- -
- 100%
- +
К моменту, когда от меня потребовались действия, я была уже заметно пьяна.
– Первый танец! – вдруг крикнул кто-то.
Мой злой новоиспеченный муж снова поднялся с места и протянул мне руку.
– Но я не умею, – испуганно сказала я, чувствуя, что ноги уже и не держат.
– Я поведу, – коротко ответил он и потащил меня на импровизированный танцпол.
К тому моменту солнце приближалось к горизонту и украсило часть парка в золотистый цвет заката. Вокруг зароились словно пчелки волшебные белые огоньки. Кто-то включил звуки вальса, и тело моего теперь уже по закону (ну почти!) мужчины прижалось ко мне, вызвав волну необъяснимых чувств в моей голове. Одна рука целомудренно легла на спину, вторая ухватила мои дрожащие пальцы, и мы начали двигаться. Моя кожа покрылась мурашками из-за тех разрядов тока, что побежали от мест наших соприкосновений. Эта близость к Чудовищу определенно меня возбуждала!
– Расслабься, – тихо сказал он на ухо. – Ты слишком напряжена!
– Будешь тут, – пожаловалась я.
Он сделал пару шагов вперед, заставил меня прогнуться и прижал губы к углублению за ухом, спровоцировав чуть ли не оргазм.
– Тебе дали комнату, еду, слуг и красивое платье. Чем ты опять недовольна, избалованная девица?
Я улыбнулась. А ведь и правда, все было шикарно и слишком хорошо для правды, но потом вспоминалось это «но», становилось ясно – забыта главная деталь. И все же, муженек даже не представлял причину моей реакции…
– Но ведь ты убьешь меня, – тихо прошептала я, стараясь вернуться на землю.
Мы сменили направление движения, и он снова заставил меня прогнуться назад. На этот раз обжигающее дыхание я ощутила у другого уха:
– Не сегодня и не завтра, – пробормотал он. – И может даже не через год, и не через два…
Это обнадеживало.
– И что я буду тут делать? – вздохнула я, разгибаясь и поднимая глаза. – Какова цель моего… мм… нахождения тут?
– Жить со мной, – снова ответил мне приятный шепот, когда я была развернута и прижата к его груди спиной. От его дыхания кожа на шее покрылась мурашками и становилось трудно дышать. – Просто находиться тут. Этого теперь достаточно.
– Для тебя? – Я в очередной раз наступила ему на ногу и прикусила губу.
– Для меня нет, – улыбнулся он и ослабил хватку. Через мгновение я кружилась вокруг своей оси на месте, придерживаемая одной его рукой. Мужчина снова прижал меня к себе и сделал пару шагов. – Я хочу больше.
Я не ответила ничего. Просто задрожала. Мой мир становился чуточку более светлым, а будущее – на грамм менее страшным. Тело немного успокоилось, и я стала слушаться своего партнера в танце. Понятия не имела, что означало это «больше». Было ли это желание принудить меня к какой-нибудь деятельности касаемо здешних работ или мне предлагалось стать персональной постельной развлекушкой для Хозяина. А может он хотел предложить дружбу? Ну да, размечталась…
Позже я присоединилась к конкурсам, прерываясь на глотки пузырчатого напитка и возгласы о жульничестве всех вокруг, ведь я единственная не могла помочь себе магией. Слуг это потешало, и многие провоцировали такие ситуации, когда я оказывалась без волшебства в тупике. Как бы там ни было, но в каждом, даже пьяном их действии сквозила капля уважения, и они обходились со мной деликатно, не позволяя мне окончательно потеряться и быть униженной из-за моей неспособности к творению чудес. Кто-то даже, наоборот, начал использовать способности, чтобы помогать выиграть мне. Становилось весело, да и настроение менялось. Шампанское было только в помощь.
Хозяин вечеринки, тем временем, сидел по большей части хмурый на своем месте со стаканом какой-то жидкости в руке и сосредоточенно смотрел в эту самую посудину. Мне казалось, я слышала, как скрипят шестеренки его мозгов. Возможно, он позволял слугам повеселиться, ведь то был для них, как он сказал, единственный шанс. Может быть, даже и для меня тоже… Наверное, стоило оставить все как есть, но я была слишком пьяна, чтобы дать возможность этому чудовищу порефлексировать спокойно. Сделав еще пару глотков для храбрости, я отвлеклась от толпы и приблизилась к своему новоявленном партнеру.
– Хозяин не присоединится к празднику? – спросила я, обвивая руки вокруг его шеи и прислоняясь к спине. Я рисковала. Ох, как я рисковала получить по первое число. Он мог запросто разозлиться и припечатать меня куда-нибудь снова, но алкоголь – штука, начисто выключающая инстинкт самосохранения. – Не хочешь стать ближе к народу?
Он не шелохнулся.
– Какие мы серьезные… – пробормотала я, проводя руками по его груди.
Мужчина выпрямился и перетянул меня к себе на колени. Мммм… А это местечко мне нравилось! Я снова обвила руки вокруг его шеи и полезла целовать его голову. Здравого смысла в поступках уже не было. Мозг точно сложил чемоданчик и убежал от хозяйки, оставив ее один на один со своими проблемами.
– Ты пьяна, – констатировал он, когда я случайно больно ткнулась в него носом и потерла ушибленное место.
– Тебе это мешает? – хихикнула я. – Делай, что хочешь, смотри, какая я сговорчивая!
Он криво улыбнулся, но отстранил меня от себя. Я восприняла этот жест не совсем правильно и стала извиваться руками за спину, чтобы расстегнуть платье. Не совладав с центром тяжести собственного тела, я нырнула назад и чуть не ударилась о землю, хорошо хоть руки мужчины подхватили в последний момент.
– Давай-ка ты не будешь прилюдно снимать с себя одежду, – шепнул он.
Я обиженно скрестила руки на груди и надула губки.
– Тебе толпа людей не мешала раздеть девушку при всех во время очередных Смотрин!
– Она же не была моей, – подмигнул он.
– Но зачем… – ахнула я, трезвея.
– Потому что мне хотелось посмотреть, – ответил мне этот говнюк.
Моя рука мгновенно взметнулась и ударила его по щеке. Праведный гнев, злость и еще буря эмоций одолевали меня. Встав с его колен, я осушила залпом свой бокал и, пошатываясь, пошла в толпу веселых слуг, чтобы немного переключиться и остыть.
До самого конца вечера я не возвращалась к нему, боясь, что разговор снова приведет либо к его приступу злости, либо к моему – ненависти. Похоже, нужно было смириться с тем, что последние годы своей жизни я приведу в режиме таких перепалок с Хозяином своей темницы. Может, удастся как-то минимизировать контакты? От этой мысли вдруг стало не по себе, и я поежилась.
Кто-то накинул на плечи шаль. Кажется, это была Надя, и я благодарно на нее посмотрела.
– Скоро рассвет, – шепнула мне она. – Тебе нужно идти с Хозяином.
Я вздохнула и посмотрела на своего мучителя. Он стоял хмурый и мрачный в тени одного из деревьев практически у порога дома, залитого лунным светом. Пиджак снова на спине, руки нетерпеливо скрещены на груди, в глазах лед.
– Я должна… с ним…? – заикаясь спросила я.
Да мы же порвем там друг друга в таком состоянии!
– Ага, – меня подтолкнули в сторону мужа. – Пора консумировать этот союз!
– Что сделать? – испуганно выдохнула я, хватая со стола чью-то рюмку и вливая в себя огненную жидкость.
Закашлявшись, я уронила стопку на землю, та разбилась на кучу осколков, и я начала плакать. Мне все это претило. Конечно, мужчина был хорош и сексуален, да и у меня были на него кое-какие… гхм… реакции, но, черт побери, я не хотела, чтобы это было сейчас. Не в таком состоянии. Не от злости! Не от отчаяния! Не из-под палки.
Шагнув к нему, словно на эшафот, я зарыдала еще сильней и шла уже на ощупь. Как в тумане меня повели по дому. Я спотыкалась, роняя слезы, но упорно отказывалась от того, чтобы он взял меня на руки.
Наконец мы оказались на пороге одной из комнат, и все дружно нас сопроводили.
– Бросай букет! – сказал голос Нади. Или Веры, мне было не разобрать.
– Что, среди вас тоже бывают свадьбы? – фыркнула я.
– У нас свои поверья тут, – подмигнула мне служанка и повернула спиной к народу. Я замахнулась и бросила цветы со всей дури туда, где, как мне казалось, стояла толпа. Послышался звон разбитого стекла, я обернулась и ахнула. Цветы пролетели мимо всех жаждущих их поймать и угодили в противоположное окно коридора, разнесли его вдребезги и приземлились на улице.
Как ни странно, такой бросок не расстроил никого, все дружно закричали, начали радоваться и что-то скандировать. Дурдом, а я стала его Хозяйкой… Муж мой, тем временем подхватил меня на руки и со словом «Пора!» перенес через порог. Мы помахали с той стороны ликующей толпе, а потом дверь закрылась и исчезла, отгородив нас двоих от окружающих.
– Вот и все, – устало пробормотало мое Чудовище и стало раздеваться.
Ох, черт…
Я огляделась. Спаленка была похожа на ту, где я провела предыдущую ночь. Кровать казалась еще более огромной, рядом стоял столик, накрытый на двоих фруктами и шампанским, на противоположной стене – приоткрытая дверка в собственную ванную-комнату и огромное окно во всю стену.
Присев на краешек кровати, я задрожала и, чтобы хоть как-то отвлечь себя от дурных мыслей начала смотреть на своего разоблачающегося мучителя. Тот был на этапе ослабления галстука и снятия запонок. Еще пару мгновений – и пуговицы на его рубашке были расстегнуты, моим глазам явился сексапильный обнаженный торс.
– Чего ты опять дрожишь?
– Я… Я не знаю, как это правильно делать. В смысле, я…
Уф, я слишком много думала о том, что должно произойти, и о том, как отношусь к этому сексуальному партнеру. Он мне не нравился как человек, но был вполне ничего в плане внешности. Да кого я обманываю! Он был очень сексуален! И мне нужно было как-то этим научиться довольствоваться, задвинув опыт прошлого куда-то далеко…
– Я могу… взять со столика…?
– Это и тебе тоже принесли, – он пожал плечами и одним движением руки опустил шторы, скрыв нас с глаз тех, кто мог бы подглядеть.
Осмелев, я отщипнула пару виноградин и снова накатила шампанского. Опьянение тягучей сладостной волной накрыло меня вновь, и я подошла к своему мужчине, повернулась спиной.
– Помоги расстегнуть!
Подняв мои волосы, его теплая рука нащупала маленькую железную застежку, и одним уверенным движением опустила замочек «молнии» вниз, освобождая меня. Медленно, не без помощи новоиспеченного мужа, я стянула рукава. Ткань платья упала вниз, и я перешагнула ее, оставшись в одном белье. Замерев, я ждала его действий, но он не приближался. Тогда я повернулась, и увидела, что волшебник сидит на краю кровати в одних брюках и смотрит на меня, о чем-то думая. Я взобралась к нему и обвила руками, начиная целовать шею. Во мне начинал загораться огонь, и я тихо постанывала и… икала. Чертово шампанское давало о себе знать не только излишней храбростью, но и, к сожалению, другими нелицеприятными проявлениями опьянения.
Мужчина упал на кровать спиной, увлекая меня за собой, а потом перекатился так, что я оказалась снизу. Тело прошибла мелкая дрожь, дыхание участилось и мои глубокие вздохи стали рваться из груди вперемешку с икотой. Ну зачем я напилась как свинья, а? Все равно тревожно, только еще и противно от самой себя теперь!
– Эта ночь могла бы быть еще более ужасной, – попыталась успокоить себя я.
Кажется, эти слова были произнесены слишком громко. Губы Чудовища, ласкавшие мою шею, остановились, пальцы оторвались от груди. В тот момент я поняла, как же чертовски великолепен в части ласк был этот мужчина, и как же мучительно больно оказалось то, что он остановился… Я даже подумала о том, что продолжение могло бы быть феноменальным и уже смирилась с ним, но в тот момент меня накрыла темнота…
Глава 4. Новая жизнь
Первая мысль после пробуждения была желанием умереть. У меня страшно болела голова, мутило от любого движения, а сердце бешено колотилось при первой же попытке сменить положение тела на вертикальное. К тому же медленно стали просачиваться воспоминания вчерашнего вечера и его окончания. Всплыл момент, как я приставала к собственному новоиспеченному мужу, как он ласкал меня и… черт, что было дальше?
Я захныкала и снова упала в подушки. Глаза зажмурила и приказала себе вспомнить, но нет… Темнота и все тут! Вот черт!
– Наконец-то проснулась, – послышался голос одной из моих служанок. – Хозяин уж давно ждет тебя к завтраку.
Я повернулась в ее сторону и тут же об этом пожалела. Желудок жалобно сжался, и меня чуть не вырвало прямо в постель. Кстати, об этом. Я лежала в той кровати, куда меня вчера положили, только вместо соблазнительного белья на мне была тонкая кружевная сорочка аквамаринового цвета. И ничего кроме!
– Кто меня переодел? – ужаснулась я.
– Ты смотри как устала вчера, – хихикнула Вера. – Не помнит ничего!
О да…
– Варианта два, – продолжала Надя, тоже смеясь. – Либо ты сама, либо Хозяин. Нам запрещено в опочивальню, когда вы там вдвоем.
Я приподнялась на локте и заметила, что на столике стоит заботливо оставленный кем-то стакан воды.
– А аспирина у вас тут нет? – простонала я, хватаясь за голову. Ощущение было, будто она сейчас отвинтится от меня.
– Хозяин не велит, – понурила голову одна из камеристок и отступила. – Вставай. Он ждет тебя. Рассердится, если будешь мешкать. Не стоит начинать вашу совместную жизнь со ссор, дорогая.
Я тяжело вздохнула и усилием воли подняла себя на ноги. Вера протянула мне пеньюар, Надя надела на ноги тапочки, и обе сопроводили меня в ванную, где наспех помогли умыться и причесаться. Вид мой приобрел человекоподобный характер, вот только желание, простите, сдохнуть никуда не делось.
Мы вышли через дверь, которая, к слову, не была заперта и направились на нижний этаж к той самой террасе, где вчера проходила первая часть торжества. Все было прибрано, ничто не напоминало о том, что тут гуляли и кутили десятки живых существ. Не валялись конфетти и серпантин, не было ни крошки еды и никаких намеков на битую мною вчера посуду.
В кружевной тени одного из деревьев стоял небольшой столик с двумя стульчиками, один из которых занимало Чудовище, что-то изучавшее в собственном смартфоне.
– Я думала ты такой древний, что не умеешь этим пользоваться, – сказала я.
Он отвел взгляд от экрана, выключил телефон и отложил его в сторону.
– И тебе доброе утро!
Голос сухой, взгляд злой. Я поежилась от его неприветливости и села на свободное место. Передо мной на столе возникла тарелка, рядом кастрюлька с чем-то горячим, тут же стакан сока, булочки, кофе… Обалдеть, как все быстро возникало из воздуха!
– Оставьте нас, – рявкнул он на слуг, потом повернулся ко мне: – Ешь!
Не могу! Меня мутило от одного вида продуктов, стоявших на столе, а уж попытаться впихнуть их в рот… Но взгляд мужчины был суров. Я вспомнила наказ не бесить сожителя в первый же день и послушно, преодолевая тошноту, сунула в рот ложку каши. Прижилась. Я повторила пытку, и с удивлением отметила, что начинаю чувствовать себя чуточку лучше. К концу порции проявления несварения полностью исчезли, выпустив на первый план жуткую головную боль.
Хозяин заставил исчезнуть мою пустую тарелку, подогрел кофе и сделал глоток из своей чашки.
– К-к-как все прошло? – спросила я, понимая, что молчание меня угнетает.
– Все, это что? – невозмутимо уточнил он, откусывая кусок от булочки.
Калории, калории… Я боролась с искушением. И как он мог знать, что это мои любимые? Такие Андрюша часто притаскивал на работу, чтобы меня раздразнить. И я всегда поддавалась, съедая одну штуку и потом корила себя за то, что не смогла устоять. Правда, друг всегда говорил, что одна булочка меня испортить не сможет.
– Ну… консумация?
Он поперхнулся кофе, поставил чашку на стол и потянулся за салфеткой.
– О, прекрасно, а ты не помнишь?
Я опустила голову вниз и постаралась не заплакать. Нет, я не делала из этого никакого события, но тема была больной. Идиотские законы вынуждали меня терпеть и скрывать то, что однажды случилось. Парам, которые формировались до первых Смотрин девушки, приходилось всячески избегать традиционных половых контактов, ибо посещения гинеколога у нас в городе были обязательными, а осмотр тщательным. Девушка, не утерпевшая до первого участия в выборе невест или своего двадцатипятилетия, когда в этом уже нет нужды, подвергалась публичному наказанию, унизительному и жестокому. К счастью, мне в этом плане везло…
К сожалению, этот порядок портил многим жизнь. Молодые люди не хотели связываться с законом и старались не обращать внимания на девушек, с которыми нельзя заниматься сексом, а у последних, порой, формировались проблемы с тем, чтобы начать свою половую жизнь после наступления разрешающих обстоятельств.
– Ты была слишком пьяна и готова разрешить делать с тобой все, что я захочу, – продолжил он.
Я тяжело проглотила слюну и стала рисовать пальцем узоры на скатерти. Зубы больно впивались в губы, мне хотелось провалиться сквозь землю от стыда и сгореть от обиды. Ситуация с моим попаданием в этот дом становилась все хуже.
– Рада, что хоть кому-то из нас понравилось…
Брови волшебника поползли вверх, а затем он покачал головой, намекая на то, что случившееся было полным отстоем.
– Я… переволновалась…
– Оно и видно, – хмыкнул мой мучитель, отставляя пустую чашку. – Обычно я позволяю девушкам, живущим тут, немного вина, но сегодня же отдам распоряжение, чтобы тебе не предлагали никаких подобных напитков!
Из моей груди вырвался тяжелый вздох, пальцы стали складывать салфетку пополам, еще раз пополам, потом еще. Голова продолжала гудеть, глаза влажные, губы сжимались из последних сил, чтобы не выпустить на волю рыдания. Не то, чтобы я жить не могла без алкоголя. В тот момент мне вообще не хотелось о нем даже думать, но, черт побери, каким же он казался нужным в разговорах с этим балбесом.
– Извини… я правда перенервничала! Я ведь… я за всю свою жизнь столько не пила, сколько вылила в себя этой ночью только потому, что это притупляло мой страх умереть. А теперь у меня так раскалывается голова, что я, наоборот, хочу сдохнуть. Еще и стыдно за то, что я творила и за то, что не помню, что делала. А ты не разрешил им дать мне аспирин, чтобы хоть чуточку облегчить мое состояние… Наверное, это справедливое наказание.
Я сдалась и расплакалась, испуская всхлипы и рыдания, которые только усугубляли мое состояние. Чудовище сидело рядом и молчало, позволяя мне нести весь тот негатив, которые засорял мою голову. И лишь после того, как я стала успокаиваться он заговорил:
– Я не желаю больше слышать разговоры о твоей смерти. Ни о том, что я тебя когда-то убью, ни о том, что тебе хочется умереть из-за больной головы. Еще раз услышу – накажу. Это раз.
Я всхлипнула и кивнула. Разговоры он мог и запретить, а вот думать об этом я вряд ли перестану. Тем не менее, я постаралась взять себя в руки и даже усилием воли заставила выпить кофе.
– Я хотел поговорить с тобой о правилах, но ты еще к этому не готова, – вздохнул он. – Встретимся за обедом.
Я снова кивнула и ошалело посмотрела на свое Чудовище. Он медленно и лениво поднялся из-за стола, поправил свой халат и подошел ко мне ближе. Я жадно оглядела его, заставляя себя вспомнить это прекрасное тело рядом с собой прошедшей ночью, но тщетно.
– И да, – он сунул руку в карман, – меня не возбуждают алкоголички! – С этими словами он вытащил из кармана пузырек и поставил передо мной. – Так что можешь пока не оплакивать свой драгоценный цветочек.
Я захлопала ресницами и проводила его взглядом. Челюсть, кажется, упала ниже некуда, аж голова на мгновение перестала трещать. Тяжело вздохнув, я почувствовала себя еще большим ничтожеством и посмотрела на поставленный передо мной пузырек из затемненного стекла. Он был пустым, если не считать того, что на донышке одиноко лежала таблетка. Что там? Аспирин? Или отрава? Стоит ли доверять? Или все же не рисковать? Мог ли он положить туда что-нибудь смертельно-опасное для меня?
Ввиду моего плохого состояния и недавнего желания покинуть сей бренный мир, я решила, что хуже уже не будет. Взяла таблетку и опрокинула в себя, запив небольшим количеством воды.
– А куда посуду отнести грязную? – крикнула я в пустоту и тут же почувствовала, как слова отдали молотками в голове.
В воздухе материализовались Надя с Верой и пробормотали:
– Негоже Хозяйке посуду таскать, идем!
Я снова захлопала глазами от удивления, но подняла свою размазанную тушку со стула и пошла за своими служанками.
– Мы покажем тебе дом, если хочешь.
– А смысл? – устало пробормотала я. – Мне можно будет по нему ходить?
– Ну да, – непонимающе уставилась на меня Вера.
– И он это разрешает? – продолжала удивляться я.
– Конечно! – на меня смотрели две пары искренних глаз. – Ты Хозяйка в этом доме. Есть, конечно, некоторые правила, но… ты можешь делать, что хочешь…
Я потрясла головой. Наваждение какое-то. Наверняка я сижу в подвале с соломой, и мне все это снится. Это глюк моего воображения, магические трюки, или… я даже не знаю!
– Прям все, что хочу? – прищурилась я. – И даже поспать сейчас можно?
– У тебя была тяжелая ночь, – кивнула Вера и улыбнулась. – Отоспись!
Я не верила своим ушам. И тем не менее, перепроверять не стала. По лестнице забежала, перепрыгивая через две ступеньки. Камеристки еле поспевали, пришлось даже ждать их на этаже.
– Где… гхм… комната, где можно это сделать? – спросила я. – Какой этаж?
– Этот, – первой отдышалась Надя. – За мной!
Она провела меня по лабиринту коридоров и распахнула одну из дверей, пригласив меня в комнату, где я провела свои первые сутки заточения. Вера сообщила, что это помещение остается моим. Спать, отдыхать я могу тут, если только мое Чудовище не скажет иначе. Все остальное мне пообещали показать, когда я буду чувствовать себя получше.
Скинув с себя красивейший пеньюар, я с разбегу плюхнулась на свою кровать и раскинула руки от удовольствия. Таблетка начинала действовать, впереди был здоровый, глубокий сон в удобной кроватке. Сквозь окно виднелись чудеса природного творения, а будущее становилось чуточку более светлым. Закрыв глаза, я впервые искренне улыбнулась и отдалась во власть Морфея.
***
Надя растолкала меня, когда я видела прекрасный сон. Мы с сестренкой поздравляли друг друга с днем свадьбы, которую решили сыграть в один день. На ней чудесное, роскошное платье, которое купил ей ее богатый и заботливый жених, на мне то самое одеяние, что я носила прошлым вечером. Салюты, фейверки, праздник во всем городе, наши смех и хохот…
– Да проснись ты уже, – бормотала Надя, толкая меня в бок. – Хозяин через полчаса идет обедать. Велел тебя привести!
Черт… такая красота растворилась в сознании, и я снова оказалась в мире, где моему счастью больше не было места. После таблетки или благодаря сну я ожила и чувствовала себя вполне нормально. Малое количество запихнутого в себя без аппетита давало о себе знать, и мысль об обеде тоже не казалась такой плохой.
Позволив моим служанкам похлопотать со своим лицом и прической, я выбрала из предложенной мне одежды самые простые джинсы с джемпером и пошла за своими помощницами вниз по лестнице. Стол на этот раз был накрыт в одном из помещений первого этажа. Огромное прямоугольное чудо из массива стояло посреди комнаты и было украшено подсвечником с горевшими в нем тусклым светом тремя восковыми недоразумениями. На самом же столе были накрыты два места на противоположных торцах.
– О, Хозяин решил соблюдать дистанцию, – весело пошутила я.
Хмурый, как обычно, он вышел из тени и пригласил меня к одному из стульев. Красивым жестом он отодвинул эту махину от стола и помог на ней устроиться, а после сам занял место в паре метров от меня.
– Будем слух тренировать, ясно, – не унималась я.
Нарывалась, одним словом, но когда твой муж зол, хуже-то ведь быть не может, а? Лицо моего Чудовища было непроницаемым, глаза сверкали двумя ледяными огоньками, губы плотно сжаты.
Слуги бегали вокруг. Мне налили из красивейшего кувшина воды в стакан, предложили хлеб. С противоположной стороны происходило то же самое. Следом передо мной поставили тарелку с супом, и я растерянно взялась за ложку.
– Приятного аппетита, Хозяин, – сказал кто-то из карликов. – Приятного аппетита, Хозяйка.
Я вздохнула и посмотрела на своего мучителя еще раз.
– Приятного аппетита! – пожелала ему я.
Тот молча взялся за ложку и начал поглощать еду, всем своим видом показывая, что находится выше того, чтобы пожелать мне того же. Странно, утром его настроение нравилось мне куда больше.
– Я могу отказаться от второго? – робко спросила я, когда у меня забрали суп и поставили следующую порцию еды. – Я наелась, правда…
Хозяин кивнул и жестом приказал слугам убрать у меня из-под носа ароматную дичь. Сам же он довольно быстро расправился со своей порцией, приказал принести ему эспрессо, мне зеленый чай (предварительно он уточнил, что я хочу), а затем затребовал, чтобы нас оставили одних.