- -
- 100%
- +
– Мне это и вот это… – показал он девушке, наугад тыкнув в меню.
– А я буду омлет с зеленью и клубничное мороженое, – произнесла Селена, с трудом сдерживая смех.
– Какая клубника в конце осени? – непонимающе спросил юноша, когда они вновь оказались наедине.
– Ты удивишься, но она тут весь год, – лукаво улыбнувшись, произнесла девушка. – Они ее хранят в замороженном виде.
– Замороженном? – чуть ли не воскликнул он. – Но это же сколько кварца им нужно?
– На самом деле не много, – спокойно ответила она. – Тут работают минимум два Сновидца. Так что проблем с зарядкой кварца у них нет…
Спустя полчаса им принесли их заказ. Перед Селеной поставили фарфоровую тарелку с синим узором. На ней был воздушный золотистый омлет, приготовленный из взбитого яйца с молоком и посыпанный свежей зеленью. В стеклянной чаше покоилось холодное угощение розового цвета.
Перед Алигосом же поставили блюдо с жареной красной рыбой, а в миске – тыквенный суп.
Еда была невероятно вкусной. Едва они закончили с первым блюдом, официантка тихо подошла и забрала пустые тарелки.
Юноша тоскливо смотрел на холодный десерт своей подруги. Не то, чтобы суп был невкусный. Наоборот – он был великолепен. Но Алигосу казалось это нечестным…
Когда они закончили завтрак, к ним подошла официантка. Селена выудила из своей поясной сумки кошелек и достала двадцать золотых монет. Алигос чуть не подавился, увидев такую сумму за четыре блюда. Теперь понятно, почему тут такой уровень обслуживания и такая шикарная еда. Едва ли сюда зайдет кто-нибудь со средним достатком. Это заведение для настоящих богачей.
Они поднялись из-за стола и направились к выходу. Окраины уже давно кипели жизнью, но в районе богачей все только просыпались. Вдвоем они неторопливо шли по пустынным улицам.
Внезапно перед ними возник особняк, обнесенный металлическим забором. Алигос его мгновенно узнал – поместье рода Хейзел. Где-то там сейчас Лиана. Чуть больше года прошло с их последней встречи.
В груди больно кольнуло. Хорошее настроение мгновенно исчезло. Его лицо стало грустным. Казалось, даже плечи опустились.
– Пойдем отсюда, – в приказном тоне произнесла Красный Клинок, беря юношу за руку и уводя прочь.
Половину дороги до южных ворот они шли молча. Селена постоянно поглядывала на него, и каждый раз хмурилась. Наконец, ее терпение кончилось. Она резко остановилась и обернулась к Сновидцу.
– Хватит распускать сопли! – злобно произнесла она. – Я думала, тебя уже не волнует ее судьба. Что это в прошлом. Но стоило тебе увидеть ее дом и все? Меня будто нет рядом?
– Нет, не в этом дело… – промямлил Алигос. – Просто… ты не понимаешь…
– Чего? – рявкнула она. Юноша даже вздрогнул от неожиданности. Такую Селену он видел впервые. – Давай, скажи, чего я не понимаю?
– Я… – нерешительно произнес он. – В детстве, когда мне было восемь, я остался совсем один… Андерсен и Лиана… Если бы не они, я был бы совсем никому не нужен… А после Лиана… Она сблизилась… Показала, каково это, когда кто-то рядом… Она занимала важное место в моей жизни… И… вот так ее потерять… это больно…
– Больно? – воскликнула Клинок. – А мне не больно осознавать, что я – просто замена для эгоистичной и надменной девки, которая переступит через любого ради своих целей?
– Я говорил, что ты не поймешь… – возразил он, но она вновь его перебила.
– Не пойму чего? – перешла она на крик. – Что ты остался без родителей? Что ты боялся быть никому ненужным? Что рядом никого не будет? Думаешь ты один такой?
– Я… – начал было он.
– Нет! – вновь она оборвала его. – Не один! Все Клинки такие! Мы все – сироты. Когда нас приводят в клан, то первым делом стирают память! Я даже имен своих родителей не помню! А мне тоже было восемь! Боялся быть никому не нужным? Я была нужна клану только как инструмент! Если вдруг я умру, меня просто заменят другим! Хоть кто-то рядом чтобы был? А ты вообще знаешь, что я и Ло изначально были в разных группах? Нас объединили, когда погибли половина из его группы и половина из моей! Для Клинков привязанность – это немыслимая боль! Ты же видел Ло? Вот что значит для нас привязанность! Мы не должны ни с кем сближаться! Нас вынудили быть одинокими! Такова наша природа…
– Ты потеряла кого-то, потому что он умер! – закричал в ответ Алигос. – Меня же выкинули как ненужную вещь!
– Знаешь… – тихо произнесла она, вытирая слезы с глаз. – Я решила связать с тобой свою жизнь. И я не могу поменять свое решение, даже если захочу… А вот ты… Похоже, что ты выкинешь меня, как ненужную вещь, едва она тебя позовет…
– Селена! Я не… – воскликнул он, но она резко обернулась и зашагала прочь.
Зачем он так? Она ведь дорога ему. Почему он это сказал? О чем он вообще думал? Селена… Она стала куда ближе, чем Лиана. Так почему мысли об этой рыжей суке не дают ему покоя? Чувство собственничества? Обида? Злость? Или все вместе?
Надо забыть ее! Отпустить, наконец, прошлое. Оно будет тянуть назад. Он ведь уже даже не Истар. Стоит надеть мантию, что лежит в рюкзаке, и он станет врагом Городу Снов. Лиана наверняка первой бы на него донесла. А Селена? Она будет драться за него до конца!
– Идиот… – тихо прошептал Алигос, направляясь за подругой.
Они неторопливо направлялись к южным воротам. Молча. Через час отбывает караван до Блэра. А пока они шли по улице, с неба начали падать первые снежинки.
Акт II. Мясник
Свежевыпавший снег хрустел под ногами. Сквозь облысевшие деревья проникал свет от полуденного солнца. Дыхание превращалось в клубы пара.
В двадцати шагах впереди огромный медведь поднялся на задние лапы, угрожающе зарычав. Медведь-шатун, не впавший в спячку в середине осени. Из-за недостатка еды он бродит по лесу вечно голодный и вечно злой. Опасный сосед. Потому небольшая деревня предложила пять золотых за его устранение.
Лоссен спокойно двигался вперед. Все его тело было расслабленным. Ни один мускул не дрогнул. Какой-то медведь не представлял для Клинка никакой опасности. Будучи еще заготовками, они могли одолеть подобных голыми руками.
Расстояние неторопливо сокращалось. Медведь опустился на передние лапы и, зарычав, бросился на врага. Когти устремились в грудь одинокого путника.
Белый Клинок небрежно обернулся вокруг себя, уворачиваясь от выпада и отходя на полметра в сторону. Яркая бело-красная вспышка, сопровождаемая треском молний, на мгновение озарила зимний лес. Обезглавленная туша рухнула. Горячая кровь плавила снег.
Лоссен раскрыл льняной мешок и, подняв оскалившуюся голову, положил ее внутрь. Осталось отчитаться и забрать деньги.
Через час он прошел сквозь небольшие ворота. Деревня на пару десятков домов была обнесена полутораметровым частоколом. На каждый шаг юноши с мешка на снег падали алые капли.
Выйдя на встревоженный шум, староста встречал наемника перед дверью своего дома. Его старческие глаза с неверием и опаской смотрели на мешок, что дал он Лоссену буквально три часа назад.
Белый Клинок остановился в нескольких шагах перед заказчиком. Вытряхнул содержимое мешка и бросил ее на землю. Отрубленная голова с болтающимся языком покатилась по утоптанному снегу к ногам старосты. Тот невольно попятился назад.
– Работа выполнена, – сухо ответил Лоссен. – Туша в шести километрах на северо-восток.
Старик порылся под одеждой и вытащил небольшой мешочек, бросая его наемнику. Юноша поймал его без единого лишнего движения. Внутри звякнули монеты.
Белый Клинок даже не стал проверять содержимое. Просто убрал мешочек в поясную сумку, развернулся и зашагал прочь.
За спиной послышались распоряжения старосты – снарядить телегу и отправить десяток мужчин за тушей. Не пропадать же мясу.
Лоссен покинул деревню и направился дальше. Чутье и опыт подсказывали ему, в каком направлении ближайшая деревушка. Если повезет, к вечеру он будет на месте. Возможно, там тоже найдется работа.
Вчера удача была не на его стороне. Он обошел три поселения, но заданий для него не оказалось. Днем ранее он уничтожил лагерь изгоев, что обосновались в этом лесу недавно и требовали от местных еду и деньги.
Юноша взглянул на небо. Уже почти пятьдесят дней он в пути. Такими темпами еще через десяток он доберется до столицы. Что дальше? Наняться в охрану каравана? Заработок стабильный, но не сильно большой. Золотых двадцать. Если двигаться так, как он сейчас, можно заработать больше. Уже сейчас у него есть больше сотни.
Что ж, доберется до Квилара, а дальше будет видно. Вдохнув полной грудью, Лоссен ускорил шаг, ступая по хрустящему снегу.
***
Очередная пометка в журнале прибывших – Лоссен Синий из клана Клинков. Без лишних вопросов юношу пустили в город. Редко кто решался вступать в споры с Клинками. Их боялись из-за их неестественной силы и столетних предрассудков.
Было уже далеко за полдень, когда Лоссен добрался до столицы. Стоит поискать ночлег, а утром он подумает, что делать дальше.
В северной части города ничего подходящего не оказалось. Поэтому он направился на юг. Там он был год назад. Вместе с Эске…
Южные окраины выглядели довольно-таки бедными. Наверняка там есть и дешевый постоялый двор.
Дорога пролегала через центр. Хоть уже началась зима, улицы исправно чистили от снега. Можно было проехать даже в экипаже.
Солнце медленно клонилось к закату. Фонарщики зажигали огни на столбах, готовя их к ночному дежурству. В некоторые доливали масло. Чем ближе к центру, тем больше фонарей. Ярче всего была освещена дворцовая площадь. Патрулей тут много больше, чем в гарнизонах. Оно и понятно, тут живет главный человек государства – император.
Лоссен мельком взглянул на дворец и побрел дальше. Оказавшись на знакомой улице, он внезапно остановился. Перед ним возвышалась двухэтажная мастерская портного. Та самая, где он продавал шкуры.
Тогда была середина осени. Он собирался зайти сюда на несколько минут, чтобы выручить немного денег. В итоге, они почти все потратили. Однако, ее лицо в тот момент…
Яркая помада на губах, черные стрелки по бокам глаз, тщательно расчесанные волосы, черное платье с широким подолом, длинными рукавами и глубоким декольте… Сияющая улыбка… «Пригодится…» – так она сказала про платье, но так ни разу его и не надела…
Стоило отвернуться от мастерской, и перед глазами таверна. Едва они вышли от портного, она попросила зайти сюда, где они потратили последние две золотые монеты от продажи шкур…
Зачем он пришел сюда? Здесь все напоминает о ней! На лице застыла тоска. Он опустил голову. Перед глазами маячил кулон. Такой же, как в сумке, только с синим камнем. Теперь даже он напоминает о ней.
Лоссен аккуратно взял декоративный меч и спрятал его под кофту. Зря он здесь. Завтра же покинет город.
Чтобы не видеть знакомые здания, которые пробуждали острые, как нож, воспоминания, Белый Клинок свернул в переулок. Фонарей тут не было, но для его новых глаз это не было проблемой. Теперь он отлично видел в темноте. Вряд ли так же хорошо, как Зеленые Клинки, но гораздо лучше обычных людей.
Впереди послышались голоса и чей-то смех. Юноша не обратил на это никакого внимания. Две тени в проходе с каждым шагом обретали очертания, пока не превратились в двух девушек. Рядом был еще кто-то. Крепкий мужчина. Скрывался в тенях.
На девушках были толстые теплые покрывала. На лицах яркий макияж. Вокруг – терпкий запах духов.
Они бегло оценили Лоссена, перегораживая ему проход.
– Путник, зачем куда-то спешить? – со слащавой улыбкой практически пропела одна из них, слегка одергивая покрывало и обнажая стройные ноги под коротким платьем. – Можешь остановиться у нас. Обещаю, ты не пожалеешь!
– Не интересует, – отмахнулся он, обходя девушек стороной.
– Не нужно стесняться, – пролепетала вторая, хватая Лоссена за запястье. – Тебе даже не нужно ничего делать. Мы все сделаем сами!
– Отвали, – буркнул он, отдергивая руку.
Девушка едва не потеряла равновесие, но кое-как устояла на ногах. Со спины послышались грузные шаги. Вот и третий участник.
– Эй, мудила! – прогремел басистый голос. Тяжелая рука крепко сжала плечо Белого Клинка. – Ты как себя с женщинами ведешь?
– Кайл, не напирай так, а то он испугается, – произнесла первая и тихо захихикала, прикрывая рот ладонью.
– Мне-то что? – огрызнулся мужик. – Вытряхнем денег за грубость, и пусть валит отсюда!
– Ну куда ты так торопишься, – усмехнулась вторая. – Может, он все же согласится. Вдруг ему так понравится, что он будет приходить чуть ли не каждый день?
– Ему? Понравится? – рассмеялся верзила. – Да не смеши. Он выглядит как деревенщина. Наверняка кроме овец никого и не пялил. С чего ты взяла, что на женщину у него встанет?
И что они прицепились? Не видят, что ли, кулон? Не понимают, что перед ними Клинок, которого не запугать? Ах, точно, он же убрал его… Достать и показать? Нет, Клинки всегда носят свои кулоны поверх одежды. Будет странно, если он его достанет из-под кофты. Что тогда? Может просто вырубить их?
– Наверняка у него была девушка, – покачала головой первая.
– Ага, если только какая-то потаскуха! – усмехнулся мужик.
– Что ты сказал? – прошипел Лоссен, закипая от гнева. Никто не смеет плохо отзываться об Эске.
– Хах, – ехидно прищурился верзила, расплываясь в надменной улыбке. – Не расслышал? Глухой что ли? Тогда повторю. Твою шлюху пялила вся твоя вонючая деревня, пока ты смотрел и дро…
Яркая вспышка оборвала верзилу на полуслове. На каменных стенах в переулке появились глубокие борозды. Руки девушек были отрублены по плечи. Головы с верхними частями тел ровным срезом были отделены от нижних половин.
Мужчина был выше и крупнее, потому бело-красное лезвие прошло в районе локтей и пояса.
Белый Клинок гневно смотрел на три трупа. По его правой руке еще пробегали электрические разряды.
Зачем он здесь? Этот город отвратителен. Эти люди отвратительны. Грязные шлюхи, отдающиеся любому за несколько десятков серебряных монет. Тупой мужлан. Стоило сперва вырвать ему язык, но теперь уже как есть…
Что ж, теперь Лоссен окончательно решил покинуть город на следующий день.
Он переступил кровавую лужу и направился дальше по переулку, накидывая на голову капюшон.
***
Был почти полдень, когда Лоссен проснулся. Снова мучили кошмары. Поднялся с кровати и тихо вышел в коридор. В дальнем углу рядом с туалетом было корыто с холодной водой. Зачерпнул ковшиком и умылся. Соскоблил щетину с лица и вернулся в комнату.
Возле стены стояла сумка. Небрежно взяв ее и накинув на плечи, юноша натянул на голову капюшон и спустился на первый этаж.
В просторном зале собралось немало посетителей. Белый Клинок заказал себе завтрак и сел в дальнем углу.
Повсюду доносились оживленные тихие разговоры. До острого слуха юноши доносились обрывки фраз. Люди в основном на что-то жаловались либо хвастались. Ничего интересного.
Когда Лоссену на стол ставили тарелку с горячей едой и кружку пива, в трактир зашел грязного вида мужичок. Он сразу подсел за самый шумный стол, где его приветствовали товарищи.
Новый гость заказал пива. А пока наполнялась его кружка, он что-то начал возбужденно рассказывать. За столом стало тихо. Все внимательно слушали. Даже Белый Клинок.
– Я был там сегодня, – вполголоса говорил он. – Двоих девчонок порешили и вышибалу…
– Жаль, – произнес другой. – Девчонки там славные. Хотел на днях к ним зайти…
– Нахрена кому-то это делать? – возмущался третий. – Платить что ли не захотел?
– Не, – помотал головой новоприбывший, отпивая из кружки, которую только что принесли. – Их вроде старик какой-то порешил. Может, его дочь или внучку туда продали? Вот он и пришел мстить…
– Ты-то откуда знаешь про старика? – усмехнулся один из-за стола.
– А его видели, – гордо ответил пришлый, словно это была его заслуга. – Там ссора какая-то была. Один из местных решил поглазеть в окно. Он-то и видел все. Говорит, у убийцы белые волосы были. Старик же!
Лоссен нахмурился, сильнее натягивая капюшон на голову. Свидетель, значит? Неужели он был так беспечен, что не заметил? Хотя, в такой ярости он вообще ничего вокруг не замечал. Повезло, что слухи расползлись так быстро. Возможно, он узнает еще что-то полезное.
– Говорят, вызвали дознавателя, – продолжил прибывший.
– Это которые в белом ходят? – спросил кто-то из-за стола.
– Да, Сновидец, – кивнул его товарищ. – Не помню, как он там называется. Тот, который мысли читать умеет.
– Ого, как они раскошелились! – присвистнул еще один. – Ну, теперь убийцу быстро найдут. Интересно, что он выберет, руку или клеймо?
– Ага, надо будет сходить на днях, посмотреть на суд, – закивали остальные.
Значит, обратились за помощью к Сновидцам. Лоссен вспоминал слова Бьяко, что белые Сновидцы одни из самых опасных. Они не только умеют читать мысли, но и могут контролировать разум.
Юноша ранее не сталкивался с такими. Но трудно представить, как с ними сражаться. Если тебя поймали в ловушку иллюзий, считай, ты уже проиграл. Не стоит с таким пересекаться.
Лоссен допил свое пиво, оставил несколько серебряных монет на столе и покинул трактир. Возможно, тот мужичок рассказал бы еще что-то полезное, но сейчас время играет против.
Белый Клинок быстрым шагом направлялся в сторону южных ворот. Спустя час он вытащил из-под кофты кулон в виде меча и показал стражнику. Его вновь записали в журнале.
Лоссен покинул город. Идя по мощеной дороге, он старался затеряться среди множества путников, что покидали столицу.
***
Уже на второй день пути на тракте почти никого не осталось. Дорога вперед просматривалась до самого горизонта. Однако, Лоссен чувствовал присутствие кого-то в кустах на обочине. А раз они прячутся – скорее всего у них совершенно не добрые намерения.
Через несколько десятков шагов его предположение подтвердилось. Трое перекрыли путь, обнажив мечи. Двое бывалых вояк с треугольными шрамами на левой щеке – изгои. Третий был совсем молодой. Клейма не было. Значит, еще не успел попасться. Закон запрещал убивать таких. Необходимо привести его в город на суд Оплота.
Не сбавляя темпа, Белый Клинок шел к ним навстречу и остановился в десяти метрах.
– Сбрасывай рюкзак и поясную сумку, – в приказном тоне произнес один из изгоев.
До острого слуха Лоссена донесся скрип луков, шуршание перьев и звон тетивы. Около пяти лучников засели в кустах. Есть еще кто-то, но чем они вооружены – пока не известно.
Юноша опустил голову, взглянув на грудь. Кулон снова был под одеждой. Теперь понятно, почему они вылезли на него. Что ж, вещи отдавать он не собирался. А эти просто так не пропустят. Значит будет бой. Или попытаться напугать?
– Свалите, – небрежно бросил Клинок, вытягивая правую руку вперед.
От локтя до кисти пробежали белые молнии. В ладони загорелся белый свет, приобретая форму меча.
– Забавные фокусы, – усмехнулся второй изгой, сплевывая на землю. – Мужики, аккуратней, у него кварц.
Трое с мечами медленно двинулись к Лоссену, стараясь его окружить. Белый Клинок стоял неподвижно, позволяя им приблизиться.
Они встали с трех сторон, оставаясь в двух метрах. Со спины послышался гул от меча. Изгой делал замах.
Лоссен среагировал мгновенно. Красный огонь покрыл кромку белого лезвия. Круговой удар. Все трое мгновенно рухнули на землю.
Только спустя пару секунд прячущиеся в кустах сообразили, что произошло. Несколько стрел вразнобой вылетели из кустов. Белый Клинок сделал несколько движений ногами, ловко уворачиваясь.
Мгновение спустя он исчез с дороги, возникая рядом с лучниками. А вот и их товарищи – трое с копьями. Искрящийся меч сделал несколько точных ударов. Понадобилось не более секунды. Еще шестеро убиты.
Один с луком засел на дереве. Забраться к нему? Бессмысленно. Лоссен взмахнул мечом. Огромный ствол стал неторопливо заваливаться. Лучник свалился с ветки. Что-то хрустнуло. Скорее всего, сломал руку или ногу. Дерево упало сверху, придавив толстыми ветвями. Несчастный пыхтел, пытаясь выбраться, и стонал от приступов боли.
Белый Клинок неторопливо подошел. Тот хотел уже молить о пощаде, но не успел. Отрубленная голова упала на промерзлую землю.
По крикам и топоту было понятно, что их товарищи с противоположной стороны дороги спешат сюда.
Лоссен скучающе вздохнул. Белые молнии заискрили по его ногам. Мощный прыжок мгновенно сократил расстояние. Еще два трупа. Сколько осталось? Четверо. Убегают.
Наклонившись вперед, Белый Клинок устремился в погоню. Всего пара секунд, и этих не стало.
Белый меч испарился, а вместе с ним замолчали и молнии. Лоссен тоскливо посмотрел на убитых. Едва ли половина из них была изгоями. Остальные – полноправные граждане империи. А значит, он убил уже десяток. И если этот случай можно списать на самооборону, то три трупа в городе – уже нет.
Что ж… Как говорится, пролитого молока не соберешь. Надо двигаться дальше. Лоссен уже собирался идти, но на мгновение задержал взгляд на поясной сумке одного из мертвых.
На дороге все равно никого нет. Юноша подошел к телам и стал их обыскивать. Несколько монет. Пару кристаллов кварца. А что у других?
Еще пять трупов в пятидесяти метрах – трое первых и двое, которых он убил во время рывка. Тоже ничего ценного. Еще семеро – в лесу.
Чуть позади их расположения лежали спрятанные сумки. Внутри кремень, точильные камни, шубы, еда и вода. Значит, основной лагерь не здесь, а Лоссен стал их первой жертвой на сегодняшнем рейде. Не повезло…
Юноша забрал только деньги, еду и кварц, который собирался продать в Нэне. Больше здесь делать нечего.
Вытерев окровавленные руки о снег, Белый Клинок вышел на дорогу и продолжил свой путь на юг.
Акт III. Сквозь боль
Зима только вступила в свои законные права, когда с виду молодой Сновидец в белоснежно-белой мантии прибыл в столицу. Первый пункт назначения – отделение быстрой доставки писем. Девушка на входе хотела произнести свою заученную приветственную речь, но внезапно в ее голове возникло подробное описание того, что от нее требуется.
– Следуйте за мной, – учтиво произнесла она, не в силах противиться голосу в мыслях.
Сновидец непринужденно шел за ней на второй этаж – в кабинет главы отделения. Едва старик за письменным столом увидел гостя, тут же отложил все дела и поднялся.
– Можешь идти, – бросил он девушке. И когда та скрылась за дверью, приложил ладонь к сердцу и поклонился. – Мэтр Рагарл, благодарю, что прибыли так скоро.
– Не обошлось без помощи Ахия, – небрежно ответил Сновидец в мантии с золотым узором. В кругу выше по рангу был только сам архимагистр Разор. – А ты… мастер Саймон. Хорошо, Саймон, давай сразу к делу.
На несколько секунд они оба замолчали, пристально глядя в глаза друг другу. После Рагарл нахмурился и направился к выходу.
– Я осмотрю тела. Приведи ко мне свидетеля, – в приказном тоне произнес мэтр круга Санве-Мента.
Покинув отделение, он быстрым шагом направился к своей следующей цели – храм Оплота Сарро.
Жрецы всегда недолюбливали жителей Города Снов, называя их противоестественной мерзостью. А вот к Клинкам у них было нейтральное отношение. Но это и не удивительно. В свое время Сновидцы решили проблему с наследным принцем, когда у императора рождались только дочери. Оплот же ничего не мог поделать в той ситуации. В результате, их репутация пострадала, и храм потерял часть своих функций. Тогда же появились Серебряные дома.
Но Рагарла совершенно не волновало отношение к нему со стороны жрецов. Если будет нужно, он применит сны. Тогда они не смогут ничего возразить. Но все-таки лучше попытаться договориться.
Спустя час ходьбы мэтр уже был на центральной площади. Порывы ветра развевали полы его мантии и длинные каштановые волосы. Слегка усмехнувшись предстоящему диалогу, Сновидец вошел в монументальное серое здание, построенное из огромных каменных блоков.