Файлы Жоржа Нарси - 2. "Бельтамо"

В кафе было пусто. Приглядевшись, я вздрогнул: в углу, за столиком возле самого окна кто-то сидел. Моё сердце вдруг забилось с утроенной силой и ноги на мгновение стали ватными…

Она сидела спиной ко мне, немного ссутулив плечи. Тонкая шейка, короткая стрижка, светлые волосы, озорными кучеряшками напоминавшими мне овечку. Эдди всегда смеялась, когда я говорил ей об этом.

Это была Эдди, моя Эдди. И я не испугался, и не удивился, как будто выходил из кафе всего на несколько минут. Я просто подошёл к столику, где сидела она, и сел напротив. Это был наш любимый столик.

– Как добрался, Жорж? – спросила Эдди, лёгким движением своей удивительно красивой руки, подвигая мне бокал с шампанским. Эдди совсем не изменилась, ни одной чёрточкой лица, ни одним изгибом губ. Искрящиеся, слегка прикрытые в лёгкой улыбке, глаза Эдди с любовью и интересом изучали меня.

Я молчал, небольшими глотками отпивая шампанское и вглядываясь в любимые черты. Все прошлое, все связанное с нами, тщательно спрятанное в глубинах души, вдруг ожило и вспыхнуло мощным фейерверком чувств и эмоций. Я буквально задыхался от восторга и счастья.

Эдди улыбнулась и взяла меня за руку. Её рука было тёплой и нежной:

– Ты боишься меня, Жорж?

– Нет. Я просто любуюсь тобой.

– Скучал по мне?

– Да. Сильно.

– Знаю.

– Откуда?

Эдди снова улыбнулась:

– Неважно. Важно, что мы с тобой увиделись. Пусть и ненадолго.

– Почему ненадолго? – напрягся я.

– Так нужно. Нам ещё не время быть вместе – Эдди наклонилась ко мне через столик. – Хоть ты прошёл Порог Смерти, ты ещё живой, ты ещё там, в том мире, мире живых. Ты просто стал другим.

– А ты?

– Я не знаю, ничего не знаю. Я просто живу здесь, в нашем доме, прихожу сюда, в кафе, вечерами и жду тебя. И знаю о тебе все. И помогаю тебе, как могу, советом, в основном – Эдди вновь расслабленно улыбнулась, словно сбросив груз с хрупких плечей.

– Я слышал тебя. Часто, во сне. Я знал, что это ты – сказал я.

Эдди благодарно слегка склонила голову.

– Это ты встречала меня, там, на уступе, когда я … умер? – спросил я.

– Да.

– А что это за место такое, ведь это не настоящий Бельтамо?

– Почему не настоящий? – удивилась Эдди. – Все настоящее: и я, и шампанское, и кафе и город – все настоящее. Ты знаешь, сегодня я постелила ту самую, нашу любимую бежевую шелковую постель, я знала, что увижу тебя и мне захотелось праздника.

Я сел на колени возле Эдди, обнял ее ноги и прижался к её тёплому животу. Эдди гладила меня по голове, мягко и неторопливо, как всегда, как умела только она одна. Потом наклонилась и её тёплые губы нежно прикоснулись к моему виску:

– Ты все тот-же мальчишка, добрый и ласковый. Я люблю тебя – прошептала Эдди.

Я в ответ только крепче прижал к себе жену.

– Тебе ещё нужно много сделать, Жорж. Ничего не бойся – продолжала шептать мне на ухо Эдди. – Дора присмотрит за тобой.

– Дора?! – я поднял глаза на жену.

– Глупый, Дора – это же я – Эдди поцеловала меня в губы. Её губы были тёплые и влажные, и пахли шампанским. – Ничего не бойся, Жорж…

Вспыхнули тысячи Солнц, и я растворился в них.

2

– Жорж! Нарси!! Да очнись ты! – кто-то от души влепил мне пощёчину и затряс за плечи.

Я открыл глаза: надо мной склонились знакомые лица: Тонни и Нэйти.

– Живой! Ты притворялся! – возмущенно завопила Тонни. – Сволочь! Как ты нас напугал!

Нэйти помогла мне сесть:

– Как ты?

Я повертел головой, пошевелил руками и ногами – работает все.

– Нормально. А что со мной было?

– Мы нашли тебя здесь, ты лежал как труп – накал возмущения Тонни пошёл на спад. Мы перерыли пол города! Ты что, упал? Или врезался куда?

– Да нет. Не падал. Я… я… – слова застряли у меня в горле. Я вспомнил все: встречу с Эдди, наш разговор с ней, её тёплые руки и губы…

– Можешь не говорить, Жорж – Нэйти помогла мне подняться на ноги. – Мы тоже были с НИМИ, и я, и Кора, каждый со своими. Это было мучительно и прекрасно. И я не хочу говорить об этом.

Мы пошли по городу. Здесь тоже была ночь. Уличные фонари ярко освещали улицы. Витрины магазинов, вывески, ресторанов переливались разноцветными огнями. Город был пуст. Никого, нигде: ни на улицах, ни в магазинах – нигде и никого. Но это был уже не Бельтамо. Этот город был незнаком мне, по крайней мере, я в нем никогда раньше не был.

– Ребята, давайте зайдём вон в тот супермаркет, может поесть найдём чего

– заныла Тонни.

– Давай зайдём – согласился я, – а заодно и проверим.

– Что проверим? – насторожилась Нэйти.

– Проверим, настоящее все это, или просто мираж, или муляжи какие-то.

Небольшой супермаркет был настоящим: холодильники и кондиционеры работали, товары и продукты тоже были настоящими. Сначала я направился к гастрономическому отделу, девчонки пошли за мной, а Тонни прихватила ещё и тележку. Витрины – фризеры с сырами, колбасами блестели идеальной чистотой. Я зашёл за прилавок, достал головку какого-то сыра, взвесил в руке, понюхал: вроде бы сыр настоящий и свежий. Отрезал кусочек сыра разделочным ножом, который лежал на прилавке, переливаясь отполированной сталью, осторожно попробовал. Мои девчонки во все глаза смотрели на меня. Но сыр был отличный. И настоящий.

– Можно есть – кивнул я. – Тащите сюда все, что хотите, будем ужинать. Не хватать без меня: я должен все попробовать.

– Да ладно, Жорж! – рассмеялась Тонни. – Боишься, чтобы мы не отравились?

– Тонни, делай, что тебе говорят – рассердился я .

– Я не Тонни, я – Кора – обиделась девчонка. – Но, если тебе так больше нравится, пусть для тебя я буду Тонни. Как скажешь, дорогой.

И Тонни обняла меня. Нэйти улыбнулась, глядя на нас.

Минут через пятнадцать весь прилавок был заставлен всякой едой: колбаса и копчёное мясо, хрустящий свежий хлеб, пачки с соком, бутылки с вином, персики и виноград, конфеты и шоколад.

Я попробовал всю еду и напитки – все оказалось самого лучшего качества, и я дал добро на ужин. Мы набросились на еду, словно не ели сто лет. Нужно сказать, что я отметил про себя, что Нэйти и Тонни слушались меня беспрекословно. Что-ж, уже неплохо!

– Кэп! – жадно пережевывая что-то, нарушила молчание Тонни. – Вина бы выпить, а!

Я кивнул, молча разлил по пластиковым стаканчикам красное вино.

– Жорж, скажи тост – подняла свой стакан Нэйти. Её карие глаза светились теплом. Красивая какая женщина! Нет, не то: она просто мне нравится, и я ей нравлюсь. Это что-то неосязаемое, неуловимое.

–Да, да! – подхватила Тонни.

– Хорошо. – согласился я и поднял свой стакан. – Я хочу выпить за нас, за наше чудесное спасение. За надежду! За возвращение домой!