Тайная жизнь мышей

Глава 1

Необычное приключение.

В красивом доме, где всё было красиво и не дёшево. Под половицами жила семья мышей. Мышь папа Клаксон, мышка мама Фазенда и трое детей Картон, Камета и Бальзамин. Бальзамину было 3 дня, но он уже начинал говорить. Когда хозяева дома ложились отдыхать, папа Клаксон собрался на добычу еды. После завтрака папа сказал Картону, что сегодня особенный день и что в 13:00 часов дня он пойдёт добывать еду и возьмёт с собой Картона. 

Картон был очень счастлив, он давно просился у папы на промысел, по добычи еды. Смотря, как папа Клаксон возвращается с мешком со вкусными вещами и как все ждут и радуются, когда папа опустошает мешок в кухне пополняя запасы. На полках в кухне появлялись: ароматный сыр, крошки пиццы когда каждая крошка в раннем детстве казалась Картону целым ломтем. Кусочки копченой колбасы Картону казались, тогда сказочными колёсами и вкусно пахли дымом. Однажды папа Клаксон принес целый хвостик копчёной колбасы и Картон, тогда ему было полторы недели, весь его съел, пока мама вышла за дровами.

Мама сразу поняла, что колбасы не стало и сразу спросила у Картона:

– Картон, ты съел всю колбасу?

– Нет, мам я ничего не ел.

Мама внимательно посмотрела на Картона таким взглядом, что всё поняла, но перемолчала. Через 3 часа после общего обеда Картон за столом схватился за живот и закричал от боли. Мама быстро подбежал и стала спрашивать Картона где болит. Картон показал на живот. Мама сделала вывод, что это желудок болит. Картон принял крошку таблеток Фестал. Фестал принёс папа Клаксон. Мама стала вспоминать возле кровати Картона, что он ел. Мама Фазенда говорила:

– Ничего не понимаю ведь Картон в таких количествах каждый день ел и живот, ещё так не болел.

Картон лежал укрывшись одеялом с головой. Голова сильно болела и как будто Картон весь дрожал. От этого он метался по кровати с открытой головой. Он поймал себя на мысли, что ему станет легче если он откроет голову, но там стояла мама. Картону было стыдно смотреть маме в глаза. Картон знал, что ему плохо от колбасы вернее плохо от своего поступка. Во-первых картон съел колбасу, пока мама ушла без спроса. Во-вторых съел всю колбасу, чтобы всё съесть самому. В-третьих обманул, ещё раз маму, что не ел колбасу. И вот теперь, такое поведение вышло в то, что сейчас Картон лежит. Но, ещё больнее Картону становилось, когда он вспоминал, как он делал и при этом хотелось плакать навзрыд. Картону было страшно признаться, но он понял, что это поможет лучше всяких лекарств. Картону от того, что он понял в чём дело стало совсем невыносимо. Его как будто стал жечь внутри стыд. Будь что будет, я больше так не могу! Я не буду подлицом! решительно подумал Картон.

Будь, что будет решительно подумал Картон, я больше так не могу, я не буду подлецом и точка!

– Мам, мам можно тебя на минутку?

Мама стояла возле тумбочки с лекарствами, она была очень расстроена, потому что лекарства Картону не помогали. Мама резко подбежала к кровати, где лежал Картон.

– Конечно, мой хороший, я тебя слушаю.

– Мам, прости я тебя обманул, я съел всю колбасу пока, ты вышла за дровами и мне сейчас плохо от колбасы, а потом я ещё сверху поел со всеми, чтобы не было заметно, что я не голодный. Мам, прости пожалуйста, меня ужасно мучит совесть. И мне от этого ещё хуже.

– Конечно сынок, прощаю. Сейчас, тебе станет легче, потому что ты признал свою ошибку.

Когда Картон попросил у мамы прощения, ему стало легче. Он быстро выздоровел, ему стали помогать таблетки, до этого таблетки Картону не помогали. Картон лежал и вспоминал это, как урок. Он больше, ни разу не съел вкусное сам, пока никто не видит.

Картон пошёл к своим вещам он смотрел может, что взять с собой. До 13:00 часов было ещё целых 4 часа. Картону показалось, что он не дождется, он сел на кровати и сидел. Рядом села Комета, она была младше на 3 дня.

– Волнуешься? – спросила она.

– Немного. Хочется не ждать, сейчас идти.

– Понимаю. Я сегодня просилась у папы с вами, он мне сказал, что я девочка, чтобы я не добывала еду, а готовила из уже добытой еды. А, я очень хочу с вами! И почему, если девочка не надо идти!

– Потому что, мальчики должны добывать еду и кормить всю семью.

– А, если девочка хочет кормить всю семью, чтобы мальчик готовил из уже добытой еды? А, если девочка дома сама, что ей умирать с голода, потому что нет добытой еды и потому что она девочка?

– Почему, ты Комета так хочешь на промысел?

– Хочу и всё? Мама Фазенда рассказывала, когда маминой маме было день рождения. Мама пошла первый раз на промысел. Мама прекатила большую сосиску в тесте и подарила её своей маме. Это сосиска была такая большая, что не помещалась на стол. Картон, возьми меня с собой, пожалуйста???

– Как, я тебя возьму?

– Значит, согласен?

– Нет-нет, я просто спросил!

– А, я думала… – и комета заплакала.

– Комета не плачь я тебе расскажу всё, разузнаю и потом решим, что делать. Жди меня, потом решим. Хорошо? – твёрдо сказал Картон.

– Хорошо!!!

Радостно закричала Комета и убежала с песнями.

На кухне мама делала окрошку. Потом делала десерт птичье молоко. 1 куриное яйцо, шло за 10 воробьиных. Сливочного масла добыл папа Клаксон. Миксер папа тоже притащил, он был поломан. Папа Клаксон его починил, провёл в норку электричество.

И вот пожалуйста десерт готов!

Мама Фазенда понесла десерт застывать, точнее покатила. Дело в том, что десерт любили и делали его много. Для этого была специальная кружка на колёсах, чтобы легче было перекачивать. Колёса сделал папа Клаксон с игрушечной машины и мама по-мастерски орудовала этой кружкой.

Наконец настал тот момент, когда папа с Картоном стояли с рюкзаками

Ничего лишнего, не брали, чтобы лишний груз не помешал унести, что надо. Картон гордо стал возле папы Клаксона.

Неожиданно все услышали большой топот, бежала Комета, она очень спешила и кричала на бегу:

– Картон, возьми с собой пожалуйста Элизабет!

Комета протянула Картону тряпичную куклу с большими голубыми глазами.

Мама Фазенда и Комета пожелали папе Клаксону и Картону счастливого промысла и они пошли.

Папа Клаксон шёл впереди, Картон шёл следом. В конце туннеля была дырка на верх. Высота была большая, папа достал верёвку с крючком и закинул её наверх. Крючок хорошо зацепился, теперь можно было лезть наверх. Сначала поднялся по вёрёвке бесшумно папа Клаксон, когда он проверил безопасность, махнул рукой Картону, чтобы он поднимался по верёвке.

Картону предстояло впервые лезть наверх по веревке. На миг Картон, как будто окаменел и застыл на месте глядя на верёвку. У него всё закружилось в голове, верёвка показалась такой страшной. Вдруг верёвка пошатнулась и Картон, как будто протрезвел. Это папа Клаксон поправил верёвку наверху.

Без этого, я не стану настоящим мышом-добытчиком, я не смогу радовать свою семью добычей. Папа сам говорил, все когда-то начинают, всем поначалу страшно, потом проходит и становится весело. Всё, решительно пронеслось в голове у Картона.

Он подбежал к верёвке, обхватил ее обеими руками и стал подниматься. Сначала руки скользили, потом ужасно захотелось пить, потом показался проход куда нужно было вылазить. Картон благополучно приземлился.

И папа Клаксон начал хвалить Картона.

– Очень хорошо, ты сынок залез быстро и осторожно так и нужно лазить!

– Я быстро залез? – в голосе Картона слышалось удивление.

– Да, очень, где-то минуты 3 и здесь!

– Я, совсем не заметил, мне казалось, что я 2 часа лез!

Папа Клаксон весело засмеялся и позвал Картона идти дальше. Он шёл на цыпочках, чтобы не издавать ни звука. Картон шёл следом.

В первой комнате была большая кровать. На кровати спал мальчик, от его храпа поднимался большой ветер. Картон остановился и стал смотреть на мальчика. Он никогда не видел человека, да ещё так близко. Папа Клаксон подошёл и тихонько сказал:

– Картон, пойдём в этом деле нужно не отвлекаться, думать только за главное. Здесь, есть мышеловки, если отвлечься можно в них попасть. А ещё нужно иметь большую силу воли. В мышеловках всё всегда самое вкусное, ароматный сыр, копчёная колбаска, крекеры, шоколадки и всего не перечислить, очень много разнообразия.

Папа Клаксон посмотрел вокруг и переменил тему.

– Так, значит это спальня маленького Дани, а нам нужно попасть на кухню, там много всего вкусного. Но, сегодня поход наш особенный. Ты вчера слышал шум, веселье доносились до нашей норки?

– Да, слышал. Что это было?

– Это сынок, маленькому Дане вчера было День Рождения! Вчера, ему исполнилось 4 годика. А, значит… а значит осталось много вкусного!

Папа Клаксон от радости похоже всё забыл, что не заметил мышеловку. Спас папу Картон, он прыгнул на папу и повалил его в другую сторону.

– Молодец, сынок! – папа Клаксон гордо встал.

У него была палка которая была припрятана в этой комнате. Он просунул её в мышеловку, мышеловка была обезврежена. Папа Клаксон сделал знак рукой вперёд  и они пошли дальше.

Следующая комната была длинной, в боках было много дверей. Папа шёл на цыпочках, за ним на цыпочках шёл Картон. Они прошли мимо двух дверей и папа осторожно заглянул в комнату, но показал знак «стоп»  и они остановились.

Та комната в которую хотел заходить папа Клаксон, была возле большого окна. На окне стоял большой красивый цветок на нём был большой красный цветок. У Картона заурчало в животе и он спросил у папы:

– Папа можно, я залезу и съем этот красный цветок?

– Картон, ты хочешь кушать?

– Очень!

– Давай, не будем есть цветок, найдем что-нибудь повкуснее?

– Давай! А, что найдём повкуснее?

– Сейчас, я пойду на разведку, ты меня жди здесь, я скоро буду.

Папа Клаксон скрылся в той комнате, откуда очень вкусно пахло и слышно было как кто-то ходил. Картон стоял ждал папу. Сначала он только ждал, потом стало интересно, тем более что папа принесёт чего-то вкусного.

Картон стал разглядывать комнату. Возле входной двери была вешалка, внизу стояла полка с обувью. В углу за полкой стояло что-то чёрное и с крышкой, оттуда чудесно пахло. От этого запаха у Картона закружилась голова и ещё больше захотелось есть. Картон очнулся когда вспомнил слова папы Клаксона, что это мышеловка и что там лежат, очень вкусные вещи. Он понял, что стоит уже наполовине пути к мышеловке и быстро и решительно повернул назад.

Вдруг с криком из кухни, куда пошёл папа Клаксон, выбежала женщина с веником в руках. Она кричала, мышь, мышь, мышь, все идите сюда, я впоймала мышь!

У Картона внутри всё похолодело, он понял, что впоймали папу Клаксона.

По дому в разных сторонах раздавались быстрые шаги. Надо было срочно что-то придумать. Ноги у Картона стали, как ватные, тяжело было сделать шаг. Кое-как,  он стал делать шаги и ватных ног не стало. Картон уже двигался, как всегда.

Нужно было попасть в кухню и там отыскать папу Клаксона, а потом, а потом Картон не знал, что делать.

» Придумаю потом», – решительно подумал Картон. И быстро пошёл действовать.

Картон быстро на цыпочках дошёл до кухни и вошёл в неё. Таких больше столов, он в своей жизни не видел. Со стола доносились вкуснейшие ароматы, Картону всего этого не хотелось и есть. Он думал быстрее найти папу Клаксона освободить его и пойти поскорее домой.

В комнате никого не  было. Картон думал, где же может быть папа?

Он решил забраться на высокий стол и оттуда осматривать комнату. Со стола свисала скатерть. Картон ловко ухватился за скатерть и полез вверх. Он взобрался на стол и при виде того, что было на столе у Картона закружилась голова от голода. Но Картон строго сказал себе «нет», запретив себе даже думать о еде. Он приставил руку ко лбу, чтобы свет электрической лампочки не мешал ему смотреть.

Картон смотрел и смотрел. Наконец он услышал шорох, но ничего не было видно. Он дошёл до края стола, шорох стал громче. В углу кухонного рабочего стола стоял папа Клаксон, нога папы была в мышеловке. В руках у него был одновременно и напильник и железная монтировка для мышей. Её папа Клаксон сделал сам. Вид у папы был воинственный.

– Меня, так просто не возмёшь! – приговаривал он.

– Папа! – Картон кинулся к папе Клаксону.

– Тише, тише сынок, сейчас я разожму эту пружину и мы с тобой наберём много вкусного, сделаем привал пообедаем  и домой. Папа Клаксон поднатужился, пружина скрипнула и разжалась.

Папа Клаксон был на свободе!

– Чудненько! Пойдём сынок, здесь много вкусного, я уже везде прошёл. Там торт, там колбаса, там….

Картон не дал папе договорить.

– Папа, папа надо уходить сейчас хозяйка придёт со всеми и нас впоймают! Надо, уходить!

– Сынок, хозяйка всегда себя, так ведёт. Она хорошая женщина, всегда у неё много вкусного приготовлено. Сейчас набъём рюкзаки и пойдём. Так, там торт, пошли туда, Комета с мамой любят торты.

– Папа, папа, они скоро уже придут! Уже, идут!

– Сынок, успокойся, Я часто раньше попадался в мышеловки, разжимал пружину и оп! Всё окей!

Картон успокоился. Он понял, что у папы Клаксона опыт и он знает, что делает. Нужно его слушать и будет всё хорошо.

– Так, сынок помоги, мне это вложить.

Папа держал, что-то большое и жёлтое и мягкое одновременно. Картон первый раз видел такое.

– Папа, что это? – спросил Картон помогая папе заталкивать в рюкзак эту диковинку.

– Э то, такое сынок мы с мамой ели только один раз на нашей свадьбе. Это мармелад!

– А, у вас была большая свадьба?

– Нет, сынок. Мы не захотели  большую свадьбу. Собрались все самые родные, дедушки, бабушки, тёти, дяди, мама пригласила свою подругу, я пригласил друга.

– Я помню прошлым летом к нам приезжал большой мышь, дядя Редис!

– Ну, большим, он стал потом, когда стал профессионально заниматься спортом.

Картон спросил:

– А, мамина подруга, тётя Розанда, это она привозила угощение: кончики гановерских сосисок?

– Да, это тётя Розанда. Так, мармелад вложили, теперь пошли дальше грузиться. О, что я вижу, крабовые палочки! Значит, так нам нужно подкрепиться!

Папа Клаксон энергично отрезал кусочки перочинным ножом, который сделал сам. Дальше пошла в рюкзак жаренная печень, жаренный сом, пицца. И, напоследок печенье и конфеты.

Печенье катали, как колёса, Картон был весь мокрый от пота. Потом три гигантских конфеты вложили в рюкзак папе Клаксону. В рюкзаке у Картона были: конфета Три-икс и найденный копчёный хвостик от колбасы.

– Так, сынок сейчас возьмём, что-нибудь съесть и пойдём.

На столе лежал сыр Моцарелла, папа Клаксон сказал:

– Сделаем по три укуса и делаем ноги!

Они стали энергично кусать сыр. На пороге в кухню, послышалось много шагов и много голосов. Хозяйка громко говорила:

– Она здесь, нужно срочно её обезвредить, в мышеловку попалась.

Другой голос отвечал:

– Ну, и что ты предлагаешь с ней делать?

– Отдать Леопольду, пускай её съест.

– Может, просто отпустим её?

– Ты, хочешь, чтобы она опять пришла через несколько часов ужинать нашим шашлыком с хреном и кетчупом?

– Нет, нет, что ты!

– Тогда, объясни, почему ты тянешь резину? Я жду ответа!

– Понимаешь….

Дальше разговор продолжался. Папа Клаксон и Картон быстро прожевали Моцареллу. И на цыпочках вышли из кухни.

Картон уже на выходе из кухни понял, что потерял Элизабет-куклу Кометы. Папа Клаксон уже переступал порог кухни.

– Папа, подожди, я сейчас мигом!

Папа не успел ничего сказать, как Картон уже карабкался на стол, где грузили продовольствие. Запрятавшись, папа стал наблюдать за Картоном.

Картон знал, что Элизабет – это любимая кукла Кометы и что без неё Комета не может уснуть. Он старался бежать быстро и бесшумно. Вот осталось несколько прыжков и Элизабет будет в руках у Картона. Кукла лежала возле сыра моцарелла. Когда Картон прыгнул и летел, чтобы настигнуть куклу, в этот момент хозяйка вытирала со стола и увидела куклу и начала её брать рукой. В этот самый момент Картон был в воздухе и приземлился хозяйке прямо на руку. Хозяйка закричала так, как будто её резали и стала махать руками, в полёте был Картон и от её взмаха в полете была кукла, чтобы усилить эффект испуга во время полета над рукой, Картон укусил хозяйку.

Хозяйка стала, ещё больше кричать, затопала ногами. Быстро взяла в руки нож и начала кричать: » сейчас я тебя зарежу мерзкая мышь!»

Картон быстро схватил куклу которая лежала на столе и побежал по столу. Он подбежал к краю и отпрыгнул со стола было прыгать высоко, а слезть не было верёвки. Сзади приближалась все ближе и ближе хозяйка с ножом и Картон чётко понял, что если он прыгнет он может остаться жив, а если останется на столе, хозяйка его точно зарежет.

Картон решился и прыгнул. Когда он посмотрел под ноги, то уже был на полу. Он быстро побежал к выходу. У выхода Картон увидел папу Клаксона. Он не мог идти дальше и тут Картон увидел, что папу держит за хвост кот.

Картон замер на месте в голове у него творилось непонятно, что сразу клубок мыслей: папу Клаксона съедят, Картон не сможет помочь, уже ничего нельзя сделать, во всём виноват Картон, это из-за него задержались, потому что Картон пошёл за куклой и много еще других мыслей от которых становилось всё тревожнее и тревожнее. Картон решил, что нельзя размышлять над тем, что будет и ничего не делать! Нужно было присмотреться.

На выходе Картон увидел папу Клаксона. Он не мог идти дальше и тут Картон увидел, что папу держит за хвост кот.

Картон замер на месте в голове у него творилось непонятно, что сразу клубок мыслей: папу Клаксона съедят, Картон не сможет помочь, уже ничего нельзя сделать, во всём виноват Картон, это из-за него задержались, потому что Картон пошёл за куклой и много ещё других мыслей от которых становилось всё тревожнее и тревожнее. Картон решил, что нельзя размышлять над тем, что будет и ничего не делать! Нужно было присмотреться.

Картон услышал разговор:

– Ну, и что ты мне дашь, если я тебя не съем?

Лениво спросил кот Леопольд.

– Я, отдам тебе весь мой рюкзак, набитый вкусностями!

– Ты, что смеёшься, да такого количества мне не хватит и наполовину утолить аппетит! Да, и к тому же, у меня целый холодильник, этого, как ты называешь » вкусностей.» Я не такой на них голодный, как ты. И к тому же, нужно смотреть калорийность, лишний вес вреден для здоровья. Большая мышь, это большой плюс, нет химических добавок, всё натурально, от неё не нужно пить «Фестал» для улучшения пищеварения.

– Слушай Леопольд, у тебя несварение желудка?

Картон понял, что папа Клаксон хочет заговорить Леопольда и стал внимательно слушать.

– Да. – печально проговорил Леопольд.

Заметно было, что он рад поговорить.

– Да, несварение, потому я отношусь сейчас с большим уважением к натуральной еде, чем к копчёной колбасе. Всего этого, я уже наелся и вот он, результат. Хозяйка носила к ветеринарному врачу, он прописал мне диету и ничего покупного. Теперь, то ты меня понимаешь, что я тебя не отпущу. Сейчас мышь на вес золота, тем более если я принесу ту мышь, которая доставала хозяйку. Тогда, мне будут колыбельные песни петь перед сном! Ох, как я хочу свежей мышатинки! – Леопольд облизнулся.

– Леопольд, тут я подумал, хоть ты и кот и котов я не очень уважаю, но тебе скажу по-серету. Не ешь меня будут последствия!

– Интересно, какие же?

– Совсем не давно, я плавал в бензине. Бензин не отмывается. Я сказал потому что мне тебя жалко, можешь отравиться!

Леопольд задумался. Потом сказал:

– Со мной, твои штучки не пройдут!

– Ну, как знаешь, только когда съешь меня, потом не говори, что я не предупреждал.

– Не волнуйся. – Леопольд раскрыл рот над головой папы Клаксона. Картон стал уже незаметно зигзагами подбегать сзади с дубинкой. Как вдруг Леопольд резко закрыл рот. Картону долго пришлось тормозить, чтобы остановиться.

Разговор продолжался.

Леопольд задумчиво сказал:

– Да, и пахнешь, ты бензином.

– Вот, вот, тем более есть риск отравиться!

– Знаешь, что ты меня не запугивай, ты не такой уж сладкий пончик, не очень, то и хотелось. Но, на свободу, я тебя не отпущу.

– И куда, ты меня теперь? – спросил папа Клаксон.

– Ничего, я придумаю, здесь недалеко живёт бездомный кот, он хотя бы, такому ужину, как ты будет рад.

– Леопольд, как? И ты будешь, бедолагу травить? У него и так трудная жизнь!

– Ну, почему же сразу травить? У него желудок уже привык к разным помоям.

– Это, очень жестоко! Такую подлость делать, я от тебя такого не ожидал.

– Жестоко, это к тебе. Ты ведь, про себя всё время думаешь?

– Иногда. – папа Клаксон решил тянуть время на сколько возможно.

– Я, так и думал. – Леопольд зевнул и посмотрел на часы и довольно проговорил:

– Сейчас, два часа дня, у меня тихий час. Я тебя здесь закреплю и сиди, потом придумаю куда тебя определить.

Леопольд поставил сверху на папу Клаксона картонный коробок и папа Клаксон оказался в тёмной коробке, без единого окошка. Кот Леопольд в развалочку пошёл к своей мягкой подушечке и мигом оказался на ней и захропел.

Картон подбежал к коробке, там оживлённо шла какая-то работа и был шум внутри коробки.

Через мгновение из той стороны, где был шум, показалось остриё перочинного ножа. Картон подошёл к коробке и шёпотом стал звать папу Клаксона. Но…. в ответ, только шуршание перочинного ножа. Видно было, что папа был очень занят и ни на малейший звук не отвлекался, чтобы не потерять, ни одной минуты. Через 2 минуты показалась дверь и в ней голова папы Клаксона. Картон чуть не закричал от радости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.