Сказки на песке and cowboy

Пролог

Между прошлым и грядущим

В настоящем, в глубь влекущем,

В отъезжающем вагоне

Двое встретились с собою.

Как в зеркальном отраженье

Слов и мыслей совпаденье,

Продолжение движений,

Недостатков искаженье.

Меж незримыми краями

Закрывающейся дали

Эти двое проскользнули,

Зацепившись лишь глазами.

И в безвременье попали,

Где часы остановились,

И границы потеряли,

И друг в друге растворились.

И в божественном слиянье

Будто вновь переродились,

И в зеркальном отраженье

Лики их переменились …

За полгода до встречи

И надо же было мне уродиться такой упрямой, чтобы двадцать лет потратить на попытки слепить из «того, что было» то, «чего на белом свете вообще не может быть»! И ведь упорно это делала, основываясь на образе Мужчины, из героев детских сказок составленном. И сколько же крови мужу попортила в борьбе за свой идеал!

Только попав под его тяжелую руку, полностью осознала свое поражение и ушла из дома, забрав с собой лишь рабочий инструмент – ящик для песка и коробки с миниатюрными фигурками. Сидя на кухне у подруги и замазывая синяк под глазом тональным кремом, пыталась шутить сквозь слезы: – Наверное, грим изобрела Ева, наказанная после изгнания из Рая. Извечный вопрос – кто виноват, волновал мало, а вот что теперь делать – стучал дятлом в голове.

Ведь с детства, привыкнув заботиться о других, о себе я как-то мало беспокоилась. Только оставшись наедине с собой, буквально под открытым небом, поняла, что у меня есть не только Душа, конечно же, прекрасная и возвышенная, но и Тело, которое нуждается в заботе, и, как минимум, в теплом ночлеге и пище. Хорошо, что у меня есть подруги, и двери их домов открыты для меня. Наплакавшись вдоволь, я провалилась в странный сон …

Душа обрадовалась, что все так неудачно сложилось для Тела, и собралась отправиться на небеса, в свой дом, где уже жили души любимых ею людей, но Тело, никогда ранее не сопротивлявшееся, вдруг запротестовало.

– Я хочу еще пожить!

– Зачем? – удивилась Душа.

– У меня еще есть здесь дела.

– Интересно, какие? Единственное свое дело на этой земле – продолжение рода, ты уже выполнила. Отпусти меня на свободу, мне надоело сидеть у тебя внутри. Ты все время заставляешь меня страдать. Посмотри на себя в зеркало, на кого ты похожа?

Тело увидело свое отражение и ужаснулось: бледная кожа, седые волосы, темные круги под когда-то красивыми глазами, согнутая спина.

– А как ты двигаешься?– продолжала ее отчитывать Душа. Ты носишься, как сумасшедшая, а ведь могла бы танцевать и получать от этого удовольствие.

– Да,– согласилось Тело.– Ведь в детстве я очень любила танцевать.

– А кто тебе мешает начать снова?

– Ну, может быть, сначала нужно найти партнера, – придумало отговорку Тело.

– Нет, для начала надо просто иметь ноги, а они у тебя есть.

– Ты права, – засмеялось Тело и, выпрямив спину, сделало тур вальса, слившись в едином движении с зазвучавшей внутри музыкой.

– Теперь руки – назидательно продолжала Душа. – Что ты ими делаешь?

Тело с удивлением разглядывало свои руки с неухоженными ногтями.

– Мою, стираю, готовлю.

– Да, сказку «Золушка» я читала, первая часть про тебя, – иронично заметила Душа, – наши руки не для скуки! А что ты любила ими делать раньше?

– Ласкать детей, гладить кошку, поливать цветы, играть на пианино. А еще, – Тело заплакало – я любила обнимать своего мужа, но, похоже, ему это не очень нравилось.

– Интересно, а кто тебе мешает найти мужчину, который с удовольствием будет обнимать тебя?

– Никто, – снова заплакало Тело, – просто мне кажется, никто не захочет меня обнимать. И вообще! Ведь за объятиями следуют другие отношения.

– Господи! – воскликнула Душа, – ты еще скажи, что после поцелуя случится землетрясение или тебя потащат в ЗАГС.

– Меня уже туда водили, – содрогнулось Тело.

– Но послушай, – стала ее успокаивать Душа, – ты уже большая девочка, и понимаешь, что без твоей воли ничего не сделается.

– А вдруг, – тихо пролепетало Тело, – мне с мужчиной будет очень хорошо, а ему нет.

– Не волнуйся, – твердо сказала Душа, – не понравится одному, зато понравится другому. И вообще, чтобы узнать хорошо тебе или плохо, это надо делать.

– Ну, а вдруг, – еще тише сказало Тело, – я полюблю кого-нибудь, а меня – нет?

– А ты люби всех, и кто-нибудь обязательно ответит взаимностью. Хотя в первую очередь ты должна научиться любить и ценить себя. И знаешь,– таинственно прошептала Душа, – прежде чем встречаются тела, встречаются их души.

Эту фразу она прочитала в какой-то умной книжке. Любила она читать разную эзотерическую литературу и выискивать там созвучные ей фразы.

– Но что обо мне подумают окружающие? – засомневалось Тело.

– Ты ведь собралась жить, – язвительно сказала Душа, – а если ты будешь думать об общественном мнении, то лучше умри прямо сейчас.

– Послушай, – испугалось Тело, – но ведь тогда мне придется измениться, стать другой.

– Изменение, – наставительно сказала Душа, – это смена старого на новое, плохого на хорошее, поиск лучшего. И если ты наконец-то найдешь лучшее для себя, я буду только рада. Ведь мы с тобой одно целое. И потом, – добавила она, – у мужчины тоже есть Душа и мне будет интересно с ней пообщаться.

– А как я узнаю о том, что это именно тот, кто мне нужен? – спросило Тело.

– А ты подходи к зеркалу и смотри в свои глаза. И если они будут светиться, значит, все в порядке.

– А если нет?

– На нет и суда нет – глубокомысленно заявила Душа и вернулась на свое место.

– Подожду еще, – подумала она, – может, что интересное еще случится!?

Я открыла глаза и увидела чужую люстру над головой. И где это я? События прошедшего дня медленно всплывали в памяти. Я подошла к зеркалу и долго изучала себя, как будто впервые видела.

Через полгода полсе

Закончился шестой медовый месяц нашего путешествия по чужим домам: то городским квартирам моих подруг, наполненных детьми и домашними животными; то загородным домам его друзей – без горячей воды и удобствами во дворе, соответственно.

Полгода назад, обремененная тортом, я ехала в гости к заболевшему другу в первый день Нового года. Перевелись на земле русской Ильи Муромцы, остались только Соловьи-разбойники, – грустно размышляла я, вспоминая развод и его последствия. В надежде скоротать долгую поездку на другой конец города, я взяла с собой плеер и слушала целительную музыку Рахманинова, когда в закрывающиеся двери вагона стремительно вошел ОН.

Краем глаза я определила – пижон: шляпа, вычурная трость, потертые джинсы, шейный платок с изображением американского флага. Сейчас сядет рядом – обреченно подумала я. И почему ко мне так тянутся странные мужики? Устроившись справа, мужчина раскрыл рюкзак и достал книгу. Мой плеер заглох – он явно не любил классику, и сквозь шум поезда я неожиданно услышала приятный баритон:

– А как называется ваш торт? Я молча повернула коробку этикеткой к нему.

– Нас-лаж-де-ние, – прочитал он по слогам.

– А я наслаждаюсь путешествиями и люблю знакомиться с людьми. Прожил двадцать лет в США, да и в других странах побывал, книги даже пишу.

Понятно. Не отстанет. Я вежливо перелистала страницы протянутого мне издания. На внутренней стороне обложки была его фотография в ковбойской одежде.

– Я – русский ковбой! – гордо заявил он.

– А я – сказочница, – парировала ему в тон,

– Записываю сказки, которые рассказывают мне люди, да и сама иногда пишу. Приходите ко мне в гости.

Лучшая защита – нападение! Но он, к моему удивлению, согласился и выразился:

– Birds of feather come together!

Выпендривается! Мои школьные познания английского языка были давно в пассиве, но смысл я сразу уловила: рыбак – рыбака видит издалека! Мы обменялись визитками и расстались.

Любопытство моё иногда просто выходит за рамки приличий, и через две недели сама позвонила ему напомнить о встрече. Мой попутчик долго напрягался, пытаясь меня вспомнить (интересно, сколько визиток успел раздать симпатичным девушкам?), а потом, извинившись за забывчивость, предложил встретиться.

Наступил назначенный день. Глядя на свое отражение в зеркале женщины бальзаковского возраста, я твердо решила: никакой косметики и украшений: чтобы не подумал, что собираюсь кокетничать! Оделась в самую мрачную одежду, закрывающую тело от шеи до пяток.

Мобильник заиграл мелодию из «Щелкунчика». Поставила её на телефон в надежде привлечь сказочного принца, хотя запросто мог пожаловать и Мышиный король – никогда не знаешь, как выполнится желание.

В трубке раздался знакомый голос: «Гутен морген! Это я – ковбой. Буду через полчаса. Аривидерчи!». Опоздает. Хорошо, что не на улице встречаемся, а то имею дурацкую привычку приходить на свидания вовремя, тем самым, обрекая себя на ожидание.

Я очень волновалась, и, чтобы отвлечься, взяла тетрадь со своими сказками. Откуда только они приходят ко мне? Чувствуя их приближение, всегда тревожусь. Аж руки трясутся! Как будто накрывает с головой волна из слов, и по слезинке выпускаю их из себя в какой-то строгой очерёдности, порядок которой чувствую интуитивно. Со стороны посмотреть – полное сумасшествие: сидит взрослая тётка на полу, плачет и пишет что-то на бумаге. И так – несколько дней подряд! С появлением компьютера работа облегчилась, но появилась новая тревога: сколько раз этот железный ящик проглатывал текст из-за технического сбоя. Утешала себя только тем, что он лучший редактор на свете и если что-то уничтожает, значит, написано плохо, и надо переделывать. Когда же ставлю точку, испытываю огромное облегчение как после родов и спокойно живу дальше, до новой волны. Но что удивительно: как только случаются в моей жизни какие-то волнующие события, то, перечитывая свои истории, всегда успокаиваюсь. Вот и перед приходом путешественника открыла тетрадь наобум и прочитала название: «Чудо». Это знак! Удобно устроившись на диване, я окунулась в мир сказочных грёз:

Я сижу на берегу моря и мечтаю о чуде. Волны выбрасывают к моим ногам разные вещи, деньги, славу, и пока я думаю, взять их мне или нет, волны подхватывают их и уносят обратно, выбрасывая с новой силой так, что уже и сами не могут до них достать. И вот лежит все это богатство вокруг меня, сияя и переливаясь в солнечном свете, и я понимаю, что все это уже мое.

Но я-то жду Чуда!

И вот что-то новое выносит море на берег. Смотрю на него в растерянности, неужели это и есть то самое чудо, о котором я так долго мечтала? Внимательно разглядываю его, и тысячи вопросов возникают в моей голове. Я медленно подношу к нему руку и чуть дотрагиваюсь. Поверхность у него гладкая, теплая и немного влажная от воды. Я слышу его дыхание. Оно пододвигается и дотрагивается до меня. Начинаю его гладить и чувствую его мягкость и податливость. Я обнимаю его, и оно обнимает меня. И тогда радостно прижимаюсь к нему всем телом – к этому большому, теплому, живому чуду, которое прижимает меня к себе все плотнее, и в какой-то момент я чувствую, что чудо и я – мы одно целое. Моя кожа тоже становится влажной, но от слез.

– Ты – Чудо, – тихо говорит мужской голос.

– А я думала, что Чудо это ты, – удивилась я.

– Чудо – это я! – вдруг слышу внутри себя радостный голос, – И вы меня скоро увидите.

Теперь мы вдвоем сидим на берегу моря и ждем появления нашего Чуда на Свет.

Раздался звонок в дверь. Гость оказался пунктуален!

– Хау-ду-ю ду, барышня? – он стоял на пороге и ослепительно улыбался. Этот пацак говорит на языках, продолжения которых не знает – в голове промелькнула фраза из любимого фильма «Кин-дза-дза». Какое-то совсем не сказочное начало!

– Приличие позволяет опаздывать на пару минут, – отчеканил он, – ведь точность – вежливость королей и обязанность добрых людей. Так итть?

Я растерянно кивнула.

– Пришел сюда пешком из Парголово, где живу в деревянном доме, который отапливаю дровами. Там чудесно, а по утрам купаюсь в снегу! – радостно сообщил он. От него пахло морозом и дымом.

На улице было минус 20, и я поёжилась в своей тёплой кофте.

– А почему говорите «гутен морген», ведь уже час дня и не обязательно доброго? – поинтересовалась.

– Это моё жизненное кредо – всегда напоминать людям, что каждый день несёт нам добро. Разве нет?

– Да, конечно, – соврала, твердо зная, что ничего хорошего мне-то он точно не несёт. Это всё происки американского метода позитивного мышления. Их бы к нам переместить – сразу бы оптимизм растворился в тумане, как ёжик! Но вслух спросила:

– А почему по-немецки говорите?

– Звучит красиво, и чтобы все спрашивали, а когда отвечаю – задумывались. Может, и в их жизни найдётся место для доброты.

Я себе-то места в жизни найти не могу, а тут ещё и доброту предлагают пристроить! Но его ответ направил мои мысли в другую сторону от привычного русла.

– Так чем ты занимаешься-то? – спросил он, устраиваясь на диване.

Я показала ему свою коллекцию игрушек, предложив вспомнить детство и поиграть с понравившимися ему фигурками на деревянном подносе с песком, стоявшем на журнальном столике. Он смутился.

– Нет уж, сударыня, рано мне впадать в детство. Да и песочница тесновата, я предпочитаю открытые пространства.

– Ну и ладно, – я разочарованно пожала плечами, – тогда будем пить чай.

За столом мы вели непринужденную беседу, и у меня возникло ощущение, что уже давно его знаю. В своей речи я часто употребляла междометие «как бы».

– Я тоже предлагаю тебе игру – лукаво улыбнулся он. – Как только кто-то из нас скажет «как бы» без прямого его значения, заплатит штраф 10 рублей.

Я задумалась об использовании в разговоре этого междометия, обесценивающего своим частым употреблении всё, что говорю, и пришла в ужас. Может, поэтому в моей жизни всё так и запутано, что я до сих пор не могу решить – живу я или «как бы» живу? Он стал спрашивать о моей жизни, и, констатировав пять сказанных не по делу «как бы», начал свой рассказ. Я с удвоенным вниманием слушала его, в надежде всё же отыграться.

– Как водится, родился от матушки с батюшкой, крестился и в жизнь запустился. Сначала жил в Белоруссии, потом в Калининграде. Отца рано лишился, и мужскую работу по хозяйству пришлось брать на свои плечи. Уже с 12 лет косил траву и доил корову, строил сараи, ухаживал за поросенком и курами, огородом занимался. Так что мужик я деревенский.

Вот оно – сказочное начало! – с удовольствием отметила я про себя.

– В шестнадцать лет уехал работать в Сибирь, на стройки призрачного коммунизма. Дорога была дальняя, но трудности меня не пугали. Наоборот, было интересно познать другой мир и проверить свою способность жить в нем самостоятельно.

Поработав каменщиком и маляром, удостоверился, что всегда сумею себя прокормить, я решил учиться и поступил в Ленинградский университет, на биофак. Учиться мне нравилось, дальше была аспирантура и защита кандидатской диссертации. Работая научным сотрудником и занимаясь генетикой ящериц, я поражался их природной способности отбрасывать хвост и выращивать новый. Хотя, сам-то я родился в год Змеи, и сбрасывать старую шкуру приходилось мне в жизни регулярно.

Мой собеседник замолчал, и мне захотелось узнать о женщинах в его жизни. Опередив мой вопрос, он продолжил: – Когда к Эзопу пришёл ученик и спросил у философа, стоит ему жениться ему или нет, тот ответил: «Женись! Если жена попадётся хорошая – станешь счастливым, если же плохая – мудрым».

Помудрев в семейной жизни, решил достигнуть окончательного просветления, и уехать в Гималаи. В Индию не пустили, оказался в США. Сначала работал таксистом, а потом учился в Колумбийском университете. Правда, наукой в Америке заняться не удалось, но зато непыльная служба инспектором ресторанов давала возможность изучать страну, и я ездил по ней на машине и велосипеде. Отношения с женщинами и там не складывались. Видно, уж очень я требователен к вашему полу.

– Вот тут, пожалуйста, поподробнее, – я догадалась, что свою женщину он не нашёл до сих пор. Глядя мне прямо в глаза, он продолжил:

– Женщина должна быть красивой и умной. А самое главное, она должна быть Музой.

Я тяжело вздохнула: – И кто придумал это слово – должна? Кому? Зачем? Такие претензии мне не по плечу…

Он тоже передохнул и продолжил: – И вот в один прекрасный день я решил изменить свою жизнь: уволился с работы, купил лошадь, телегу, написал на кибитке «Из России с любовью и миром» и отправился через 14 штатов США. Так я сделался путешественником.

Он увлечённо стал рассказывать о приключениях, которые произошли с ним в дороге, и чем больше я его слушала, тем сильнее мысленно цеплялась за скользкий гранит своего города.

– Никогда никуда не поеду, – твёрдо решила я вслух, – мало ли что может случиться в дороге!

Он не ожидал такой реакции и рассмеялся:

– Я же мужик, а не барышня кисейная, и должен преодолевать трудности. Per aspera ad astra! Через тернии – к звёздам!

Он ещё и по – латыни шпрехает! – восхитилась я и спросила:

– Неужели цель путешествий – это преодоление трудностей, мужское самоутверждение?

Ковбой не ответил, достав из рюкзака амбарную книгу, раскрыл её передо мной на столе.

– Это дневник путешествий. У меня их пять.

Я листала страницы, рассматривала фотографии и читала записи людей, живущих на нашей планете. Слова их полны восхищения и радости от встречи с этим человеком, несущим привет и улыбку от человека к человеку, от города к городу, от страны к стране. Он, как истинный русский богатырь (не перевелись-таки они ещё!), часто помогал всем, встретившимся на его дороге и попавшим беду. К тому же он был воплощением мечты многих мужчин: свободный странник, куда хочу – туда иду и никакой ответственности за семью!

Я всегда чувствую эмоциональное состояние собеседника, и неожиданно поймала себя на детском ощущении влюблённости в свой мир.

Этот человек очень любит жизнь, природу, и хочет научить этому других. Не словами, а делами, по-мужски. «От настоящего мужчины всегда пахнет свежим ветром» – была следующая запись в его дневнике. Я слушала, затаив дыхание, и поверить не могла, что такое чудо пришло в мой дом. Воистину, день оказался для меня добрым! Перед уходом он пригласил меня на выставку в Манеж, а штраф не взял, чем порадовал – сумма была весьма значительной.

Сказочное начало

Наш конфетно-букетный период был очень краток. Заявленный им календарный возраст явно не соответствовал действительности. За полгода мы наверстали то, что я не получила за много лет супружеской жизни! Вначале мне казалось, что это все сон – кофе в постель, трепетная забота, интерес к моей жизни и работе. В первую нашу ночь я плакала как потерявшийся ребенок. Обида захлестнула меня целиком:

– Ты где так долго был?!

– Дружочек мой, я тебя искал. По всей земле. Теперь мы вместе, успокойся, – утешал он меня, как будто был виноват в нашей долгой разлуке. У меня появилось твёрдая уверенность, что мы раньше, (может, в прошлой жизни) были очень близки, но по какой-то причине потерялись.

Я постепенно превращалась из пугливой домашней кошечки в дикую пантеру, которая много лет дремала во мне и ждала своего звездного часа. После полуночи первородный инстинкт брал верх над интеллектом, и мы ныряли в море блаженства. Проснувшись утром и понежившись вдосталь с элементами кама-сутры, мы расходились по своим делам. И это стало нашей семейной традицией.

Как-то вслух он читал статью в журнале об идеальной пропорции тела. Я тут же встрепенулась, и мы начали дружно измерять длину моих ног. В какой-то момент оба рассмеялись этой затее: можно подумать, кто-то сомневался в моем совершенстве!

Мы уже не могли надолго расставаться и стали жить вместе. Однако, за время своего одиночества, я привыкла к размеренному ритму жизни. Появление мужчины в моем пространстве вскоре стало меня раздражать: ранний подъем, громкое радио, зарядка, пепел от сигарет по всей квартире и ежедневные прогулки. И в одно прекрасное, очень раннее утро, разбуженная гулом включенного компьютера очень старой модели, я взорвалась, а, вернее, тихо прошипела:

– Если еще хоть раз ты меня разбудишь-шь-шь……

Теперь я сплю, сколько хочу, зарядкой занимаюсь только дуэтом, и могу категорически отказаться от утомительной прогулки по неизвестным мне местам любимого города. Как важно вовремя заявить о своих желаниях и дурных привычках! Только одно неудобство осталось – сигареты сменились на семечки (сбылась-таки мечта о Щелкунчике!), и в шелухе не только улицы, но и дома, в которых мы живем. Хотя это, конечно, малость, по сравнению с тем, что его лошадь, на которой он проехал по Америке от океана до океана, пометила тысячи километров дороги. Да и верблюды, бродившие с ним по Австралии, оставили там свой след. И ведь никто не смог заставить его убрать за ними навоз! А я тут устраиваю мелочные скандалы из-за шелухи и хождение по дому в ботинках. Да и где ж ему знать разницу между уличной и домашней обувью, если он совсем недавно вернулся из прогулки по одиннадцати странам автостопом (огородные чучела ему надо было там поставить!). Тут отвыкнешь не только от тапочек…. А моя регулярная угроза:

– Я знаю, кто будет мыть полы в следующий раз! – еще ни разу не реализовалась.

Кстати, тапочки я ему подарила, и только их цена останавливает его от хождения в них по улице.

А продукты!? Где он берет эти сломанные вафли и странно пахнущие сыры? Однажды я решила купить ему хороший кофе. Увидев ценник, он хмыкнул. Видимо, считал, сколько пачек просроченного напитка купил бы на эти деньги.

– Так сколько? – иронично спросила я.

– Три!

И, несмотря на то, что потом мучается изжогой, и мы тратим деньги на лекарства, его американская привычка покупать дешевые продукты неистребима. Как неистребима его привычка (очень хорошая!) что-нибудь приносить в дом: то лук для проращивания, то цветы, то необходимую мебель, то дорогой чай, да еще массу полезных вещей. Что ни день – сюрприз!

Через пару месяцев получения кофе и завтрака в постель я поняла, что он меня окончательно избалует, и я забуду, как готовить пищу. Разве ж можно каждый день – Восьмое марта?! Бороться с этим оказалось бесполезно, – заботиться о ближнем тоже было его привычкой, и я смирилась.

Зато я ему – просто подарок: то у меня полнолуние, то «не начинаются», то начинаются. Причем, ведь заранее предупреждаю, что это время нужно пережить как стихийное бедствие. Все равно боится. Даже из дома убегает. Ну, кто ж виноват, что я – женщина, и перепады моего настроения не зависят от меня совсем?

Как-то, я попросила купить мне украшения к новому платью. Он возразил:

– Ты и так прекрасна!

И что же? У меня температура, насморк – целоваться нельзя. Жаль, что быстро поправилась – сам же и вылечил, биоэнергетик. Вскоре обмолвилась о новой одежде. Попробовал было пошутить, но в моем взгляде было столько упрека, что он сразу же пошел со мной в магазин и купил то, что я хочу.

С тех пор сам спрашивает о моих потребностях. Понял, что спокойствие дороже денег. Хотя и сама могу купить себе все необходимое, но ведь как приятно, когда это делает любимый мужчина! Жаль, что не все, что они для нас делают – приятно.

Иногда создают такие стрессовые ситуации, из которых мы либо виртуозно выплываем, либо вляпываемся так, что без помощи доктора Курпатова не обойтись. Меня, кстати, окружающие считают психологом, я же себя – психом. Моя умная подруга соединила эти понятия вместе:

– Ты потому хороший психолог, что в твоей голове те же тараканы, что и у твоих клиентов. Только у тебя их больше!

Периодически я хожу к ней, чтобы вытравить лишних, но они, заразы, появляются вновь.

Пришла ко мне однажды девушка, и стала рассказывать о своих страхах. Как хорошо они мне знакомы! Больше всего она боялась изменить что-либо в своей, казалось бы, благополучной жизни, которая для многих была пределом мечтаний. Но ей хотелось расти дальше, а страх удерживал её стремление. Я попросила найти в комнате предмет, похожий на ее страх. Внимательно осмотрев полки, она ничего не нашла. В ящике письменного стола лежал огромный резиновый паук, который пугал меня своим видом, и поэтому был убран с глаз долой. Я невинно предложила поискать еще и в столе. Увидев паука, она воскликнула: