Смагурд, две курицы и Неудачник

Глава 5. На нас началась охота

Кирилл:

На второй день пути наша кавалькада меньше всего напоминала дружный коллектив, в едином порыве стремящийся к великой цели. Владка задирала нос, Анеля старательно изображала жертву обстоятельств. Мне оставалось делать вид, что я жутко толстокожий и не замечаю дамских рефлексий.

И правильно! Если все замечать, с ума сойдешь.

Двигались, впрочем, без задержек. Дамы из седел не выпадали, а лошадей я купил хороших, благо средства позволили.

Птенец наш по молодости лет большую часть пути ехал на своем насесте, сооруженном над седлом вьючной лошади. Правда крылышки он расправлял исправно и время от времени даже пытался делать небольшие подлеты. Метров на десять-двадцать. Ну, в его возрасте большего и ожидать нельзя. Вот месяца через четыре…

До обеда никаких происшествий не случилось. Единственно, я предупредил дамочек, что если на пути нам кто-нибудь встретится (все-таки по дороге едем, не по буеракам), то им следует немедленно бежать в лес и по возможности спрятаться. Желательно в какую-нибудь лощинку. Им так будет безопаснее, а мне легче действовать, не имея за спиной две мишени, которые в случае схватки будут только глазами лупать да верещать.

Курицы задрали носы, но возражать не стали. Возможно, не сочли меня достойным беседы со столь высоконравственными особами.

На обед расположились возле воды. Вообще-то, это был ручей, но бобры трудолюбиво соорудили запруду, и образовалось небольшое озерцо с прозрачной, хорошо прогретой водой, в глубине которой просматривались быстрые росчерки небольших (с ладонь) рыбок.

Я такое дело люблю, поэтому, наказав дамам расстилать походную скатерть и следить за костром, над которым закипал котелок, разулся и полез в воду. С острогой, разумеется.

Штаны не снимал, просто засучил повыше. А то в последнее время у моих вещей появилась нездоровая привычка падать в воду. Сиди потом на берегу с голой… кхм…

В общем, вокруг царила благодать. Легкий шелест деревьев, запах дымка от костра…

Кстати, бросая быстрые взгляды на готовивших обед дамочек, я видел, что возле нашего достархана появились две белочки. Птенец, вдумчиво клевавший зажатый в лапе кусок сала, поначалу зашипел на них, но белочки были взрослее и, сердито цокая, быстро объяснили молокососу, что он не прав.

Дамочки смеялись, пушистые гостьи забавно прыгали вокруг, птенец был занят защитой своей чести, достоинства и недоеденного сала…

За всем этим шумом-гамом я прозевал появление из-за поворота дороги нежданного путника.

– Привет, Неудачник! – весело крикнул тот, держа в поводу коня и махая мне свободной рукой.

Блин!

Курицы мои застыли в растерянности. Вроде бы убегать и прятаться, как велено, уже поздно, а ничего другого так сразу и не придумалось. Птенчик, впрочем, счел нужным переместиться за спины дамочек. Правильно. Береженого Бог бережет.

– Привет, – буркнул я и побрел к берегу. Половил рыбки, называется.

Гость, между тем, сиял улыбкой и благородно кланялся дамам. Наверняка и ручки бы поцеловал, если б сумел дотянуться.

– Прошу к нашему шалашу, – мрачно предложил я. Разумеется, никакого желания общаться с этим Ловкачом не было, но ритуал встречи установлен давно, и не нам рушить традиции.

– Охотно разделил бы с вами трапезу, – откликнулся незваный гость, по-прежнему глядя исключительно на девушек, – но спешу. Хлеб, впрочем, преломлю.

– Угу.

Как требовалось по правилам, я подал путнику ломоть хлеба. Тот тоже достал из котомки сухарик и протянул его мне.

Пожевали.

– Дамам, как я понимаю, ты меня не представишь.

Я почесал щеку.

– Ты вроде бы торопился?

– Да. Но может ты интересуешься новостями?

– Ладно, – вздохнул я. Чего уж теперь суетиться… – Присаживайся.

Ловкач тут же плюхнулся возле расстеленной скатерки и в очередной раз состроил глазки дамам. Знал я его давно: парень не вредный, но пронырливый. Из числа тех, кто в любую… кхм… дыру без мыла влезут.

– Возле космопорта вчера скандал был, – сообщил гость, принимая из моих рук кружку со свежезаваренным чаем. – С Земли прибыл какой-то пузач… вроде даже из первой сотни списка Форбс. Фамилия еще такая смешная. Тыр-гыр… Типа он стырил что-то. Э-э… Герхард Тырновицкий, во!

Дамы при этом сообщении исподтишка переглянулись. Явно предполагая, что делают это незаметно.

– И что?

– Дочка у него сбежала. Он ее хотел замуж пристроить… ну, чтобы капиталы объединить с серьезным концерном. А она хвост трубой и фьють! Сбежала. Теперь отец родной ее ищет и даже награду объявил. Хорошие деньги обещает.

– Да ну, – я, отвлекая внимание на себя, безнадежно махнул рукой. – Не с моим счастьем. Деньги и я – понятия несовместимые.

– Это точно, – хохотнул Ловкач, щедро плеснув в чай из своей фляжки. Он был весел и беззаботен, а вот дамочки заметно посмурнели. – А ты, я вижу, в кои-то веки, смагурда купил?

– Завидуешь?

– Ну прям… Ты, Неудачник, как всегда в пролете.

– С чего вдруг?

– Последняя партия оказалась бракованной. Эрнийцы, ну, ты знаешь, это поставщики птиц, заявили, что обнаружилась какая-то болезнь, и они теперь выкупают назад то ли сто, то ли даже двести проданных птенцов, чтобы не распространять заразу.

– Ну, у меня-то здоровый…

– Как знать, как знать… Росточком, смотрю, не велик.

– Маленькие блохи злей кусают.

– Во-во. Может у него и блохи есть…

Я молча насупился.

– Ладно, поеду, – Ловкач поднялся. – У вас, я вижу, своя компания…

Я криво ухмыльнулся:

– Счастливого пути.

Мой собеседник, не задерживаясь более, запрыгнул на лошадь и потрусил прочь. Неплохой парень. Но слишком уж, зараза, наблюдательный. А, главное, до денег жадный. Короче, сваливать нужно отсюда, и побыстрее.

Я повернулся к дамочкам и наткнулся на два испуганных взгляда. Угу. Обе явно ждали, что вот прямо сейчас побегу сдавать их объявившимся в космопорте жениху и папику из списка Форбс. Деньги-то обещают хорошие!

– Так, – сказал я тоном, не допускающим возражений. – Времени мало, так что быстро обедаем и сворачиваемся. Уверен, что в ближайшие двадцать минут, вы сообщите все, что мне нужно знать по теме безутешных родителей, брошенных женихов, непослушных дочерей и всех прочих катавасий, связанных с бегством из родного дома.

– А нас не поймают? – спросила Влада. Глазки у обеих курочек влажно заблестели.

– От вас зависит, – отрезал я. – Итак, я слушаю.

* * *

История, рассказанная мне, пока мы спешно паковали вещички и седлали лошадей, была проста и трагична одновременно. У богачей, знаете ли, свои причуды.

Для меня, например, деньги никогда не значились в высших приоритетах. Потому, наверное, в кармане больше пары-тройки тысяч никогда и не скапливалось. Мог я их потерять? Легко! Но расстраиваться из пустяков? Вздор!

Иное дело Форбсо-списочный Герхард Тырновицкий. Он был миллиардером, и сравнивать его проблемы с моими даже не смешно. Уж он потерял так потерял. Двадцать шесть с половиной миллиардов за четыре месяца!

От таких ударов судьбы позеленеешь.

Особенно, если учесть наличие пары крупных незакрытых кредитов.

Разорение реально дохнуло в лицо господину Герхарду. А у него, помимо прочего, имелась семья и любимая дочь, для которой жизни в нужде и лишениях он не мыслил.

Что делать в такой ситуации? Естественно, пристроить умницу и красавицу к хорошему жениху.

Мысль, в принципе, здравая. Тем более, что удачный брак позволил бы объединить капиталы двух семей, и наш бедствующий миллиардер получил бы оборотный капитал, позволяющий заткнуть дыры, предотвратить падение и, со временем, вернуть утраченные позиции. Проблемка нарисовалась только одна: тот жених, который соответствовал идеалу папы, абсолютно не вписывался в девичьи мечты.

– Противный он, – доверчиво поделилась Влада. – Вечно гадость какую-нибудь скажет. И вообще…

Затрудняясь подобрать слова, девушка неопределенно покрутила в воздухе ладонью и сморщилась. Что же, можно понять. Папа-то об обеспеченной жизни и объединении капиталов думает, ему с женихом не спать. А вот дочурке как раз наоборот. Капиталы, по молодости лет и малому жизненному опыту ей безразличны, а вот ложиться под мужика, который противен…

– Так вы за сокровищами рванули… – я напрягся, подтягивая подпругу вьючного седла, – чтобы от жениха откупиться?

– Ну да, – на меня глянули две пары чистых наивных глаз. – Ясно же: папа получит деньги, брак станет ненужным, и мы свободны!

– Обе?

Ответа не последовало. По крайней мере внятного. Дамочки просто потупили глазки.

Ладно. И сколько ж они рассчитывают здесь найти? Что-то я не слыхал, что на Кутонге кто-то круто обогатился. На двадцать шесть миллиардов, мда…

– Вы не думайте, – поспешно произнесла Влада, глядя в мое посмурневшее лицо. – На всю сумму мы, конечно, не рассчитываем. Нам, для начала, вполне достаточно, если добудем хотя бы миллиард.

– Или два, – скромно дополнила Анеля. – Остальное можно попозже.

Спасибо, добрая девушка. Очень ты меня утешила.

Глава 6. Ритуал ночи

Кирилл:

Еще слушая дамочек, я уже прикидывал, куда и как нам бежать. Запас времени был: пока Ловкач доберется до цивилизованных мест, пока сообщит… Нехорошо, конечно, с его стороны, но ведь он не фашистам девчонок собирается сдать, отцу родному! Денежное вознаграждение опять же…

Ладно. Мобильной связи на Кутонге нет, а спутниковый телефон вещь дорогая и редко востребованная, таскать его с собой глупо. Тут, если лес захочет тебя сожрать, кричи – не кричи, никакая помощь не поспеет. Так что аппараты связи держали только в стационаре.

От «Лесного гнома» до Поселка мертвых мы ехали почти сутки, но это не спеша. Ловкач доберется за несколько часов. Потом переговоры, сборы, определение направления… Проводником к ним он не запишется, слишком много чужаков, на Кутонге такого не любят.

Поедут за нами, скорее всего, на джипах. Все новоприбывшие предпочитают лошадям технику. Думают, что если мы используем копытный транспорт, так это по бедности и ввиду отрыва от цивилизации. Три раза ха-ха. Видели бы вы, какие красивые и мощные машины привозят сюда новички! Те авто, которые потом удается вытащить из болот или из-под завалов скапливаются на стоянке возле космопорта. Администрация даже подумывает организовать музей и брать плату за экскурсии.

Так, не отвлекаться. Поедут на джипах, значит по дороге. И беспилотники вышлют для разведки. В общем, сутки, а то и двое потеряют.

И только потом догадаются нанять местных со смагурдами. Вот это будет уже серьезно. К этому времени нужно спрятаться так, чтобы с воздуха нас не обнаружили. Только где бы найти такое место?

– А куда мы едем? – очень вовремя поинтересовалась Влада. До этого момента курочки молча исполняли мои распоряжения и покорно плелись сзади, не мешая мужчине (мне) размышлять. Но теперь любопытство, наконец, взяло верх над опасениями.

– Будем искать укрытие.

Я помолчал какое-то время, потом решил все-таки пояснить:

– Здесь, на Кутонге, посреди леса встречаются иногда избушки. Ну, как в тайге на Земле. Предназначены они для тех, кто заблудился, ранен или ослаб в дороге. Внутри есть запас топлива, кое-какие продукты из числа тех, что долго не портятся. Попробуем там отсидеться…

– Значит, мы сейчас идем к такой избушке, – воспрянули духом курочки.

– Надеюсь, – вздохнул я.

Если честно, сам я за четыре года, проведенные на этой планете, ни разу ничего подобного не встречал. Но среди местных сталкеров упорно ходили слухи, что кто-то где-то такое убежище все-таки видел и даже, якобы, только благодаря этому спасся.

В любом случае, нам сейчас требовалось как можно дальше уйти в чащу леса. Туда, где джипы не пройдут, а беспилотники не обнаружат. А когда лес надежно обступит нас со всех сторон, как-нибудь спрячемся. Залезем под ветви, сплетем из кустарника подобие крыши…

Просто не хотелось сразу пугать дамочек перспективой ночевать на голой земле. Зачем портить настроение? Вдруг да удастся устроиться с относительным комфортом.

Была у меня еще одна придумка, о которой я никогда никому не рассказывал – не хотелось выглядеть глупцом. Хотя, как мне казалось, пару раз эта фишка меня здорово выручила.

Во всяком случае, я твердо намеревался выполнить некий ритуал, даже если со стороны он будет смотреться дико и абсолютно нелепо. Но для этого требовалось зайти в чащу достаточно глубоко. Так, чтобы следы цивилизации не ощущались и не мешали.

Поэтому вперед, и будь что будет!

Место для ночлега нашли уже в глубоких сумерках. Впрочем, в лесу всегда темнеет быстрее, чем на открытой местности.

Нет, это была не избушка. Просто я заметил большой выворотень – этакую мини-пещеру, образованную корнями упавшего дерева-великана. Развел костер и, пока дамочки, еле шевелясь от усталости, распаковывали ужин, занялся лошадьми. Надо было их расседлать и отпустить пастись, предварительно спутав ноги. Лошади – наше все! Без них потеряем мобильность и последние шансы на успешное бегство.

Хотя… Может и не стоит бегать? Все ж таки не враги нас преследуют, отец родной, наверняка желающий доченьке счастья и благополучия. А я, получается, этому счастью противлюсь. Глупо как-то, согласны?

Накрыв снятые седла брезентом (имущество нужно беречь), я оглянулся на девчонок. Бедняжки так уморились, что даже лица осунулись. И при этом никаких капризов. Ни стона, ни жалобы… Кажется, для них наше предприятие по-настоящему важно.

Ладно. Разберемся.

Нарезав лапника, я устроил два спальных места и сразу пожалел об этом. Мои подопечные тут же повалились на постели и нацелились спать. Пришлось прикрикнуть и едва ли не силой заставить съесть хотя бы по паре бутербродов.

После этого, укрыл их попонами и, заварив в кружке свежую порцию чая, остался сидеть у костра.

Ночь окружала со всех сторон. Ветер шелестел высоко в вершинах деревьев, и звезды, сиявшие в бархатной глубине неба, казалось играли в прятки, то скрываясь за темной листвой, то снова появляясь на небосклоне.

Что ж, обстановка соответствовала. Поначалу, для проведения ритуала, я планировал отойти метров на сто в сторону. Чтобы никто не увидел и не помешал. Но сейчас, когда дамочки сладко сопели под теплыми попонами, птенец затихарился в самой глубине нашей микропещеры, а кони мерно переступали неподалеку, обрывая сочную траву…

В общем, ничто не отвлекало, и можно было начинать, не отходя от пригретого у костра места.

Я поднял голову, закрыл глаза и постарался впустить в себя звуки леса. Уравнял дыхание с мягким шевелением ветра и постарался раствориться в окружающей живой темноте.

– О, великий лес, – словно сами собой вырвались негромкие слова, – прошу тебя о помощи…

Только слабый шелест листьев и негромкое фырканье пасущихся коней были мне ответом.

– Никогда я осознанно не причинял тебе вреда, а если в чем виноват, прости.

Что говорил дальше, не помню. Накатило какое-то особое состояние, когда я будто исчез, как отдельное существо. Деревья – руки мои, корни – ноги мои, грудь моя полна ветра, глаза мои – звезды…

– Кир, ты чего? – услышал испуганный шепот.

Очнулся и обнаружил, что стою во весь рост над угасающим костром, растопырив руки и задрав голову к небу. Обе девчонки, натянув до самого носа попоны-одеяла, таращат на меня широко распахнутые глазенки.

Ой.

Думал, меня не слышно.

– Да так, привиделось что-то, – буркнул смущенно, опускаясь на свое место и подбрасывая в костер новые ветки. – Спите.

Нарочно, не глядя в их сторону, отхлебнул подостывшего чая. Ночь все спишет. Утром скажу, что им все приснилось.

* * *

Влада:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.