Шествие тех, кому нечего ждать…

– Quid facis in interpretem, melius legitur in libro!, – рычала тварь

– У кого – то есть переводчик с латыни? – задался вопросом перевязанный.

На его вопрос никто не ответил. Валера еле – еле сдержал себя от порыва рвоты, вызванный страхом и отвращением. Незнакомец в гимнастерке нахмурился и начал закатывать рукава.

Сейчас будет мясо.

Внезапно, дверь находящаяся как раз позади твари, открылась. Ну как открылась, скорее её кто – то выбил ударом ноги.

– Опа, – произнес перевязанный, – Малахит пришел.

В проеме двери показался молодой угольно – чёрноволосый парень, лет двадцати пяти. Он был одет в темную кофту, бирюзовые штаны и серые ботинки. Он устало смотрел на тварь исподлобья. Затем, размахнувшись так, как ему позволял проем двери, он двинул прямо по голове этой мрази. Удар снес клюв и половину черепа, из которого потекла чёрная бурлящая субстанция. Чёрт бездыханно завалился. Незнакомец в гимнастерке выдохнул, и спокойно подошел к парню в темной кофте. Мужик с перевязанным лицом тоже не был чем – то удивлен. Складывалось впечатление, что для этих индивидов рубка с чертями – будничное явление.

– Предохранитель нашел? – спросил перевязанный.

– Нашел, – ответил черноволосый парень

Затем, он достал из кармана какую – то автомобильную запчасть, похожую на ксилофон. Мужик взял её, и сложил к себе в рюкзак.

– Шмель где? – спросил незнакомец в гимнастерке.

– В сортире питона душит.

– В каком смысле?

– В прямом, сам посмотри.

Затем, весь сброд двинулся за черноволосым парнем. Он вывел пацанов из заправки. На улице виднелся небольшой белый домик, на двери которого была надпись:

WC

(сортир)

Зайдя в этот домик, Валера увидел несколько стоящих в ряд писсуаров и одну туалетную кабинку. И, самое главное – плотного чувака в очках, со светлыми кудрявыми волосами, в кожаной куртке и синих штанах, который душил трехметровую змею. Та извивалась, и пыталась выбраться из железной хватки очканавта. Но, её попытки были тщетны. Ещё немного помучив ползучего гада, чувак ударил его головой об пол.

– Будешь знать, как мешать людям нужду справлять! – орал он.

На этих словах, чувак закинул её в единственную туалетную кабинку. И, судя по звукам, змея успешно смылась. Встав и отряхнувшись, он поприветствовал прибывших индивидов. Остановив свой взгляд на дрожащем студенте, пацан произнес:

– А это кто?

– Так, – начал незнакомец в гимнастерке, – эвакуироваться не успел.

– А, как это вообще возможно? – удивился очкарик.

– Да не знаю я, сам в шоке.

Тем временем, у Валеры подкашивались ноги. Его взгляд помутнел, а руки немного тряслись. Заметив это, мужчина с перевязанным лицом прервал спор.

– Так, – произнес он, – идем в машину.

Все одобрительно покивали. Выйдя из заправки, сброд двинулся в сторону транспорта. Проходя пустые улочки, Валера не мог понять где же он успел промочить штаны?

Хотел бы я оказаться среди них, или хотя – бы вживую посмотреть на эту картину. Палящее солнце, безлюдные панельные дома, брошенные авто и магазины, пятеро человек, идущих по городу – призраку. Может быть Валера тоже оценил бы этот пейзаж, да только ему, мягко говоря, было не до этого. Еле волоча ноги, студент смутно различал голоса своих новых знакомых. Они, время от времени, о чём – то переговаривались. Из всех их разговоров, Валера смог понять лишь то, что им нужно двигаться куда – то дальше. Выйдя в какой – то спальный район, окруженный высокими домами, студент заметил припаркованный прямо по среди дороги <<УАЗ>>, на вид похожий на буханку. Он был черно – серого цвета, с белыми фарами. Местами, виднелись царапины на дверях и кузове. Автомобиль верно дожидался индивидов, в состав которых теперь входил и Валера. Незнакомец в гимнастерке уселся за переднее место. Водителем же, оказался мужчина с перевязанным лицом. На задних местах оказались Валера, полноватый юноша и парень в черной кофте. Сев на сиденье, студент заметил, что прямо напротив него лежит дед, от которого несет перегаром. У этого старпёра была длинная седая борода, серая олимпийка и дырявые брюки. Не в силах задать вопрос, кто – же это такой, Валера рухнул в беспамятство. Ему не снились сны, так как мозг уже запутался, где он бодрствует, а где спит. Он пытался переварить информацию, которая поступила за прошедший день, но она настолько не вязалась с будничной жизнью, что мозг сдался и сам решил поспать.

Глава 6. Сброд

Валера очнулся от того, что его кто – то будил. Очканавт тряс студента за плечо, и приговаривал :

-Вставай, у нас перекур.

Машина остановилась где – то на трассе, вдоль которой по обеим сторонам раскинулось поле. Валера вышел из машины, и заметил что индивиды, которых он встретил вчера, расселись полукругом возле костра, расположенного метрах в пяти от трассы. Студент осторожно присел рядом. Озираясь по сторонам, ничего кроме поля и асфальтной дороги видно не было. Просто поле. Просто трасса.

– Где мы? – задался вопросом Валера

– Скоро съедем из города, – ответил мужчина с перевязанным лицом

– Так, – начал Валера, – мы же вне города

– Нет, немного дальше есть ещё один поселок. Вот когда проедем его, тогда и окажемся на воле.

– А чем город не воля?

Перевязанный немного помолчал, а затем сменил тему:

– Тебя как зовут? – спросил он

– Валера, – ответил студент

– Называй меня Дальнобойщиком, – начал перевязанный, – Вот там сидит Степной.

Дальнобойщик пальцем показал на незнакомца в гимнастерке.

– Вот этот в очках, – продолжил он, – это Шмель, . А тот, что лежит на боку, это Малахит, иногда мы его кличем Зелёным.

Дальнобойщик познакомил Валеру со всеми, кого он встретил вчера. Студенту было сложно воспринимать новых знакомых, так как псевдонимы звучали очень необычно. Но, не смотря на все тонкости, Валере стало легче. Всё – таки, малейшая информация о людях что тебя окружают, лучше чем полное незнание. Автору тоже стало легче, теперь он может перестать описывать внешность человека, чтобы вы могли понять о ком речь. Теперь можно всех называть по именам.

– А почему у вас такие псевдонимы? – спросил Валера

– Меня так называют, потому – что я вожу машину, – ответил Дальнобой, – Степного так зовут, потому – что он родился в деревне, по среди степи. Шмеля кличут шмелём, из – за того что он плотный как пчела. А Малахит… ну, просто потому – что он самый младший среди нас, вот и всё. Изначально хотели дать ему псевдоним – фраер, но Зелёный не был с этим согласен.

Затем, Дальнобойщик остановил свой взгляд на сопящем старпёре. Немного помолчав, он продолжил:

– А деда мы назвали Сухарем, так как сухой закон для него не писан. Мы его нашли уже пьяным.

Валера посмотрел на спящего старика. Тот мирно посапывал и никому не мешал. Оглядев весь сброд, студент не мог понять, как эти люди вообще сошлись? Патлатый парень в очках, или же Шмель, сидел на корточках возле горящего костра, и завороженно смотрел на пламя. Малахит расположился рядом с Дальнобоем. Он, закрыв глаза, лежал на боку. А вот Степной задумчиво смотрел в сторону Сухаря, будто с ним что – то не так.

– Вы как друг с другом познакомились? – спросил Валера

– Мы давние друзья, – ответил Дальнобойщик, – и знакомы уже давно, если не считать Сухаря.

– То есть вы с самого начала были вместе? – поинтересовался Валера

– Можно и так сказать.

– А с Сухарем вы как сошлись? – задался вопросом студент

– С Сухарем, – почесал голову Дальнобойщик, – он, так скажем, походу дела присоединился.

На этом моменте Степной насторожился ещё больше, а Малахит очнулся от дрёмы. В воздухе почувствовалось какое – то напряжение.

– Сухарь вообще красава, – продолжил Дальнобойщик, – ни паникует, ни мешает, просто лежит в пьяном угаре. Хотя, ничего хорошего в этом нет.

– Дальнобой, – окликнул друга Степной, – Я что – то не помню как мы со стариком познакомились

– Я тоже, – произнес Шмель, – помню лишь то, что он уже сидел в машине. Как будто бы момент нашей встречи вырезали из памяти…

Дальнобойщик медленно, очень медленно повернулся к спящему Сухарю. Выдержав паузу, и все обдумав, он привстал на одно колено. Малахит, будто бы понимая что хочет сделать его друг, встал на ноги, и зашел за спину старику. Степной и Шмель тоже перестали сидеть, но в процессе который сейчас начнут проворачивать Зеленоватый и Дальнобой, участвовать не стали. Валера понял, что сейчас начнет твориться что – то неладное, поэтому он отошел от костра на пару шагов. Дальнобойщик начал предельно аккуратно трясти за плечо Сухаря, и затем произнес:

– Слышь ты ублюдок, ты кто такой!?

Сухарь начал ворочаться, и медленно отходить ото сна. Дальнобойщик держал руку на замахе. Малахит тоже был готов, в случае чего, с помощью кулаков вогнать старика обратно в сон. Ситуация накалялась, и становилась всё абсурднее. Что это за старик? Как он оказался в кругу этих индивидов, если никто не помнит как они познакомились? Затем, Малахит решил всё -таки включить мозг, и произнес:

– Стоп! – крикнул он, – мы чо, сейчас разломаем старику кабину, только из – за того, что не знаем

кто он такой, и как попал к нам в машину!?

Дальнобойщик посмотрел на Малахита, обратно на Сухаря, потом переглянулся с остальными ребятами.

– Действительно, – согласился он.

Дальнобой выдохнул, и вновь уселся возле костра. Сухарь, тем временем, проснулся, и в недоумении закряхтел:

– Агх, каво!? Каво происходит!?

– Да так, – вяло ответил Дальнобойщик, – морду тебе набить хотели.

Сухарь огляделся по сторонам, немного помолчал, и раздраженно ответил:

– Ну и зачем вы меня разбудили, ради таких пустяков!?

На этих словах старпёр провалился обратно в сон.

– Мы же так и не узнали кто он такой! – гавкнул Степной.

-Чёрт! – ругнулся Дальнобой, – Зеленый, буди его!

Малахит начал трясти Сухаря за плечо, тот опять проснулся.

– Итак, – начал Дальнобойщик, – Ты кто такой!?

– Как кто такой, – не понял Сухарь, – а вы кто такие?

– Стрелки не метай, отвечай на вопрос!.

– Ну, – замялся старпёр, – я дед, просто дед.

– А как ты к нам попал вообще?

– Никуда я не попадал, это ты меня сейчас разбудил!

Глупость происходящего зашкаливала. Диалог старца и Дальнобойщика стал походить на разговор двух психов из дурки. В то время как Малахит, Шмель и Валера тупо пялились на этих двух индивидов, Степного мучало чувство того, что они забывают какую – то деталь. Очень важную деталь. Немного напрягшись, он все же вспомнил то, что пацаны упустили.

– Стой, – прервал диалог Степной, – мы кое – что забыли.

– И что же? – спросил Дальнобой

– Мы забыли то, какое сейчас на дворе время!.

– Точно, чёрт подери, сейчас и не такое бывает…

Дальнобой оставил попытки узнать как они все же сошлись с Сухарем, так как это было бесполезно. В ситуации, в которой оказались пацаны, многое из того что в обычное время считалось абсурдным, сейчас абсолютно нормально. Какая разница как этот дед оказался в их автомобиле. Всем всё равно. Тем более, он никак не сможет объясниться. Поняв это, Дальнобойщик спросил :

– Ну, скажи хоть как тебя зовут.

– Меня уже лет двадцать никто не зовет, – грустно ответил Сухарь.

– Мы, просто, уже дали тебе позывной, пока ты спал, – признался Дальнобой.

– Хах, – посмеялся дед, – ну и какой же?

– Сухарь

– Хм, – задумался старик, – а почему именно так?

– Да потому – что твой перегар за километр почуешь, – пожаловался Шмель.

– Не может такого быть, – спохватился Сухарь, – правда?

– Правда, – подтвердил Степной.

– Эх, – вздохнул дед, – тогда так меня и называйте, заслужил.

– Ну, – заметил Дальнобой, – мы теперь хоть познакомились

Повисло долгое молчание. Сухарь явно был расстроен такой новостью. Валера был в шоке от того, что только – что произошло. Данная ситуация напомнила ему о каком – то дне, который прошёл вроде бы не так давно. В тот день тоже произошла какая – то непонятная дичь. Осталось только вспомнить когда же это было.

– Погодите – ка, – подумал Валера, – кажется вспомнил…

Эта ситуация напомнила ему о вчерашнем дне. Кажется мозг специально забыл ту историю, чтобы не портить рассудок Валеры. Удивительно, насколько человеческое сознание может быть гибким. Буквально пятнадцать часов назад, в жизни Валеры случилось то, что должно было перевернуть его парадигму с ног на голову. А сегодня он сидит возле костерка, как ни в чем ни бывало, и если бы не абсурдная ситуация с Сухарем, то он так бы и не вспомнил вчерашний беспредел. Но, увы.

Зрачки студента сузились. Волосы на голове стали дыбом. Сердце стало биться быстрее, а дыхание замедлилось.

– Пацаны, – прошептал Валера, – можете объяснить что вчера произошло…

– А что не так? – не понял Шмель.

Валера одарил плотного юношу в очках непонимающим, и испуганным одновременно взглядом. Затем, набрав в грудь побольше воздуха, он начал :

– Почему нас эвакуировали, что за твари были в подвале, что вообще происходит!?

Пацаны переглянулись между собой. Складывалось ощущение, что Валера это детсадовец, которого закинули на последний курс геологического университета. Все вокруг все понимали, а Валера был в ужасе.

– Ты что, – удивился Дальнобой, – не знаешь что за время пришло?

– Нет!

Дальнобойщик почесал затылок, и начал рассказывать:

– В двух словах, – начал он, – столы перевернулись.

– Как понять перевернулись? – не понял Валера.

– Не перебивай. Представь, что ты маленькая глубоководная рыбка, которая живет в бездне океана, где ни черта не видно.

– Представил, – сказал Валера.

– Так вот, это твоя обычная жизнь. Но, вчера тебя вытащили на сушу, где ты можешь увидеть леса, горы, солнце, закаты и так далее.

– Я ни хрена не понял, – высказался студент.

– Ну, ясное дело. Если выловить рыбу – удильщика, и показать ей поверхность, то она тоже ничего не поймёт.

– А можешь объяснить без метафор? – отрезал Валера

– Проблема в том, – продолжил Дальнобой, – что без метафор я объяснить не смогу.

– То есть ты сам не знаешь что происходит!? – ахнул студент

Было утро, но пения птиц слышно не было. Наверное это из – за того, что деревья полностью отсутствовали. Солнце освещало пшеничное поле, которое было больше похоже на чистое золото, чем на пшеницу. Это самое поле разрезала асфальтная трасса, ведущая разных людей в разные места. На этой трассе остановился старенький <<уазик>>. А метрах в пяти от автомобиля, в самом поле, горел костер, возле которого расселись шестеро пацанов. Шестеро пацанов, которые расселись у костра, стоящего возле <<уазика>>, припаркованного прямо на трассе, которая разрезает пшеничное поле. А в этом пшеничном поле, пшеница была больше похожа на чистое золото. Деревья поблизости отсутствовали, соответственно и пения птиц слышно не было. Утро.

Дальнобойщик отстраненно наблюдал за потрескиваниями веток в костре. Он был похож на террориста, так как его лицо скрывала клетчатая белая ткань, а глаза прятали солнцезащитные очки. Он был в тупике. Можно ли объяснить маленькому ребенку, что такое жизнь, не используя метафор? Может быть, это возможно, но истинного значения так не передать. Здесь всё тоже самое.

– Послушай, – сказал Дальнобойщик, – Если я отправлюсь в прошлое к древним египтянам, и попытаюсь им объяснить, что такое квантовая физика, они хоть что – нибудь поймут?

Валера задумался. В данной ситуации он чувствовал себя совсем по – другому. Студент ощущал себя скорее последним оплотом адекватности, в этом сумасшедшем сброде непонятных индивидов, чем древним египтянином.

– Погоди, – сказал Валера, – Тогда объясни это так, чтобы я понял

Дальнобой выдержал паузу, а затем произнес:– Если всё максимально упростить , – начал он, – то наступил конец света.

Повисла пауза. Настала тишина. Конец света, знакомое словосочетание. Студент часто слышал его, в основном в кинотеатрах. Поколение Валеры уже позабыло тот факт, что всему приходит конец. Как конец может прийти, если вокруг всё так солнечно и радужно? Действительно?

А он пришел. Взял и пришел. Не поленился и пришел. Проигнорировал все прогнозы на то, что ближайшие пятьсот лет всё будет хорошо, и пришел. И вот кто – то плачет, а кто – то молчит, а кто – то так рад, кто – то так рад.

Конец света… Красивое словосочетание. Но что оно означает? Самое сложное для Валеры было представить то, что разгульная и беспечная жизнь вдруг оборвется. Поэтому, ему понадобилось некоторое время, что – бы осознать что такое конец света…

– Почему именно се – сейчас? – запинаясь произнес Валера, – Почему сейчас а не через сто лет?

– Потому – что тот кто сидит на небе позволил этому случиться, – ответил Дальнобой.

Затем, он закинул голову наверх, и несколько мгновений смотрел в небо. Валера тоже опрокинул голову вверх. Он был обижен на того, в чьё существование он до конца не верил, раньше.

– Ну и зачем же он это позволил!? – чуть ли не плача кричал Валера, – зачем!?

На синем небе местами проплывали облака. Белые, мягко – пушистые облака. Дзен, спокойствие.

Степной смотрел на студента так, как прохожий смотрит на капризного, плачущего ребенка. Но, вместе с тем, он мог его понять. Шмель же сидел и думал, как этого паренька сюда угораздило. Сухарь спал, а Малахит отстраненно наблюдал за костром.

– Я не знаю – признался Дальнобойщик, – Но это даёт нам новые возможности…

На этих словах Дальнобой достал из своего рюкзака дряхлую, местами пожелтевшую карту. На этой карте местности виднелись какие – то надписи и памятки. Складывалось ощущение, что эта карта была составлена ещё за долго до рождения её обладателя. Дальнобойщик внимательно её рассматривал, временами поворачиваясь лицом к трассе, уходящей в даль.

– Что ещё за возможности!? – спросил студент.

– Возможность свалить из этого грёбанного мира – по ту сторону, – угрюмо ответил Шмель

– Какую сторону!?

Никто будто бы не услышал вопроса. Пропустили его мимо ушей.

– А карта у вас откуда? – не унимался Валера

– Послушай, мы в точности не знаем что такое переворот столов. Никто не знает чем это было спровоцировано, и его истинную природу. Однако, мы были предупреждены об этом, и, соответственно, готовы. Именно поэтому у нас имеется карта, да <<уазик>>.

В общем, Валера понял, что ничего не понял. Единственное что удалось выяснить, так это то, что настал конец света. Честно говоря, Валера представлял его себе совсем по другому. Может быть астероид, или ядерная война, или глобальное потепление, какая – нибудь эпидемия в конце концов погубит всю планету. А всё оказалось совсем иначе. Конец света – это посиделки возле костра, в компании каких – то неадекватных индивидов, которые по выходным рубятся с чертями. Так то.

Дальнобойщик продолжал читать карту, в попытках разобраться где они сейчас находятся, и куда им двигаться дальше. Утро потихоньку начало сменяться на день.

– Погоди, – сказал Валера, – То есть, прежней жизни мне уже не видать?

Все, сидящие или лежащие у костра ( кроме бухого Сухаря) бросили взгляд на студента. В их глазах читалось непонимание, и сочувствие одновременно.

– Хм, – задумался Дальнобой, – даже не знаю что тебе на это ответить

– Стоп, – встрянул в диалог Степной, – Так там же должен быть разъезд

– Ах, – ахнул Дальнобойщик, – точно, распутье!

На этих словах он ткнул пальцем в какой – то участок карты. Этот участок был подписан как << пластмассовый мир>>.

– Вот здесь – начал Дальнобой, – вот здесь ты сможешь вернуться в максимально привычный тебе мир. Там, как это ни странно, сохранился старый порядок. Там, как и прежде, все из пластмассы. А мы отправимся дальше.

Валера облегченно выдохнул. Не все потерянно, есть ещё место, которое не сошло с ума. Он не понял в каком смысле Дальнобой употреблял слово пластмасса, но оно и не важно. Совсем не важно. Дальнобойщик свернул карту, и положил её обратно в рюкзак. Посидев у костра ещё минут десять, пацаны прекратили перекур и вновь уселись в машину. <<Уазик>> моментально завёлся, и сброд индивидов поколесил дальше. Пшеничные поля быстро сменились на безжизненные пустыри. Валера чувствовал себя грудным малышом среди стаи волков. Вроде он защищен, но он совсем не там где должен быть. Каждый член сброда думал о своём. Это можно было понять по их задумчивым лицам.

Пустыри. Дорога. В конце асфальтной трассы виднеется начало огромного бетонного муравейника под названием – город…

Глава 7. Бетонно – пластмассовый муравейник.

<<Уазик>> подкатил к когда – то оживленному городу, и въехал в его просторы. Всё было брошено, и, самое странное, будто бы разрушено. Балконы старых девятиэтажек местами обвалились, а про содранную краску лучше вообще молчать. Дорога была полностью пуста от припаркованных машин, их попросту не было. Дальнобойщик внимательно и осторожно проезжал высокие покинутые здания, в поисках нужного поворота. Витрины магазинов разбиты, а какие – либо рекламные вывески вовсе отсутствовали. Складывалось впечатление, что этот город был брошен уже много лет. Валера не мог поверить, что еще несколько дней назад это место было оживлено и исправно функционировало. Мистика. Все пассажиры <<уазика>> наблюдали за окружением из окон автомобиля. Школы, детские сады, больницы. Когда – то это все работало и приносило пользу, а сейчас это ненужная покинутая зона. Дальнобой вновь повернул, и машина оказалась лицом к лицу с огромным, неплохо сохранившимся ( по сравнению с остальным городом) заводом. Сложно понять что он производит, так как ни одной градирни видно не было. Дальнобойщик заглушил мотор, и обернувшись лицом к сидящим сзади, произнес:

– Так пацаны, у нас не хватает туалетной бумаги, так же нужны казанки и походный инвентарь Обыщем всю фабрику, что будет то возьмем, погнали!

Сброд оперативно вылез из машины. Завод походил на большой и широкий прямоугольник. Он был примерно три этажа в высоту. Это здание выглядело абсолютно серым и бескрасочным. Отсутствие стеклопакета на окнах выдавало то, что завод совсем не новый – советский. Поднявшись по невысоким ступенькам, войдя в широкие двери, пацаны оказались в очень просторном помещении. Их окружали белые стены, краска на которых даже не облезла. Впереди находилась дверь, левее которой виднелась схема завода. Правее двери была надпись:

Ой, а вы к нам зашли?

Как неожиданно и приятно!

Дальнобойщик подошел чуть ближе к схеме. Рассмотрев план строения, он произнес:

– Сухарь, побудь со студентом. А мы пойдем поищем туалетку, и все остальное.

Шмель тоже решил разглядеть схему здания.

– Склад должен быть в самом правом отделе завода, – заметил он, – пусть студент с дедом пойдут на третий этаж. Там должна быть документация, а я всегда мечтал ими подтереться.

Шмель повернулся к Валере, и спросил:

– Будь другом, сходите?

Валера одобрительно кивнул. Что ему стоит подняться на третий этаж, и достать от туда пачку документов?

Индивиды поперлись искать палатки и остальное снаряжение, а студент остался наедине с Сухарем. Тот протрезвел, но долгая дорога его изрядно вымотала.

– Ну что дед, – обратился Валера, – пошли на третий этаж?

– Айда туда, – согласился Сухарь.

Проходя длинные и безлюдные коридоры завода в поисках лестницы, Валера ощущал себя совершенно одиноким. Только старый Сухарь отделял его от полной социальной изоляции. Дед не без интереса рассматривал кабинеты завода, мимо которых они шли. У него то и дело всплывали воспоминания, связанные с его безвозвратно прошедшей молодостью. Странно, поначалу жизни у него было так много времени, и он не знал куда его девать. Сейчас же Сухарь понял, что даже у новорожденного младенца времени в обрез, просто он этого ещё не осознает. Сначала ты в первом классе, затем в десятом, пройдет ещё немного времени, и ты уже в гробу лежишь. Всё было бы действительно грустно, если б гроб был окончанием всего. Но…

– Эх, – внезапно заговорил Сухарь, – помню как я сам работал в цеху. В цеху по производству строительных машин.