Взорвать тишину

Противостояние.

В течение столетий, Земля дарила людям мудрость.

И возрождала нравственность трудом.

С поклоном спелых зерен ждала поддержки косаря,

жнивьем послушно опускалась долу по взмаху острого ножа.

Но все, что было наработано годами,

за миг накрыло рукотворным саваном цунами! —

Теперь Земля, как сиротинка. Ее удел – быть частью рынка.

Верховный жрец судьбу народа в среду

растления и криминала поместил.

Лишил людей работы, но дал рецепт от нищеты —

Мифическая собственность Земли; Свобода купить,

учить, лечить и отдыхать в кредит – Лукавый способ

скрытой формы рабства. Заложник перемен, от «доброты»

такой, я – по призванию Ученый, теперь – изгой!

Мой воздух – жженый привкус шпал и камня.

Мой дом – защита от ненастья – вагон товарный.

Из него, я вижу злой рок вполне предметно: —

За уплывающим вокзалом, не тронутые трактором

поля, полуразваленные избы, скотинка у дорог на

травах ядовитых… Родного края колорит,

где – обессилила Земля и не родит!

И так – за годом год… Вид неизбежно – роковой!

Духовность и культуру теснит невежество. – Забыла нас

фортуна! – А я – все тот же – Стоик.

Морали перекосов и хищника в личине человека —

не терплю! – И не прощаю тех, кто нас дурачит.

Все также, истине служу. К чужому не тянусь руками! —

Не уступаю наглецу и наставления лжецов – не принимаю.

Повержен мнением толпы, зависим от чинуш и

бюрократов. Не вижу улучшений впереди, когда их нет

в судьбе Отчизны. Стараюсь истину принять бесстрастно.

И лишь прозорливый – способен увидеть боль.

Мне кажется, что под ногами разошлась земная твердь,

и я завис над бездной! – Молю спасителя…А рядом – шакалы в предчувствии трапезы.

Москва, 28.08.2018.

Свидетельство о публикации №220011801706

Ленинград.

Фрагмент из повести «Завтра была война».

Величественный, в окружении холодных вод – пребывает Город Петра и Святыня России. С укором «взирает» на потуги тех, кто, пришел покорить и разрушить его…

–«Меня нельзя ни покорить, ни разрушить. Ибо, каждый, кто здесь родился и живет, кто ходит по моим дворцам, проспектам и паркам, кого обнимает и осыпает хрустальными брызгами Нева – мой покровитель и защитник!

– Да, я появился позже своих братьев – Каунаса, Таллина, Риги – крепостей в Финском заливе и в Прибалтике, но все они – признали мое ВЕЛИКОЕ Предназначение – быть ОПЛОТОМ земли Русской… И ТАК – БУДЕТ ВСЕГДА!»

ISBN 978-5-00077-892-0

Памяти Деда Филиппа.

Весна 1944. Вечереет. Улица Красных зорь, что на Лиговке – пустынна.

Вжавшись до хруста костей в плиту импровизированного забора, сидит старик. Его седая голова неприкрыта и сжата ладонями. – Ее наполняют «радостные голоса внуков»!..

На дороге появилась патрульная машина…Притормозила. Из нее вышел моложавый старшина и подошел к старику…

– Дед, чего расселся! – Здесь, нельзя сидеть. – Это закрытая зона. Вставай и уходи!

– Некуда – тихим голосом, ответил старик. – И ноги не несут… Сил нет!

– А где твой дом?

– Здесь и есть мой дом…

– Как, здесь?

– Ну, да. Это – мой дом.

– Что-то ты, дед, заговариваешься!

– Пока, никто не замечал. Мозги работают исправно…

– Твоя семья где живет?

– Недалече. На кладбище!..

– Дети?

– Сын – погиб на фронте уже, как год…

– Есть документы?

Старик опускает руку в карман и достает паспорт…

Старшина рассматривает его и, обращаясь к напарнику, удивленно говорит:

– Федь, слышь… А адрес-то, этот!..

– Ну, дед рассказывай, как получилось, что закрытая зона и «твой» дом имеют один адрес?

– А что тут рассказывать…Дом на этом месте строил Я – Филипп Захаров – Комендор Крейсера Варяг… За сражение с японской эскадрой в 1904 году в бухте Чемульпо был награжден царем – Николаем П Орденом Святого Георгия! – И еще –именными часами и золотым монетами, на которые и построил здесь, на улице Красных Зорь, новый дом.

Старшина широко раскрыл глаза…

А дед продолжал: – И здесь родился мой первенец – Григорий и четыре внука… Здесь, жили большой семей до 1941года, пока немец не ступил своими погаными ногами в Красное Село!

– В тот момент, меня дома не было. Отгружал на заводе станки в эвакуацию…

– Так, сколько же, Дед – тебе лет?

– Много сынок… А ты посмотри по паспорту.

– Почему на ночь глядя, в дом не идешь?

Дед грустно молчал. Старшина дернул «дверцу» забора и заглянул за него… Глазам предстала – большая воронка от взрыва, остов от дома, несколько побеленных плодовых деревьев, набирающих соки…И – щемящая тишина!

– Говоришь, совсем один…Ты, сегодня, хоть, ел?

Дед не ответил…

Старшина открыл свою сумку, достал небольшой сверток и протянул старику, – Вот, возьми…Заходи на свою территорию и поешь. А мы, узнаем в Администрации района, что, да как с этим объектом и чем можно тебе помочь. И подъедем…

Машина уехала, а Филипп тяжело поднялся и медленно побрел во двор.

Некоторое время, он стоял не двигаясь, осматривая остатки бывшего дома, ветхий сарай, служивший ему слабым убежищем для ночлега, а потом – осторожно стал пробираться в глубину сада. Там, где раньше росли цветы, теперь, выступал небольшой бирюзовый бугорок…

Филипп присел на скамейку, сколоченную им из короткой доски и двух чурбаков…У него защемило сердце, появилась боль за грудиной. Он прикрыл глаза и погрузился в воспоминания. Перед ним отчетливо всплывали знакомые картины, события, силуэты близких людей…

Домой он вернулся, когда немцы уже захватили Лигово и Красное Село. Пробирался дворами и закоулками, осторожно, чтоб быть незамеченным. Обстановка во дворе дома ужаснула его…Все указывало на то, что здесь, недавно – проходила неравная борьба…

У крыльца, с суровым выражением лица, неподвижно, в луже молока, лежала Настенька! – Рядом, в луже крови, – навсегда притихший Рекс. Дверь в дом открыта…Везде беспорядок!

К вечеру он вырыл в саду могилку, завернул Настеньку в простынь, и закопал ее среди яблонь! «Царство небесное»! – повторял он, сглатывая слезы…

Затем, похоронил Рекса и понял, что остался один! – Той же ночью, вернулся на завод и вступил в охранную дружину.

Ленинградцы истово защищали свой город, а Филиппу было не привыкать. Для него, Первая мировая закончилась совсем недавно –«считай, что вчера!». Теперь, для опытного моряка, фронтом стал, взятый немцами в тиски, Ленинград!

Стиснув зубы, Филипп, вместе с такими, как сам, день и ночь, с коротким пересыпом, возводил укрепления, ликвидировал зажигательные снаряды, тушил пожары, хоронил жителей города, расчищал улицы после налетов вражеской авиации и ждал, ждал – письмо с фронта…

В декабре 1943г. регулярные части выбили немца с окраин Ленинграда, и Филипп отправился в Лигово посмотреть свой дом. От бомбежек, тот стоял в руинах!

Возвращаясь вечерами с завода, он допоздна приводил усадьбу в порядок: поставил скамеечку, окопал яблоньки, собрал и сжег мусор, подлатал сарай, где можно спрятаться от дождя и ветра и каждую неделю ходил в Военкомат с надеждой получить весточку от сына…

Филипп глубоко вздохнул, перекрестился и прошептал – «Прости Господи!

Затем, опустился на колени и, раскинув руки, припал к земле…

– Настенька, – шептали губы – Вот, и пришло время свидеться… Я иду к тебе!

Он сжимал и разжимал кисти. Гладил ими травку, целовал ее: – Прости, если что не так… В одиночку не смогу восстановить дом… От Гриши весточки не поступало…

– Об Аннушке тоже, ничего не известно! – Где она, любимая наша Невестушка!

– Где, кровиночки мои – внучата!.. – Не смог узнать…

– Корю себя, что не успел рассказать ей, где припрятал Орден Георгия Победоносца…Все, что осталось от семьи и в память от прежней жизни лежит здесь, в саду. Я – последний!..

Филипп сделал глубокий выдох и «шагнул» в темноту…

Москва, 31.02.2025.

Свидетельство о публикации №225033101190

Полезные встречи…

Весна! – В прохладной неге – лежит Земля…

Она, по-матерински заглянула в мое Сердце,

проверить – не стынет ли оно от одиночества! —

И обомлела, увидев, как пришельцы от Морока —

используют Духовный Храм для заблуждений!

И, что творят с Душой, Ее сажая на иглу Порока…

– Немедленно освободись! – На реплику, Рассудок

промолчал, исследуя вопрос. И, наконец, ответил, что —

готов менять контент духовности на более практичный:

Пройтись полянами по лесу.... – Подняться в гору! —

А для поддержки – взять с собой мечту, свирель и,

тающий в знакомом флере, силуэт…

В лесу полно событий бурной жизни…

В излучине реки – «бормочут» весенние ручьи!..

Над ними, в умилении от света и тепла, седой

Туман – меняет плотность и, изредка, роняет «слезы»! –

Они, в траве таинственно сверкают и привлекают Ветерок.

А тот, неосязаемо, целует нежные листочки у березы…

Иду в тиши забытою тропой и вижу Явь и Сны,

что ночью подарила мне Луна! —

Лес – обновляет грани бытия и Веру в воплощения,1

Потенциал и мощь от Вечности и человеческой природы.

Я – с ними, благодарно, погружаюсь в неотразимые

видения березовой Весны!

Она – бесцеремонно ворошит мою Судьбу и требует —

Не вздумай, поиграть со мною в прятки! – Будь честен.

По-новому взгляни на жизнь… Не сможешь оценить,

Вселенная придет на помощь! – Подскажет, как надо ясно

представлять разлом между Духовностью и Злом.

А, главное, зачем и почему, тебе – не следует Ему служить!

Остановись и пощади! – Я понял, что оказался в западне —

желаний богатств и корысти! – Где чести, и в помине, нет!

Но – много презираемых, с клеймом «Ворье»! Под маской —

мается Душа… В тревоге – «рвется» Разум! – Как выбираться

из дерьма… Направь! – Вестимо. Не медля ни минуты —

смывать позор! Ломать преступности хребет!

Москва, 19.05.2025.

Свидетельство о публикации №225051900159

Реалии сего дня. Инакомыслящим.

В каждом слове – Душа. В каждом слове – Полет.

Если, есть на земле Справедливость – Мне ее не найти!

Мне ее не схватить!..

Среди лжи и злорадства поселилась Немилость!

Мне с «улыбкой» сказала – Привет! – Не пытайся

со мною тягаться! – Меня больше! И я – по природе сильней…

Нет таланта иного – чем гробить талант исподволь,

подбираясь к чужому успеху…

Уверяю: – искать Справедливость тому,

чью судьбу предрешило Изгнание – бесполезно…

В столкновении, я – уничтожу тебя! –

А легенду – покрою забвением.

Москва, 05.03.2019.

Свидетельство о публикации №219030500927

Привет от Циклопа.

Фрагмент из книги «Прошу на борт»

… У старинного особняка с названием: «Законодательное Вече» остановился открытый экипаж из тройки рысаков. Швейцар с поклоном раскрыл две створы дубовой двери, инструктированной позолотой. На дорожку из красной брусчатки, в широкой накидке до пят и блестящем цилиндре, с изящной тросточкой, заканчивающейся золотой пирамидкой, ступила нога одного из «небожителей», лет сорока от роду. Не обращая внимания на шумный поток людей, снующий в обе стороны, он с достоинством поднялся в экипаж и тронул кончиком трости плечо кучера. – Пошел!

– Куда, ваша Светлость, изволит доставить?

– Мещанские ряды, знаешь?

– Да, ваша Светлость.

– Вот туда и трогай. Не доезжая одного квартала, остановишься у дома с названием «Учредительное Собрание». Кучер затеребил вожжами и прикрикнул: – Но – о – о!

Рысаки тронулись с места. Экипаж выкатил на центральную часть дороги. Некоторое время ехали спокойно, пока впереди не замаячили грузные формы Циклопа, впряженного в черную карету. Медлительные Циклопы, как правило, возили заслуженных граждан города.

Увидев впереди себя карету, господин в экипаже засуетился, достал монокль и приложил его к левому глазу в надежде прочитать иероглифы с именем господина, которого вез Циклоп. Когда ему это удалось, важно сказал кучеру: – Объезжай!

– Ваша Светлость, не разойдемся. Много народу. Не подавить бы кого, – пугливо возразил тот.

– А ты плетью, плетью, налево, направо!.. Людишки-то, глядишь, и прижмутся к домам.

– Батюшка, не положено нам такое своеволие. – Ведь, и наказать могут.

– Поговори у меня, – огрызнулся сидящий в экипаже. Тебе приказано объехать. Вот, и действуй. Такова моя воля! –

Кучер медлил. – Что застыл, – огрел его тростью чиновник. -Мой экипаж должен быть впереди Циклопа! – Пошел!

Возница стал медленно лавировать в потоке людей. Им это не понравилось. Они обзывали кучера и его экипаж дурными словами, мотали указательным пальцем у виска, грозили кулаками… Возница нервничал, а сидящий в экипаже, не снимал с его спины трость, и не реагировал на недовольных. Наконец, экипаж сравнялся с каретой Циклопа, но разъехаться без столкновения не удалось. Места не хватило. Карету повело в сторону и возница, чтобы удержать равновесие и предупредить ее падение, сильно ударил Циклопа. Но отвернуть его уже не смог. Кони налетели на разъяренное животное, рог которого вспорол морду одном из рысаков. Тройка рванула вперед, и чиновник в плаще выпал из экипажа. Но брусчатки не достиг, а оказался в плену своего плаща, концы которого попали в колесо. Висящий в нелепой позе – головой вниз, чиновник изрыгал проклятья в адрес кучера! Блестящий цилиндр отлетел в сторону, а один из прохожих пнул его, как мяч. Уличные мальчишки с визгом от восторга подхватили игру. Сломанная трость валялась рядом. Кучер, красный от натуги, что есть мочи, тянул на себя центрального рысака. Наконец, ему удалось остановить лошадей. Кучер спрыгнул на дорогу и кинулся к раненому коню. Дрожащими руками, с невнятным бормотанием и слезами, стал освобождать животное от упряжи, прижимаясь телом к его крупу. Вокруг быстро собралась толпа. Но никто не спешил на помощь скулящему мужчине, запутавшемуся в своем плаще. Людей больше заботил раненый конь. Они ахали и успокаивали возницу. Сердобольные предлагали кучеру помощь. Потрясенный событием, он потерял дар речи и только тихо плакал, и гладил холку кормильца. Один из прохожих разжал его пальцы и взял в свои руки вожжи: – Коню нужна помощь. Я отведу его к ветеринару. А тебе есть с кем возиться. Помощник в сермяге толково снимал с дрожащего коня упряжь. Кучер подошел к экипажу. Обхватив большими руками тело пассажира, придал ему вертикальное положение и стал освобождать из плена собственного плаща, фалды которого намотало на колесо. Когда тот почувствовал свободу и у него прошел испуг, поискал глазами свой цилиндр. Уличный мальчишка, со свистом отфутболил его прямо под ноги лошади. Кучер поднял цилиндр, смахнул с него пыль, поправил поля и надвинул на голову господина. Без плаща тот выглядел худосочным существом со злыми глазами. Молчавший до времени, он вдруг обрел дар речи и яростно набросился на возницу с кулаками:

– Идиот! Куда глаза твои смотрели? Сгною, – визжал он, топая ногами…Кучер молчал, а толпа горожан, реагируя на психоз чиновника, все больше распалялась от смеха.

Вровень с помятым экипажем стояла карета, с впряженным Циклопом, из которой на происходящее спокойно взирал седой господин.

– Сударь, – сказал он бесноватому чиновнику. – Я могу оказать вам услугу и довезти вас до места назначения. Скажите только куда?

– А я, сударь, попрошу вас выйти из кареты и предоставить ее в мое пользование. Я опаздываю на презентацию в Учредительное Собрание.

– Помилуйте, сударь! Это невозможно – ответил седовласый. – Я тоже еду в Учредительное Собрание. И если бы не ваша спешка на дороге, то уже давно бы там был. И вдруг спохватился: – А, собственно, кто вы такой?

– Я представляю Закон «О рассмотрении обращений граждан», – заважничал чиновник, небрежно смахивая с рукава пылинки. – И потому, – надменно продолжил он, – могу изъять у вас экипаж для служебных целей.

– Это невозможно, сударь. Поскольку, это я – представляю закон «О рассмотрении обращений граждан». Вот мой мандат. Я избран Законодательным Вече на эту должность двадцать пять лет тому назад!

– Тоже мне аргумент! Когда это было? – вызывающе возразил чиновник. – Взгляните на мои полномочия. Они подписаны в десять утра сего дня. Так что, прошу освободить карету и предоставить ее мне.

Народ с насмешкой слушал перепалку двух чиновников Законодательного Вече. Она откровенно их веселила.

– Я ничего не знаю о вашем назначении. И пока у меня не будет официального отстранения от должности, всякие разговоры по поводу того, кто из нас представляет закон – беспочвенны. Двух «носителей» одного закона быть не может!

– Га-га! – издавала звуки толпа, изображая унизительные жесты на пальцах. – А кому нужен этот ваш закон об обращениях, – поинтересовался мужчина с лихорадочным румянцем на лице. – Наши проблемы не волнуют власти. Независимо от того, есть закон или нет его, – их все равно никто не рассматривает.

– Вот, слышите? – Глас народа! – цепко ухватился за реплику худосочный в помятом цилиндре, подняв вверх указательный палец. – Народ подтверждает, что ваш закон он не воспринимает. Вы не обеспечили решение их проблем.

Седой господин нахмурил брови. – Допустим. Но извольте объяснить, каким образом вы будете это делать?

– У нас с вами большая разница в подходе к решению проблем граждан, – встрепенулся помятый чиновник. Мой закон дает новое толкование термину «обращение». В вашей редакции оно отсутствует.

– И что такого есть у вас, чего нет у меня? Будьте добры – познакомьте нас.

Чиновник в цилиндре встал в позу и громко объявил. – Проблемы, с которыми обращаются люди к власти, делятся на три группы. Это заявления, жалобы и обращения. Он сделал паузу и важно обвел глазами толпу.

– Ну, ну, – подвинулась люди поближе к оратору. – И что дальше?

– Обращение – это когда граждане хотят получить от органов власти разъяснение того или иного события и получают его…

При последних словах толпа вновь заколыхалась от смеха. Чиновник поднял руку, чтобы успокоить людей, и выбрав паузу, продолжил: – Заявление, – это когда народ доводит до ведения власти, какое – то злостное событие, требуя принять законные меры против того, кто его совершил. И наконец, жалоба – когда граждане выражают недовольство действиями определенной категории людей, ущемляющих их права, с просьбой к власти – урегулировать отношения… – Что касается этого господина, – чиновник вытянул руку в направлении кареты Циклопа, – то его закон содержит всего лишь один параграф – дать разъяснение по поводу обращения. Чувствуете разницу? У меня три параграфа, а у него – один. Мой закон – более совершенный механизм регулирования отношений, поскольку он может больше. Законодательное Вече приняло решение упразднить старый закон, и передать всю полноту власти мне, как Ясновидящему, представляющему закон об обращении граждан в новой редакции трех параграфов.

Ха! – презрительно отреагировала толпа. – Это ты-то, Ясновидящий?! – Запутался в своем плаще и хочешь запутать нас!

Седой Господин встал на подножку своей кареты. – Сударь, – обратился он к коллеге, – объяснимся до конца. Лично я, за последние двадцать лет, ничего кроме жалоб граждан и заявлений о преступлении – не видел! – Сотни тысяч неразрешимых проблем на местах люди выносят на обозрение Гаранта своих прав. Да его просто завалили жалобами на бездействие органов власти, деятельность которых не регулирует закон «О рассмотрении обращений». С этим я полностью согласен и давно нахожусь в ожидании перемен. Повторяю, не обновления терминов и частичной поправки отдельных его положений, а полной отмены закона, поскольку он не предусматривает главного – ответственности чиновников за неисполнение законодательства и бездействие. А ведь, именно безответственность и безнаказанность власти стали препятствием для решения проблем граждан. – Это и есть правда! Выход здесь только один: – наказывать чиновника за неисполнение закона.

– А как быть с терминами? – с усмешкой спросил мужчина из толпы. Может у вас и здесь есть предложения?

– Безусловно, – отреагировал седовласый господин. – В законе не должно быть неопределенных слов, ведущих к разному толкованию сути. Главным словом законодательного акта, который сейчас оказался у вас на слуху должно стать требование граждан.

– Имя закона, – громко выкрикнул человек в рабочей спецовке. – Назови нам имя! – Хотим знать имя! – Назови имя, – стала скандировать толпа.

– Полное имя закона, – ответил седовласый господин – «О исполнении требований граждан в рамках Конституции». – Как видите, разъяснение термина здесь не нужно. Значение слов народ хорошо знает и без депутатов. Может, даже лучше, чем депутаты. И не терпит хитрости. В заключительной части правового акта должна быть прописана уголовная ответственность за неисполнение закона!

– Да, как вы смеете подвергать критике мнение большинства депутатов Законодательного Вече! – возмутился чиновник в помятом цилиндре. – Вы идете против института власти!

– Ошибаетесь. Я не против власти. Я против невежд, фальши и корявой логики в законодательстве. Интересы депутатов должны совпадать с интересами граждан, выдвигающих их в Законодательное Вече.

– Я выдвинут от общественного движения, – пафосно возразил чиновник.

– То-то и видно, что вы лоббист антинародных интересов. Неопределенные термины в законе – отражение вашего лобби. Это дает ответ – почему жалобы и заявления граждан заканчиваются отписками. И никакие дополнительные параграфы в закон не смогут изменить хаос, царящий в правоотношениях между народом и представителями власти!

– А вы не забыли, что двадцать пять лет являетесь носителем слова «обращение»?

– Нет, не забыл. Но в отличие от вас, умею признавать ошибки и делать правильные выводы. И мог бы понять вас, если бы речь шла о приведении закона в соответствие с интересами простых людей.

– Короче, – заревела толпа, недовольная затянувшейся дискуссией двух оппонентов. – Что ожидает нас в случае перехода закона о рассмотрении обращений граждан под начало этого скользкого типа?

– Все тот же хаос и порочная система отписок. Жалобы и заявления будут, все так же, квалифицированы, как обращение за разъяснением и в ответ вы получите пустышку! – У меня все, – и седой господин приподнял шляпу в знак прощания. Циклоп медленно тронулся вперед.

– Стойте! – вскричал чиновник в цилиндре. – Довезите меня до Учредительного Собрания.

– А я туда не еду, – насмешливо ответил господин из кареты. По времени, – он открыл крышку золотых часов, – положен второй завтрак.

23.09.2018

ISBN 978-5-00077-961-1

Новогодняя «сказка».

На горизонте – Новый Год! – Обычно, это время —

радостных минут и Чуда… – Но не сегодня и сейчас…

В бескрайнем мире интересов, убойных целей и задач,

все сказки «прошмыгнули» мимо нас, урезанные политесом2.

Неслышно падают снега – Расслаблена природа! —

Как будто знает: – Сейчас, как никогда, нужна народу тишина! —

Устали люди от лжи, интриг, от грохота войны, сапог наемников,

солдат удачи, наймитов и иного сброда!

Война – чудовищная бойня и грозных звуков – «море»,

что катятся по полю тоскливым воем! – У ней – глаза детей,

идущих за гроши дорогами раздора! – С карикатурным

отражением – отмщения за жизнь и человеческое горе!

Чтобы увидеть сына, «зависаю на высокой ели». Ищу —

его фигурку…Тревожным взглядом проникаю в мир

его души, и ВСЕ, что убивает, умоляю – криком ледяным —

«Тебе же – все равно! – Возьми меня… Оставь его – живым!»

Ухабисты дороги у войны! – В ней много крови, слез, огня…

Исходит от разрывов зыбкий свет. За ним вползает дым и

смрад! – И стынет плоть разбойника, прижатого к броне

и тлеет, как возмездие истерзанной земли!

…На землю тихо падал снег, общаясь с вечностью…

Скрывая истину «друзей» за океаном! – И курс майдана…

Его – преступные последствия, в еще недавно, процветающей стране…