Эпоха перемен. Моя жизнь

Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436-ФЗ от 29.12.2010 г.)

Редактор: Наталья Сербина

Руководитель проекта: Анна Туровская

Арт-директор: Татевик Саркисян

Корректоры: Наташа Казакова, Наталья Сербина

Вёрстка: Олег Щуклин

Фото из личного архива автора и архива СФТ Групп

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

© Штейнберг А., 2024

© Оформление. ООО «Альпина ПРО», 2025

Чтоб тебе жить в эпоху перемен.

В китайском языке толкование иероглифа «кризис» имеет два значения: опасность и возможность.

Предисловие

Эта книга написана в первую очередь для моих внуков, они мои главные читатели. Я не знаю, будут ли они с неподдельным интересом следить за повествованием об истории моей жизни, правильно ли поймут значения событий, сделают ли верные выводы, будут ли гордиться мной или посчитают сумасбродным. Но я буду знать, что попробовал.

В своём рассказе я старался быть предельно честным и максимально открытым. Мне хотелось поведать им о том, о чём я ранее не говорил, о чём-то очень личном, сокровенном, о том, что меняло меня и сделало тем, кто я есть.

Я не претендую на абсолютную истину: всё, что здесь написано, – это моё субъективное мнение, моя оценка и моё восприятие событий. Я буду рад, если не только мои близкие найдут что-то полезное и интересное в книге. Это будет означать, что моя очередная идея воплотилась в жизнь не зря!

У меня четверо внуков. Они такие разные, уникальные и, безусловно, талантливые, я горжусь каждым из них. Мы часто ведём с ними беседы, рассуждаем о жизни, учёбе, планах, и я поддерживаю все их идеи и начинания. Я стараюсь прививать мальчикам те ценности, в которые верю сам: настоящий мужчина должен выполнять свои обязательства, в любой ситуации оставаться мужчиной, и это не обсуждается. Ещё я верю, что любому человеку нужна большая мечта, которая вдохновляет, раздвигает границы возможного, расширяет горизонты, заставляет совершать безумные поступки. Чем масштабнее мечта, тем более полной и интересной становится жизнь. Мне нравится создавать семейные реликвии, поэтому я изготовил для своих внуков фамильные кольца и выгравировал на каждом такую фразу: «Мечтай, верь и делай что должен».

Всю свою жизнь я много читаю, читаю жадно, погружаясь в жизнь каждого персонажа, примеряя её на себя. В детстве я завидовал героям книг, у которых было родовое гнездо – особенное место силы, куда хотелось бы возвращаться, где всегда можно было получить поддержку и защиту. У меня не было такого места, но я всегда мечтал создать его для своей семьи. Мне хочется верить, что повесть о моей жизни станет частью родового гнезда, опорой для моей семьи, для моих внуков.

Написание книги никогда не было моей мечтой или самоцелью, но эта идея приходила ко мне время от времени. Я писал небольшие рассказы, в которых фиксировал особенные моменты жизни, их у меня было предостаточно. Иногда я давал их читать своим друзьям и коллегам, получая восторженные отзывы и похвалу. Нужно было как-то собрать все истории в единое целое. Но как это сделать и с чего начать, было неочевидно, пока мои коллеги не подтолкнули меня к этому шагу.

В ноябре 2022 года мне исполнился семьдесят один год, на день рождения я получил удивительный подарок – свою собственную книгу! На обложке книги красовалось название «Моя жизнь в ЦБП», автор – Анатолий Владимирович Штейнберг. Я раскрыл книгу и увидел чистые белые листы, для меня это был настоящий вызов. Помимо книги коллеги подарили контракт с издательством на публикацию полутора тысяч экземпляров. Отступать было некуда, я принял вызов!

Но с чего начать? Я же не писатель, не историк, я дилетант в этом вопросе. Но в своей собственной жизни и своей профессии я – эксперт и созидатель. Безусловно, мне хотелось рассказать обо всём, что связано с целлюлозно-бумажной промышленностью, поскольку я всю жизнь работаю в этой сфере, что говорить, это и есть моя жизнь. Но мне всё же хотелось написать не только о бизнесе и своём пути как бизнесмена. Мне нужно было раздвинуть границы и посмотреть шире на события из жизни. Мне захотелось, наконец, высказаться. Честно и откровенно написать на этих белых страницах свой взгляд и своё отношение. В конце концов, это моя книга и я имею на это право.

Как ни странно, решающим толчком к этому шагу стало событие моей личной жизни, а точнее, моя прекрасная супруга, моя Вика. Тогда ещё мы не были женаты, но уже достаточно длительное время были в отношениях. Вика жила в Вене, я часто прилетал к ней, она – ко мне в Москву, а потом случился COVID, который очень сильно затруднил наши встречи. Я пришёл к выводу, что наши отношения на расстоянии нужно переводить в формат официальных, и сделал ей предложение.

Скажу честно, у нас большая разница в возрасте, и до этого момента я уже несколько раз делал ей предложение, но Вике было сложно принять решение и стать моей женой официально. На этот раз я был настойчив, и она сказала мне «да».

Решив, что наш брак мы зарегистрируем в Австрии, потому что Вика – гражданка этой страны, мы начали погружаться в бюрократические вопросы, нам стало понятно, что сделать это будет непросто. Уже тогда в отношениях между Россией и Европой существовали сложности, санкции работали полным ходом, и это, безусловно, затрудняло все процессы.

Знаете, иногда так бывает, что сама судьба случайным образом сводит с людьми, которые становятся твоим спасением. В Вене я люблю пить кофе в лобби отеля Hyatt. Однажды, придя туда, я случайно встретил знакомую даму – риелтора из России. Она была там с друзьями, мы разговорились, и между делом я поведал о том, как трудно зарегистрировать брак в Австрии. Подруга моей знакомой тут же подключилась к вопросу и помогла нам подать заявление в небольшом провинциальном австрийском городке. Свободная запись была только через несколько месяцев, впрочем, мы никуда не торопились и забронировали дату свадьбы на март 2022 года.

Весь февраль 2022 года я чувствовал себя очень счастливым. Моя жизнь только-только вошла в спокойное русло, я готовился к переменам, связанным с женитьбой, но 24 февраля 2022 года всё изменилось, началась СВО. В голову стали приходить первые тревожные мысли: «Родители Вики под Киевом», с этим нужно было незамедлительно что-то делать.

«Господи, я живу уже достаточно долго, почти целую эпоху, и я всё время нахожусь в состоянии кризиса, в состоянии постоянных перемен. Когда же, наконец, я смогу прогнозировать своё будущее на более-менее длительный срок?» – рой мыслей крутился у меня в голове, перебивая одна другую. Сразу стало понятно, что впереди очередное испытание и новые перемены. Случилось событие, кардинально меняющее нашу действительность, наш миропорядок, наши планы. Эта ситуация натолкнула меня на мысль о названии книги: «Эпоха перемен».

Возвращаясь к нашей свадьбе и вдруг возникшим новым задачам и проблемам, я принял решение, что действовать буду так же, как и всегда, – стану воспринимать новые обстоятельства как вызов, с которым точно смогу справиться.

Несмотря ни на что, мы решили не отступать от намеченных планов, смогли перевезти родителей Вики в Вену, сами переехали в отель, и даже внезапная болезнь Вики за два дня до церемонии и страшная температура под сорок не смогли сломить нашу решительность. Мы всё-таки сделали это, мы стали мужем и женой.

Забегая немного вперёд, хочу сказать, что эта книга главным образом о людях. Мне колоссально повезло в жизни, ведь меня окружают совершенно невероятные люди, многие из них – мои близкие друзья, большая часть – моя команда, не только в бизнесе, но и по жизни. Я вообще считаю, что формирующим для человека является его окружение, а друзья – это в первую очередь единомышленники. Никогда не станет твоим близким другом человек, с которым у тебя не совпадают взгляды на жизнь.

Окончательно определиться с названием книги мне помог мой близкий друг – Небойша Шаранович. Когда я делился с ним своими мыслями на этот счёт, перебирая возможные варианты названий, Небойша сказал мне:

– Моя жизнь в эпоху перемен? Нет, не так! Эпоха перемен. Точка. Моя жизнь. Точка. Ведь это два независимых процесса.

Мне понравилась эта идея. Друзья для того и существуют, чтобы иногда подсказывать друг другу важные вещи.

Вообще, люди, которые нам встречаются по жизни, даже самым случайным образом, могут сыграть важную роль в ней, совершенно неожиданно для тебя привнести в реальность что-то особенное. Много раз мне встречались люди неординарные и даже «сумасшедшие», именно в кавычках, потому что они «сумасшедшие» в положительном значении, исключительно в хорошем и добром смысле этого слова.

Такие «сумасшедшие» люди определённо положительно влияют на твою жизнь, делая это неосознанно и не специально.

Когда я думал, как смогу справиться с написанием этой книги, я понимал, что одному мне это не под силу, просто потому что я не смогу бросить все дела, семью, бизнес и сосредоточиться только на рукописи. Мне нужен был спарринг-партнёр, как в боксе, который помогает оттачивать технику, которому я могу доверять, с которым я могу быть честен и откровенен, который обладает нужными профессиональными качествами и знаниями для реализации именно этого, нового для меня процесса.

Найти такого в своём окружении не удавалось, была попытка пообщаться с девушкой из издательства, контракт с которым мне подарили коллеги, но это не увенчалось успехом. Я понял, что мы не сработаемся, когда на первой встрече милая барышня начала с энтузиазмом обсуждать со мной обложку и качество бумаги.

А потом случайно в разговоре с коллегами я услышал про необычную книжку и нового автора – одну «сумасшедшую» девушку, которая бросила комфортную и стабильную жизнь в Москве, карьеру, перспективное будущее и отправилась в путешествие с рюкзаком наперевес. Возможно, таких историй много, но я узнал именно о ней. Книга называлась «Год, в котором не было лета», автор – Ирина Летягина. Книга сразу понравилась мне визуально: яркая обложка – фотография Ирины, интересное название. Читая, я был удивлён её поступками, её философскими рассуждениями, я представлял, как она, одинокая, хрупкая, маленькая девочка, бродила по миру с большим рюкзаком. Это абсолютный нонсенс, такого просто не может быть: сверхслабое человеческое существо оказалось в совершенно чуждой социальной среде и преодолело это! Книга вызвала очень приятные эмоции, и я решил, что обязан познакомиться и пообщаться с этой смелой девчонкой. Она, очевидно, авантюристка, в ней есть запал, огонь, что безумно мне близко, при этом мне нравится, как она размышляет, какие выводы делает. Мы встретились, и всё встало на свои места. Я понял, что смогу доверять ей и она станет тем самым спарринг-партнёром.

Недавно, обсуждая с коллегами и единомышленниками очередной виток кризиса, санкций и новых испытаний для бизнеса в России, я осознал, что всю свою жизнь я живу и работаю в состоянии «кризиса». И как только мне кажется, что вот-вот начнётся период стабильности, жизнь преподносит очередной «сюрприз».

Но при взгляде назад меня всё чаще посещает мысль о том, что не зря в китайском языке иероглиф «кризис» имеет два значения: опасность и возможность.

Кризисы – это испытание или мотивация, это критическая точка для роста или для разрушения? Именно на этот вопрос я отвечаю всю свою жизнь и всё-таки склоняюсь к версии про возможность, хотя слышал, что эту версию придумали американские маркетологи, а вовсе не китайские мудрецы. Но мы – то, во что мы верим. Идея о том, что любой кризис – это повод меняться и перестраиваться, не нова, и в жизни каждого человека есть выбор. Но все люди разные. Они воспринимают одну и ту же ситуацию, одно и то же событие по-разному, исходя из своего опыта, мировоззрения, ценностей, умственных способностей, в конце концов.

Далеко не все мои знакомые, люди одного со мной поколения, воспринимали исторические события, происходящие в разные времена нашей жизни, так, как воспринимал их я. Каждый из нас делал свои выводы, принимал свои собственные решения, которые в конечном итоге сформировали наши личности. Глобальные исторические события, постоянные перемены, которые происходили в стране и в мире, не могли не наложить отпечаток на меня как на личность, на моё сознание, самоощущение, на формирование моих взглядов.

Именно об этом я и хотел бы рассказать. О том, какие выборы стояли передо мной, какие решения я принимал или не принимал. Честно и подробно рассказать о том, каково это – строить бизнес, меняться и развиваться в непростое для всех время. Каково это – жить, верить и любить в эпоху перемен.

P. S. Некоторые истории, рассказанные в книге, придуманы на основе событий, которые происходили вокруг меня в разные периоды жизни.

Глава 1

Кочевник

Я родился в 1951 году, когда наша страна переживала достаточно непростые послевоенные времена. Вскоре после моего рождения в жизни страны начались глобальные изменения. В 1953 году произошло событие, которое потрясло всю страну, – умер Иосиф Виссарионович Сталин. Началась борьба за власть, в ходе которой Первым секретарём ЦК КПСС стал Никита Сергеевич Хрущёв – человек авантюрный, идейный, но, к сожалению, не очень дальновидный. Ему нравилось проводить эксперименты в сельском хозяйстве, и первым из таких экспериментов стало освоение целины[1]: на государственном уровне было принято решение ударными темпами распахать целинные залежные земли для выращивания зерна в Казахстане, Сибири, Поволжье, на Урале и на других территориях СССР.

На этот масштабный проект были брошены огромные ресурсы. Это была битва – битва за урожай. Заводы, которые ранее выпускали танки, стали производить сельскохозяйственную технику. Страна была мобилизована в буквальном смысле: для сбора урожая подключили армию и флот, государство формировало целинные роты и батальоны. Жители всех республик массово снимались с насиженных мест и с энтузиазмом ехали поднимать целину. В степях можно было встретить латышей, эстонцев, армян, белорусов, украинцев, молдаван. Но никто не разделял себя по национальностям: целину поднимал советский народ! Людям было непросто, они попадали в условия неустроенности, порой в совершенно неподготовленные для жизни места, но это их не беспокоило, ведь все были охвачены общей великой идеей. Советская пропаганда работала блестяще: про целину писали стихи, слагали песни, снимали фильмы с любимыми актёрами. Чего стоит известный фильм «Иван Бровкин на целине»! Советский народ был един в своём стремлении выполнить задачу государственной важности.

Нашу семью, как и многие другие, целинная эпопея не обошла стороной. Изначально мама, папа, моя старшая сестра и я жили в городе Свердловске, ныне Екатеринбурге. Наша жизнь была устроенной и благополучной, даже учитывая сложные послевоенные годы. У моего отца успешно складывалась заводская карьера: он был специалистом по холодной обработке металла в отделе главного конструктора Уралмашзавода. Но в самом начале освоения целины его, человека, не имевшего никакого отношения к сельскому хозяйству, отправили в Западную Сибирь в качестве главного механика машинно-тракторной станции. Тогда я был ещё совсем маленьким, мне не было и трёх лет, поэтому я плохо помню наш переезд из большого промышленного города в сельскую местность. Но я точно знаю, что он коренным образом поменял уклад нашей семьи.

Сначала мы обосновались в деревне Усово. Своего дома у нас не было, и нас поселили в дом сибиряка Осипа и его матери. Моим первым осознанным воспоминанием стал деликатный случай: я, стоя на высоком деревянном крыльце, писал во двор. За этим невинным детским занятием меня застала мама Осипа и криком известила, что за такое Осип надерёт мне мягкое место. Мне такие угрозы пришлись не по душе, и я предпочёл спастись бегством.

Спустя некоторое время нам дали отдельную квартиру в четырёхквартирном доме, в ней была спальня и отдельная большая комната, в центре которой располагалась русская печь. Моя любознательность и исследовательский интерес были сильны с раннего детства, что периодически выходило мне боком.

Как-то раз мы с другом из соседней квартиры решили развести огонь прямо дома, потому что нам очень захотелось печёной картошки. Сначала мы просто зажигали спички и вставляли их в картофель, что, естественно, не приносило желаемого результата. Тогда мы нашли тазик и принялись разжигать в нём костёр. В тот самый момент домой вернулась моя мама. Она уничтожила наш план на корню: тем же тазиком она воплотила в жизнь ранние угрозы мамы Осипа и, конечно же, уберегла и нас, и жильцов дома от возможного пожара.

Воспоминание об этом наказании было ярким, но, увы, недолгим, и урок мною был усвоен не до конца. В скором времени с тем же приятелем мы снова решили разжечь костёр, на этот раз на улице. В степи лес был большим дефицитом, поэтому сарайчики для скота делали из двухслойных жердей, между которыми набивалась солома, что делало конструкцию очень пожароопасной. Мы с товарищем набрали побольше соломы, положили её поближе к сарайчику, чтобы ветер не мешал нам разжигать костёр, и подожгли её. Солома загорелась очень быстро, впрочем, как и сам сарай. Мы испугались и убежали, хорошо, что пожар вовремя заметили взрослые. Целая толпа людей, в том числе мой отец, боролась с огнём достаточно продолжительное время. Это воспоминание до сих пор запечатлено в моей памяти словно фотография: папа тушит пожар, который затеял я. На этом я закончил историю с кострами.

В 1954 году, когда мне было три года, произошло историческое событие, последствия которого каждый из нас ощущает до сих пор: Никита Сергеевич Хрущёв передал Крым из состава России в состав Украины. Несмотря на свой юный возраст, я запомнил разговоры мужчин, которые крайне негативно отнеслись к такому решению:

– Этот Хрущ разбазаривает страну. Чего ради он передал Украине Крым?

Раньше я никогда не слышал от взрослых осуждения действий правительства, но именно с этим решением простые работяги из глубинки были не согласны. Люди, жившие в маленькой сибирской деревне, были не слишком образованны и весьма далеки от политики, они никогда не рассуждали на эти темы, у них были другие заботы. Я запомнил эту негативную реакцию, критику в адрес руководства страны, именно потому, что она была необычной и шла вразрез с общим спокойным социальным фоном. Я вспомнил об этой реакции через многие годы, когда вопрос снова стал актуальным.

Спустя некоторое время мы переехали из деревни Усово в село Сладково. В те времена село от деревни отличалось наличием церкви: в деревне была церковь, а в селе нет. В Сладково церкви не было. У нас появился собственный дом и участок, мама сразу взялась за хозяйство, завела корову и телёнка. В Сладково я пошёл в первый класс.

В то время нашим любимым детским развлечением была ловля сусликов. Мы собирались большой ватагой ребят и шли в степь «выливать» сусликов. Эти зверьки под землёй строят целую систему нор и ходов, похожую на лабиринты. Мы брали с собой бидоны с водой, искали нору и выходы, которые находились поблизости. Наиболее крепкие ребята занимали посты рядом с выходами, складывали ладошки «колодцем» и готовились ловить сусликов, остальные лили воду в один вход. Постовые следили за тем, в каком из отверстий покажется суслик. Когда суслик высовывал голову, его нужно было быстро схватить, чтобы он не успел убежать или укусить ловца за руку. Чаще всего застигнутый врасплох суслик активно защищался: кусался, царапался и верещал так, что удачливый ловец пугался и упускал зверя. Не менее испуганное животное бросалось наутёк и убегало в степь подальше от норы, в которой случилось наводнение. Всей оравой мы пускались в погоню, это было очень азартное занятие: мы с улюлюканьем бежали за сусликом наперегонки, пытались перерезать ему дорогу, но обычно он всё равно оказывался шустрее нас, находил какую-нибудь нору и снова прятался в подземелье.

Ещё я помню растущую повсюду коноплю. Где-то это были промышленные поля, где-то просто заросли, которые распахали под посев зерна. После распашки конопля оставалась расти вдоль кромки полей, её кусты были очень высокими. По осени листья опадали, а из земли оставались торчать длинные плотные конопляные стебли с твёрдыми как камень корнями. Мы с мальчишками вытаскивали стебли из земли, заостряли твёрдый корень, очищали стебли от веток. Так мы готовили копья, которыми потом весело «воевали». Иногда мы собирали сухие стебли и разжигали из них костёр, сухая конопля хорошо горела. Взрослые говорили, что коноплю не нужно бросать в костёр, от дыма будет болеть голова. Ни у кого тогда не было понимания, что конопля – это наркотик, все знали, что её дым вызывает головную боль, и на этом всё. В те времена люди совершенно не интересовались наркотиками, а конопля была одной из важнейших сельскохозяйственных культур. В России издревле конопля выращивалась в больших объёмах, особенно активно её стали заготавливать в связи с развитием флота, тогда российская конопля стала ценным экспортным товаром, который отправляли преимущественно в Англию. Конопляные канаты пользовались огромным спросом, они обладали особой прочностью и не гнили в воде. Потом в промышленности конопля была заменена на джут, а с развитием кораблестроения потребность в канатах упала, поэтому и посевы конопли в России значительно снизились.

После села Сладково мы переехали в село Менжинское, которое было построено специально для работников, занимающихся освоением целины. Там мой папа стал ответственным руководителем – главным инженером большого совхоза. Западносибирские степи, расположенные на границе с Казахстаном, были традиционным местом обитания кочевых казахов. Освоение целины в большой степени повлияло на их жизнь: им приходилось освобождать территории, отгонять табуны лошадей, чтобы уступить дорогу тракторам. Я помню, как папа ездил договариваться со старейшинами кочевников, иногда он даже брал меня с собой, возможно, так он хотел показать свою открытость и доверие.

Я помню, как это было: нас приглашали в юрту, посередине которой располагался очаг. Папа садился вместе с казахами, они доставали бурдюки и наливали кумыс в деревянные пиалы. Перед тем как начать пить, папа обязательно плескал кумыс в очаг, так он демонстрировал уважение к духам предков этого рода. Только после этого отец начинал разговор, он говорил, что в степь скоро придут тракторы, людям нужно уходить.

Мой папа был очень человечным, он относился к кочевникам с большим уважением и сочувствием, понимая, каково им было покидать родные земли не по своей воле. Сейчас я осознаю, что такие встречи могли быть опасными, ведь для кочевников мы были чужаками. Будучи ребёнком, я не понимал, что именно происходит, но я видел казахских старейшин с длинными белыми бородами, видел их глаза, наполненные горечью и обидой. Им было тяжело, они осознавали неизбежность происходящего, понимали, что папа им не враг: не он принял решение распахать степь, он так же подневолен, как и они.

Папа оказывал глубокое уважение кочевникам, они это понимали и высоко ценили. Такое поведение моего отца стало для меня большим жизненным уроком: я впервые видел, как решаются взрослые вопросы. На самом деле, с кочевниками можно было не церемониться: силы были слишком неравны, против тракторов ни один кочевник не пошёл бы. Но мой папа предпочитал договариваться и предотвращать конфликты, сложность ситуации оставалась, но она была управляемой. Осознание того, как именно создаются договорённости, пришло ко мне уже во взрослом возрасте, но сама ситуация и папино поведение мне запомнились и запали в душу: я увидел живые примеры правильных управленческих решений и доброго человеческого отношения.