Черный сектор. Вор

Глава 3

Связь

Голова совсем не болела. Только глаза не открывались. Стоило попробовать разлепить веки, как свет резал так сильно, что Васька тут же жмурилась обратно.

Ей казалось, она приходила в себя целую вечность. Сотню лет выплывала из этого мерзкого беспамятства. Не ощущала ни звуков, ни запахов. Наконец, всё же очнулась. Открыла глаза и сразу уткнулась взглядом в потолок. Ровный, белый, совершенно не похожий на высокий, теряющийся в вечном полумраке, серый потолок катера.

Она что, в помещении? На базе?

Васька резко повернула голову. Она уже поняла, что лежала на настоящем матрасе – слишком уж ровной и упругой была поверхность. Земля и пол катера, даже заваленные травой, и близко такой не могут похвастаться. А ещё ни откуда не дуло. А на природе, оказывается, дует изо всех щелей, и никуда от этого сквозняка не спрятаться.

Так вот, напротив неё сидел Данила. Да не просто сидел. Он сидел к ней спиной, навалившись локтями на стол и обхватив голову руками, в позе такой глубокой задумчивости, будто искал решение, способное повлиять на судьбу всего мироздания в целом.

Одет он был в тёмно-серые спортивные брюки и светло-серую футболку. Свои любимые цвета. Значит, переоделся после того, как они встретились у ручья?

Подождите, Данила?!

Васька зажмурилась. Ей мерещится? Там, у ручья, она смотрела на него и даже не думала – настоящий он или нет. Просто хотела как можно дольше его видеть. Но сейчас…

– Испугалась?

Галлюцинация говорит? Или… или это действительно он?

Данила продолжал сидеть спиной и не шевелился. Безумие какое-то. Но всё так натурально!

Васька покосилась по сторонам. Действительно, это каюта – кажется, медицинский кабинет. Над ней поднятый купол капсулы, вокруг какие-то непонятные аппараты, белые и блестящие – даже смотреть больно, а слева висит экран, на котором отображаются графики и всякие жизненные показатели. Посередине экрана крупным планом снимок, что-то в серых тонах. Непонятная рябь, которая почему-то привлекает внимание. Васька как приклеилась к нему взглядом, так и не смогла оторваться. Эти пятна и линии, свёрнутые клубком, ей напоминали… напоминали…

Это, похоже, ультразвуковой снимок.

– Девочка, – не поднимая головы, сказал Данила. – Будет девочка.

Вот оно, значит, что.

Васька вроде и рассердилась, что он вот так запросто взял и раскрыл самый важный секрет в её теперешней жизни. А вроде и обрадовалась, что, наконец, узнала.

Уже ставшим привычным жестом положила руку на живот. Тот был оголён. Точно. Футболка поднята, штаны приспущены, чтобы легче было делать обследование. Ваську тут же захлестнули недобрые предчувствия. Она быстро привстала, поправила одежду, будто натянула броню.

– И она полностью здорова, судя по справочнику. Я все размеры проверил.

– Зачем? Какое тебе дело до моего ребёнка?

– Это я виноват.

– Виноват в чём?

– Что ты беременна. Ты же ставила контрацепт-блок, да? Ты говорила, что каждый раз его обновляешь. Да я и сам видел.

Васька вспомнила про этот блок. Да, ставила, с самого начала их отношений. Поставить блок – дело нескольких секунд, он есть во всех стандартных домашних аптечках. Прижала таблетку к коже под пупком – и сорок восемь часов можешь ни о чём не беспокоиться. Васька понятия не имела, что произошло, как блок мог не сработать. Ну не настолько же она тупая, чтобы забыть или неправильно поставить блок? Ну как там вообще можно его неправильно поставить?

– Я принимал… особые вещества, которые понизили уровень контрацептива в твоём организме, – тем временем заговорил Данила. – Эти вещества передаются через жидкости – например, через слюну. И активируют некоторые гормоны. Они нужны были, чтобы стать невидимым от второго уровня слежки в вашем доме, они вводятся в кровь, пульсируют по кровеносной системе под кожей и отражают импульсы – в общем, тонкости долго объяснять. Но у них, оказывается, есть побочка – вот такая странная побочка. Я только сейчас узнал, прочитал про них научную статью в медицинской библиотеке – благо, здесь такое оборудование, что корабль полную базу тянет. Но пока я был в вашем доме, я не знал.

И не постеснялся же упомянуть, что обокрал её семью! Даже непонятно, этот факт вызывает недоумение или восхищение?

Почему он на неё не смотрит? Смотрите-ка, страдает, что ли? Голос совсем убитый. Васька с любопытством стала изучать его спину и горестно склонённую голову, пытаясь понять, что на него так повлияло. Не знал, что станет папой? Очевидно, нет. Откуда бы он узнал? Васька тщательно скрывала все следы. Благо, хотя её и постоянно отвратительно тошнило, но на людях ни разу не вырвало, что неминуемо вызвало бы обследование домашнего врача и последующее практически неизбежное обнародование результатов. В общем, даже от отца удалось скрыть. Тем более, от Данилы. Они не общались, не виделись. И там, у ручья, она чуть ли не впервые за последние месяцы разделась так, что был виден живот. В общем, теперь узнал. И что? Не хочет ребёнка? Так никто ему и не предлагает. Совесть замучила, что невольно создал новую жизнь? Ну, что поделать – не ты первый, не ты последний, просто смирись.

В остальном внешне он ничуть не изменился, всё такой же душка. Плечо, обтянутое футболкой, всё такое же сильное. Затылок, на котором едва заметно курчавятся волосы, всё такой же милый. Надо же.

Наконец, он поднял голову и развернулся. И молча уставился на неё.

И взгляд всё так же гипнотизирует, как удав кролика. Серая радужка не изменилась – значит, это его естественный цвет глаз, а то, может, раньше он в линзах ходил. Значит, и у дочери могут быть такие глаза.

Васька сглотнула. В голове была такая каша, что она даже не знала, что и сказать, только пялилась на него, как на икону. В такой ситуации, на заброшенной далёкой планете. Кстати!

– Ты! – Васька показала на него пальцем. – Что ты тут делаешь?

– Тут? Где тут?

– Ну, вот тут. – Васька слегка растерялась и обвела рукой помещение.

– Что делаю? – он почему-то рассердился. – Я тут, потому что это мой корабль.

– Корабль? – Васька осмотрелась, учитывая новую информацию. Это медкабинет, никаких сомнений. Но размер и стены… Выходит, что это не база? А с чего Васька вообще первым делом подумала про базу? Он же, выходит, её украл. Ну, а дальше что? Куда он её дел?

– Где я? – севшим голосом спросила Васька.

– Понятно, где. На моём корабле, – довольно жёстко ответил Данила. Васька впилась в него взглядом. После пробуждения она, хотя и без особого успеха, старалась как-то отгородиться от происходящего, но оно всё же её настигло. Никаких сомнений. Он на самом деле здесь.

– А корабль где?

– Корабль приземлён на поверхности этой дурной планеты, будь она неладна!

Васька поверила по большей части, потому что вот так, лицом к лицу, сразу увидела, что Данила всё же изменился. Значит, ей не мерещится. Любому, кто его хорошо знал, это бросилось бы в глаза. От прежней лёгкости и открытости – ни следа. Раньше каждое его движение, даже поза, в которой он находился, показывала, что это дружелюбный и миролюбивый человек, готовый всякому прийти на помощь. Теперь он, в том числе невербально, давал понять, что не желает иметь с остальным человечеством ничего общего.

Может, раньше на нём была просто маска? Ну, ему нужно же было как-то подмазываться к жителям Васькиного дома? Как-то напроситься на работу, как-то уговорить её выключить видеонаблюдение? Васька только теперь поняла, зачем. Не затем, чтобы не осталось следов преступления – он понимал, что знатно наследил. Всего лишь затем, чтобы его не вычислили раньше времени! Не поймали раньше, чем он вскроет сеть и достанет отцовский код безопасности.

– Я не понимаю, – Васька мотнула головой, потёрла друг об друга озябшие ладони. – Как ты и твой корабль оказались здесь? Мы же… мы потерпели крушение! Прыгнули по глупости, сами не знаем куда. И мы тут без связи, без помощи! Никто на Земле не знает, где мы. А ты… Как ты тут оказался?

– Тихо, не волнуйся, – резко перебил он.

– Это твой ответ? – возмутилась Васька.

– Нет, я расскажу. Мне нечего скрывать. Просто прошу не волноваться.

И что на это скажешь? Васька почувствовала, что откровенно на него таращится. Она ничего не понимала. В голову не приходило ни одного внятного объяснения. Какая-то безумная ситуация, ни грамма не понятно, что происходит, а он просит… не волноваться?

Данила тем временем насупился, будто подумал о чём-то неприятном.

– Всё просто. Я летел за вашим кораблём.

– За каким?

– Не перебивай.

– Ладно.

Она демонстративно сжала губы и кивнула – мол, давай, продолжай, умник.

– Я летел за вашим кораблём. За туристическим. Видел всё, что произошло. С моей точки зрения это выглядело так: корабль почему-то потерял скорость и совсем остановился, а потом сбросил спасательный катер. Я решил, что случилась беда, корабль терпит бедствие, тем более что полностью отсутствовала связь! Я даже вышел из режима тишины, чтобы проверить. Ничего. Корабль не передавал ни звука, никак не подтверждал приём запросов извне. Он будто вообще ничего не слышал! А из катера шли какие-то непонятные сообщения об эвакуации команды корабля. Но они сразу сказали, что на борту только команда, все студенты АМК-и остались на корабле, так что с ними разговаривать я не стал. Больше волновало, что, судя по их сообщениям, на корабле оставаться было опасно. Первый катер ожидал эвакуации остальных. В общем, пока я пытался решить, что делать… корабль вдруг начал запускать прыжок. Думать было некогда, на прыжок уходит всего несколько секунд. Я в последние секунды поймал сигнатуру точки выхода и прыгнул следом.

Васькин рот приоткрылся.

– Но оказалось, – Данила зло сжал челюсти, – что вы прыгнули очень, очень далеко. Так как мой Таймыр не предназначен для дальних прыжков, мне пришлось тащиться следом за вами целый чёртов месяц! – он вдруг вскочил и стукнул по столу кулаками. – Целый месяц, твою мать, я думал, что ты мёртвая!

Он замолк. Стало тихо до жути. От удара, казалось, всё задрожало и никак не успокаивалось. Стены дребезжали, воздух колыхался. Будто весь корабль невольно вздрагивал, потому что Данила сердился.

Через несколько секунд он спокойно уселся на стул, как ни в чём не бывало.

– С тех пор я здесь, – невозмутимо продолжал Данила. – Извини за моё поведение. Это я, пока один был, привык психовать – всё равно никто не видит. Хоть какой-то бонус.

– Но почему ты думал, что я мёртвая?

– Да потому что прыжок был, мягко говоря, кривой. Это я почти сразу понял, но было уже поздно – назад не выпрыгнешь. Мой Таймыр маленький, он справился, но большой туристический корабль при таком прыжке так или иначе повредится. Повезёт, если не развалится сразу. Что там за придурки у вас, которые прыгали, не зная таких простых вещей?

Васька пожала плечами.

– Какая теперь разница? Меня они не спрашивали, прыгать или нет. Насчёт остального… в общем, верно. Так и произошло. Корабль притянуло к планете, потому что мы выпрыгнули слишком близко. Но мы успели спастись.

– И ты даже не представляешь, насколько сильно это меня радует.

Он вдруг быстро улыбнулся, такой мгновенной кривоватой улыбкой, которая моментально всколыхнула в сердце Васьки всё, что там копилось. А фраза «хоть какой-то бонус» была из лексикона игроков – они все ею пользовались в те вечера карточных игр.

Она закрыла глаза. Это что, очередная пытка? По сути, нужно радоваться… радоваться, только чему именно?

– У тебя есть корабль? – с трудом отвлекаясь от личных переживаний, спросила Васька.

– Да, как видишь.

– Сколько тут людей?

– Я один.

– Один? – вот это было неожиданно.

Он красноречиво посмотрел на неё.

– Меня могли обнаружить. Сама понимаешь, брать кого-то ещё для преследования корабля, набитого выпускниками АМК-и – просто его подставлять.

Действительно. Поймают в компании Данилы – на основании одного этого запишут в сообщники. А он, между прочим, говорит, что преследовал корабль со студентами АМК-и! На это вообще способен только безумец!

– Ты летел за нашим кораблём? Но зачем?

Он снова посмотрел на Ваську так, будто она и сама должна знать ответ. Но Васька не знала. Через некоторое время, в течение которого они просто переглядывались, Данила, наконец, сдался и ответил:

– Я обещал, что прилечу за тобой. Я обещаний, которых не собираюсь исполнять, не даю.

– Ты обещал за мной прилететь? Когда?

– Когда звонил в последний раз, – Данила нахмурился. – Я точно знаю, что связь была. Я видел тебя на экране, когда ты ответила.

– Да, но звонок почти сразу прервался. Ты ничего не успел сказать.

– Правда? – Данила сморщился, будто услышал что-то крайне неприятное. – Плохо. А всё эти перестраховщики. Запустили уничтожение связей раньше, чем планировали. Даже несколько секунд не подождали. Но я собирался сказать, что приду за тобой. И, как видишь, сдержал своё слово, пусть даже ты его не слышала.

Он спокойно и твёрдо посмотрел на Ваську. Будто ждал каких-то возражений – бабских, истеричных и неважных. Этакий Робин Гуд, который готов стоять на своём видении справедливости, а вы, если желаете быть с ним, должны это видение поддержать.

Васька хотела сказать, что это, в общем-то, ничего не меняет, но были более важные темы для разговора.

– Ладно. Итак, у тебя есть корабль. Ты уже давно здесь. Но почему ты никак не проявлялся? Чего ты ждал? Нужно срочно связаться с остальными и всё им рассказать!

– Да ну?

– Что? Я не понимаю! Почему ты сразу с нами не связался? Ты же нас слышал? Сигнал бедствия с нашего катера, или как там он называется?

– Я слышал ваш спасательный маячок, всё верно.

– И почему ничего не сделал?

– Василиса, – Данила вздохнул. – Я ради этих твоих студентов и пальцем не пошевелю!

– Почему? Они такие же люди, как я! Они тоже в беде!

– Ладно, – он поднял раскрытые ладони. – Объясню иначе. Если бы я допустил сюда твоих сокурсников, тут бы бойня началась за место под солнцем! Таймыр может вместить и обслуживать не более десяти человек. Остальных ты куда предлагаешь девать? И поверь мне, Василиса, в числе счастливчиков не оказались бы ни я, ни ты! Да что за глупость вообще! Почему мне до них должно быть какое-то дело?

– Хорошо. Ладно, – Васька не собиралась его осуждать за такие рассуждения. В чём-то он прав: в таких случаях всегда побеждает тот, кто сильней и наглей. Студенты знают друг друга долгие годы, они из одной тусовки. Данилу они отправят в отставку, даже не спросив согласия. – Ты не хотел светиться. Но у тебя же рабочий корабль! Почему ты не улетел и не вызвал помощь? Почему до сих никто не знает, где мы?

– В том-то и проблема, – Данила хмуро покосился куда-то в сторону. В этот момент он выглядел… как охотник, который засел в укромном месте и уже неделю не спит, не ест – ждёт добычу. Так выглядят люди, чей интерес к чему-то уже перешёл в болезненную озабоченность этим самым предметом. Может, и хотел бы оставить, бросить это дело, которое уже пугает – но не может. Данила два раза открывал рот, пока, наконец, не сказал:

– С этой планетой что-то не так.

– О чём ты?

– Она… не могу объяснить. На самом деле у меня такое впечатление, что со мной играют. Как кошка с мышью.

– Кто?

– Не знаю, Васька. Но я не могу улететь.

Вот уж чего Васька не ожидала. Он не может улететь? Какой-то абсурд.

– Корабль неисправен? Повредился, когда ты сел, да?

– Нет. Он, как бы это сказать, и исправен, и нет. Одновременно. Первого больше.

– Что за чушь ты несёшь?! – Васька была готова хвататься за голову, чтобы мозги не распухли и не вылезли наружу. Это просто бред!

– Сейчас объясню. Попробую. Когда я выпрыгнул на местной орбите и не смог установить внешнюю связь, я был просто в ужасе, – негромко продолжил Данила. – Конечно, вашего корабля нигде не было. Но и его обломков тоже. Значит, вы выжили. Когда я это понял, стало полегче, но… но эфир был совершенно пуст. Тут вообще нет связи. А потом я уловил ваш маячок с поверхности. Это значило, что моё оборудование в порядке – следовательно, на планете нет других источников излучения, то есть других людей. Или существ. Снимки поверхности тоже показывали отсутствие каких-либо строений. Я вычислил ваши координаты. Но что именно случилось с вашим кораблём, я не знал, поэтому на всякий случай сел на расстоянии. Ночью. Потом нашёл ваш лагерь с помощью дрона. И тебя. Я увидел тебя… живую, – Данила замолчал, его взгляд почти расфокусировался. Потом он на секунду закрыл глаза, а открыл уже собранным. Продолжил: – И я стал за вами следить. Даже, скорее, присматривать. На самом деле, если бы что-то плохое случилось, я бы помог.

Васька тут же вспомнила Дайну. Было ли это настолько плохим случаем, чтобы вмешаться? Кто его знает…

– Всё равно не понимаю, чего ты так долго ждал? Ладно, остальные, почему ты не сказал хотя бы мне? Почему сделал это только сейчас?

– Я… убедился, что ты цела и невредима. Но забирать тебя сразу было некуда. Долгая история, тебе будет скучно ее слушать. Да и смысла нет.

Васька осеклась. Данила отвернулся – рассказывать подробности он не собирался, и думай, что хочешь. В принципе, на что она рассчитывала? По сути, он ей ничего не должен. Он должен только закону.

И потом, корабль… ведь это значит…

– Получается, – медленно сказала она. – Получается, мы летим домой?