- -
- 100%
- +
Тень прошлого
746
Настоящее время
Неудобная кровать прямиком из моего прошлого. Я спал на этом матрасе, когда был еще подростком, поэтому меня едят одни и те же клопы. Мне не было до них дела, пока нам не выдали квартиру вместе с женой.
– Двигайся! – шипела женщина.
– Тело не слушается, – устало высказал я.
Ее гримаса и холодное тело выдавали презрение ко мне. Единственное чего она хотела, это зачать первого ребенка. В этом случае нас, возможно, переселят в более достойное жилье.
– Не могу, – чувствуя усталость, я перевалился на бок.
– Может… дело не во мне, а в тебе? – намекала жена. – Или вернее сказать, в моей несхожести с ней?
– Замолчи! Я тебе множество раз говорил не напоминать о ней! Ты лишь все усугубляешь!
От ее слов мне захотелось как можно скорее убраться из спальни. Я бы так и поступил, будь более молодым, но и в том возрасте я не смог вовремя сбежать.
– Мы несколько лет не можем родить ребенка, – констатировала факт брюнетка. – Это не нормально, наши с тобой одноклассник давно живут в двухкомнатных квартирах.
– Будем продолжать, пока не получится, – мне хотелось поскорее закончить этот разговор. Спустя годы все идет по тому же сценарию и никак не меняется.
– Но если есть другое решение?
– И какое же? – вскипел я. – У тебя есть идеи получше?
Жена отвела взгляд. Она прекрасно понимала, что наши отношения рушатся. Но я в отличие от нее знал, что их никогда и не было. Нас свела не любовь.
Любовь…
Как же давно у меня не было этого чувства.
Подняв свой торс, я ударил себя по щеке.
– Что происходит? – удивилась женщина.
Лучше не думать о ней, все равно ни к чему не приведет. У нас были большие планы, но жизнь распорядилась иначе. Вместо чувств я оказался в этом холодном пятиэтажном доме.
– Мне надо выпить воды…
Встав с громкой кровати, я направился на кухню. Каждый мой шаг сопровождался скрипом деревянного пола. Коридор был длинным, а в темноте и вовсе казался бесконечным.
Маленькая кухня с микроволновой печью и шумным холодильником. Я с детства боялся этого звука, словно меня кто-то зовет. Но в нашей жизни нет места эмоциям и чувствам.
Взяв в руки стакан с двенадцатью гранями, я наполнил его холодной водой. Но сама вода не казалась мне прохладной, а даже немного теплой. Нам пора перебираться в другую квартиру, но пока нет возможности.
Стояла мертвая тишина.
Мои глаза сразу же устремились на улицу через окно. Третий этаж открывал темный вид. Весь наш район погружен в темноте, только корпораты разъезжали на своих машинах, разгоняя мрак.
– “Идеальные”. – фыркнул я.
Всю свою молодость я старался быть лучше других. Все мое время уходило на получение желанного статуса “идеального”. Но моим мечтам так и не суждено было сбыться.
Оставив стакан на маленьком столе, я тем же путем вернулся обратно в кровать. Жена уже давно спала. Значит, я потерял счет времени, пока смотрел в окно.
Стрелки часов на стене неутолимо двигались. Их тикающий звук не давал мне уснуть, а тишина продолжала нагнетать.
– Когда же это закончится? – спросил я сам себя.
Ночь выдалась невыносимо медленной, будто кто-то специально издевался надо мной.
***
Громкий стук в двери… Кто-то покинул квартиру, не желая больше в ней находиться.
Раскрыв веки, я увидел светлую комнату. Сейчас стояло раннее утро. Жена ушла на очередную рабочую смену в пункт выдачи талонов. Иногда мне хочется верить, что девушка не вернется домой.
Сегодня единственный выходной. С этой мыслью я пошел умываться и сразу же испугался своего отражения. Щетина и мешки под глазами. Я больше похож на ходячий труп.
Когда же я в последний раз видел свое отражение?
Очень давно… ведь так легче жить, не зная, кем ты являешься.
Больше всего выделялись волосы, с такой длинной меня могут отправить на дополнительные работы. Жаль, что с этого труда я ничего не получу кроме сорванной спины.
Надев кожаную куртку с воротником, я вышел в подъезд.
Облезлая краска вперемешку с различными граффити встречала всех жителей каждый день. Но сегодня кое-что изменилось, бездомный не ждал меня у входа в квартиру. Это хороший знак, но втайне я понимал, что с ним могло произойти.
Пропажи бездомных и инвалидов – обычное дело. Никто их и не замечает вовсе, а думать о них слишком опасно для жизни.
Протянув свой палец к красной кнопке, я заметил длинный ноготь и черную грязь.
Бип… издался протяжный звук после нажатия.
Тяжелая дверь медленно показывала внешний мир, мне пришлось приложить к ней свой вес, чтобы открыть. В свои 27 лет я походил на доходягу, нежели аполлона.
Зимний и холодный пейзаж…
Этот вид длится уже целых десять лет. Снегопад идет без остановки и будто с каждым днем лишь сильнее застилает нас.
Рядом с лестницей, ведущей к асфальту, стояла машина.
“Идеальный?”
– Здравствуйте, – любезничал корпорат, ощущая превосходство надо мной.
На его лице была еле заметная улыбка. Наверняка ему было забавно наблюдать за червями, живущими на самой окраине города.
Я ничего ему не ответил.
Спрятав голову словно черепаха, я пошел в парикмахерскую. Она была неподалеку от моего дома. По пути приходилось обходить затопленные участки. Такими местами являлись раздолбанные дороги. Стекающая вода образовывала собой глубокие лужи.
Мертвая земля, на которой раньше росли цветы, выглядела совсем уж серой от безысходности.
Может ли жизнь быть лучше?
Не надо о таком думать.
Наш район считается неблагополучным. Мою квартиру даже обыскивали из-за подозрений в распространении запрещенных вещей. Агенты корпорации ворвалась в квартиру, приложили меня и жену прикладом от автомата и обыскали всю квартиру.
В тот день они ничего не нашли.
А вот рассеченную бровь и выломанную дверь нам никто не вернул.
Открыв дверь в парикмахерскую, меня встретила тишина, только звуки работающих машинок как-то сбивали ее. Раньше в книгах я читал про то, как это выглядело в других странах. Но с возрастом перестал летать в облаках.
Отряхнувшись от снега, я снял курточку и направился к своему парикмахеру. Это была молчаливая женщина, моложе меня на несколько лет.
– Выбирайте, – женщина протянула мне газету.
На бумаге показались фотографии «разрешенных» стрижек, все из них были короткими, лишь парочка выделялась средней длинной. В юношестве мне сильно хотелось отрастить длинные волосы до плеч.
Я так и не исполнил это желание.
– Вторую, – выбрал я.
Это была почти выбритая голова, но оставалось немного волос. А вески и затылок полностью выбриты.
Когда женщина начала готовить инструмент, я продолжал сидеть на старом кресле. Всматриваясь в зеркало, мои глаза заметили немного трещин по углам, а позади себя других парикмахеров.
Бжж… задребезжала машинка.
Инструмент начал стрекотать. Когда он проходил по моей голове звук немного приглушался. У меня было ощущение, будто с каждым потерянным волоском я теряю частичку себя.
Затем насадку сменили.
Острая боль начала огибать мой затылок. Его словно что-то резало. Мои глаза уставились на парикмахера через зеркало. Женщина была совершенно спокойной, а я ощущал, как кровь стекает по моей шее.
Мне хотелось сказать – “Мне больно, что вы делаете?”.
Но я промолчал, стерпел.
– Вы довольны? – задала вопрос парикмахер.
Повернув голову и осмотрев ее через мыльное зеркало, я понял, что было слишком коротко.
– Да. – Ответил я.
Встав с кресла и надев кожаную куртку, я был уже готов выйти на улицу или как минимум стереть кровь которую все еще ощущал на затылке.
– Подпишите вот здесь, – женщина протянула маленькую бумажку.
– Извините, всегда забываю.
Достав свою специальную прямоугольную печатку, я оставил след на подписи. В парикмахерских эта печать действует один месяц. Такая система продумана во многих местах. Денег мало, а жить как-то надо.
Теперь на бумаге красовался адрес проживания, а также три цифры.
746.
Эти цифры были моим настоящим именем.
Но у меня есть еще одно имя. С течением времени я его позабыл, как и многое что приносило мне радость. К тому же, любое отличие от норм общества – страшных проступок.
Выйдя из парикмахерской , я отправился обратно домой.
Нам выдают мало денег, поэтому мы почти ничего не покупаем. Большинство людей, работает за еду, кроме “идеальных” или корпоратов. У меня есть единственный друг из более высокого общества.
«Нет высокого и низшего общества» – Красовался черно-зеленый плакат на кирпичной стене булочной. – «Лишь стремясь к идеальному, общество сможет переродится».
«Мы все едины.»
Просто кто-то более полезен для корпорации.
Вернувшись домой прямиком из снегопада, я сел на деревянный стул в крошечной кухне.
Детство пускай и казалось беззаботным, но кончилось неожиданно быстро. Кажется, мою жизнь разделила случайная встреча, о которой можно говорить слишком долго.
Достаточно понять один единственный факт:
Оставаясь ночью, наедине со своими мыслями после тяжелого рабочего дня – я скучаю по тем временам. По человеку, который разрушил все.
746 – 16 лет.
17 ноября
– Всем встать! – приказала учительница.
Каждый ученик без исключения встал со скоростью других. Никто даже не думал двигаться или поворачивать голову. Это не было вызвано страхом, а скорее простым уважением. Каждый из нас «никто», если один, а вместе мы непобедимая сила. Поэтому мы одинаковые, стремящиеся к «идеальным».
– Садитесь, – сказала учитель.
Все как один сели словно роботы. Парты были для двух людей, слева мальчик, справа девочка. Причем рассадка была именно с тщательно отобранными парами. Лично я сижу вместе с субъектом 835.
Психолог старался объяснить мне и девочке, что мы подходим друг к другу и отличаемся своей красотой. Но если просто осмотреться, можно понять, что мы одинаковы и внешне. У всех темны волосы. Отличаются только форма черепа и цвет глаз.
Ровная спина, локти на парте – это одни из основных правил.
Урок начался, учитель что-то говорила, а все записывали это в тетрадь. Я делал также как и другие, ведь однажды мне захотелось отдохнуть на уроке, за что учительница ударила по моим рукам указкой.
– Наш прекрасный город несет название «Кокон», причину этого мы разбирали в прошлом классе. 835, напомнишь нам смысл наименования? – строгим, выверенным тоном сказала учительница.
– Из-за связи с насекомыми? – предположила та.
– Нет! Быть может твоя пара сможет ответить?
– Это название определили корпорации после гражданской войны против угнетателей. Оно символизирует перерождение в единую и несокрушимую силу. – отчеканил я, встав со стула.
– Правильно! – повысила голос женщина, унизительно поглядывая на мою соседку по парте.
835 в последнее время не похожа на себя. В то время пока все стремятся к статусу в обществе, девушка сидит на месте, думая о чем-то своем.
После привычного звонка, удары которого слышно даже за пределами школы, учительница твердыми шагами вышла из класса. После окончания урока никто не спешил выйти в коридор, все убирали старые и рваные учебники в свои портфели.
– Сегодня к психологу? – спросила моя пара нейтральным голосом.
– Он говорил придти завтра, – я ответил не менее спокойно.
Девушка кивнула и вышла из класса, направляясь к следующему кабинету. В этот момент я смотрел ей в спину и на ее длинную юбку. Кажется, что вот-вот юбка будет подметать пол. Но этого никогда не происходит, будто ее что-то придерживает.
Все девочки носят подобные юбки.
Ко мне как по зову подошел мой друг. Это парень с моим ростом и худощавым телосложением, вот только он сильно отличается своим глазом, точнее его отсутствием. Левый глаз закрыт повязкой.
– Доброе утро, – друг спокойно поздоровался.
– Доброе утро, – повторил я.
Мы еще некоторое время переглядывались. Я старался понять, что от меня хотят, а товарищ подбирал слова.
– Почему ты так посмотрел на 835? – друг продолжал изучать мой взгляд, не отводя свой единственный глаз.
В этот момент я посмотрел на его черную повязку скрывающую левый глаз и огибающую весь затылок. Он выделялся даже не повязкой, а скорее удлиненными волосами. Это непозволительная роскошь для мужчин.
– Изучал ее внешность, – ответил я по поводу своей пары.
Товарищ ничего не ответил, а только удовлетворительно кивнул. Вообще он постоянно подходит со странными вопросами, и не только ко мне, а ко всем в классе.
Черные брюки и белая рубашка – это одежда для юношей всех школ нашего города-государства. За любые отличие нас жестоко наказывают. Я тоже стараюсь не отличаться, ведь боюсь потерять свой социальный рейтинг на пути к «идеальному».
Когда товарищ без глаза вышел из класса спокойным шагом, я неожиданно для себя задумался.
А почему я с ним дружу?
Это действительно сложный и странный вопрос. Я даже сначала усомнился в своей “идеальности”, но мысли о том, что это хороший союзник, отбили всякие сомнения.
Я дружу с ним, потому что восхищаюсь им. Этот индивид единственный по-настоящему “идеальный”. Этот статус ему дали торжественно. Весь класс начал ему завидовать, а девочки уже отобранные к своей паре, начали засматриваться на него.
У меня никогда не было причин, чтобы на кого-то засматриваться.
Ведь любые чувства – слабость.
И никак иначе.
Теперь был другой урок, посвященный нашему языку. Наш язык входит в тройку самых сложных языков мира, поэтому у нас так сложно встретить иностранца. Но лучше им и оставаться за границей, ведь наша страна “идеальная”, в отличие от них.
Мы снова сели на свои места, третий ряд и третья парта. Весь урок моя пара не смотрела на меня, а я на нее. Мы даже не разговариваем в повседневной жизни, ведь прекрасно знаем – в будущем нам придется жить вместе, несмотря ни на что.
Уроки были такими же, как и всегда, ничего нового. Поход обратно домой был таким же одинаковым, изо дня в день.
Идя по пути, мне приходилось перешагивать лужи вместе с грязью. Совсем недавно пошел ливень, вся влага осталась на земле. Так повторяется каждый год.
Но мы не жалуемся, потому что знаем, лучше быть не может. Мы уже “идеальны”, а поэтому самые лучшие во всем. В других странах еще хуже, настолько, что нам даже не показывают фотографии, дабы не поломать нашу психику.
– Сегодня буду смотреть новости, – непроизвольно сказал я сам себе.
От своих слов я закрыл рот рукой и испуганными глазами огляделся. По близости мало людей, и они на расстоянии от меня. Буду верить, что меня не услышали.
Я быстро вернул свое серьезное лицо и пошел дальше домой, чтобы продолжать развиваться, медленно приближаясь к статусу “идеального”.
Всё казалось обычным и ничем не примечательным. Вот только в спокойной картине было одно нарушение, одна грубейшая ошибка ломающая все. Этой ошибкой оказалась бегущая мне на встречу ровесница.
Почему она бежит?
В нашем обществе не принято бежать по своим делам, все выходят в одинаковое время. У нас все рассчитано поминутно. Но эта девочка выделилась не только своим бегом.
– Чего пялишься? – пробежала девочка.
Мне хотелось накричать на нее, но это еще более неуважительный тон, поэтому я даже не обернулся, а слышал только отдаляющийся всплеск луж. Когда она придет на место, вся ее юбка будет в пятнах.
Стоп…
Обернувшись, я снова посмотрел на девочку.
Ее одежда… не похожа на нашу.
– Откуда она сбежала? – спросила мимо проходящая бабушка у своего супруга.
В любом случае она “неидеальная”. Это та самая грязь, по которой я хожу ежедневно. У меня будет отличное будущее в отличие от нее. Ведь я стараюсь на благо общества, потом мне все возвратится.
А ей что? – ничего.
Она слишком много отнимает моего внимания. Точно, этого ей и надо, она добивается внимания, самого низшего ресурса.
Поэтому я взял себя в руки и спокойно продолжил свой путь до дома.
Моя квартира расположена близко к школе, это позволяет мне экономить немного времени. Но даже так, мне его категорически не хватает.
Подойдя к длинному дому, словно змее, я вошел в третий подъезд. Тяжелая и массивная железная дверь открылась, показывая свою защиту и надежность.
Поднявшись на третий этаж по лестнице, я ввел ключи в деревянную дверь.
В самой квартире имелось две комнаты и маленькая кухня. Еще были туалет с ванной, но это непринципиально важные помещения для нас. Посмотрев на часы, я был удовлетворен.
Стоял час дня, а это говорило о моем приходе в правильное время. Даже “неидеальная” не смогла помешать этому. От этого я начинаю ощущать себя борцом за правое дело, ведь у меня есть большие планы на будущее.
Я искренне верю – что корпорации примут меня.
Сев за маленький столик я съел выданный паёк в школе. Нам выдают еду после всех уроков. Даже дается выбор, съесть его в столовой или дома. Учитывая, что наша столовая менее удобная, большинство учеников обедает уже в доме.
Сам паёк крайне редко различался своим рационом. Та же самая тушенка, тот же самый рис и твердое печенье. Помимо еды был и напиток в маленьком пакетике, его сыплют в стакан заполненный водой. Таким образом, получается кисель, пожалуй, самое вкусное, что я пробовал в своей жизни.
Включенный телевизор нарушил тишину, взывая слушать только его. Телевидение показывает всего два канала, федеральный и развлекательный. Второй считается детским, поэтому я смотрю только первый.
Сначала показывали, как лучше ухаживать за зубами и идти правильной походкой по нормам “идеальных”. Но потом было самое интересное. Начали показывать хроники старой войны.
Ее целей и проблем никогда не объясняли, но это была великая победа нашего народа. Этого хватает, чтобы гордиться и поднимать голову высоко вверх.
Товарищи шли только вперед, не отступая. Я всегда вдохновлялся их победами и характерами. Всем выдавали звания “идеальных”. Ну а воевали корпорации. Третья компания прогнила из-за коррупции. И две нынешние решили избавиться от балласта.
Пошел бы я воевать ради звания “идеального”?
Определенно да.
Война это что-то похожее на фильм. Ты идешь плечом к плечу вместе со своими верными товарищами к победе. Это высшая честь для всех людей.
Посмотрев хроники, я подошел к зеркалу. Скоро мы будем выступать в зале, поэтому приходится каждый день репетировать свои слова. Тем более я буду выступать вместе со своим другом. Он никогда не рассказывал про свой глаз. Думаю, это не так важно, как кажется на первый взгляд.
Я разворачивал руки, старался изменить свою походку. Один раз я даже улыбнулся, смотрев на себя в зеркале, осознавав, что я показываю «ненужную» эмоцию, мое лицо снова стало нормальным.
Элли 15 лет
17 ноября
Моим первым заданием было попасть в школу. Со слов моего отца, в этом месте меня проверят, после чего дадут номерной код. То есть мое имя.
– В плане номерной код? – спросила я у своего отца.
– Это будет твое имя среди товарищей. – отец прижал меня как можно сильнее к себе. – Но для меня ты всегда будешь Элли.
Мужчина очень высокий, поэтому во время объятий мое лицо упиралось ему в грудь. Спустя время отец отпустил меня и протянул аккуратно сложенную в несколько раз бумажку.
– Раскрой ее, когда будут задавать вопросы, – я взяла бумагу. – Строго во время вопросов.
Мой отец выглядел очень серьезным, его слова ощущались для меня как табу. Но он сам прекрасно понимал, что для меня нет правил. Я ни за что не пойду наперекор своему сердцу.
– Хорошо, – ответила я и спрятала бумажку в карманы джинсов.
Отец снова оглядел меня взглядом. Ему что-то не нравилось во мне. Я ощущала это впервые за долгую жизнь вместе с ним. Папа подошел к шкафу и, достав одежду, положил мне ее в руки.
– Одень вот это, – Папа говорил про длинную синюю юбку.
Это безвкусно, в ней нет чувств.
Но что важнее – нет свободы.
– Я не надену это, – отказывалась я.
– Прошу… ради меня и нашего будущего. – умолял мужчина.
Мой взгляд устремился сквозь него. Я не надену этого.
– Ладно… – тихо сказала я.
– Молодец, – отец похвалил меня и ушел на новую работу.
В квартире стало удивительно тихо, только механические часы нарушали тишину. Бесцветные обои, скрипучий и старый пол. Это место по-настоящему фальшивое, будто и я не являюсь настоящей.
Одев зеленый вязаный свитер и черные джинсы, я была готова выйти наружу. Осмотрев себя в зеркале и расчесав свои длинные рыжие волосы, я так и не была удовлетворена.
– Точно… – осознала я.
Взяв цепь, я прицепила ее к своим джинсам. Теперь я настоящий панк, все мальчики в школе будут смотреть только на меня. А я никогда не против популярности.
Кеды, купленные еще в моей родной стране, были воспоминанием моего родного дома. Вместе с ними я закрыла за собой двери и пошла на улицу через темные коридоры.
Почему здесь так темно?
И телефона нет с собой, чтобы включить фонарик.
Пришлось идти в слепую, вытянув перед собой руки. Ноги что-то неожиданно задели, и я упала на плитчатый пол. Моя щека ощущала что-то влажное и липкое на полу.
В этот момент мне захотелось кого-нибудь убить.
Быстро встав и матерясь, я вернулась обратно в квартиру. Зайдя в пустую ванную, решила осмотреть свое лицо. Та самая щека была немного грязной. Но одежда оказалась невредимой.
Смочив ладонь водой, я промыла щеку. И пошла тем же путем обратно, только вместе со злостью.
В коридоре я ничего не боялась в темноте, напротив была готова сразиться с этим и показать всю свою злость.
Так под мою ногу угадило пустое ведро, я пнула его так сильно, что оно прилетело в чужую дверь и с грохотом покатилось.
Если сосед расскажет об этом моему папе, ему это точно не понравится. С этой мыслью я бросилась бежать на первый этаж через лестницу. Мне ничто и некто не мешал, но зато я ощущала свободу, ведь побег – был моим выбором.
Нажав на кнопку, я вышла из пятиэтажного дома с улыбкой. Той злости уже не было, она сменилась игривостью.
Посмотрев на маленький двор и облезлую желтую краску, я совершенно не понимала, куда мне идти. Значит, надо спросить дорогу у незнакомца. Этим незнакомцем оказалась бабушка, с завязанным платком на голове.
– Извините, вы не знаете где здесь ближайшая школа? – уважительно спросила я.
Незнакомка опрокинула меня неожиданным взглядом. Она долго осматривала меня и будто даже обнюхивала взглядом. Мое терпение медленно заканчивалось.
– Она в той стороне, – бабушка указала пальцем. – Смени лучше свой внешний вид.
Ее слова ударили в самое сердце, ведь я прекрасно понимала, что такой стиль отлично мне подходит.
– И перекрась волосы в черный цвет, рыжих не любят, – отчитала незнакомка.
Сдерживая злость, я пошла в сторону указательного пальца.
– И цепь эту сними, – ее слова стали последней каплей.
– Вас не должно это волновать! И так на своего старого мужа в постели смотреть будешь! – крикнула я.
Бабушка обомлела. Ей и не могло придти в голову, что я могу так отреагировать. Она чувствует себя на высоте, хотя единственное за что ее можно уважать, так это за то, что она живет в этой грязи всю свою жизнь и еще не вздернула себя за это.
Идя в сторону моей новой школы, я начала бояться этой местности. Одинаковые и мертвые дома, глаза из окон изучающие чужестранку. От страха я побежала в направление школы.
Одни и те же дома.
Одинаковые дворы.
Когда я бежала, увидела на своем пути молодого парня. Он был моего роста, в черных брюках и белой рубашке, очень старомодный стиль.
Я хотела подбежать к нему, спросить о школе или о чем-либо другом, возможно даже познакомиться. Но его взгляд все испортил, он был таким же, как у той нахальной бабки.
– Чего пялишься? – пробежала я мимо.
На пути мне еще встречались похожие парни, буквально одинаковые. Такая же одежда, внешность и даже цвет волос. Они все напоминали мне клонов с одинаковым взглядом.
Куда мы приехали?
Стараясь забыть про взгляды незнакомцев, я прибежала прямо ко входу школы. Это было прямоугольное трехэтажное здание. С внутренним двором. Чтобы придти к главному входу, пришлось подняться по нескольким ступенькам.
– Кто она? – спросила девушка,
Ученица была одета в длинную юбку. Она совсем ей не подходила. Мне вспомнилась юбка, которую дал мне отец. Теперь я принципиально не буду ее одевать.
Пройдя в школу, через турникеты меня пропустил охранник.