Сговор монстров

Глава тринадцатая

«Некоторые люди представляют себе волшебников, наряженными в смешные островерхие шляпы, чудаками, которые развлекаются тем, что превращают людей в лягушек. Нет заблуждения более глубокого, чем это. Может быть, волшебникам стоит как-нибудь собраться вместе и придумать пару-тройку лозунгов, которые позволили бы сделать их профессию ближе и понятнее людям, например: „Волшебники – молодцы!“ или „Пригласи волшебника на обед!“ Однако я сомневаюсь, что нечто подобное когда-либо произойдет, ведь волшебники – любители одиночества. И все же мне не хотелось бы, чтобы из-за этого у вас сложилось неверное представление о людях моей профессии. Случись вам, к примеру, пригласить волшебника на обед, он с радостью согласится. А если вы скажете какому-нибудь волшебнику, что он не молодец, он с не меньшей радостью превратит вас в лягушку».

– Вунтвор!

Меня окликнул женский голос. Я торопливо повернулся, чуть не потеряв равновесие на краю причала.

Это была Нори.

– Возлюбленная! – воскликнул я и бросился бежать назад по причалу, а затем по узкой мощенной булыжником улице, посреди которой стояла она. – Я так рад тебя видеть! Эбенезум, Хендрик и все горожане…

– О милый, – сказала она. – Ты пытался нанять лодку до Вушты?

– Так ты все знаешь! Это было… – Меня затрясло. Я не мог произнести ни слова. – Что такое лодка? Что такое вушта? Что такое нанять?

– Ой, прости. – Нори быстро произнесла несколько магических слов. Я моргнул.

– …ужасно. – Я закончил предложение и кинулся в ее объятия.

– У меня не было выбора. Я понимаю, что это жестоко, но мне нужно было что-то сделать…Вунтвор, пожалуйста! – И она вырвалась из моих объятий. – Я знаю, что ты счастлив меня видеть, и я тоже рада, но, честно говоря, каждый раз, когда я тебя целую, я вспоминаю воробья!

Я сделал шаг назад, потрясенный. Что она такое говорит?

– Вот так уже лучше. К тому же я боюсь, у нас с тобой сейчас слишком много дел, чтобы думать о себе. Подожди, пока пройдет кризис, а затем мы с тобой познакомимся заново.

Да, она, безусловно, права! Не время думать о себе! А как же учитель, и Хендрик, и горожане, попавшие под власть заклятия глупости?

– Ну, – продолжал как ни в чем не бывало лодочник, – так сколько золота вы мне дадите?

– Минуточку! – прервал его коренастый рыбак. – Волшебник уже попросил меня перевезти его через море.

– Разумеется, – ровным голосом отвечал маг. – Думаю, мы сможем обсудить этот вопрос на досуге. Не согласитесь ли вы для начала назвать свою цену?

– Проклятие! – изрек Хендрик.

– Нори! – воскликнул я, вне себя от счастья. – Ты сняла заклятие!

– А почему бы и нет? – Игривая улыбка тронула ее чудесно очерченные губы. – Ведь это я его наложила. Мне, конечно, жаль, что пришлось прибегнуть к столь сильно действующему средству, но любое более мягкое заклятие демон Гакс тут же разрушил бы. А кроме того, мне во что бы то ни стало надо было повидаться с вами до того, как вы отправитесь в путь.

– Вот как, – отозвался чародей. – Не могла бы ты любезно сообщить для чего?

– Меня послали мои родственники, чтобы… – тут она умолкла, красноречиво взглянув на лодочников, – …чтобы обсудить некоторые вопросы первостепенной важности. Когда вы завершите переговоры с этими людьми, мы найдем укромный уголок и поговорим.

– Согласен, – ответил чародей и вновь принялся торговаться.

Через несколько минут мы уже были счастливыми арендаторами большей из двух лодок за половину той цены, которую изначально предлагал владелец меньшей. Лодочник, уверенный, что заключил одну из выгоднейших сделок своей жизни, улыбнулся и сказал, что в путь отправимся завтра на рассвете. Волшебник попробовал было возмутиться столь длительной задержкой, однако лодочник в притворном отчаянии воздел к небу руки и объявил, что не может тронуться в путь раньше, чем подует попутный ветер, а это произойдет лишь на рассвете – если, конечно, маг не расстарается и не вызовет ветер прямо сейчас. Эбенезум повернулся к Нори:

– Нет, не думаю, что моя болезнь позволит мне это. Кроме того, отряду нужен отдых, а нам с тобой нужно кое-что обсудить.

Чтобы скрепить сделку, Эбенезум вручил лодочнику золотую монету, после чего вся компания, включая Нори, Эбенезума, Хендрика и меня, отправилась искать приюта в единственном деревенском трактире.

– Проклятие! – приговаривал, шагая рядом со мной, рыцарь. – Про-ра-ру…

– Нори! – воскликнул я. – Твое заклятие продолжает оказывать на Хендрика отрицательное действие!

– Напротив, – гигант покачал своей огромной головой столь энергично, что широкая, точно лопата, борода, так и заелозила по его груди, – заклятие оказало на меня самое что ни наесть положительное действие. С его помощью я выяснил, что, оказывается, люблю петь.

«Интересно, а что Снаркс скажет о новом хобби нашего компаньона?» – подумалось вдруг мне.

– Учитель, – обратился я к волшебнику, вспомнив о демоне, – а что мы будем делать с остальными членами нашего отряда?

– Хороший вопрос, – ответил маг. – Попросим Нори связаться с ними и передать, что завтра утром мы будем ждать их у причала. Впереди у нас еще много трудностей, так что они могут оказаться кстати. Однако этот вечер я хотел бы провести в тишине и покое, которые возможны только в их отсутствие.

С этими словами волшебник вошел в крохотный трактирчик.

В комнате царили полумрак и прохлада, что было весьма кстати после изнуряюще жаркого летнего дня. Сквозь дверь в задней стене трактира до нас доносились аппетитные запахи стряпни, – вероятно, там была кухня. У меня немедленно побежали слюнки. Я и забыл, что такое нормальная, хорошо приготовленная человеческая еда. Моему мысленному взору уже представилась тарелка, до краев наполненная тушеной свининой или бараниной или, может быть, свежепойманной морской рыбой с добавлением пары-тройки румяных кусочков жареной курицы. Как будет чудесно все это съесть и запить кружкой доброго крепкого эля! Чего еще можно желать от жизни!

Хозяин трактира дружелюбно приветствовал нас, не переставая одергивать свой передник:

– Приезжие? Ну конечно. Хотите пообедать? Разумеется. Проходите сюда, пожалуйста. Конечно же, мы посадим вас за наш лучший столик. Мы всегда рады приезжим. Моя жена частенько у меня спрашивает: «Можно ли доверять приезжим?» – «Конечно!» – отвечаю я. Кто такие приезжие, как не обыкновенные люди, как мы, только из другого места. Лания! Кружки и приборы этим честным людям!

Появилась девушка, нагруженная тарелками, вилками и ножами. Проходя мимо меня, она улыбнулась. Улыбка у нее была очень даже ничего, надо сказать. Если бы мы с Нори не были помолвлены… Однако сейчас не время для глупостей. Нужно как следует подготовиться к последнему отрезку пути.

– Чего господа пожелают откушать? – Трактирщик говорил со всеми нами, но при этом не спускал глаз с Хендрика.

– Проклятие! – ответил детина. – Мне надо подкрепиться. Неси все, что есть, – по очереди.

– Конечно! Лания, помоги мне на кухне!

– Ну вот, – произнес волшебник, как только хозяин и его помощница скрылись на кухне. – Наконец мы одни, Нори, и я хочу выслушать твою новость.

– Да, разумеется, – тут же отозвалась она. – Моя мать, бабка и я узнали об этом во время одного из сеансов групповой магии. Мы попытались тут же связаться с тобой, но Гакс уже заблокировал магический канал. А поскольку я самая молодая и двигаюсь быстрее, то меня послали, чтобы предупредить тебя лично.

Она пригубила свой эль. Я не мог оторвать взгляд от ее шеи, когда она глотала. Как бы мне хотелось поцеловать эту восхитительную шейку! Но нет, сейчас не время, придется потерпеть. Нас ждут более важные дела. Да и потом, быть может, действительно будет лучше, если я какое-то время просто побуду рядом с ней в своем нормальном человеческом обличье, а не в виде несчастного воробья, который так некстати запал ей в память.

– Полагаю, Вунтвор уже рассказал тебе большую часть того, что нам удалось узнать. – Ее светло-зеленые глаза на секунду остановились на мне. Я отвернулся, чтобы пламя, вспыхнувшее во мне от этого взгляда, не охватило меня целиком. – Но кое-что я не решилась доверить отважному воробышку, – продолжала Нори. – Голоадия готовит мгновенную гибель Эбенезуму, как только тот вверит себя морским волнам!

Тут кухонная дверь с треском распахнулась. Трактирщик подошел к нашему столу с огромным подносом в руках. На подносе, чуть свисая с боков, лежала еще больших размеров рыбина.

– Нашим дорогим гостям все наилучшее подам! – провозгласил хозяин. – И разумеется, начнем мы с фирменного блюда моего заведения, большой радужной рыбы из Внутреннего моря!

В готовом виде ее чешуя переливалась дюжиной нежнейших оттенков, от серого до голубого, от розового до пурпурного. Краски были еще нежнее по контрасту с оранжево-черным жилетом, в который почему-то была наряжена рыба.

– Странно, – промолвил трактирщик, уставившись на рыбу. – Это обычно в рецепт не входит. Лания, что ты положила на рыбу?

Хендрик проворно протянул руку к подносу.

– Проклятие! – воскликнул он.

Но жилет оказался еще проворнее. Он соскользнул с подноса на пол в тот самый момент, когда руки гиганта уже уцепились за его край, и обернулся демоном торговли Браксом.

– Ну, ребятки, на этот раз вы крепко влипли! – хохотнул Бракс, пыхтя вонючей сигарой. – Я даже не знаю, зачем и пришел. Хотя если вы как следует запасетесь моими товарами, то малюсенький шанс выжить у вас все-таки останется. И к счастью для вас, именно сейчас у меня богатейший выбор колдовского оружия!

Хендрик выхватил из чехла Головолом и размахнулся им через весь стол, метя в демона. Все четыре кружки эля как ветром сдуло.

– Проклятие! – зарычал рыцарь, когда Головолом с треском врезался в пол, где еще долю секунды назад стоял Бракс. На каменных плитках осталась весьма отчетливая трещина.

– Позвольте! – запротестовал трактирщик. – Я, разумеется, всегда рад чужеземцам и, по-моему, достаточно лоялен в смысле иностранных обычаев, но ведь всему же есть пределы…

Бракс юркнул трактирщику за спину:

– Слушай, могу продать отличное средство! Гарантированно избавляет от любых непрошеных гостей! Это такая маленькая волшебная коробочка, ее очень удобно носить в кармане. Проста в применении: кладешь ее под стул непрошеному гостю и он тут же проваливается в болото! Почти совсем новая: досталась мне вместе с костями каких-то доисторических тварей…

– Проклятие! – Хендрик оттолкнул хозяина с дороги, чтобы добраться до демона. Тот нырнул под стол.

Хозяин указал на Бракса дрожащим пальцем:

– Если он тоже останется обедать, то вам придется заплатить еще за одно место.

– Кстати, как насчет заплатить, Хендрик? – Демон-торговец описал грациозное сальто вокруг дубинки. – Ты мой давний должник. А после того, что будет завтра, ты уже никогда не сможешь расплатиться, если ты понимаешь, о чем я. Так как же, ты ведь не откажешься использовать эту прекрасную, почти совсем новую дубинку против тех, кто под рукой, – размозжить голову очаровательной молодой ведьмочке, например, или вышибить мозги надоедливому подмастерью волшебника, а?

– Проклятие! – завизжал Хендрик, вскакивая на стол. Стол рухнул.

Демон, задыхаясь, отбежал в противоположный конец комнаты.

– Ну подумай, я ведь не для себя это делаю. Завтра в это же время вам, ребята, думать-то уже нечем будет. У вас нет ни одного шанса, если, конечно, вы не затаритесь как следует моим оружием – как следует, обратите внимание!

Хендрик поднялся с останков того, что когда-то называлось столом. Трактирщик не сводил с него остекленевших от ужаса глаз.

– Ну, решайтесь, парни, вы же мое капиталовложение. Бедному демону-комми с каждым днем все труднее становится зарабатывать на жизнь нечестным путем!

Хендрик запустил в демона рыбой.

– Нет, нет, боюсь, что время, когда от меня можно было отделаться маленькими подарочками, ушло, – сказал тот. – Х-м-м-м… однако это вкусно. Умпф!

Увлекшись рыбой, Бракс и не заметил, как Головолом просвистел у него над головой. Боевая дубинка Хендрика в очередной раз нашла свою цель.

– Необременительные условия оплаты! – пробулькал демон. – Годы кредита! – Тут он поперхнулся. – За исключением вашего случая, пожалуй… – И сгинул.

– Проклятие! – провозгласил Хендрик.

– Это что, там, откуда вы явились, за столом все так себя ведут? – завизжал трактирщик. – Я пускаю к себе в трактир приезжих, и вот какой неблагодарностью они мне платят. Нет, нет, пусть моя жена, сколько ей заблагорассудится, говорит, что приезжие такие же люди, как и мы, только из других мест. Мне лучше знать! Из мест, где принято падать прямо на свою еду! Где люди появляются откуда ни возьмись и предлагают купить у них кусок болота! Все, с меня хватит! Никогда больше ноги ни одного приезжего в моем заведении не будет!

– Разумеется, друг мой, – согласился Эбенезум, вытаскивая из-за пазухи мешочек с золотом.

– О, конечно! – не унимался трактирщик. – Теперь вы мне золото предлагаете! Как-нибудь в другой раз! А сейчас вы мне рот не заткнете! Вон отсюда! Приезжие! Подождите у меня, я еще с женой поговорю!

Мы покинули гостеприимный кров трактирщика со всей быстротой, на которую только были способны.

– Ну что ж, – сказал Эбенезум, когда двери трактира захлопнулись за нами, – придется ночевать в лодках.

Мы направились назад к пристани. Эбенезум шагал между Нори и мною.

– Так ты говорила, что должна меня предупредить?

– Да, Гакс очень не хочет, чтобы ты добрался до Вушты. По-моему, он даже боится этого.

– Да уж.

– Он хочет убрать тебя с дороги любой ценой. Именно поэтому он и решил подстроить тебе в открытом море такую ловушку, из которой ты точно не уйдешь живым. – Нори нахмурилась.

– Понятно. – Волшебник в раздумье поглаживал усы. – Но если то, что ты говоришь, правда, то почему он напал на нас в лесу?

– Вот оно что… – со вздохом ответила Нори. – Это все я виновата. Гакс узнал, что мы с Вунтвором разговаривали уже после того, как он, по его мнению, перекрыл все каналы магической связи с тобой. У меня могли бы быть большие неприятности, если бы демон не впал в настоящую истерику. Он швырял в меня заклинание за заклинанием, но ни одно из них не действовало: он был так зол, что перебивал сам себя воплями о сговоре против него. Думаю, именно тогда ему и показалась, что твоей смерти в море долго дожидаться, и решил ускорить события. Тогда он собрал всех демонов, что оказались под рукой, и напал.

– Проклятие! – промолвил Хендрик. – Снаркс был прав!

– Да уж! – произнес Эбенезум, задумчиво теребя бороду. – Все же, я думаю, лучше приберечь поздравления до конца этой кампании.

Хендрик согласно кивнул:

– Проклятие!

Волшебник вновь обратился к Нори:

– Но ты так и не сказала, в чем же заключается та смертельная опасность, что поджидает меня в море.

– В этом-то все и дело! – воскликнула Нори, беспомощно разведя руками. У нее были очень красивые руки. – Я не знаю. Мы так и не смогли этого выяснить. Гакс обнаружил, что мы шпионим за ним, и магическая ниточка исчезла. Но наше подслушивание принесло еще один важный результат! Мы узнали заклятие против любой опасности, которую они могут послать против тебя!

– Да уж!

– Кроме того, мы знаем, что причина твоей смерти движется очень быстро, поэтому, как только ты ее увидишь, сразу же начинай читать заклинание.

– Как оно звучит? – спросил Эбенезум. Нори на секунду сосредоточенно умолкла.

– Это что-то вроде стихотворения, – начала она.

– Да уж! – промолвил волшебник. – Судя потому, насколько это стихотворение противно, автором его может быть и сам Гакс. А потому оно наверняка очень действенное. Ритмическая структура в нем выдержана лучше, чем во многих других его поделках.

– Проклятие, – прошептал Хендрик.

– Нет, я так не думаю, – ответил Эбенезум. – Благодаря Нори у нас есть все шансы на успех.

– Всем привет! – пропищал тоненький голосок. – Пора вставать! Брауни прибыл!

– Проклятие! – пробормотал Хендрик спросонья.

– Ты прямо мои мысли читаешь! – вмешался Снаркс. – Однако не все еще потеряно! Я тоже здесь!

– Да уж. – Эбенезум высунулся из-под паруса, который служил ему этой ночью вместо одеяла. – Не могли бы вы забраться в лодку незаметно? Боюсь, что ее владелец не до конца проинформирован, с какого рода пассажирами ему придется иметь дело.

– Не беспокойтесь, – заявил Снаркс. – Я на этот случай приготовился. – Как всегда, приближаясь к волшебнику, он укутался в тяжелый плащи поднял капюшон. – Бррфлл гллмлч! – воскликнул он.

– Прекрасно, – одобрил Эбенезум. – Брауни, не мог бы ты залезть к Снарксу в карман?

– Чтобы брауни прятался? – Малыш воинственно упер руки в бока. – Нет, сэр! Те дни прошли! Теперь брауни высоко держат голову! – И он метнул злобный взгляд на Снаркса, который ответил ему нечленораздельным бормотанием. – Ну, может, и не на такой высоте, как некоторые, но достаточно высоко для нашего роста!

Волшебник вздохнул:

– Тогда пусть это будет третье желание.

– Да как ты можешь! Что это за желание такое! Нет уж, последнее желание должно быть просто супер! Мы ведь переписываем Историю брауни!

– Да уж… – ответил волшебник. – Желаю, чтобы брауни…

– Все, все, понял, хватит! Уже иду! – И брауни прыгнул в карман Снарксова плаща.

– Добрый день, сэр! – окликнул нас лодочник с берега. – Вижу, вы все уже собрались. Отлично. Отплываем. Не поможете с парусом?

Остальные встали, потягиваясь. На сердце у меня было легко, хотя все тело ломило после ночи, проведенной в лодке. Еще день-другой – и я увижу Вушту!

Я не мог отвести взгляда от Нори, которая, зевая и потягиваясь, проснулась на другом конце лодки. В первых лучах зари, со спутанными волосами, наполовину скрывающими лицо, она была просто неотразима. Ох, до чего же мне повезло влюбиться в такую красавицу!

Лодочник ступил на борт:

– Нам везет. Погода самая что ни на есть подходящая. Будем в Вуште завтра к вечеру. – Он протиснулся мимо Снаркса. – Извините, позвольте пройти!

– Блллвввнн! – ответил Снаркс.

– Прошу прощения? – не понял лодочник. – А вчера вас с ними вроде не было? Вы, должно быть, и есть тот пятый, о котором говорил волшебник. Нас, кажется, не представили.

– Разумеется, – вмешался волшебник. – Это последний член нашего отряда, очень религиозный человек, который, во исполнение обета, всегда должен ходить в плаще. Вдобавок мы стараемся как можно реже разговаривать с ним.

– Он что, дал обет молчания? – переспросил лодочник. – Но ведь я только что слышал, как он сказал что-то.

– В той секте, к которой он принадлежит, обет молчания считается недостаточно суровым. Именно поэтому он пошел на крайнюю меру, признаваемую его орденом, – обет нечленораздельной речи.

– Вввррркк! – пожаловался демон.

– Видите? – добавил волшебник.

Лодочник кивнул, утратив дар речи от изумления. Эбенезум велел мне помочь ему с отплытием. В таких ситуациях лучше всего действовать быстро, не давая никому времени опомниться.

Через пару минут мы уже подняли парус. Я впервые в жизни находился в лодке, где одновременно пять человек могли стоять. И впервые в жизни меня окружало столько воды.

Рассвет на море был очень красив: восходящее солнце окрасила воду сначала в розовый, потом в красный, потом в цвет расплавленного золота. Невысокие волны, бьющие в борта нашего суденышка, сначала пугали меня, но постепенно я начал находить покой и даже очарование в их равномерном шелесте. В общем и целом наше путешествие по Внутреннему морю начиналось очень спокойно и даже как-то обнадеживающе. Тем не менее тревожная мысль о том, что именно здесь, среди этого мирного моря, затаилась насланная Голоадией погибель, не оставляла нас. Особенно неприятно было осознавать, что каждая минута может стать последней.

Глава четырнадцатая

«Некоторые волшебники всеми силачи стараются избежать плетения заклинаний во время морского путешествия, предпочитая практиковаться в своем чародейском искусстве в крошечных комнатках на вершинах соперничающих с облаками башен – излюбленном обиталище магов такого рода. Лично я никогда не разделял их предпочтений. В конце концов, если не сработает какое-нибудь заклинание или между вами и вашим нанимателем возникнет недопонимание, подумайте, насколько легче спасаться бегством вплавь, нежели по воздуху».

Эбенезум повернулся к Нори и тихо сказал:

– Быть может, тебе удастся вызвать хотя бы небольшой ветерок? Совсем небольшой, только чтобы чуть-чуть раздражал мой нос.

Нори нахмурилась:

– Я, конечно, могу попробовать. Но есть некоторые сложности. А что, если Голоадия пойдет в атаку именно в тот момент, когда я буду плести заклятие ветра? Я ведь не смогу сразу освободиться. И потом, ветер, который я вызову, может ускорить наше приближение к ловушке демонов, и тогда мы не успеем должным образом приготовиться.

– Разумеется, – ответил чародей. – Я так тороплюсь попасть в Вушту, что забываю обо всем на свете. Хотя, с другой стороны, при помощи ветра мы могли бы и обогнать любых преследователей, которых пошлет за нами Голоадия. Но ничего нельзя знать наверняка. Безусловно, нам больше нужна ты, ничем не занятая и бдительная, чем ветер.

– Что это за разговоры я слышу? – донесся голос сидевшего у руля лодочника. – Я, конечно, всегда рад взять волшебника в качестве пассажира. В отличие от других, я не делаю разницы между вами и простыми людьми. Но магия в моей лодке – нет уж, увольте! Еще чуть-чуть, и я до конца рассчитаюсь с взятым кредитом, так что я не хочу, чтобы до того что-нибудь случилось!