Бхагавад-гита. Перевод и комментарии мастера

Значение главы I

Являясь выдающимся трактатом по йоге, знаменитая Бхагавад-гита повествует как прагматически, так и эзотерически, охватывая широкий спектр стремлений людей, которые на протяжении многих поколений находили совет и утешение в стихах этой всеми любимой священной книги. В ней говорится не только о практическом применении духовных принципов, присущих искателю Бога, но и о совершенном их выражении, осознанном продвинутым йогом.

В современных книгах введение обычно дает читателю общее представление о содержании, но индуистские авторы священных писаний Древней Индии часто использовали вместо этого первую главу. Таким образом, вступительная глава Бхагавад-гиты служит введением к последующей священной беседе. Но это не просто декорация и фон, которые можно легкомысленно рассматривать как несущественные. Если читать главу как аллегорию, задуманную автором, великим мудрецом Вьясой, она знакомит с основными принципами науки йоги и описывает начальную духовную борьбу йога, вступающего на путь к кайвалье, освобождению, единству с Богом – цели йоги. Понять подразумеваемые истины, изложенные в первой главе, значит начать путешествие по йоге с четко намеченным курсом.

Мой почитаемый гуру, Свами Шри Юктешвар – сам Джнянаватар, воплощение мудрости – научил меня скрытому смыслу всего в нескольких важных стихах из первой главы «Гиты». «Теперь у тебя есть ключ, – сказал он. – Со спокойным внутренним восприятием ты сможешь открыть эту священную книгу на любом отрывке и понять его содержание и смысл». Именно с его одобрения и по его милости я предлагаю вашему вниманию эту работу.

«Что они делали?» – Обзор внутреннего психологического и духовного поля битвы

Дхритараштра сказал:

«На священном поле Курукшетры (дхармакшетра курукшетра), когда мои дети и сыновья Панду собрались вместе, жаждущие битвы, что они делали, о Санджая?»

Слепой царь Дхритараштра (слепой ум) поинтересовался у честного Санджаи (беспристрастный самоанализ): «Когда мои дети, Кауравы (злые импульсивные ментальные и чувственные склонности) и сыновья добродетельного Панду (способности к чистому различению), собрались вместе на дхармакшетре (священной равнине) Курукшетры (телесное поле деятельности), жаждущие сразиться за превосходство, каков был результат?»

Серьезный вопрос слепого царя Дхритараштры, желающего получить непредвзятый отчет от беспристрастного Санджаи о том, как прошла битва между Кауравами и Пандавами (сыновьями Панду) на Курукшетре, метафорически является вопросом, который должен задать себе духовный искатель, ежедневно оценивая события собственной праведной битвы, в которой он стремится к победе самопознания. Посредством честного самоанализа он анализирует поступки и оценивает силы противостоящих армий своих хороших и плохих наклонностей: самоконтроль против потакания чувствам, различающий разум противостоит влиянию чувств на ум, духовная решимость в медитации спорит с ментальным сопротивлением и физическим беспокойством, а божественное сознание души сражается с невежеством и магнетическим притяжением низменной природы эго.

Полем битвы этих противоборствующих сил является Курукшетра (Куру – от санскритского корня «кри», «работа, материальное действие», и кшетра – «поле»). Этим «полем действия» является человеческое тело с его физическими, ментальными и душевными способностями, на котором происходит вся деятельность человека в жизни. В этой строфе «Гиты» оно упоминается как Дхармакшетра (дхарма, то есть праведность, добродетель, святость, другими словами – священная равнина или поле), ибо на этом поле ведется праведная битва между добродетелями различающего разума души (сынами Панду) и низменной, неконтролируемой деятельностью слепого ума (Кауравами, или отпрысками слепого царя Дхритараштры).

Дхармакшетра Курукшетра также относится к религиозным и духовным обязанностям и деятельности (йога в медитации) в противопоставление мирским обязанностям и делам. Таким образом, в этой более глубокой метафизической интерпретации Дхармакшетра Курукшетра означает внутреннее телесное поле, на котором происходит духовное действие йогической медитации для достижения самореализации: равнина спинномозговой оси и ее семи незримых центров жизни и божественного сознания.

На этом поле конкурируют две противоположные силы, или два магнитных полюса: различающий разум (буддхи) и чувственно-сознательный ум (манас). Буддхи, чистый различающий разум, аллегорически представлен как Панду, муж Кунти (матери Арджуны и других принцев-Пандавов, которые придерживаются праведных принципов нивритти, отречения от мирского). Имя Панду происходит от слова «панд» (белый) – метафорическое обозначение ясности чистого различающего разума. Манас аллегорически представлен как слепой царь Дхритараштра, отец сотни Кауравов, или чувственных впечатлений и склонностей, направленных к правритти, мирским наслаждениям.

Буддхи черпает правильное понимание из сверхсознания души, проявляющегося в каузальных местах сознания в духовных спинномозговых центрах. Манас, подверженный чувствам ум, незримый магнитный полюс, обращенный наружу, к миру материи, находится в Варолиевом мосту, части ствола мозга, физиологически отвечающей за сенсомоторную координацию.[11] Таким образом, разум буддхи притягивает сознание к истине или вечным реальностям, сознанию души или самореализации. Манас, или подверженный чувствам ум, отталкивает сознание от истины и вовлекает его во внешнюю чувственную деятельность тела и, следовательно, в мир обманчивых относительностей, майю.

Имя Дхритараштра происходит от дхрита – «удерживаемый, поддерживаемый, туго натянутый (поводья)», и раштра – «царство», от радж – «править». По смыслу это имя имеет символическое значение дхритам раштрам йена – «тот, кто поддерживает царство (чувств)», или «кто правит, крепко держа поводья (чувств)».

Ум (манас, или чувственное сознание) обеспечивает координацию чувств, подобно тому как поводья удерживают вместе лошадей, впряженных в колесницу. Тело – это колесница, душа – владелец колесницы, разум – возничий, чувства – лошади. Говорят, что ум слеп, потому что он не может видеть без помощи чувств и интеллекта. Поводья колесницы принимают импульсы от коней и передают указания возничего. Точно так же слепой ум сам по себе не познает и не осуществляет руководство, а просто получает впечатления от органов чувств и передает выводы и инструкции интеллекта. Если разумом управляет буддхи, чистая различающая сила, то чувства находятся под контролем. Если разумом управляют мирские желания, то чувства становятся дикими и неуправляемыми.

Санджая буквально означает «полностью победивший», «тот, кто победил самого себя». Только тот, кто не эгоцентричен, обладает способностью ясно видеть и быть беспристрастным. Таким образом, в «Гите» Санджая – это божественное прозрение. Для начинающего искателя Бога Санджая олицетворяет силу беспристрастного интуитивного самоанализа, проницательной рефлексии. Это способность взглянуть на себя со стороны, наблюдать за собой без каких-либо предубеждений и оценивать точно. Мысли могут существовать в сознании, даже если человек их не осознает. Самоанализ – это сила интуиции, с помощью которой сознание может наблюдать за своими мыслями. Оно не рассуждает, а чувствует – не предвзятыми эмоциями, а ясной, спокойной интуицией.

В «Махабхарате», частью которой является Бхагавад-гита, текст «Гиты» представлен великим риши Вьясой, даровавшим Санджае духовную силу видеть на расстоянии все, что происходит на поле боя, чтобы описать слепому царю Дхритараштре, как разворачиваются события. Следовательно, можно было бы ожидать, что вопрос царя в первом стихе будет задан в настоящем времени. Автор Вьяса намеренно заставил Санджаю пересказать беседу в «Гите» ретроспективно и использовал прошедшее время глагола («Что они делали?») в качестве ясного намека проницательным ученикам на то, что в «Гите» лишь мимоходом упоминается историческая битва на равнине Курукшетра в северной Индии. Прежде всего, Вьяса описывает вселенскую битву – ту, которая ежедневно разгорается в жизни человека. Если бы Вьяса хотел просто описать ход реальной битвы, которая происходила в тот момент на поле Курукшетра, он попросил бы Дхритараштру обратиться к вестнику Санджае в настоящем времени: «Мои дети и сыновья Панду… что они сейчас делают?»

Это важный момент. Вневременное послание Бхагавад-гиты относится не только к одной исторической битве, но и к небесному конфликту между добром и злом: жизнь как череда битв между Духом и материей, душой и телом, жизнью и смертью, знанием и невежеством, здоровьем и болезнью, неизменностью и преходящестью, самоконтролем и искушениями, способностью различать и слепым подверженным чувствам умом. Таким образом, прошедшее время глагола в первом стихе используется Вьясой для указания на то, что сила самоанализа человека применяется для анализа событий дня и определения благоприятного или неблагоприятного исхода.

Расширенный комментарий: Битва длиною в жизнь

С момента зачатия и до последнего вздоха человеку приходится в каждом воплощении вести бесчисленные битвы – биологические, наследственные, бактериологические, физиологические, климатические, социальные, этические, политические, социологические, психологические, метафизические – так много разновидностей внутренних и внешних конфликтов. Силы добра и зла борются за победу в каждом столкновении. Цель «Гиты» состоит в том, чтобы направить усилия человека на сторону дхармы, или праведности. Конечной целью является самореализация, осознание истинного «Я» человека, души, созданной по образу Божьему, единой с вечно существующим, вечно сознательным, вечно новым блаженством Духа.

Первое состязание души в каждом воплощении происходит с другими душами, стремящимися к перерождению. При соединении сперматозоида и яйцеклетки для формирования нового человеческого тела вспышка света появляется в астральном мире, небесном доме душ между воплощениями. Этот свет передает сигнал, который привлекает душу в соответствии с ее кармой – самостоятельно созданными влияниями из действий прошлых жизней. В каждом воплощении карма частично проявляется через наследственные силы: душа ребенка притягивается в семью, в которой наследственность соответствует его прошлой карме. Многие души соперничают за то, чтобы войти в новую клетку жизни, но победит только одна. (В случае множественного зачатия присутствует более одной первичной клетки.)

Внутри тела матери нерожденный ребенок борется с болезнями, тьмой и периодически возникающими чувствами ограниченности и разочарования, поскольку сознание души в нерожденном ребенке помнит, а затем постепенно забывает о своей обширной свободе самовыражения во время пребывания в астрале. Душе внутри эмбриона также приходится бороться с кармой, которая хорошо или плохо влияет на формирование тела. Кроме того, она сталкивается с вибрационными воздействиями, которые достигают ее извне – окружающая среда и действия матери, внешние звуки и ощущения, вибрации любви и ненависти, покоя и гнева.

После рождения младенец разрывается между инстинктами поиска комфорта и выживания и противостоящей им относительной беспомощностью незрелого телесного инструмента.

Ребенок начинает свою первую сознательную борьбу, когда ему приходится выбирать между желанием бесцельно играть и стремлением учиться, исследовать и проходить какой-либо курс систематических тренировок. Постепенно возникают более серьезные сражения, навязываемые человеку кармическими инстинктами изнутри или плохой компанией и окружением извне.

Подросток внезапно сталкивается с целым рядом проблем, к решению которых он часто бывает плохо подготовлен: соблазны секса, жадность, увиливание, получение денег легкими, но сомнительными способами, давление со стороны друзей и общества. Подросток обычно обнаруживает, что у него нет меча мудрости, с помощью которого он мог бы сражаться с атакующими армиями мирского опыта.

Взрослый человек, который живет, не развивая и не используя свои врожденные способности к мудрости и духовному различению, неумолимо обнаруживает, что царство его тела и ума захвачено мятежниками: приносящими страдание желаниями, пагубными привычками, неудачами, невежеством, болезнями и несчастьем.

Немногие даже понимают, что в их царстве постоянно идет война. Обычно лишь почти достигнув опустошения, люди беспомощно осознают печальный крах своей жизни. Психологическая борьба за здоровье, процветание, самоконтроль и мудрость должна начинаться заново каждый день, чтобы человек шел к победе, шаг за шагом отвоевывая территории души, занятые мятежниками невежества.

Йог, пробуждающийся человек, сталкивается не только с внешними битвами, в которых участвуют все люди, но и с внутренним конфликтом между негативными силами беспокойства (возникающими из манаса, или чувственного сознания) и позитивной силой стремления к медитации (поддерживаемого разумом буддхи), когда пытается восстановиться во внутреннем духовном царстве души – незримых центрах жизни и божественного сознания в позвоночнике и головном мозге.[12]

Итак, в самой первой строфе «Гита» указывает на первостепенную необходимость ежевечернего самоанализа, чтобы человек мог ясно различить, какая сила – добро или зло[13] – победила в ежедневной битве. Чтобы жить в гармонии с Божьим планом, человек должен каждый вечер задавать себе не теряющий актуальности вопрос: «Собравшись вместе на священной равнине тела – поле добрых и злых поступков, – что делали мои противоположные склонности? Какая сторона победила сегодня в этой непрекращающейся борьбе? Коварные, искушающие, порочные стремления и противостоящие им силы самодисциплины и способности к различению – ну же, скажи, что они делали?»

После каждого сеанса сосредоточенной медитации йог вопрошает свою силу самоанализа: «Собранные в области сознания на спинномозговой оси и на поле чувственной активности тела, жаждущие битвы, ментальные способности восприятия, которые пытаются вытянуть сознание наружу, и дети различающих способностей души, стремящиеся вернуть себе внутреннее царство, – что они делали? Кто победил сегодня?»

Обычный человек, подобно покрытому боевыми шрамами осажденному воину, слишком хорошо знаком с битвами. Но зачастую бессистемной подготовки не хватает для понимания поля боя и науки, стоящей за атаками противоборствующих сил. Это знание увеличило бы его шанс на победу и уменьшило количество жестоких поражений.