МагИческая сила!

Пролог

– Дед, а, дед – канючил Гришанька, ползая по щелястому полу ветхой избёнки, вокруг лёгкого воздушного пёрышка – Научи! Ну, научи!!!

Осип Аристархович, важно восседая на лавке за неотёсанным столом, хитро щуря глаза, и пряча добрую улыбку в недрах густой бороды, наблюдал за внуком. Неожиданно для себя, он нашёл, чем занять неугомонного мальчишку, который всюду совал свой любопытный нос. И, хорошо бы так, но непоседа умудрялся натворить таких дел, что разгребать их порой не хватало сил. То куриц из сарая выпустит, то молоко разольёт. Беда, не ребёнок!

– От, шельмец! – смилостивился дед, положил натруженные руки на стол, мотнул бородой указывая ей на место между рук – Клади сюда!

Мальчуган бодро вскочил на ноги, подобрал перо, и подбежав к столу, положил его туда, куда просил старик. Сам же подпрыгнув, улёгся грудью на столешницу, сложив руки под подбородком, свесив босые ноги в залатанных штанишках. Приготовился смотреть чудо. А как иначе это назвать? Дедушка Осип, взглядом двигал перо! Магия, не иначе! Дыхание замерло.

Тем временем Осип Аристархович, сделав до жути серьёзное лицо, произнёс:

– И помни, Григорий! Только терпение и старание помогут и научат! – он важно поднял вверх кривоватый, сухой палец – Помни!

Посмотрев на внука, оценивая эффект только что, не раз повторённых слов, хитро сощурив почти бесцветные, но когда-то голубые глаза наклонился к перу. Незаметно для внука, оттопырил нижнюю губу и медленно и бесшумно подул по направлению к нему, постепенно придвигая лицо.

Гришанька, не замечая такого подвоха, восторженно смотрел, как под взглядом деда, белое пёрышко, слегка шевельнув пухом, вдруг полетело на другой конец стола!

– Ух-ты!!! – радостно воскликнул он, и быстро перебирая локтями по столу, поймал ладонью беглянку – Деда!! Научи! Я тоже так хочу!!!

– Вот и учись! – дед постучал ладонью по затылку своей головы – Все умения тут! Самому надобно это постигать! Так что, сам.

Задумавшись на минутку, старик поднялся с лавки. Беда, бедовая! Нет у Гришки магии. Даже самой маленькой силы. Как жить ему в этом мире? Конечно, Осип смог бы и при помощи магии заставить двигаться что угодно, но по состоянию здоровья он предпочитал обходиться без нее. Вернее берёг силы, не тратя их на пустяки. По наследственной линии, должен быть хоть какой-то зачаток у мальчишки, но, увы. Он оглянулся на внука, старательно сверлящего взглядом перо, отворил обитую плотной тканью дверь, и тяжело вздыхая вышел во двор.

Глава 1. Театр одного зрителя

– Промчалось тридцать лет, теперь я импотент – зажёг ритмами ,,Сектор газа,, – Покрыло сединой виски!

Исполнявшийся по радио, когда то популярный хит, заставил меня подскочить и добавить громкость на радиоприёмнике, унося в прошлое. Туда, где я был молодым и красивым, счастливым и беззаботным! Тридцать лет тому назад! Сколько годочков, я не слышал этого задорного мотива!!! Когда это было? Хм. Начало девяностых, как раз в армии служил. Вот, мы с парнями, угорали над ней! Эх! Теперь и у меня покрыло виски сединами. Насчёт импотенции, тут я конечно поспорю. Старый конь, как говорится, борозды не портит… Но, где она, эта борозда…

Последние годы, живу в одиночестве, ушёл в работу с головой, как-то померкло всё после развода. А в целом, пролетела жизнь весело, и как-то беспутно. Песня закончилась, я убавил звук. Растеребила душу, зараза! Взял распечатанную пачку сигарет, направился на балкон, хотелось задымить воспоминания. И так паршиво на душе, ещё эта молодость навеяла тоску, и чувство глупо прожитых лет!

– Чёрт! – выругался вслух, обнаружив, что пачка пуста, сквозь стекло посмотрел на настенные часы в маленькой комнате – Успею!

Открыв балконную дверь, зашёл обратно. Быстро подхватил и натянул спортивный костюм, обулся, сунул смартфон в карман и поторопился в магазин. Нужно успеть, пока не закрыли. А то придётся страдать без сигарет всю ночь. Бессонница, стала моей подругой жизни.

Выскочил на улицу. Стемнело, но фонари не давали темноте захватить город. Одиноко горел светофор зелёным светом, блекло освещая часть дороги и пешеходного перехода. Людей практически нет, машины в основном припаркованы по принципу, кто куда успел. Я посмотрел через дорогу на светившиеся витрины супермаркета. Подумал, что если топать через переход, потеряю время. Огляделся по сторонам, подойдя к проезжей части, где то вдалеке, одиноко светила фара ночного мотоциклиста, слышалось его тарахтенье. Проскочу, решил я и шагнул на дорогу. Сделал пару шагов, и собрался было перебегать, как внезапно яркая вспышка осветила меня , в ушах резануло рёвом выхлопной трубы.

-Твою ж ма… – успел выкрикнуть я, прежде чем почувствовал сильнейшую боль от удара, ночного гонщика.

Следующее слово, так и окончилось на букве ,,А,, Уже непроизвольно, вырывалась она из моего нутра, меня подкинуло вверх и в сторону. Жёстко грохнувшись головой вниз, последнее, что я почувствовал, вдобавок к боли от удара мотоцикла, хруст и боль ломающегося шейного позвонка. Свет резко погас, и какая-то лёгкость и беспечность, проникнувшая в мою душу, унесла меня в …

Я распахнул глаза от нехватки кислорода, почувствовал полный рот какой-то вонючей жижи, судорожно зачем то её сглотнул, горький вкус, скукожил мои внутренности. Яркий свет ударил по глазам своими лучами, брызнули слёзы, одновременно с горькой субстанцией из носа. Зашёлся в кашле, пытаясь сплюнуть горечь и протереть глаза.

– Что за хрень!!! – сквозь кашель и сплёвывания взвыл я.

– Ещё глоток, Гриша, ещё – чей-то девичий голос, ласково просил сделать глоток какого-то Григория, я почувствовал, зажмурив глаза, что к моим губам прижалось что-то железное с отвратительным запахом.

Я, машинально отвернул голову от какой-то дряни. Резкая боль в затылке, чуть не выключила все чувства, которые я только что испытал после пробуждения, вместе со светом, который вновь увидел, раскрыв глаза. Голова закружилась, ощутил внутри себя, на том месте, где как считается находиться душа, какое-то аморфное тело. Это тело, весьма ощутимо распространялось по мне, там, где-то в подсознании. Такое ощущение, что оно искало удобное место, для просмотра телевизора. Вскоре оно успокоилось, а я протёр слезящиеся глаза кулаками, навел резкость, так сказать и уперся взглядом в чьё-то лицо. Слегка пухлые губы, большие голубые глаза, вздёрнутый носик, румяные щёчки. Это что за кукла с самовара? Симпатичная девушка с толстой, пшеничного цвета косой, в старинном русском сарафане держала в руке большой железный ковш.

– Григорий! – воскликнула она с такой радостью, как будто, нашла сто баксов на дороге – Слава Небесам!!!

Девушка резко вскочила на ноги, ковш дрогнул, и на меня хлюпнула часть вонючей жижи.

– Господин, доктор! Господин, доктор – закричала она, отвернувшись от меня – Всё получилось! Он очнулся!!!

Её звонкий голос, прочистил мне уши. Шум, гулявший там до этого, в ужасе куда-то забился. Я невольно поморщился, и в недоумевающем недоумении, осмотрелся по сторонам.

– Что за фигня!? – прошептали мои губы, озвучивая первую пришедшую мысль.

Небольшая рубленая изба, стены без намёка на штукатурку, в углу русская печь. Под небольшим окном без стекла, в которое нещадно били лучи солнца, стоял большой стол из досок. Материал, использованный для его изготовления, казалось, не ведал о рубанке и наждачной бумаге. Как будто кто-то изготовил их обычным топором, одно бревно – одна доска! Надёжно, просто, вечно! На широкой лавке, за столом, двое, в весьма далеко, не современных одеждах. Спиной ко мне, сидел и что-то писал какой-то тип, вероятно в военной форме с портупеей и одним погоном на плече. На лысине, его склонённой головы, солнечные зайчики играли в лапту. Рядом в горделивой позе, с тараканьими усами, лицом ко мне, сидел какой-то франт. Коричневый в синюю полоску костюм, чёрные ботинки с позолоченными пряжками и белым острым носом, нога на ногу, в руке трость. Завершает этюд – на переносице пенсне, на голове шляпа, типа котелок! Котелок блин! Рядом стоял серый саквояж.

– А кто бы сомневался! – с превосходством произнёс он, отвечая на возглас девушки, что по-прежнему, стояла и цвела с вонючим ковшом.

Не обращая внимания на их разговор, я увидел в углу стола сидевшего на чурбаке, старого высохшего деда. Седые редкие волосы взлохмачены, большая седая борода, тонкие синюшные дрожащие губы, бесцветные глаза с усталостью и слезами смотрели на меня. Поношенная косоворотка, подпоясанная верёвкой, в широкую полосу штаны. Обут, в сапоги с железными оковками на носах. Дед попытался мне улыбнуться, но поморщился, и вяло положил свою ладонь на грудь в области сердца. Он, чему-то кивнул лысому, видимо отвечая на какой-то вопрос. Продолжая осмотр, оценил стену с фотографиями в деревянных рамках, ружьё на гвозде, вместо ремня на нём использовалась верёвка. Широкие доски, прибитые к стене, играли роль полок. Несколько тарелок, пару кастрюль и сковорода, ещё, старая керосиновая лампа без стеклянного колпака. У входной двери, медный умывальник, над деревянным помойным ведром. Ни штор, ни ковров. Спартанизм! Мой мозг, медленно начал перерабатывать полученную видеоинформацию. Что происходит? Где, я? Я, отчётливо помнил куда шёл, и зачем. И что случилось, потом. Но как оказался здесь?

– Что ж, Осип Аристархович – произнёс человек в форме – Мне всё понятно. Заверьте показания.

Он пододвинул старику исписанный плотный лист, уставился на него в ожидании. Дед медленно, через силу, взял в руки жёлтый листок, нахмурил седые брови вчитываясь в строки. Вдруг, разжал пальцы, тело обмякло, навалилось на стол. Седая голова, гулко стукнулась лбом об столешницу, медленно повернулась и замерла. Совершенно поблекшими глазами, уставилась, куда-то сквозь стену. Человек в военной форме, не повёл даже бровью. Немного выждав, он поднёс ладонь к затылку старика.

– Ясно – глухо произнёс лысый.

При этих словах, на него обратили внимание остальные действующие лица, этого пока не понятного мне представления.

– Дед… – напряжённо испуганным голосом, окликнула старика девушка с ковшом.

Она поспешила к нему, на ходу оглядываясь в мою сторону с тревожным взглядом, как бы ожидая поддержки. Торопливо стукнув дном ковша об лавку, наконец-то оставила его в покое. Медленно протянула руки к плечам замершего седого человека. Не прикасаясь к ним, всмотрелась в морщинистое, посиневшее лицо, резко прижала руки к губам распахнув и без того большие глаза.

– Дед… Ты чего? … – простонала она сквозь пальцы – Как же так…

Девушка сгорбилась, и медленно села на край лавки, выступившие слёзы потекли по лицу. Франт в котелке, неторопливо поднялся и подошел к старику, закрыв мне обзор. Склонился к нему, делая какие-то пасы руками.

– Пришло его время! – наконец, произнёс он выпрямляясь, направил свой взгляд к сидящему рядом лысому человеку в форме – Отметьте в протоколе.

Я, невольно восхитился игрой этих актёров. Всё так натурально! Синий дед, надменный франт, спокойный гражданин, начавший опять что-то писать, девчонка с косой и в слезах. Все действия и реплики уверенны, эмоции как настоящие! Но, что это за театр, для одного зрителя? Не могу понять и осознать, реальность это или какой-то бредовый глюк попавшего под мотоцикл. Я закрыл глаза, потёр виски. Мысленно прокрутил свой поход в магазин, пытаясь вспомнить хоть что-то, объясняющее, увиденное только что. Но, как отрезало! После того, как мотоциклист отправил меня в полёт, ничего не вспоминалось. И странно, ничего не болело кроме головы, и тут же машинально, обследовал её ладонью. Ничего умного в голову не шло, остаётся одно, посмотреть выступление актёров, а уже потом разбираться где я и как сюда попал.

Глава 2. Я, вам не тут! Тут, вам, не я!

– Браво! Господа! Браво! – захлопал я в ладони, изображая аплодисменты. – Спасибо всем! Очень, отличная игра!

Мой голос, прозвучал необычным для меня тембром. Странным и… не моим.

А! – произнёс я букву, и вслушался в звук, не обращая внимания на людей у стола – Конь! Жжж! Мама… мыла… раму!

Звуки, извлекающие из себя, как я не старался, признать не мог. Не мой голос! Не мой! Что-то ёкнуло в груди. Почувствовал озноб, пробежавший по спине, словно какая-то мысль, страшная мысль, пыталась прорваться в мой мозг. Но я её, пока не принимал, как директор в кабинете, зная, что в приёмной ждёт посетитель. Может, мне уши заложило? Я, быстренько поднёс ладони к ушам, стал прижимать и резко отпускать, словно откачивая вакуумом воду, после купания.

– Ракета! – попробовал я услышать свой голос – А!.. А!.. Журавль!

Напрягся. Но, напрягся не от того, что ничего не поменялось. А, от того, что уши мне показались, больше чем я привык. И тут, я не выдержал и словно перепуганный пёс, попытался вскочить с кровати, с пробуксовкой, путаясь в постеленных тряпках, собирая их в кучу. Тело не скрипело, бодро как смазанный механизм, подчинялось кульбитам! Торопливость и спешка, дали свой результат. Окончательно запутавшись в тряпье, увидев свои совершенно не родные, без наколок, руки, я на миг опешил и свалился головой вниз, на пол, больно ударившись. Моя прыть поубавилась, тело благополучно сползло к голове. Лежу, и понимаю, что НИЧЕГОШЕНЬКИ, не понимаю!!! Внезапно почувствовал, как меня оторвало от пола неведомой силой, словно… Блин! Даже сравнит не с чем! Моё тело, приподнялось и опустилось обратно на кровать! Быстро и аккуратно, не давая мне даже мгновения, чтоб что-то предпринять, испугаться, удивиться. Ровно на то место, с которого я пытался сделать марш бросок, в поисках зеркала. Да! Я хотел к зеркалу! Только где, тут оно? Не в помойное же ведро, рассматривать отражение, того кто, типа я? Или, всё таки я?

– Гриша! – вскрикнул девичий голос, послышалось шлёпанье босых ног

Я таращился в потолок, беспомощно держась за место ушиба, ошеломлённый догадкой. Неужели, вся эта ерунда, которую я слушал в аудиокнигах про попаданцев, случилась со мной? Или, это видения в коме, которое тоже присутствует, в тех же книгах? Ну, там типа, терзают смутные сомнения главного героя, помер или нет. Вот, и почувствовал, сам такое! Что за фокусы? Над моим лицом, нависла перепуганная мордашка девчонки. Её пшеничная толстая коса, упала мне на грудь, словно прижимая, чтоб я опять не вскочил. Напахнуло цветочками.

– Доктор, что с ним, помогите! – произнесли сочные губы – Гриша!!!

Гриша не отзывался, а, я уставился в её глаза, пытаясь увидеть что-нибудь знакомое, в образе этого заплаканного и испуганного лица. Может, кто в гриме? Из тех, которых, я знаю…

– Позвольте напомнить – скорее всего, заговорил тот самый доктор – Мои услуги, платные! Старик, заплатил за то, чтоб я привел его в чувство, и не более. Далее, я не могу ничем помочь, не обессудьте, нет оплаты, нет лечения! У тебя, есть деньги?

Девчонка повернула голову на голос, выслушав, сжалась, прошептала:

– Нееетути…

– Василий Дьяконович – вступил ещё один голос, хриплый, чеканный – Прошу, поставить автограф о смерти.

Скорее всего, лысый тип, завершил заполнение своих бумаг. Послышалось скрипение лавки, шелест бумаги.

– Напоминаю! – отчеканил тот же голос – Труп, схоронить самостоятельно. Срок, день. За нарушение, штраф. По делу о башне, следующее. Подозреваемый, признал вину. Оно, закрыто. Ущерб, возместить. Ждите письмо! Честь имею!

Стукнули пятками сапоги, послышались парные шаги, скрип открываемой двери. Актёры, если это были они, покинули сцену. Девушка резко повернулась, и так же резко уткнулась в свою косу, на моей груди, заревела. Натужно, с безнадёжностью, с отчаяньем. Она всхлипывала и завывала, а я, моментально позабыв о своих мыслях-размышлениях, на автомате, начал гладить её по голове.

– Эй, красивая – забубнил непривычным голосом, успокаивающе – Ты чего… Успокойся, ну всё, всё…

Не веря себе, вернее своим чувствам, я ощутил жалость к этой молодой особе. Отличная актриса! Или нет? Господи, помоги разобраться!!!

– Гришааа – подняла лицо девчонка, кривя губы и надувая сопливые пузыри – Ты ль, этааа?

Я не знал что ответить. Гриша, не я. Я, Саня! Но, как сказать ей это? Что-то сомневался я в собственной идентичности.

– Дееед помиир – продолжала ныть девушка, размазывая по лицу ладонью, свои жидкости из глаз и носа – Ууууу!

Что-то вдруг отрезвляющее, шибануло мне в голову. Я, словно победил чувство сюрреализма, и вернулся обратно в себя, свою квартиру. Весь этот спектакль, причем, контактный, где зрителя вовлекают в игру, внезапно мне надоел! Да, в мои пятьдесят три, перепады настроения случаются! А, вот такие нудные актёры, быстро действуют на нервы, способствуя этим перепадам! Я, что вам? Мальчик в коротких штанишках, чтоб так шутить?

– Эй – вскрикнул я, и вздрогнул от своего голоса – А, ну… Хватит ныть! Или что там ты… Короче, хватит уже мне тут!

Вскрикнуть то вскрикнул, накричал, можно сказать. Но вот только что накричал, я и сам не понял, так как получился какой-то набор слов, соответствующий мыслям в голове! Это вам, не говорить важным голосом со сцены, ,, Чай подан!,,. Это, импровизация! Без текста, и ясного понимания в голове, про что сценарий! Девчонка внезапно заткнулась, набрав полные лёгкие воздуха, видимо для очередного вопля, широко распахнула глаза, застыла, открыв рот. Я грозно потряс перед её носиком, пальцем

– Ты, это! – воскликнул, новым голосом, октавой ниже – Брось!

Глядя на неё, поспешил, всё-таки слезть с этой чёртовой кровати. Тело, легко поддалось, чему я признаться удивился, вспомнив подъемы со своего дивана. Ощутив под ногами пол, шагнул несколько шагов в неизвестном направлении, так как, не спускал глаз с девушки, упёрся плечом в полку с посудой. Та не заставила себя долго ждать, с весёлым грохотом посыпалась в низ, в надежде раскатиться во все стороны. Шум, заставил всех вздрогнуть, кроме покойника за столом. Девчонка закрыла рот, поднялась, бросилась ко мне на помощь, протянув худенькие руки, в желании не дать мне свалиться в след, за кастрюлями.

– Гриша! – выдохнула она, испуганно – Держись!

Я, ещё не признавший себя Григорием, машинально осмотрелся в поисках такового, но за протянутые руки, всё-таки схватился.

– Блин! – вырвалось у меня

– Где? – моментально переспросила она, пыжась, удерживая моё равновесие – Где, блин?

Наконец, твёрдо встав на ноги, выдохнул и отпустил помощницу.

– Спасибо – отблагодарил я её – Всё в порядке!

Девушка опустила руки, с огромным непониманием в глазах, уставилась на меня. Она, не знала что делать, и что сказать. Словно боялась, что я, просто сошёл с ума, и могу выкинуть какой ни, будь, страшный фортель! Возможно кровавый!

– Ну – не понимая с чего начать разговор, я развел руками – Всё нормально?

Она быстро и тщательно закивала головой, словно подавая мне сигнал, что она не является для меня угрозой. Вот, видишь какая я, послушная! И не кусаюсь!

Поднял вверх указательный палец, не поднимая руки.

– Вот! Вот и хорошо!

Успокаиваясь, вздохнул, выдохнул, протопал к лавке у стола, сел. Осмотрел деда, по-прежнему взирающего сквозь стену, стеклянным взглядом. Напряг медицинские познания в голове, все познания свелись к одному. У старика нет кашля, значит, не простыл. Я, тот ещё медик! Вспомнил, как в фильмах проверяли усопших, поднося ко рту зеркало. Если запотело, значит, дышит, стало быть, живой. Решил последовать такому примеру, а что, зря я что ли, мозги напрягаю? Да и самому убедиться, что это не актёр, не мешало бы! Тем более, как оказалось, зеркало незаменимая вещь в данной ситуации, хорошо бы просканировать в него и свою личность!

– Зеркало в доме имеется? – поинтересовался у подошедшей ко мне с дедом, девушки

– Откель, Гришаня? – изумилась она такому вопросу – Отродясь не бывало такой роскоши!

– Неужели? – я нахмурил брови, соображая, что это развод, чтоб я не узнал правды об актёре.

Догадалась! Вот и морочит голову! Не один я, оказывается, знаю такой фокус с зеркальцем у рта!

– Ты мне лапшу не вешай! – повысил я голос – Губы, как красишь? На ощупь?

– Как, крашу? – недоуменно прошептала она, попятившись назад – Куда вешать? Какую лапшу? Зачем щупать?

Я посмотрел на реально напуганное лицо. Что-то мне подсказывало, это не игра, но верить не хотелось. Где, я? Как? Зачем мне это сдалось? Жил же хорошо, нормально. Квартира, какая никакая, с унитазом и ванной, машина, сигареты… От последнего воспоминания, вдруг захотелось закурить.

– Курить то, имеется? – с безнадёгой в голосе спросил девушку

– Не курящие, мы тута, али забыл? – прищурила она глаз, и в страхе кинулась из избы.

-Эх – вздохнул я – Побеседовал…

Глава 3. Первая проба на главную роль.

Девушка в сарафане, шмыгнула за дверь, не удосужившись её закрыть за собой. Я, ещё раз осмотрел свои новые руки, молодые, сильные. Пару раз согнул ладони в кулаки, ощущая в них силу. Это не ладошки пианиста, это руки, трудяги – работяги! Чем таким, меня напоила эта.. девчонка, что такие видения реальные? Ещё раз, окинул взором убогое жилище, в поисках чего-нибудь, отражающего. Тщетно. Разлёгшийся на краю стола старик, не требовал внимания своим молчанием и застывшим лицом. Я, сомневался, что он мёртв. Не укладывается в моей голове всё то, что я вижу! Не принимает мой разум, теорию попадания в другие миры! Я, взрослый человек, чтобы верить в сказки. Всему есть объяснение! Но если, это не так? То, дед, ещё немного полежав, начнёт создавать аромат, который мне совершенно не хотелось ощущать. В тепле, мясо долго не хранится, если он, в самом деле, помер, то почему бы его не прикопать, или он притворяется? Глядишь, актёр перепугается и вскочит! Кому охота, быть заживо закопанным? Но, вот вопрос! Как получилось меня вернуть на кровать, не прикасаясь к телу? Эффект от вонючей жижи, что я хлебал? Возможно, возможно… Была, не была! Играть со мной, изволите? Хорошо, я сыграю! Пожалеете! Я вам, весь сценарий, разрушу!!! Ну, а, если я в коме, и это плод воспаленного мозга, то почему бы не повеселиться на старость лет, перед пробуждением или смертью? Что случится страшного, когда уже произошло!

– Вроде всё логично – согласился сам с собой вслух, осознавая, что мысли совершенно запутались – Ну, что ж!

Я направился в след убежавшей девушки, на улицу. Шагнул через порог навстречу неизвестности, под яркое и весёлое солнышко на очень, очень, голубом небе. Благодать! Дул едва заметный ветерок, дополняя блаженство от небесного светила, лаской тёплого воздуха. А, запах! Это не город с его постоянно ,, чёрным небом ,, , это, природа! Жилище находилось на опушке хвойного леса, небольшая бревенчатая избушка, под деревянной крышей. Рядом парочка малюсеньких сараев, одна под дрова и всякий инвентарь, из другой что-то кококоло и хрюкало. Вероятно куры и поросёнок, томились в этих застенках. Ещё одна избенка, чем-то похожая на баню. В паре тройки шагов, аккуратный колодец с вертляком, из барабана, цепи и кривой рукояти. Вся территория, огорожена своеобразным забором из поперечно лежащих на столбиках жердях. Даже калитка имелась, нелепо смотревшаяся на его фоне. У самого леса, стояла телега с деревянным кузовом. Несмотря на бедность, окружающую эту странную колесницу, у неё были мощные колёса с резиновыми покрышками. Это меня заинтересовало, усилив догадку о том, что это, всего лишь постановка каких – то шутников – театралов. Возможно где-то на деревьях и в доме, развешаны камеры видеонаблюдения для трансляции моей персоны на весь интернет. Если девушка в сарафане, и кругом всё такое старинное, то почему на телеге нет деревянных колёс? Но, с другой стороны, кому это надо? Не такая я и знаменитость, простой человек. Чей это, дурацкий эксперимент, или что это вообще?

– Красавцы! – ехидно изрёк своё восхищение вслух, обращённое не понятно к кому – Ну, ну… Так… Где, эта актриса?

Искать долго, убежавшую, не пришлось. Дверь, в возможной баньке, распахнулась, и она вышла сама, осторожно ступая и поглядывая в мою сторону с опаской и интересом одновременно. В руках, кочерга, не понятно зачем, но это её дело.

– Эй – окрикнул её – Подойди сюда, поговорим.

– Боязно мне, Григорий – помотала девушка головой – Странный ты, опосля лекарства! А, ну, как накинешься! Кулачища то вона, какие!

– Не накинусь, не бойся. Этого мне ещё не хватало, девок бить!

Робко ступая босыми ногами по земле, девчонка приблизилась на расстояние вытянутой руки, держа кочергу наперевес.

– Чево говорить, то? – вскинула она брови – Деда надо хоронить. Жарко ныне на дворе, и господин полицмейкер грозил штрафом, ежели за сутки не управимся. Ну? Очухался, иль ещё, куролесить будешь?

– Очухался, очухался – решил я согласиться, чтоб завязать разговор – Ты, мне скажи, красна девица, что тут за кино снимается? Что за прикол такой?