След паука. Видящая

Глава вторая

Зака Иниго искал почти весь поселок до самой ночи, прочесывая лес. Заглядывали под каждый куст, обшарили лесные водоемы, изучили низины и овраги – нигде ничего не было. Не было даже следов, не говоря уже о трупе. Иниго будто бы сквозь землю провалился.

Вернувшись в местное отделение около полуночи, Гектор долго стоял у окна и пил молоко из большой кружки, глядя на темные очертания деревьев на фоне чуть более светлого неба. Он был уверен: лес прекрасно знает, куда делся Зак, и безумно жалел, что природу нельзя допросить. Хотя…

От внезапности пришедшей в голову очевидной мысли дознаватель поморщился, непроизвольно похлопав себя по груди в поисках портсигара. Его, естественно не было, так как Джон Эйс не курил. Пришлось снова выпить молока и заесть свежей булочкой с яблочным джемом, которую пару часов назад всучила Гектору одна из сердобольных соседок, узнав, что он не поужинал, да толком и не пообедал.

От булочки с молоком в голове стало чуть яснее, хотя Дайд по-прежнему не понимал, кому мог понадобиться Зак Иниго. Многие местные его не любили, но убивать? Хорошо, допустим, Зака мог прибить кто угодно из этих людей, но в таком случае где-то должен быть спрятан труп. А трупа не было. И следов тоже не было. Так бывает, когда убивают маги, но магов в поселке – раз-два и обчелся: сам Зак, Морган и Тайра Рид, ну и «Фабиан Стиу», конечно. Кстати, насчет этого «Фабиана»…

– Это он батю убил, – заявил Гектору Кайл, сын Иниго, сразу после того, как дознаватель скомандовал всем прекращать поиски и расходиться по домам – время было уже позднее. – Батя рассказывал, как он ему угрожал и нос разбил. Он это!

– Не волнуйся, я разберусь, – ответил Дайд сдержанно. Конечно, эту версию он тоже будет прорабатывать, но в то, что племянник императора может быть замешан в исчезновении простого шамана, Гектор не верил. – Но запомни: в дела эти не лезь и отношения с Фабианом не выясняй. Ослушаешься – посажу в лучшем случае на пару недель. Лучше матери помогай, ей тяжело.

Подросток окинул дознавателя обиженным взглядом: явно посчитал, что Гектор не принял эти обвинения всерьез. И будь ситуация иной, следовало бы поработать с ним насчет невыяснения отношений подольше, но сейчас в этом не было смысла – «Фабиан Стиу» прекрасно сможет постоять за себя.

А вот у старосты поселка была другая версия случившегося.

– Думаешь, Морган Зака… тогось? – поинтересовался он негромко у Гектора, пока дознаватель проверял очередной овраг. – Ну, чтобы он Тайру не трогал.

– Я пока ничего не думаю, – ответил Дайд, хотя это было неправдой: не думать он вообще не умел. – Буду проверять.

Морган Рид… Зачем ему это? Он не показался Гектору сумасшедшим, а убивать соседа только потому, что тот заглядывается на твою дочь, – поступок не совсем нормальный. Так что, если это действительно был Морган, он совершил преступление по другой причине.

Гектор допил молоко и отставил чашку в сторону, несмотря на то что ему очень хотелось вместо этого грохнуть ее об стену.

Только бы Морган Рид не трогал Зака. Пусть это лучше будет «Фабиан Стиу». Лишь бы не Морган. Иначе Тайра этого не переживет.

Ложась спать, Гектор подумал о том, что устал как собака, и горько усмехнулся этому сравнению. Он не сомневался, что больше никогда не превратится в пса во сне Тайры, но и в этом, как оказалось, он ошибся.

Гектор даже не сразу понял, что это сон, а не явь, настолько все вокруг было реальным, ярким и живым. То самое озеро, из которого Тайра пыталась достать какие-то водоросли, заросшее бело-желтыми кувшинками на сочных листьях, насыщенно-зеленая трава на покрытой одуванчиками поляне, легкий и теплый ветер. Именно такой ветер бывает летом по вечерам.

Летом?..

Вспомнив, что сейчас еще пока весна, хоть и поздняя, Гектор мотнул головой, резко ощутив и все остальное – четыре ноги, вытянутую морду, вертикально стоящие уши. Неужели сон?!

Он огляделся, пытаясь рассмотреть Тайру, и сердце его заколотилось, зачастило, когда через несколько мгновений он увидел ее недалеко от себя. Она сидела рядом с озером, поджав ноги, и смотрела на Гектора внимательно и задумчиво. Ее лазурные глаза взволнованно блестели.

Что делать дальше, дознаватель не представлял. Как будет лучше – оставаться на месте? Идти к ней? Если бы Дайд был сейчас человеком, он бы попытался поговорить с Тайрой, но человеком он не был. И Гектор, чуть слышно рыкнув от досады на ситуацию, все же решился и пошел вперед, к Тайре.

Он думал, она скажет что-нибудь, но она молчала. Молчала и пока Гектор шел, и когда он застыл рядом, не смея прикоснуться, но отчаянно желая этого. Взгляд ее по-прежнему был изучающим, словно Тайра пыталась что-то для себя решить.

А потом сказала:

– Интересно, что ты будешь делать, если я выйду замуж? – Гектор непроизвольно зарычал, оскалив зубы. – Ах, вот как? – продолжала Тайра насмешливо. – Значит, тебе можно, а мне нельзя? У тебя есть невеста, а у меня будет жених. По-моему, справедливо.

Если бы Гектор был человеком, он обязательно возразил бы ей, заявив, что справедливо жениться и выходить замуж по любви, а не так, как собирается сделать он, и не стоит Тайре идти по его стопам. Но дознаватель мог только рычать. Рычать и…

Он прыгнул на нее, прижав к земле, коснулся мокрым носом щеки, а затем лизнул в губы. И еще раз. И еще.

– Прекрати! – прошипела Тайра, но Гектор видел, что она изо всех сил старается не рассмеяться. – У тебя невеста есть!

«Есть, – подумал он, кивнув. – Но сейчас я даже не человек. И вообще, это сон, а значит, не считается».

– Нахал, – выдохнула Тайра. – Все считается. И сон, и явь, и слова, и действия, и даже мысли.

Гектор замер, с изумлением вглядываясь в лазурные глаза.

«Ты… слышишь, что я думаю?»

Ответить она не успела – сон развеялся, превратившись в мягкое облако, укутавшее сознание Гектора так ласково и уютно, что он спал до утра.

Поздно ночью на крыльцо своего дома вышел Морган Рид. Оглядел кромешную тьму вокруг, прищурившись, и хмыкнул, заметив магическим зрением сияние энергетического контура Риана. Парень сидел за столом в саду и, поглаживая Джека, задумчиво глядел на звезды.

– Ну и чего тебе не спится? – поинтересовался Морган, подходя ближе. – Тайра давно десятый сон видит, а ты как вечером тут сел, так и сидишь.

– Тебе ведь тоже не спится.

Хозяин дома оставил этот комментарий без ответа, сел рядом на скамью и потрепал Джека между ушами.

– А говорил, что собак не любишь.

– Я много чего говорил. – Риан пожал плечами. – А выходит, что я и сам себя не знал, и в других ошибался. Но ладно. Знаешь, что я понять не могу? Сижу вот, рассуждаю целый вечер, но…

Морган достал из нагрудного кармана портсигар, вытащил оттуда самокрутку и через секунду закурил, слушая Риана с молчаливой невозмутимостью.

– Ты сказал: «Жизнь за жизнь». Но если Тай… если она должна умереть и ты сейчас держишь ее на этом свете с помощью своей магии и крови моего отца, то…

Риан запнулся, и Морган, прекрасно понимая, о чем он хочет спросить, подтолкнул его:

– Говори-говори.

Парень вздохнул.

– Получается, что умереть вместо Тайры должен будет наш с ней ребенок. Верно я понимаю?

– Не совсем. Хотя в целом верно. Но дело в том, что я не знаю точного ответа на этот вопрос. Считается, что проклятия не держатся на членах императорской семьи, но это не касается детей, поэтому… Проклятие либо сгорит, коснувшись энергии Альго, либо погубит этого ребенка. Но Тайра в любом случае останется жива.

На улице было уже очень темно, но Моргану и не нужно было смотреть на Риана – он и так понимал, какое выражение лица сейчас у принца.

– Она не захочет рисковать. Ты же понимаешь, да?

– А кто ей расскажет об этом риске? – парировал хозяин дома. – Я – нет. И ты не скажешь. Верно ведь?

Скрип зубов на этот раз Морган расслышал весьма отчетливо.

– Не скажу.

– Вот и прекрасно. – Шаман кивнул. – И не вздумай сейчас торопиться и настаивать. Я понимаю, что ты чувствуешь, но поверь – излишнее нетерпение только спугнет мою дочь. Она и так уже почти твоя.

– Моя? Ты шутишь?

– Нет. – Морган понимающе хмыкнул. – Остался один крохотный шаг, и Тайра его сделает, но ей нужно время. Жди. И не подгоняй.

Риан, помолчав несколько мгновений, рассеянно погладил Джека и осторожно спросил, будто опасаясь ответа:

– А что случилось с Заком Иниго? Ты не знаешь?

– Не знаю, да и знать не хочу. Одно знаю точно – завтра Джон Эйс либо придет к нам сам, либо в отделение вызовет. Мы же главные подозреваемые.

– Я его не убивал.

– Я в курсе, – усмехнулся Морган, непроизвольно встряхнув рукой, – так, словно на нее попал пепел с самокрутки.

Гектор прошелся по лесу еще раз до рассвета, пытаясь найти там хотя бы что-то, но толку в этом не было. Он и сам прекрасно понимал, что накануне изучил все что мог, однако вернулся, поскольку знал: всегда есть шанс ошибиться. И возможное убийство Зака Иниго это полностью доказывало.

Активировав амулет на невидимость, Гектор все же закурил, присев на поваленное дерево. Было тошно, причем от всего сразу – и от этого непонятного исчезновения никому не нужного человека, и от последнего сна, в котором он встречался с Тайрой, и от невозможности поговорить с ней нормально наяву, и от покушения Элен, в результате которого выходило, что теория Гектора насчет главы заговора, скорее всего, несостоятельна. А ведь он так надеялся, что лаборатория найдет в вине каплю крови Аарона! Это все изменило бы, доказав, что заговорщики в курсе тайны главного дознавателя. Но, демоны их раздери, там был только яд, и больше ничего.

Теперь еще и Иниго, будь он неладен. Ни одно из заклинаний не показывало точного местонахождения человека, даже если он жив: обычное поисковое ограничивалось направлением и примерным расстоянием, кровное указывало лишь на жизнь или смерть. Сейчас оба заклинания рассыпались, утверждая, что Зак мертв, и что-то подсказывало Гектору: он действительно мертв, а не скрывается, как Адриан или Морган Рид в прошлом.

Сигара вновь горчила, и Гектор затушил ее, поморщившись. Когда убийства совершают маги, они заметают следы более тщательно, и если Зака убил маг, то в абсолютной девственности местного леса нет ничего удивительного. Обычные люди на подобное не способны. Но магов в поселке трое, хотя Тайру можно и не считать, и пока Гектор не видел у них адекватных мотивов для совершения преступления. Конечно, остается еще шанс на то, что Иниго убил не местный маг, а кто-то неизвестный – например, человек, скрывающийся от правосудия. Но зачем? Зак что-то не то увидел? Хорошо, допустим, он чем-то помешал. Но зачем в таком случае было тщательно заметать следы и прятать труп так, чтобы его не нашли? Хватило бы бросить тело и перенестись в безопасное место.

Гектор раздраженно побарабанил пальцами по колену, пытаясь понять, по какой причине убийца мог спрятать тело. Не важно, кто убил – случайный прохожий или знакомый Зака, важно другое – зачем спрятал? Очевидный ответ: чтобы не нашли. Но почему необходимо, чтобы не нашли? Если ставить вопрос иначе: что случилось с телом Иниго, из-за чего убийце понадобилось бесследно от него избавиться?

А может, и не было никакого убийства? И Зак сейчас где-то скрывается, как Морган Рид когда-то? Хотя в таком случае скрыться ему помог сам Морган, ведь больше никто не умеет блокировать кровный поиск. Но зачем? Бессмысленно.

Вздохнув, Гектор встал с дерева. Пора было наведаться в комитет.

Первым, что он увидел, когда зашел в собственную приемную, были круглые глаза Кэт, и Дайд сразу понял, в чем дело и о чем она хочет спросить.

И на этот раз он не ошибся.

– Я по дороге купила «Золотой орел», – выпалила она, даже не поздоровавшись. – И там! Про отмены всех спектаклей с Элен Льер! Причина не указана, но мне сейчас Бен сказал, что она вроде бы арестована. Это правда?

– Правда, – кивнул Гектор, подходя ближе и рассматривая новое платье Кэт. Глубокий вишневый цвет, немного белого кружева, скромный, но волнующий вырез, – замечательно. Урсуле надо начинать брать деньги за консультации. – А когда ты успела поговорить с Беном?

Кэт чуть порозовела.

– Он заходил минут пятнадцать назад. Сказал, что хотел успеть перед вашим… твоим приходом.

– Да-а-а? – протянул Гектор, поднимая брови и наслаждаясь видом смущенной донельзя девушки. – И что же он хотел, Кэти? Для чего ему понадобилось успевать до моего прихода?

– Он просто пожелал мне доброго утра, – пробормотала она, на мгновение опуская взгляд, а потом, вновь подняв голову и окончательно побагровев, выпалила: – И это очень приятно! Вот вы, если бы не необходимость бывать в комитете, и не вспомнили бы про меня. А Бен вспомнил. – Она запнулась, вздохнула, втянула голову в плечи и прошептала: – Простите, я не хотела вас… тебя обидеть. Я знаю, что у тебя мало времени, я ведь говорила…

– Ох, Кэти. – Гектор сел перед нею на корточки, как и накануне, и коснулся кончиками пальцев ее подбородка. Ободряюще улыбнулся, когда Кэт посмотрела на него, и мягко сказал: – Я не идеален, детка. Особенно в качестве жениха. Я ни капли не обиделся, тем более ты все правильно сказала. И не обижусь, если ты передумаешь.

– Да я не к тому! – воскликнула Кэт, подаваясь вперед, и обняла Гектора. Очень крепко, искренне и немного по-детски. – Я просто… Ох, да ты и сам все понимаешь. Мне так хочется, чтобы ухаживали, дарили цветы и конфеты, как это делает Бен. Мне приятно.

– Я знаю. – Дознаватель кивнул, поглаживая Кэти по спине. – И мне приятно и радостно, когда ты чувствуешь себя счастливой и привлекательной. Не важно, с кем: со мной или с кем-то еще.

– Вот! – Она вздохнула. – А хочется, чтобы ты ревновал.

Дайд замер, пытаясь сдержать смех, – не желал обижать Кэт. А засмеяться очень хотелось.

– Ох, детка. – Он погладил ее по волосам, заплетенным в аккуратную косу. На конце красовался небольшой бант из ленточки вишневого цвета, и у Гектора вновь возникла ассоциация с маленькой девочкой. – Ревность – признак неуверенности в себе. А я в себе уверен. Вот и весь секрет.

«Ну да. Тогда какого демона ты ревнуешь Тайру?»

– Я знаю. Это глупо. Не обращай внимания, все хорошо. Я просто… скучаю, наверное.

– Скучаешь… – Гектор задумчиво потеребил бант в косичке. – Давай завтра вечером наведаемся к моим родителям и Урсуле?

– Да! – Кэт от радости даже чуть подпрыгнула. – А ты… тоже у них останешься?

– Конечно.

Она посмотрела на него сияющими глазами, и Гектор отчетливо осознал: нет. Никогда в жизни он не сможет разорвать эту помолвку.

Проснувшись, Тайра прислушалась и удивленно замерла, поняв, что проспала почти до девяти утра. Об этом ей сказали звуки за окном и температура воздуха, да и с кухни пахло не готовящимся завтраком, а съеденным.

«Все-таки со мной происходит что-то странное, надо бы поговорить с отцом», – подумала Тайра, медленно поднимаясь с кровати. Она помнила: подобные недомогания, когда она мерзла, теряла сознание от видений и постоянно плохо себя чувствовала, случались с ней всего несколько раз в жизни. И каждый раз они с отцом потом переезжали в другое место. «Тебе там будет лучше», – говорил Морган и оказывался прав. Тайре действительно становилось лучше после этих переездов. Особенно ярко это ощущалось три года назад, когда они переехали в Тиль. Несколько дней перед этим она почти не могла дышать – от озноба грудь сковывало и воздух с трудом проходил в легкие. Все мышцы сводило, ходить было безумно тяжело, и Тайра лежала в постели практически круглосуточно. Но сложнее всего было есть и пить – зубы стучали о края чашки и ложки, а еда вставала в горле комом. Сейчас ей все-таки не настолько плохо.

Тайра закусила губу, подумав, что отец, наверное, захочет вновь куда-нибудь переехать, как все прошлые разы. Непонятно только куда. Тиль был одним из нескольких поселков, находящихся к Геенне ближе всего, и переезжать в другой бессмысленно, это ничего не даст.

«Но, может, даст, если я выйду замуж за Риана?»

И об этом нужно бы поговорить с отцом. Хотя какой толк? Тайра и так прекрасно понимала, что ответ будет утвердительным, и не важно, чем руководствуется отец – он в любом случае знает лучше, а она сама плохо разбирается в подобных вещах. Если Морган уверен, что брак с Рианом поможет ей выздороветь, значит, так и есть.

Выздороветь Тайре хотелось. А вот замуж…

Когда она спустя несколько минут вышла из комнаты, оказалось, что отца дома уже нет – ушел в поселок к пациентам. Об этом сообщил Риан, которого Тайра обнаружила в мастерской.

– Мы там тебе кашу оставили, – сказал он, увлеченно шурша какими-то бумажками. – Разогреть?

– Спасибо, я сама. – Защитница, как же некстати то, что она не застала отца! Ждать до обеда не хотелось. – Мне бы тоже в поселок наведаться…

– В поселок? – Риан насторожился. – Зачем?

– В библиотеку. Я обещала Глен – это библиотекарь – вернуть одну книгу, которую она мне выписывала из города. Сегодня надо, я обещала.

Это было чистейшей воды ложью и сработать могло только с Рианом – отец прекрасно знал, что Глен при необходимости продлит срок чтения. А если город вдруг потребует срочно вернуть книгу – один раз подобное все же случалось, – она и сама дойдет до их дома. И пирожных принесет с собой, чтобы с Морганом на кухне посидеть, чаю попить и выслушать очередную лекцию про то, что ей нельзя сладкое.

– В библиотеку… – пробормотал Риан, раздумывая. – Ну ладно. Со мной пойдешь? Одну я тебя не отпущу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.