных и близких образом жизни противников, о внезапном восхищении вождей Вехты доблестью и выдержкой героически погибшего командира «Юсы», о слёзных извинениях и щедрых финансовых компенсациях вождей Вехты, потрясённых ошибочной атакой «Флогии», об ответственности нового Лидера перед своим народом…
Командир мрачно читал и какие-то другие слова, о благоразумии.
Похолодевший Сьяли ждал слов решающих после потока слов ненужных. И решающие слова прозвучали: Свободная Ваулингла заключила почётный мир с Вечной Вехтой. Ударному флоту приказано вернуться на свои базы. А пока ждать у Трёх Скал.
Стоявший рядом пилот «Юсы» судорожно втягивал носом слёзы:
– Они же надеются… На нас! Как же так…
– Вехты за караваном увяжутся! – выкрикнул чей-то молодой голос, но командир авианосца не расслышал нарушения субординации.
Тихо загудели голоса:
– Мы караван бросили, как плонги последние…
– Они же без охранения ушли…
– Их ночью догонят…
– Там грузовики…
– Девяносто транспортов, битком набиты…
– Что ж это такое…
Никто ещё не успел разойтись, как на авианосец плюхнулся транспортник из столицы. И Сьяли, побледнев, увидел вылезающих на палубу пилотов сбитого им корректировщика. В униформе, в медалях и с большими свёртками: подарки семьям из богатой Ваулинглы. Командир вехтов издалека поприветствовал Сьяли, как старого знакомого.
И почти сразу прилетел гидросамолёт вехтов. Весь флот наблюдал, как отдохнувшие – и не являющиеся более военнопленными! – лучшие пилоты Вечной Вехты возвращаются на свой «Воин Тьмы», продолжать службу. Их пузатый гидросамолёт неуклюже разогнался на своих огромных поплавках и ушёл на север.