Выбери свой ветер

Свиток 2

После отборочных нас все-таки взяли в Управление! Ура!!! И теперь самое интересное – куда мы попадем. В Управлении три отдела: отдел А – аналитики (analysts), отдел Ф – боевики (fighters), отдел И – внедрители (implementers). И нефиг ржать не по делу! Просто непонятно иначе как их называть. Уж какие только варианты названий в свое время не предлагались! В ход пошли слова seepage, рenetration, infiltration29. Ага, просачиватели, проникатели, пенетраторы, инфильтраторы, обхохочешься же, ну. А так – внедрители. По-тихому внедрились, сделали свое дело и так же тихо испарились. Подобное название, кстати, дало возможность назвать Управление в разговорах удобной аббревиатурой АФИ (AFI). И подборка в отделы была ой какая жесткая без скидок на пол и возраст.

Из выпуска нашего потока в Управление прошли пятеро: Пат, Альша, Яринка, Люк и я. Только вот дальше нам пришлось разделиться. Ожидаемо, хотя далеко не все были согласны со своим назначением в тот или иной отдел. Чуть не все будущие агенты пытались назначение «переиграть». Кто б им дал такую возможность…

Вот, например, Альша, эх, и повезло же девчонке с внешностью! Метр восемьдесят три, те самые модельные 90–60–90, огромные глаза цвета ночи, длинные черные волосы, красавица необыкновенная! Все при ней. Только… Слишком красивая. Слишком яркая. Слишком приметная. Слишком. Если ее куда-то засылать – заметят в секунду. А, значит, демаскировка. И дорога ей оказалась в боевое подразделение. Способна отлупить почти каждого из своих боевых напарников, уступая в силе только командиру. В общем, обидеть Алю может каждый, не каждый может убежать. Так что, за такие заслуги через год стала замом подразделения и носит ныне гордое прозвище – Шарк30. Боевики… они вообще крутые перцы. И прозвища «лепят», отталкиваясь от способностей бойца. Тик, например, может надолго «сковать» ближним боем противника и измотать в схватке кого угодно. Фер, умеющий просочиться чуть не в игольное ушко, Хедж, через блоки которого при атаке черта с два пробьешься, Моль, способный подкопаться куда угодно и взорвать все, что может взорваться в принципе, и даже то, что взорваться в принципе не может, Хог, выносящий при атаке не просто двери, а даже стены, Вуди, великолепный снайпер, Хиппо, незаменимый при проведении операций на воде и Бив, штатный медик-палач. Пата взяли к ним как специалиста по амулетам, присвоив кличку Касс31. И напрасно он пытался дуться на «мирное» прозвище, этот птиц в свое время вообще был внесен в книгу рекордов Гиннеса как самое опасное пернатое планеты. Главным у боевиков Свифт32, не зря так прозванный за скорость мыслей и передвижения.

Или вот Яринка, та тоже отличилась: будучи из семьи потомственных бодибилдеров такую мускулатуру себе накачала – умереть, не встать. А если учесть, что на полностью депилированной черепушке еще и татуировку по молодости сделала в виде открытого мозга – не заметить такое в принципе невозможно. Представляете: на смуглой коже головы в красно-охряном цвете от бровей до затылка представлены и продолговатый мозг, и задний мозг, включающий в себя мост и мозжечок, и эпифиз, и средний, промежуточный и передний мозг, представленный большими полушариями. И распределили ее в отдел аналитиков. Сидит теперь на задней местности, мозгом работает, что своим, что татуированным. Ну, Люку-то изначально дорога было в аналитики, такую соображалку надо беречь, холить и лелеять, и ни разу не гонять на операции. Там у них тоже в ходу прозвища, но «танцующие» от различных частей организма. По-научному это называется синекдоха: когда целое называется по части. «Слышь, ты, Ухо!» Яринке еще повезло с кликухой Скал, у остальных «мозгачей» такие наименования, что хоть стой, хоть падай: Элбоу, Ни, Фист, Темпл, Лип, Нэйп, Хил, Чин, Нэк. Люка вон вообще Футом33 обласкали. Самое смешное, что при «маркировке» четко отметили именно что выдающиеся части тела. У Люка-то размер копытца и впрямь несколько того… здороват. А Фиста можно хоть сейчас выставлять на соревнования по армрестлингу. А на подбородке Чина можно уместить все наше управление, и еще останется место для начальства. Ну, а Лип, он и есть Лип – такие губешки только на холодец пускать.

А вот при подборке агентов в отдел И кроме хорошей подготовки требовались еще и определенные внешние данные. Никаких особых примет, вроде несводимых шрамов, родинок, татуировок, никаких отклонений от среднестатистических параметров, никаких вживленных имплантов. Ничего, по чему можно впоследствии кого-то опознать. Даже очень смуглых отказывались брать, уж не говоря о, например, неграх. Нарисовать дополнительный цвет или временно увеличить губы завсегда проще, чем пытаться высветлить кожу на несколько тонов.

Так что в отделе внедрителей мы все… средние. Среднего роста, средних параметров и без особых примет. И для самых сложных случаев начальство могло пойти на то, чтоб навесить матрицу внешности. А то и расщедриться сразу на психомаску. Меня саму-то еле-еле в отдел И взяли. А все мой тату-симбионт. Он имеет привычку в расслабленном состоянии хаотично перемещаться по телу. Может прикинуться браслетом. Может шрамом для отвлечения внимания. Может «вылезти» как родимое пятно где угодно. Может вообще не показываться. Может в случае опасности плюнуть ядом. Только после долгих объяснений, что у меня есть вариабельная примета и одновременно скрытое оружие удалось прорваться в отдел.

А кроме внешних данных, нужны были и актерские способности. И у внедрителей прозвища часто «привязаны» именно к внешнему образу. Вот, например, Банни способна сочетать амплуа34 влюблённой, проказницы, клоунессы (дуры) и травести, Стар, при необходимости варьирующая поведение от куртизанки до матроны, и от злодейки до подруги, неразлучная парочка обаяшек Сил и Дольф, прозванных «штатными соблазнителями» и способные изобразить кого угодно, хоть героя, хоть интригана, хоть моралиста, хоть самого императора с семьей. При этом Банни, несмотря на невинно-глуповатую и вообще восторженную мордашку – наш лучший химик. Если надо замутить какое зелье – это к ней. Вместе с Оттом (амплуа – сумасшедший ученый, по жизни – медик группы), такое наваяют, что, либо полгорода в дурмане лежит, либо в том же составе радостно присягают новой власти, было дело, довелось посмотреть. Стар, в свою очередь, лучший стрелок группы. Как по мне, ей хоть плевательную трубочку дай, она и жеваной бумагой куда надо попадет, что уж говорить о профессиональном огнестреле. Сил с Дольфом, несмотря на склонность к постоянным розыгрышам и проказам – «неубиваемая» боевая двойка, владеющая всем, что может принести смерть хотя бы в теории, но особенно уважающая холодное оружие. Чип – наш главный артефактор, способный по моим подозрениям сотворить вечный двигатель из пары дощечек и колеса от велосипеда, Хэм, похожий на пожилого всеобщего дядюшку, наш менталист, Лам, прикидывающаяся немолодой неуклюжей опекуншей, на самом деле – врач-допросник высшей категории, и Спай35, названный так за способность подняться хоть по отвесной стене и проникнуть куда угодно. Ну, и наша командир – Маг. Не в смысле маг, а в смысле magpie – сорока. И не надо кривиться: именно сорока считается одной из самых интеллектуальных птиц. А что до ее болтливости… так у нее и специальность такая нестандартная – «говорун»: разговорить и заставить проболтаться может даже немого, подкинуть информацию так, что никто и не поймет, что тебе ее насильно в уши надули, раздуть сплетню, заставить своим стрекотом свернуть с дороги особо нервных и не допустить некой нежелательной встречи, заморочить собеседнику голову до полного забвения того, что он изначально собирался предпринять – с этим лучше Маг никто не справиться.

Ну и мне поначалу «прилетело» такое прозвище, что хоть начинай убивать всех окружающих…

Они меня пытались звать Пусси (вот дался им мой разрез глаз36 и умение мягко приземляться на лапы во время спаррингов!), и скандал я обеспечила мгновенно, наотрез отказавшись именоваться какой-то гнусной плюшевой игрушкой! Или той самой частью женского тела. Вплоть до ухода из Управления. А поменять его я их буквально заставила после первого же «выхода» на задание. Тогда по всем прикидкам и разработкам «мозгачей» наша группа вполне могла выполнить задание и вынести затребованный предмет – заговоренную нефритовую кандзаси37 из Хранилища. Могла, но… в Хранилище обитал Вечный Страж. Один из таких вот условно-живых артефактов древности. Нет, материализовывался он в случае внешнего проникновения как вполне живой охранник, мог периодически даже попить-поесть, ну, и остальное там, по мере надобности. Зато с одним из проникнувших расправлялся как вполне себе мертвый, в смысле абсолютно неуязвимый. А порталом в Хранилище прыгнуть не получится, связка пол-потолок по типу «банка» не пустит. По нашим прикидкам и опыту предыдущих интересантов проникнуть внутрь Хранилища могли только через дверь и только двое. А вот выйти – только один. Была у Стражей такая крайне неприятная особенность – не стабилизироваться обратно в условно-мертвое состояние без жертвы. Потому и не ходили вороватые «герои» туда в одиночку, а всегда исключительно со смертником, дабы подкормить ненасытную охрану. И то, бывали случаи, когда оба там оставались, видать, Страж за время ожидания нарушителей мог сильно оголодать.

Так что проникнуть было можно, но кем-то пришлось бы пожертвовать. Либо Хэмом, либо Стар. Потому что только они могли задержать Стража, пока напарник ищет заказ. Хэм мог его на время остановить, блокируя нужные импульсы в мозгу охранника, но не имея при этом возможности покинуть Хранилище. Стар могла заставить его забыть о долге в своих… ммм… объятьях, давая напарнику хороших минут пять-десять на кражу и отход, но очухавшись, он бы по любому ее ликвидировал. Нет, капсулы «последнего шанса» мы все перед «выходом» вживляем, но идти на верную смерть… не самое приятное занятие. А еще менее приятное – сидеть и слушать предварительное обсуждение своих же соратников кого именно, тебя или собрата собираются отправить подыхать во исполнение приказа начальства. И мнение медленно, но верно склонялось отнюдь не в пользу Стар, что, в общем-то, понятно: проще найти очередную… ммм… куртизанку, чем другого ментальщика. И перспектива влегкую потрахаться с неприятным партнером перед кончиной от его же руки тоже не может радовать. Слушала я их, слушала, и тут меня как черт дернул влезть со словами, что все можно сделать по-другому и жертвовать никем из наших не придется. Потому что практически любую проблему можно «развернуть» другой стороной…

Верить мне не хотели, и сначала чуть не отмахнулись, как от назойливой мухи. Но быстро сообразившая, что это ее практически единственный шанс выжить Стар настояла на том, чтоб новичка хотя бы выслушали. И через долгое время торговли мы перекроили весь план. Идея-то была простая как одноразовая салфетка: а кто вообще ограничил количество проникших в Хранилище? Ах, двоих после долгих усилий пропустит зачарованная дверь. А других вариантов, что, прямо совсем не существует? Откуда такая уверенность? Что и потолок и пол уже признаны невзламываемыми? И окон нет? А покажите собственно план этажа, где расположен объект проникновения, глядишь, что и надумается…

И надумалось. Первой парой через дверь пошли Чип и Хэм. Пока наш менталист блокировал проявившегося Стража, Чип с помощью снаряжения рыскал в поисках заказанного украшения, ну или зачем там эта самая шпилька может использоваться. Одновременно в хранилище пробивался Свифт, волоча за собой связанного местного жителя. А поскольку ни пол ни потолок снаружи не поддавались, они просто переместились порталом внутрь стены и пошли к тому месту, где Чип первым делом заложил небольшой заряд пластита38, чтоб образовалась возможность для проникновения. Свифт, доставив жертву, так же через пролом в стене и ушел обратно, не поленившись завалить пролом за собой. А Чип и Хэм, найдя искомую дзифу, выскочили через дверь, оставив очнувшегося Стража наедине со смертником. Так что все у нас получилось, и никто из команды не пострадал.

На «разборе полетов» было задано ровно три вопроса:

– Почему внутри стены?

– Потому что пол и потолок – монолиты. Да еще и зачарованные на проникновение снаружи так, что комар не проскочит. А вот стены… по плану получалось, что они как раз строились в два приема с полостью внутри, заваленной всякой щебенкой и иже с нею. И охранные заклинания накладывались после завершения строительства, в смысле только снаружи. И никто до сих пор не сообразил, что как раз стену и можно вскрыть изнутри, что дало возможность не просто проникнуть в Хранилище дополнительному оперативнику, а еще и протащить с собой нужную жертву.

– Почему сначала должны были пойти Чип и Хэм? Почему было просто не «запустить» Чипа с жертвой?

– Да черт этого Стража знает. Вдруг ему одной жертвы мало, как уже пару раз бывало, так он еще и Чипом соберется подзакусить. А Хэм… Ну кто ж лучше менталиста наверняка его удержит до подноса смертника? И кто лучше Чипа мог обеспечить проход носителю жертвы?

– Почему Стриж, а не кто-то из нашего отдела?

– От самый мощный и быстрый из всего Управления, ему в данном случае и карты в руки. Никто из нас лучше бы не прошел.

«Разбор полетов» закончился неожиданно. Маг повернулась ко мне и сообщила:

– Тебе благодарность и вопрос. Не нравиться прозвище Пусси?

– Нет, и отзываться я на него не буду.

– У внедрителей, да и вообще в Управлении нет правила, позволяющего менять прозвище. Но есть исключения, позволяющие его корректировать.

– Это в смысле как? Был Семижопов, стал Пятижопов39?

– Почти. Просто «слезть» с кошачьего прозвища мы не можем, значит решено было искать внутривидовое подобие. И мы его тебе подобрали. Есть среди котиков такой интересный представитель с очень остром зрением. И как раз ты сумела отсмотреть ту единственную возможность, которая и дала нам шанс вернуться в полном составе. Это, во-первых. Во время спарринга ты имеешь милую привычку вцепиться противнику в шею или горло, что тоже свойственно этой воинственной кысаньке. Это, во-вторых. Так что, прощаемся с Пусси, празднуем рождение Лин40!

Ну-у, неплохо… И рысь это вам не домашняя мурчалка, рысь и скотинку покрупнее себя может завалить. Берем. А что касается острого зрения… Это оказалась скорее некая отдельная способность организма – как-то чуять, где и у кого слабое место. Спутники жизни, родители, дети, слуги, любовники, домашние животные – вариантов много. А учуяв, можно и начинать разработку. И через год я тоже «доросла» до зама группы, умудряясь иногда углядеть варианты «выходов», прохлопанные даже нашими сильно гениальными «мозгачами».

Что оказалось в работе неожиданным – так это грызня между отделами. Нет, ну а как вы хотели? Каждое подразделение считало именно себя элитой в некой отдельной области. Аналитики ходили, задрав носы, потому что именно они просчитывали вероятности наступления тех или иных событий и разрабатывали сценарии поведения засылаемых групп. Всезнайки, понимаешь, на нашу голову. Боевики передвигались по Управлению, картинно играя мышцами, как бы намекая, что никто не отменял момент, когда вместо всяких «хитрощей» именно им придется брать основной удар на себя и идти на смерть. Остальные язвили, что в любое помещение они заходят вдвоем – сначала граната, потом боевик. Внедрители тоже фыркали и на тех, и на других, потому что слишком часто «в поле» все менялось, расчеты аналитиков «ломались» и приходилось выкручиваться самостоятельно, без боевой поддержки, включая и мускулы, и мозги, и интуицию, и шарм. Аналитиков не любили за высокомерие, боевиков – за примитивность подхода к делу, а нас… нас не любили за неразборчивость в средствах. Могли обозвать бездельниками, если задание удавалось провернуть быстро и без потерь, могли поглумиться над необходимостью «вписываться» в местный колорит и носить кошмарные аутентичные одежки, а могли и в лицо назвать «подстилками», поскольку были случаи, когда иначе не получалось подобраться к нужному объекту.

А так вот, если подумать, чего, собственно, вопить? Умные люди давно расчухали, что в некоторых случаях все средства хороши. Да, и такие средства среди прочего, вот тоже мне, чистоплюи. Неужто забыли, что особенности эмоционального склада уравновешенной женщины идеально подходят для нужд разведки? Женская интуиция при наличии четких указаний начальства может сберечь впоследствии уйму времени ее офицерам. Секс-агенты прекрасно владеют искусством развязывания языков, выведывая секретов и выкрадывания нужных документы. В случае острой необходимости спокойно пускают в ход яд, пистолет или кинжал. Кстати, не надо поминать только «медовые ловушки»! Можно подумать мужики в своих прыжках по нужным койкам так уж сильно отставали от баб41, когда Родина отдавала приказ – надо!

Что интересно, наше начальство такое противостояние вроде как даже одобряло, во всяком случае требовало только одного – не сцепляться в драках, ну, или хотя бы не шибко калечить ценных специалистов. Видимо, предполагалось, что подобное соперничество между отделами должно как-то там способствовать выработке пресловутого «чувства локтя» в своей подгруппе. Я вот чаще на спаррингах испытываю чувство локтя соперников в собственном брюшке. Неисповедимы пути твои, о, начальство!

Кстати, о начальстве. С ним нам, можно сказать повезло. Не какая-нибудь тыловая крыса, о, нет! Наш начальник Управления АФИ не много не мало – сам знаменитый диверсант Пант42, он же коммандер43 Ангел Веселинов. Соответственно, работники подразделения носили прозвище «ангелочки». Несерьезное какое-то название, если вдуматься. А, с другой стороны, если бы прозвище «танцевало» от его фамилии – весельчаки и веселушки было бы лучше?

Очередная засылка оказалась сложной. Нет, задание на первый взгляд простое: подобраться в локации З-441 к третьему принцу Циртании и несколько подсократить срок его земного существования. Мы чуть не удивились, задача-то явно не для нас, а для боевиков. Прорваться, всех покрошить в салат и вуаля. Или вон, снайпера посадить в засаду, Вуди отработает как на стрельбище. Или засыпать очередным снадобьем от Банни и Отта весь квартал, да местные и сами порвут окружающих, нам даже напрягаться не придется. Но не все оказалось таким, как виделось на первый взгляд. Снайперу прынца охранка старательно не подставляет, хорошо натасканы, черти. Взрывчатка наша в этой локации не «работает», что-то там связано с местными законами физики. Просто засыпать нужной отравой – не получиться, прынц с охраной «гуляет» в воздушном коконе. Яд – тоже не вариант, проверяется все, от еды до одежды. Да еще и этот самый мальчишка оказался нехилым таким магом с практически уникальной специализацией. Чуял, зараза этакая, чужие намерения в радиусе чуть не сотни метров. Причем, не мысли, а именно намерения. Так-то ребята бы прошли по стандартной схеме: прикрыться ментальным куполом и вперед, в атаку. А не получиться. Купол глушит именно мысли, а не цели. Эмоциональный настрой хрен уберешь. А считать, что идут на прогулку или там развлекаться, собираясь на зачистку, наши боевики не умеют. Строго говоря, мы тоже этого не умеем, и я вообще слабо себе представляю, как именно можно в себе такое волевым усилием задавить. Однако, начальство это мало волновало: задание получено – выполнять шагом марш!

Шагом марш… магом шарш… умные все какие, когда не надо… вот как мы это выполним? Сами – никак. А если… Да ладно, бред. Или не бред?

– Лин, колись, ты там явно что-то сварила в черепушке, я же вижу!

– Сварила, да… Понадобятся Маг, Хэм, Отт, Банни, и «неубиваемая» двойка.

– И что мы таким составом можем сделать?

– Для начала сможем разобраться, где именно в ближайшее время наш объект планирует появиться в людном месте…

Виола Кардиф любила посещать косметический салон «Ирис». Дело было не только в том, что ее, как и остальных устраивали услуги местных мастериц, но и в его местонахождении. Уж очень удачно было расположено здание, практически в самом центре города, что превращало его в неофициальный дамский клуб. Именно здесь, за чашечкой травяной настойки или стаканом лимонной воды со льдом обсуждались основные городские новости до, во время, или после процедур. А сейчас Виола отдыхала в одной из кабин заведения после массажа, лежа с маской на лице. Неожиданно послышался такой топот, словно по коридору пробежалась стая вымерших, но очень массивных животных. Виола невольно поморщилась, все-таки не самая лучшая идея делать перегородки не кирпичными, а просто поделить зал полотняными ширмами. Нет, понятно, что отсутствие отдельных кабинетов в косметическом зале дает некую гарантию сохранения приличий особенно при периодическом присутствии лиц мужского пола, но вот такие бесцеремонные клиентки явно невысокого полета «съедают» все удовольствие от посещения салона, превращая его из таинства, доступного избранным, в проходной двор какой-то для всяких плебеев. Сейчас еще и трещать начнет во всю пасть. И точно, посетительница, с топотом влетевшая к косметичке, еще даже не раздевшись, и не заняв место на кушетке уже начала тараторить.

– Ой, госпожа Лаура, Вы новость знаете?

– Эээ…, смотря какую…

– Барон Мартфилд женился на своей молоденькой любовнице!

Тоже мне – новость! – невольно хмыкнула про себя Виола. – Новостью это было при оглашении месяца четыре назад, а после их бракосочетания все о них забыли.

– Какая же это новость, свадьба больше месяца назад была?

– Да не в этом новость, а в том, почему женился!

– Говорят, беременна она…

– Можно подумать, барону привыкать бастардов плодить! Что до первой женитьбы, что при ныне покойной первой жене, что после ее гибели, наш бравый барон ни в чем себе не отказывал, трахал все что шевелиться. А все, что было неподвижным, расшевеливал и опять же трахал. А тут который день сидит в замке возле юбки Мадлен как пришитый. Не-ет, беременность – не главная причина.

– А главная какая?

– Говорят, родственники нынешней баронессы Мартфилд где-то нашли Нюхача и воспользовались его услугами!

А вот это не новость. Это бомба. Это надо выяснить любым способом. Виола чуть не подскочила и только усилием воли заставила себя лежать неподвижно, правда уши навострила изо всех сил.

– Не может быть! Пользоваться их услугами противозаконно. Да и… Нюхачи все наперечет! И все на госслужбе! Им тоже запрещено…

– Значит, стихийный. Или залетный какой, да неважно это! Главное, что появление Нюхача все объясняет!

Более чем, – подумала Виола. – Где красавчик Кори Мартфилд, и где эта бледная моль Мадлен. Нюхач, значит… Приворот, значит… И это уже известно, раз стало поводом для сплетен. Сильно рискует, однако, Мадлен Мартфилд, урожденная Клейн. В случае результативного расследования у нее есть шанс лишиться всего: и статуса, и денег, и будущего ребенка, и свободы. Хотя… зуб даю, не сама она Нюхача откапывала и с ним договаривалась, это должен быть кто-то более матерый и цепкий. Папаня ейный тут подсуетился, больше некому, не этой же безмозглой хризантеме такое поручать. В рамках приезда на карнавал третьего принца нужно и с со старым Клейном связаться, пусть познакомит с залетным отступником, и с Нюхачом попробовать поторговаться. Либо Клер, либо Ванессе может подфартить. А что у нас там в смысле подходов к этому интригану? Была, точно была в архиве покойного второго муженька парочка прелестнейших документов. Что-то там насчет недоплаченных в казну налогов. Или содержания собственного бандформирования? Ладно, это надо будет посмотреть и прикинуть как Клейна лучше прижать. И не самой к нему соваться, понятное дело, иначе есть шанс до следующего дня банально не дожить. А вот Блошка-Кларенс как раз и мог бы с ним… ммм… мягко побеседовать. Тем более, что должок за ним числится… И лично с ним встречаться не придется.

Нюхачи были в королевстве редкими птицами. До такой степени редкими и опасными, что специальный эдикт короля обязал их состоять на государственной службе до самой смерти, и не оказывать услуг никому постороннему без разрешения Короны. Как-то они умели пользоваться обонянием как ни у кого другого не получалось. И ладно бы только обонянием! Они еще умели составлять соответствующие настойки, декокты и запахи на все случаи жизни. Потому и лучшие лекари, кто чуял как болезнь, так и необходимое лекарство – они. Лучшие определители будущей маг-специализации – они. Лучшие отравители – они. Лучшие дознаватели – они. Как таких отпускать-то на вольные хлеба? А никак. Только привязать к госслужбе клятвой на крови и грудами золота, чтоб перекупить не сумели. И появление «дикого» Нюхача – это случай один на миллион. Если, конечно, суметь таким случаем правильно распорядиться. Потому что за связь с «диким» Нюхачом никого по головке не погладят. Вернее, погладят, но… того, сразу топором палача. Или отведут на свидание со взводом очаровательных мальчиков с ружьями. Могут, конечно и банально повесить, но тут уж все будет зависеть от степени знатности преступившего закон. И не посмотрят, что речь шла всего-навсего о привороте, а не о чем-то действительно крамольном. Виоле и нужно совсем чуть-чуть: духи для дочери. Главное теперь найти аргументы и склонить такого «дикаря» к повторному нарушению правил. Но это решаемо.