Грузия. Закавказский тупик?
- -
- 100%
- +
Об отношении шахов к Грузии можно судить по тому, что по их приказам и на их средства в Картли и Кахетии содержалось войско, которое обязано было охранять границы Грузии от набегов горских племен; если войска не хватало, шах присылал помощь.
Налоги, собираемые с грузинских княжеств, были такими же, а иногда и меньшими по сравнению с налогами на других территориях как Персидского, так и Турецкого государств. Так, знаменитый турецкий путешественник Эвлия Челеби пишет, что Имеретинское царство, один из турецких вилайетов, «до сегодняшнего времени» свободно от хараджа и урфа (так называемых обычных налогов), «только ежегодно они посылают в Стамбул [в качестве подарков] невольников, соколов [разных видов], ястребов, мулов, а также грузинских женщин редкой красоты». Имеются неоднократные примеры снижения налогов и в персидской части грузинских княжеств.
Выставляемые в качестве угнетателей и гонителей христианской веры, персы не уничтожили христианскую церковь полностью, а лишь поставили ее в определенные рамки и заставили согласовывать утверждение грузинских католикосов в Персии. Есть немало свидетельств того, что шахская власть являлась неким верховным судьей, арбитром в церковных, хозяйственных и административных вопросах, Грузинская знать на правах равных входит в высшее сословие Персии. Были распространены династические браки – немало грузинских княжон стали женами шахов, а в крови знатнейших грузинских родов текло немало персидской крови. Так, у одной из величайших исторических фигур в истории Грузии, основателя Тифлиса, в честь которого сейчас назван высший орден Грузии – Вахтанга Горгасали – мать была персиянка. Кстати, само слово «Горгасали», или «Волкоголовый», тоже имеет персидское происхождение.
Представители грузинской знати мальчиками росли при шахском дворе, они назначались чиновниками в провинции, причем не только в грузинские, но и в исконно персидские, выступали в роли крупнейших персидских военачальников и даже предводителей всего персидского войска в походах в Индию и Афганистан. При шахском дворе находились целые группы высокопоставленных чиновников-картвелов.
«Центр династической жизни Грузии находится в Тегеране и Исфагане – здесь процветают грузинские интриги, заключаются брачные союзы, приобретаются выгодные государственные должности, получаются и теряются царства. Так, в первой половине XVII века царь кахетинский и картлийский Теймураз из-за интриг шахского двора трижды получает и трижды теряет свой царский скипетр. Персидское влияние проникает по все уголки грузинского общества – архитектура принимает иранские формы, высшее и среднее сословия говорят на персидском языке, заводят персидские библиотеки, да и сама грузинская литература начинает следовать не изначальным византийским, а персидским канонам, например, персидское происхождение источника знаменитого “Витязя в тигровой шкуре” сам Шота Руставели даже не скрывает:
Это повесть из Ирана, занесенная давно,По рукам людей катилась, как жемчужное зерно.Спеть ее грузинским складом было мне лишь суждено.И хотя в монастырях церковь сохраняет остатки грузинской иконописи и церковной письменности, нравы светского мира к концу XVIII века уже почти полностью копируют персидские»[3].
С конца XV века, когда Черное море стало «турецким озером», грузинские феодалы наладили экспорт в Оттоманскую империю крайне выгодного товара, сопоставимого сейчас лишь с нефтью и газом. Речь идет о рабах. «Пленопродавство» (работорговля) получило в описываемое время исключительное распространение в Западной Грузии. Феодалы присваивали себе право продавать крепостных на иностранные рынки с целью приобретения предметов роскоши. Это приводило к катастрофическому уменьшению количества крестьян. Население Западной Грузии за XVI век не только не увеличилось, но уменьшилось вдвое.
К середине XVI века в Западной Грузии «пленопродавство» приняло настолько угрожающие размеры, что стало предметом обсуждения на специально созванном церковном соборе. Принятая на соборе мера наказания за «пленопродавство» (смертная казнь) показывает, что участники собора понимали всю опасность этого социального зла для самого господствующего класса. Несмотря на подобные мероприятия, «пленопродавство» в Западной Грузии практиковалось почти до второй половины XIX века.
Грузинские феодалы быстро научились лавировать между турками и персами. Именно таким способом легче всего захватить новые земли и новых подданных. Причем мне вовсе не хочется, чтобы читатели стали воспринимать грузинских феодалов как редких негодяев. Они вели себя так, как в XI–XVII веках вели себя феодалы самых разных стран Европы, Азии и Африки. Вспомним, как князья Рюриковичи доносили друг на друга и пресмыкались перед золотоордынскими ханами в XIII–XV веках.
Чтобы понять историю русско-грузинских отношений, следует четко разделить простых грузин, уставших от бесконечных вторжений с запада и юга – турок, с востока – персов, а с севера – ежегодных набегов горских племен. Они искренне обращали взоры к православному Московскому царству, которое со временем реально могло обеспечить их безопасность и сохранение православия в Грузии.
А ют подавляющее большинство феодалов видели в Московском государстве лишь фигуру на шахматной доске, используя которую, можно добиться тех или иных привилегий и территорий. Что же касается православной веры, то грузинские феодалы по несколько раз меняли веру и даже свои имена – то с христианских на мусульманские, а то наоборот.
Глава 3
Русских зовут, и они приходят
В 1492 г. царь Кахетии Александр I направил в Москву послов, прося о покровительстве, а в послании к великому князю московскому Ивану III именовал себя «холопом Ивана», которого он называл «Великим Царем». Это послание свидетельствует о том, что уже в конце XV века в Закавказье понимали, что защитить православных может только Москва.
Спустя почти сто лет кахетский царь (князь) Александр II, «угрожаемый с одной стороны турками, а с другой – персами, бил челом со всем народом, чтобы единственный православный государь принял их в свое подданство, спас их жизнь и душу. Царь [Федор Иоаннович. – А. Ш.] принял Александра в подданство: отправлены были в Кахетию учительные люди, монахи, священники, иконописцы, чтоб восстановить чистоту христианского учения и богослужения среди народа, окруженного иноверцами; дана была и помощь материальная: отправлен снаряд огнестрельный. Терская крепость исправлена и занята стрельцами. Из Москвы требовали, чтоб Александр доставил в эту крепость запасы на 2500 человек, но он отказался: «Для дальней дороги, для гор высоких, да и запасу собрать столько нельзя»[4].
На Кавказ было послано пятитысячное русское войско под началом князя Хворостина. Он разгромил войско хана Тарковского Шевкала, который так досаждал кахетинцам. Русские взяли столицу Шевкала Тарки. Но удержать крепость Хворостин не смог из-за отсутствия продовольствия и постоянных набегов горцев. Понеся большие потери, русское войско вернулось восвояси. Тем не менее Федор Иоаннович «уже принял титул государя земли Иверской, грузинских царей и Кабардинской земли, черкасских и горских князей»[5].
Как видим, кахетский царь Александр II призвал русских, но сам не пожелал им помочь ни войском, ни поставками продовольствия.
После ухода русских он решил задобрить персидского шаха Аббаса и позволил своему сыну Константину принять магометанство. Но это не помогло, поскольку Лббас хотел полного подчинения Кахетии и велел отступнику Константину убить отца и брата за преданность Москве, что тот и сделал. А в это время в Дагестане русские под началом воевод Бутурлина и Плещеева вторично утвердились было в Тарках, но турки выбили их оттуда.
«В 1602 г. царь Борис Федорович Годунов отправил послов в Грузию для возобновления присяги царя грузинскаго Александра, что и учинено сим последним. Успехи шах Абаса в военных действиях его над турками успокоили грузинских князей со стороны сих злейших неприятелей их; они начали было забывать свои отношения с Россиею и преклонялись более к персиянам, которым также нередко изменяли.
Около того же времени и карталинской царь Георгий Симонович дал за себя и за сына своего Иесея присягу в верности царю Борису Федоровичу. Царь Борис требовал от сего последняго, чтобы прислал в Россию дочь свою царевну грузинскую Елену в супружество за царевича сына его Федора Борисовича, а племянника своего Хоздрая отправил бы с послами в Москву для вступления в брак с российскою княжною царскою дочерью Ксению Борисовною, о чем 10 мая 1605 года и запись учинена была при российских послах. Но случившаяся в том же году кончина царя. Бориса Федоровича намерение сие испровергла; а карталинский царь Георгий отравлен ядом от шаха Абаса».
Затем наступило время Великой Смуты, и, естественно, России стало не до Кавказа и Закавказья.
Ну а в «стране волков» смута была явлением обыденным. В 1605 г. персидский шах узнал о сношениях царя Картли Александра II с турецким султаном и отправил против Картли войско, которым командовал принявший мусульманство царевич Константин – сын Александра.
«Сей царевич, разбив отца своего, велел ему и брату своему Георгию отрубить головы. Намерение его было покорить персиянам всю Грузию, но грузинския князья, совокупясь, побили наголову его войско. Сей изверг, ушедший к лезгинам, пригласил их вступиться за него, обещая им дозволить на трое суток грабить столичный город Тифлис. Лезгинцы на сие согласились, зделали ночью нечаянное нападение на грузинския войска, и предали все мечу и огню. С тех пор Грузия стала претерпевать ужасныя разорения от лезгинцов, турок и персиян.
Кахетинский царь Теймураз, внук убиеннаго царя Александра, в 1619 году отправил к российскому государю Михаиле Федоровичу послом игумена Харитона с просьбою, дабы государь защитил его от гонения шаха Абаса, от котораго он укрывается в Башичине, дадианской области. Притом просит исходатайствовать у шаха возвращение увезенной матери его и двух сыновей его, царевича Леона и Александра, и препоручал в покровительство государево единоверных своих грузинских владетельных князей Горья Башичицкаго, Мануила Гурильскаго и Леона Дадианскаго, уверяя, что они обещаются навеки быть неотступны. Царь Михаила Федорович, уважив просьбу царя Теймураза, отправил посла к шаху Абасу с требованием дабы не утеснял Грузию.
Шах Абас удовлетворил желание российскаго двора, царь Теймуразне только возвратился по-прежнему в Кахетию, но к своему царству присовокупил еще в 1625 году и Карталинию, потому что карталинский царь Луарсаб, взят будучи в плен шахом Абасом, в 1622 году убит в Персии и наследников по себе не оставил. Азатей Муразом в супружестве была родная его сестра. Но в 1634 году в Карталинию поставлен был царем Ростом сын Давыдов, содержавший магометанскую веру, а Теймураз остался опять в прежнем своем кахетинском владении».
12 ноября 1638 г. царь дидиянский Леонтий прислал в Москву грамоту к царю Михаилу Федоровичу: «И было де в Ыверской земле 5 государей и из них-де перской шах побил 2 государей, а достальных де 3-х государей государствы Божиею помощию и его царским многодетным счастьем владеет он, Леонтей царь. И желал-де он от многово вре-мяни, чтоб ему служити его великому царствию, да не изыскал такова времяни, как ему государю о том побить челом. А ныне-де он послал к его великому царствию крестового своего попа имянем Гаврила»[6].
Краткая справка. Дадианская земля – это Мегрельское княжество на северо-западе Грузии, которое включало территорию от реки Цхениецхали на востоке и реки Риони на юге до реки Ингури.
«Пять государей» – цари: Кахетии – Таймураз I, Картли – Луарсаб II, Имерети – Георгий III; владетели: Мегрелии – Левон II Дадиани и Гурии – Мамия (Мануил).
Еще в 1635 г. царь Кахетии Теймураз I отправил в Москву посольство во главе с митрополитом Никифором с просьбой о покровительстве и оказании военной помощи. 23 октября 1635 г. посольство прибыло в Терский городок, а 8 октября 1636 г. – в Москву. 11 октября 1636 г. митрополит Никифор был на аудиенции у царя Михаила Федоровича.
Русское посольство во главе с князем Ф.Ф. Волконским и дьяком А. Хватовым выехало из Москвы вместе с митрополитом Никифором 25 июня 1637 г. Послы имели проект крестоцеловальной записи, то есть договора с Теймуразом I. 10 октября 1637 г. послы приехали в Терский городок, 5 августа 1638 г. в сопровождении посланцев Теймураза I они добрались до лагеря Теймураза I, 2 сентября прибыли к Алавердскому монастырю, а 9 сентября состоялся прием послов Теймуразом I.
Переговоры затянулись до 23 апреля 1639 г. В итоге Теймураз I торжественно подписал крестоцеловальную запись, и 28 апреля посольство выехало из Грузии, прибыв в Москву в конце 1639 г.[7]
В 1648 г. царь Имерети Александр III отправил в Россию послов Василия и Давида с просьбой о принятии его вместе с царством в подданство. В ответ на эту просьбу в Имерети отправилось русское посольство – Н.М. Толочанов и дьяк А.И. Иевлев. Они выехали из Москвы вместе с имеретинскими послами 10 июня 1650 г. и 10 октября прибыли в Терский городок, откуда выехали 15 апреля 1651 г. Александр III принял послов в Кутаиси 24 июня 1651 г. Послы вручили царю грамоты и подарки. А 28 июня состоялся второй прием русского посольства.
14 сентября имеретинский царь Александр III целовал крест на верность московскому царю. 9 октября 1651 г. Александр III подписал крестоцеловальную запись: «Аз царь Александр целую сей святый и животворящий крест господень и за брата своего, за царевича Мамуку, и за сына своего, царевича Бограта, и с митрополиты, и со архиепископы, и с бояры, и с азануры (дворяны), и со всеми своими людьми, и за все свое меретинское государство на том на всем, что мне, Александру царю, с братом, и с сыном, и со всем своим государством быти великаго государя моего Царя и Великаго князя Алексея Михайловича всея Руссии самодержца во всей его государевой воле и в вечном холопстве вовеки неотступным, и впредь, кого ему государю детей Бог даст».
10 октября 1651 г. Н.М. Толочанов и А.И. Иевлев в сопровождении имеретинских послов Л. Джапаридзе и архимандрита Евдемона отправились в путь и к концу ноября прибыли в Терский городок[8].
В 1653 г. царь Теймураз отправил в Москву своего единственного оставшегося в живых наследника – внука Ираклия.
В январе 1657 г. от правителей тушин, хевсуров и пшавов к царю Алексею пришла грамота: «И ныне великий государь наш Теймураз царь живет под вашею царскою высокою рукою. И мы, Тушинские земли и Кевсурскии и Пшавскии все три християнские государства, соединачилися и послали к тебе, великому государю, посланников своих заодно Султана да Григорья и Павла и хоти быть в холопстве под вашею царского величества высокою рукою и ваше царское повеленье слушать, только иметь единого Бога да своего прежнего Теймураза царя. А ныне недруги ево разорили, а наше место ничем не вредимо, живем в крепях, многожды и на нас помыслили разорить…»[9]
В 1658 г. Теймураз отправился в Москву. После тщетной попытки получить от России помощь царь вернулся в Имерети, постригся в монахи и уединился в крепости Сканда. Во время похода Вахтанга V в Имерети Теймураз был схвачен и отправлен в Иран. Царь отказался принять ислам, за что был заключен в Астрабадскую крепость. Царь Теймураз скончался в возрасте 74 лет в 1663 г.
В конце 50-х годов XVII века в Кахетии (Кахети) сложилось крайне тяжелое положение. Иранский шах Аббас II, подобно своему предку Аббасу I, стал заселять Кахетию туркменскими племенами. Было переселено приблизительно 80 тысяч туркменов. Кахетия опять оказалась перед угрозой национального перерождения. Туркмены всячески притесняли грузин. Основным занятием туркменов было скотоводство, поэтому их интересовали лишь пастбища для скота. Кахетия же была страной земледелия, виноградарства и виноделия. Ей грозило уничтожение этих традиционных отраслей хозяйства. Тушинцы, пшавы и хевсуры также оказались в тяжелом положении. Между горной и равнинной Грузией издавна существовали взаимные связи: во время нашествий врага население равнин укрывалось в горах, а горное население в мирное время спускалось на равнины. Горное население обменивало свои продукты животноводства на продукты земледелия, которым занималось равнинное население.
Туркмены стали разводить скот на равнинной территории Грузии. Цветущие сады и виноградники превратились в пастбища для скота. Серьезная опасность нависла и над Картли. Фактически вся Восточная Грузия оказалась под угрозой уничтожения. Народ не мог этого больше терпеть и поднял восстание.
Во главе восстания стояли: Заал Эристави, Бидзина Чолокашвили, Шалва и Элизбар – ксанские эриставы. В восстании принимали участие: тушинцы во главе с Зезвой Гаприндаули, хевсуры под предводительством Надира Хошараули и пшавы во главе с Гоголаури.
Туркмены имели два укрепленных пункта – Бахтрионскую крепость и собор Алаверди, превращенный ими в крепость. Восстание началось в 1660 г. Войска арагвских эриставов и ксанских эриставов соединились в Ахмета. У Бахтроинской крепости собрались тушинцы, пшавы и хевсуры. Кахетинцы во главе с Бидзиной Чолокашвили подступили к Алавердской крепости. Грузины одновременно атаковали обе крепости и взяли их. Туркмены были разбиты наголову. Оставшиеся в живых туркмены обратились в бегство. Кахетия была спасена от физического уничтожения. По приказу разъяренного шаха Вахтангу V пришлось казнить Заала Эристави. Шалва, Элизбар и Бидзина сами явились к шаху, чтобы отвести от страны возможное карательное нашествие иранцев. Шах Аббас II передал руководителей восстания туркменам, соплеменники которых были уничтожены в Кахетии.
18 сентября 1662 г. туркмены учинили зверскую расправу над героями восстания. Впоследствии прах принесших себя в жертву грузин был захоронен на родной земле в монастыре Икорта. Грузинская церковь причислила их имена к лику святых.
Во время Бахтрионского восстания картлийским царем был Вахтанг V. Еще при жизни картлийского царя Ростом-хана Вахтанг отправился в Иран, принял мусульманство и стал называться Шахнавазом.
В 1658 г. картлийский царь Вахтанг продолжил политику Ростома. Своей показной покорностью шаху Вахтанг пытался сохранить с ним мирные отношения, что создавало нормальные условия для развития страны. После Бахтрионского восстания Вахтангу подчинилась и Кахетия.
Тем временем в Грузию из России вернулся внук Теймураза Ираклий, который попытался завладеть Кахетией, но был разбит Вахтангом V. Ираклий укрылся в крепости Торга, которая долгое время была осаждена картлийским царем Вахтангом. Вахтанг дал ему возможность бежать из осажденной крепости. Причина такого «великодушного» поступка была та же, что и тогда, когда Ростом-хан отпустил Теймураза, поэтому-то и шел шах на уступки Вахтангу V. К тому же Вахтанг не хотел портить отношений с Россией, а Ираклий был сторонником России. Побежденный Ираклий вновь вернулся в Россию.
В 1664 г. шах утвердил царем Кахетии Арчила (Арчил принял мусульманство и стал называться шах-Назар-ханом). В период его царствования Кахетия экономически окрепла, стали восстанавливаться церкви, строились новые сооружения. Удалось частично пресечь набеги лезгин. Несмотря на это, кахетинские тавады[10] не признавали Арчила законным царем, так как он был картлийским Багратиони; по этой причине Арчил женился на внучке Теймураза I – сестре Ираклия Кетеван.
В 1674 г. Ираклий вернулся из России в Кахетию. Вскоре шах вызвал его к себе. Арчил решил, что шах намерен утвердить Ираклия на царский трон в Кахетии, поэтому не спросившись отца покинул Кахетию и попытался воцариться в Имерети.
Шах бдительно следил за этими событиями. Он вызвал к себе Вахтанга V, который оставил своего сына Георгия правителем Картли, а сам отправился в Иран. В 1675 г. Вахтанг V скончался на пути в Иран.
По смерти Вахтанга V, сына царевича Теймураза, Картли досталась его сыну Арчилу. Однако его выгнали персы, а взамен поставили другого сына Вахтанга – Георгия. Обиженный Арчил послал в 1680 г. посольство к царю Федору Алексеевичу, прося дозволить ему с детьми приехать в Россию. Царь послал для охраны Арчила стрелецкого сотника с восемьюдесятью стрельцами. 30 апреля 1683 г. Арчил прибыл в русскую крепость Терки, где получил царскую грамоту о принятии его в российское подданство и позволении жить в городе Терки. В 1684 г. Арчил отправил своих детей Александра и Мамука (Матвея) в Москву, а в следующем году заявился туда сам. Арчил просил царей Ивана и Петра Алексеевичей дать ему войско, чтобы восстановить власть в Картли, но из-за войны с турками ему было отказано.
«После сего ответа царь Арчил с детьми поехал обратно в Грузию, но царица оставалась в Москве. Арчил приехал в Осетию, оставил там детей и, собрав несколько осетинскаго войска, пошел на Имеретию, с тем чтобы выгнать оттуда царя имеретинскаго Александра. Сперва покушение сие было неудачно, и дети его претерпевавшие крайную нужду возвратились в Москву, наконец, в 1691 году Арчил завладел столичным городом Кутайсом. Но не более 13-ти месяцев удержался там и выгнан был турками, а Александр по-прежнему вступил в правление имеретинскаго царства. По многом странствовании Арчил возвратился, наконец, в Москву (в 1699 году), где жил до смерти своей, последовавшей в 1713 году.
По смерти Георгия царя карталинскаго поставлен был от шаха персидскаго ханом Хозрой, племянник Георгиев, а по нем в 1703 году Вахтанг V. Сей царь содержан был семь лет под стражею в Испагане за отвержение магометанскаго закона, а между тем в Карталинии царствовал брат его Иессей два года, да сын Банарь пять лет. По освобождении своем (в 1719 году) он принял опять правление, но персияне, выгнав его, отдали Карталинию Константину, царю кахетинскому. Частыя перемены тогдашних персидских шахов, внутренния раздоры Персии и нападения от афганцев не подавали никакой надежды Вахтангу оставатся спокойным в Грузии. Сверх того (в 1723 году) напали на Грузию еще и турки, завладели всеми ея землями и поставили своих пашей.
В сих обстоятельствах Вахтанг решился в 1724 году с детьми, с пятью епископами, пятью архимандритами и со всею свитою своею переселится на жительство в Россию.
Таковое гибельное состояние Грузии не прежде кончилось как в 1732 году по заключению мирнаго трактата между Персиею и Грузиею или лучше сказать в 1736 году с возшествием на престол Софиев шаха Надыра, прозваннаго Тахмас кули ханом. От него поставлен был царем кахетинским и карталинским царевич Теймураз сын царя Николая Давыдовича, умершаго в плену в Казбине. Сверх того шах Надир отдал ему два небольшия татарския владения, назвываемыя Борчалы и Казахи».
Несколько царей, спасаясь от персидских и турецких поработителей, в разное время бежали в Россию: Арчил II (Имеретинский) – в 1699 г., Вахтанг VI (Карталинский) – в 1722 г. и Теймураз II (Кахетинский) – в 1761 п Они оставались в России до конца своих дней, непрерывно моля русских царей о принятии подвластных им народов в состав России.
Персидские шахи часто использовали картлийские войска в качестве наемников. Так, по указанию шаха две тысячи воинов-картвелов вместе с царем Георгием IX воевали в Афганистане. В 1709 г. они вместе с царем были перебиты афганским князем Мир-Вейсом. Новым царем Картли шах назначил племянника Георгия IX Кайхосро.
Весной 1723 г. русские войска занимают персидские территории на юге Каспийского моря. Чтобы получить «сухопутную коммуникацию» между русскими войсками в Дербенте и Реште, Петр I решил занять город Баку и прилегающую часть побережья. Царь приказал генерал-майору Михаилу Афанасьевичу Матюшкину: «Идтить к Баке как наискорее и тщиться оный город, с помощию божиею конечно, достать, понеже ключ всему нашему делу оный, а когда бог даст, то оный подкрепить сколько мочно и дожидаться новых гекботов с провиантом и артиллериею, которой быть в городе и с людьми. Велено послать 1000 человек, но ежели нужда будет, то прибавить сколько надобно и беречь сие место паче всего, понеже для него все делаем. Всех принимать в подданство, которые хотят, тех, чья земля пришла к Каспийскому морю».
В июле 1723 г. двадцать русских судов появились перед Баку. Матюшкин отправил в город письмо, где утверждал, что он пришел защищать Баку от мятежников, действовавших против персидского шаха.
Но местные власти отвечали, что они верные подданные шаха и четыре года отбиваются от мятежника Сауда, так что не нуждаются ни в чьей помощи и защите.
Тогда Матюшкин приказал высадить десант. Атака персидской конницы, стремившейся помешать высадке, захлебнулась под огнем судовой артиллерии. У стен Баку русские выстроили две осадные батареи. 22 июля началась бомбардировка города, в которой помимо осадных батарей приняли участие и семь гекботов[11] с тяжелыми мортирами. Семидневная бомбардировка подействовала на персов, и 28 июля Баку сдался.
Русские батальоны вступили в город с распущенными знаменами и барабанным боем. В Баку было взято 80 пушек. Начальник гарнизона и его 700 подчиненных попросились на русскую службу. Матюшкин удовлетворил их просьбу.