Без мата тут и не скажешь

Все персонажи вымышлены, а совпадения случайны.

Сатанисты

– Евгения, ты не поверишь!

– Денег не дам!

– Я нашел работу.

– А подвох в чем?

– Могла бы и порадоваться.

– А как же мечты стать великим писателем, который не должен быть обременен мытарствами бытия?

– Теперь я – журналист! – с гордостью парировал выпад жены.

– М-м-м, что-то новенькое!

– Меня взяли в газету.

– Какую?

– «По ту сторону».

– От чего?

– Газета так называется. У нее редакция на Заречной.

– Где это?

– Где-где? В Люберцах. Видала? Пропуск даже дали, – я сверкнул пластиковым прямоугольником со своей помятой рожей и чипом под ней. – Все серьезно, как никогда, дорогая!

– Вот дурак-то, – засмеялась Женька.

– Я теперь буду рассказы свои печатать на второй с конца странице. Снизу.

– Так ты ж там материшься!

– Звездочками, сказали, закроют. Редактор в восторге. И вообще, меня там ценят. Уже поручили журналистское расследование.

– Какое? Ты сахар-то на кухне на прошлой неделе полдня искал. Шерлок хренов.

– Я вступаю в секту.

– Куда?

– В секту!

– Ой, иди уж, сектант недоделанный.

– Мне даже имя новое дали для прикрытия.

– Какое?

– Спроси меня: «Кто ты, воин?»

– Зачем?

– Спроси, говорю, так надо!

– Кто ты, воин?

– Я – Кирос, сын Кориата.

– Грек, что ль? – захохотала Женька.

– Да!

– Это из какого фильма?

– Из «Трои».

– Такой дурак ты, Штольман! Зачем я только за тебя вышла замуж?

– Я невероятно красив и умен!

– Ну-ну!

Так я и ушел, непонятый женой в очередной раз, однако новоиспеченную ищейку Штольмана уже не остановить. Мне было поручено разоблачить ячейку сатанистов, скрывающихся под ликом развития личности и главенством Валерия Леопольдова. Чтобы поймать преступника, нужно думать, как преступник, потому моя журналистская чуйка, что еще ни разу меня не подводила, подсказала, что надо внедриться и узнать все секреты изнутри. Слуги сатаны звали себя «Реформацией личности». Так-так-так. Что у нас тут?

На сайте красивыми буквами было написано о наборе 29-го потока онлайн-курса, где преисполненный в этом мире Валерий Леопольдов и его соратники прореформируют мою личность. Ого, тут еще и кастинг. Оказывается, в секту берут не всех. Пришлось заполнять анкету. Паспортные данные вводить не надо, душу дьяволу продавать тоже, по крайней мере пока. А это что еще за запрос? Погуглил. Обязательно быть ущербным. Ну ок, с этим порядок. Алкоголизм, склочность, мания величия, думаю, достаточно. Через 5 минут мне пришел ответ. Теперь я официально вступил в секту.

Вначале все происходило в онлайне. Лекции. Семинары. Даже пришлось вертеть лицом на камеру и что-то говорить. Меня окружали очарованные люди. В сети, как ни странно. Даже назначили куратора, который явно сбежал из дурки. И создали некое мини-сообщество в чате, где реформаторы личности ныли и извергали потоки говна, что накопилось в их душах. Рассказал им, что пункт приема металла в соседних гаражах закрыли, и придется тащить катушку с медным проводом, что я нашел в оставшемся по наследству от бабки сарае, в соседний район. Был не понят. Черствые суки. Эта боль разъедала меня изнутри. Как могли не понять? Пришлось слушать дальше про ощущения неполноценности и основы всяких восточных течений, да выполнять различные задания, но игра стоила свеч. Правда, до босса добраться пока не удалось. Валера Леопольдов, словно грамотный мафиози, руководил из подполья. Ну ничего. Агент Штольман выведет тебя на чистую воду.

Финалом курса был выход в офлайн и поездка на Селигер, которая будет пропитана полным погружением в осознание. Так сказал мне куратор. А квартиру на вас не переписать, чертовы слуги сатаны? Сие мероприятие было уже не бесплатным. 10 тысяч рублей. Это ж охренеть просто. Мне срочно нужен был инвестор, и это должна быть не жена, ибо я только недавно вырос в ее глазах, найдя работу. В редакции мне открытым текстом заявили, что о финансировании и речи быть не может. Зато материальчик им подавай. Прохиндеи. Во славу моей бабки я потащил катушку с медным проводом. Ноша оказалась не по силам. Завербовал в свой отряд парочку забулдыг из соседнего подъезда за бутылку дешевой водки, и испытание было выполнено, причем с пользой для секты. Я вышел из зоны комфорта, расширил окружение, был коммуникабелен и решил сложную задачу. Тут даже мои сатанюги хлопали в ладоши и говорили, какой Виталий молодец. А я – молодец, главное, чтоб жена не узнала. К великому счастью, путешествие запланировано с пятницы по воскресенье, что совпадает с поездкой Женьки к родителям. Я бы и так отморозился, ибо отношения с тестем оставляют желать лучшего, а тут целый повод. Пусть думает, что упаду в синюю яму, а я на Селигер. Хитро? Хитро! Там, кстати, пить нельзя и курить. Они типа про ЗОЖ. Если с первым я еще готов потерпеть, то курить буду, пусть хоть молниями в меня кидаются. Я все-таки не идейный, а по работе.

Утро пятницы началось со сборов. Найдя на балконе старый рюкзак, я стал набивать его приспособлениями для выживания, причем кинул туда пару банок тушенки, а то вдруг тусовка будет веганская, чему я вообще не удивлюсь. Кого только среди этих слуг дьявола нет. И травоеды, и сыроеды, и чего-то там еще еды. К мылу взял и бельевую веревку, вдруг появится желание покинуть мероприятие раньше. Душу продавать им я точно не собираюсь.

Далее маршрутка, электричка, метро, и вот я в окружении «единомышленников» еду на Селигер. Эти развивальщики даже в пути не могли остановиться от прокачивания своей личности. Устроили какое-то анкетирование. Примерно то же, что и на сайте, только в устной форме, да еще и снимали сие на камеру. Ну на хер, я спать. На заправке меня разбудили вопли, ибо мои попутчики раскатали коврики и начали медитировать прямо на ближайшем газоне, хваля великого Валерона, открывшего им путь к тайнам Вселенной. Охранникам это не понравилось, беседа шла на повышенных тонах. Слуги дьявола вопили о своих правах, за что кого-то даже огрели резиновой палкой по хребтине. Я повернулся на другой бок, ибо тот отлежал, и отправился к Морфею. Оказалось, что на Селигере нас отправят лодками на остров, откуда заберут лишь в воскресенье. Это чтоб никто не сбежал? Что они собрались делать с людьми? Начал немного переживать. Проверил, взял ли нож с собой. Взял. Отпустило.

Под вопли счастливых ебальников мы добрались до острова. За нашу десятку нам возвели шатер со столами и полевой кухней рядом, а в лесочке поставили палатки. Каждому выдали по спальному мешку. Лодки все прибывали и прибывали. Человек 50 по итогу, не меньше. Добавить бы сюда гитарку и ящика 3 водки, мероприятие стало бы кайфовым. Пока оно – унылое говно.

На последней лодке прибыл и преисполненный в этом мире Валерон Леопольдов. Сатанисты заскандировали имя своего лидера. Он махал им рукой, словно солнцеликий, ведущий свой народ к светлому будущему, а когда нога его ступила на землю, раздались аплодисменты. Еще бы на колени встали и начали обнимать ноги главного слуги сатаны, да целовать песок, по которому он ходил. Я бы не удивился. Он подошел к каждому, спросил его имя и обнял. Сие Валерон назвал тактильным единением. Тебе б за такое единение с незнакомыми людьми в где-нибудь на периферии башку бы отбили, единатор чертов. Пытался отвертеться, но объятия чудесного достали и меня. Было неприятно и холодно. Атмосфера не казалось дружелюбной.

Осознанный ужин был с гречкой и мясом. Армейский бачок полевой кухни выдал забытый вкус моей бурной молодости. Ропотливые веганы, что скучковались с краю стола, обламывались огурцами и помидорами, но вроде были довольны.

Пока все заглядывали в рот Леопольдова, я мечтал о водке. Сейчас бы как с озера ее холодненькую достать да пустить по горлу, закусив солененькой помидоркой. М-м-м. Пришлось пить чай. Без сахара. Горите в аду. Затем все уселись у костра, который, естественно, возглавлял улучшенный до максимально возможного уровня Валерон, и он начал соединять всех с космосом. Пока никто квартиры ему не отписывал. Странно. Зато лилась знатная поебень про потребительство, собак, грызущих кость, жертв удовольствий, культ красоты тела и прочее. Не хватало бубна и шамана в звериных шкурах и с раскрашенным лицом. Сатанисты хватали на лету каждое слово своего верховного лидера и, раскладывая его на атомы, глотали, принимая за чистую монету. Я оказался в самом эпицентре зомбирования. Снова захотелось водки. И сала. Знаете, такого с мясной прожилочкой, мягкого-мягкого, что тает во рту. Вот берешь кусок и макаешь в ядреную горчицу или хрен, но сначала холодненькой, а потом горяченьким сверху. Вот где, Валерон, связь с космосом! Вот где осознание истинного счастья! А если добавить интересную беседу и прекрасных дам, м-м-м, красота.

– А вам, что, совсем не интересно? – прошипела какая-то гадюка, что сидела рядом со мной. – Сам Валерий Леопольдов говорит, а вы где-то витаете!

– Воистину великий человек! – прошептал я ей на ухо, чем вызвал одобряющий вздох. – Понимаете, милочка, я медитирую, чтобы голос нашего лидера проникал в самое сердце!

– О-о-о, вы уже прокачанный человек!

– Не то слово, вы слушайте, слушайте! Сам Валерий Леопольдов говорит.

Я вернулся к своему сальцу и водочке. Может, теща передаст мне гостинцев. Она вообще святой человек. А тестяга – дьявол, это он, похоже, создал Валерона, чтобы тот глас его нес в более человечной форме по миру, да забирал души во служение дьявола.

Преисполненный в этом мире все нес и нес свою поебень. Затем за дело принялись его главные приспешники. Чуть выше дна, потом движение от дна. Другие ценности. Вспомнили даже Фрейда и самураев. Зачем? Непонятно!

Под видом нужды я покинул сей совет огня и магии и направился в лес. В губах моих на автомате появилась сигаретка. Я вышел на другую сторону острова. Луна играла на воде. Стрекотали какие-то насекомые. Тишина после пиздежа – истинное счастье настоящего человека. Побалдев от вида и уничтожив еще пару смертоносных палочек, именно уничтожил, ибо зло должно быть повержено, я побрел к своим идеологически разложенным товарищам. Не думал я, кстати, что буду, как школота позорная, по кустам цибарки тянуть.

– Виталий, Виталий, вы что потерялись? – подбежал ко мне какой-то Антон. На самом деле я не знал, как его зовут, но пусть будет Антоном. Мне так проще.

– Отнюдь, сударь! – парировал я его интерес.

– А что ж вы так долго по лесу бродили, что все прослушали?

– Знаете ли, единение с природой. Нахлынуло что-то, поддался потоку и как понесло, и как понесло! Разбираю теперь инсайты.

– О-о-о-о, вы уже прокачанный человек!

«Хули эти сверхразумы восхищаются моему пиздежу? – подумал я. – Он же читаемый, как Евгений Онегин в девятом классе. Похоже, я теперь второй человек на этом острове по сатанелости». Вслух же сказал: – Время осознанных сновидений, мой друг.

– А вы и это можете? – восторженно выдал Антон.

– Конечно.

– А что вы там делаете? Летаете? Строите города? Общаетесь с предками? А будущее вам уже предсказывали?

– Да, общаюсь с Чеховым. Иногда Довлатов заходит на огонек. Видел там Буковски, английский мой слаб, но чую, он гневное что-то говорил. Надо бы подтянуть, чтоб и с ним болтать. Проработаю этот вопрос в перспективе.

– Ого-о-о.

– Вот вам и ого-о-о. Ладно, я спать, Антон Палыч не любит ждать, сами понимаете, великий человек.

– Не смею мешать.

– Уберите эту спираль от комаров, а то устроили, понимаешь ли, Освенцим.

Антон метнулся, чтобы исполнить просьбу человека с наивысшим уровнем осознанности. Позже в палатку набились еще трое, но спать удалось лишь мне, ибо трезвый я храплю, как мамонт. Спать не значит выспаться. В 5 утра раздался горн. Пионерский, мать его, горн. Откуда вообще?

– Виталий, Виталий, вставайте! Скоро уже зарядка! – теребил меня за плечо Антон. Рожа его сияла, как котовые яйца. – Сейчас Валерий покажет нам магию утра! Вставайте! Вставайте!

– Антон, пошел ты на хуй со своей магией утра! – отвернулся я на другой бок, а то морда его слишком светила в глаза.

– Но я не Антон! Я – Георгий!

– Прости, обознался!

– Вы должны это прочувствовать!

Я хотел втащить ему ногой, но, к счастью, спальный мешок спас его тощее тело. А потом зазвучала песня. Гимн «Реформации личности». Все сатанисты пели ее хором. А-а-а, что за антиутопия? Где моя веревка? Пришлось встать. Зарядка, к счастью, закончилась. Люди стали прыгать в озеро с мостка, причем в чем мать родила. Среди них были женщины. Такое единение с природой мне пришлось по душе. Зрелищу я был рад, а вот купаться – ни за что.

После следовал осознанный завтрак без мяса. Веганы побеждали, но я был вооружен, в ход пошла прихваченная с собой тушенка. Голыми руками сатане меня не взять. Поймал на себе злостные и осуждающие взгляды. Окружен, но не сломлен. Изобразил наслаждение. Веганы отступили, шипя и извергая кислоту из своих тощих телец.

К полудню в бой вступили йоги, которые обманом заманили меня в лес, земля которого была усыпана досками с гвоздями.

– Боль откроет новое измерение, – монотонно изрек какой-то паренек, который, похоже, тоже преисполнился в этом мире или кто-то из восточных высших существ говорил чрез него.

Валерон своим примером показал, что это не больно. Верилось с трудом. Слуги сатаны разделились на пары. Один стоял, другой держал и вытирал слезы и сопли первому. Мне в пару вызвался Антон. Словно камень были его ступни, ибо эмоции отсутствовали на лице. Алло, чувак, там острые гвозди! Мы поменялись. Я орал, вцепившись в плечи Антона. Легче не становилось. Антон предложил дышать глубоко. Вдо-о-о-о-х-в-ы-ы-ы-ы-дох. Вдо-о-о-о-х-в-ы-ы-ы-ы-дох. Орать помогало больше. Если пропустить весь мат, то мой монолог выглядел примерно так: «…-колотиться, вы там че … что ль? … в …, ...... на .... по … ух я вам сейчас … по … в … на…!» И так далее. Великий и могучий лился во всей красе. Женщины закрывали уши, мужчины осуждающе смотрели.

– Виталий! – ко мне подошел сам Валерон.

– Хули, блять, Виталий! Мои ноги! Мои ноги!

– Слушайте мой голос! – словно не обратив внимания на мой выпад, ответил он. – Виталий! Дышите глубже, познайте поток, что внутри вас открывается! Вдо-о-о-о-х-в-ы-ы-ы-ы-дох. Вдо-о-о-о-х-в-ы-ы-ы-ы-дох.

Знаете, как бывает? Ты стойко что-то терпишь-терпишь в надежде, что все пройдет, а оно не проходит. Недовольство сначала уговаривается разумом, но со временем сначала слышно шепот, затем уже нормальный голос и наконец ор, нарушающий красную линию терпения. Линию, которую нельзя пересекать, ибо случится ядерный взрыв. С массовыми жертвами. Так случилось и в этот раз. Сатанисты сами напросились. Я терпел. Долго терпел. Но всему, как говорится, приходит конец.

– Да пошли вы все в пизду, сборище задротов! – я демонстративно завершил упражнение и пошел в сторону, но вспомнил, что забыл ботинки. Наступил на шишку, больнее было, чем от гвоздей. Вернулся. Взял ботинки. Они все молча смотрели на меня! Ненавистно плюнул в их сторону. Пошел собирать вещи. С меня хватит. Пока сатанисты единились с лесом, защищая муравейник, я стоял на берегу и орал лодочникам. Однако ж лодочники оказались гондольерами, ибо не увидели и не услышали меня. Пришлось присоединиться к ужину, где все всячески пытались меня поддержать, чем знатно заебывали. Я гавкал и кусался, как дворовый пес. В рейтинге сатанизма я стремительно падал, потому решил закурить прилюдно прям от лагерного костра. Валерон долго смотрел на небеса и заявил, что меня срочно надо вернуть на путь исправления, для начала смыв всю негативную энергетику. Сатанисты окружили меня, вытесняя к озеру. Но близко не подходили. Не зря я прихватил с собой выкидной нож.

– Вы чего, падлы позорные? Толпой меня замесить собрались?

– Виталий, не сопротивляйтесь! Так только хуже будет. Валера знает, что делает! Валера приведет нас к связи с космосом! Валера откроет тайны Вселенной! Валера! Валера!

– Да он объебывает вас этой всей хуйней!

– Что-о-о-о? – Из толпы выскочил Валерон. – Ты усомнился во мне?

– Я и не верил в тебя, пиздабол. Давай метни в меня огненным шаром, маг херов. Ну че? Нет? Говорю ж, пиздабол!

– Уберите нож, давайте поговорим как цивилизованные люди.

– Лодку мне сюда вызови.

– Виталий, нам надо разобрать ваш кейс, все плюсы и минусы этой ситуации, а также инсайты, которые можно из этого извлечь.

– Лодку, сука! – орал я.

– Хорошо, хорошо!

Валерон по рации связался с лодочниками, которые обещали приплыть через какое-то время.

– Люди! Вы не видите, что он пиздит, как Троцкий? Он ничего этого не выдумывал. Нет тут уникальных методик. Все целеполагание он в армии украл. Я служил, видел. Все эти постановки задач, бесконечные планы, подведения итогов. Да и все остальное откуда-то тоже спиздил.

– Вы ошибаетесь, – фыркнул Валерон.

– А ведь и правда, – откликнулся Антон, – отсылки есть, как неожиданно. Валера применяет армейские методики. Великий человек.

– Великий человек! Великий человек! – шептала толпа.

– Я проводник слепых людей в мир осознанных, – магическим голосом вещал Леопольдов.

– Слышь, идущий к реке, завали уже! Я за вещами, и пусть только хоть одна падла сатанистская ко мне подойдет, порежу на хуй! – Держа нож на вытянутой руке и периодически истерично помахивая им, можно открыть любые двери, даже те, что не существуют. Запишите! Философ Виталий Штольман. Из хроник Селигерского путешествия.

– Виталий, Виталий, у вас еще есть шанс все исправить и осознаться, – нарисовался предо мной Антон.

– Блять, ты еще хули пристал? Я в закат, больше не увидимся!

– У нас же наш чат единомышленников!

– Антон, ты – долбоеб?

– Я – Георгий! И я не долбоеб! Валера говори… – осекся он.

– Вот видишь, – перебил я его, – у тебя даже своего мнения нет, а лишь Валероновское. Все, бывай, – я похлопал его по плечу и пошел.

Водная карета прибыла.

– Так завтра ж у вас отъезд, – возмущался лодочник лишнему рейсу.

– Да все, преисполнился я в этом мире, – запрыгивая в такси, зло ответил я.

– Странные вы какие-то.

– Они.

– Что?

– Заводи уж мотор, капитан. Вези меня с этого проклятого острова.

– Это я могу, – повеселел мужик.

Добираться пришлось на попутках. Какой-то дед докинул меня до Торжка, а там дальнобой сжалился над бедолагой у дороги. Весь путь до Москвы он ржал, как ретивый конь, над моей историей, а вот редактор газеты сей материал не оценил, наотрез отказавшись его публиковать. Я потребовал возместить мне 10 тысяч ущерба и еще накинуть за моральный. Получил отказ. Послал их всех. Уволили. Расстроился, но не сильно. Знатное вышло приключение, финал которого стоило обмыть. Ну и обмыл.

Утром я сидел на балконе, попивая кофе под сигаретку, и размышлял о высоком. О своей больной голове. В двери зашерудили ключи.

– Привет, чего сидишь грустишь?

– А чего веселиться? – вздохнул я.

– А я тебе сальца маминого привезла.

– Спасибо!

– Ну улыбнись, что ль!

– Голова болит!

– Как дела на работе?

– Выгнали!

– Как это выгнали?

– Был не понят.

– Снова?

– Да! Не понят в секте, не понят в газете. Журналистика еще не готова к философии Виталия Штольмана.

– Ты неисправим.

– Одна радость в моей жизни.

– Я? – игриво улыбнулась Женька.

– Тещино сало. Доставай уже. Страсть как хочу!

– Вот дурак!

– Тоже тебя люблю.

– И сало?

– И сало.

Заведующий

Больной зуб заставил меня снова обратиться к народной медицине. Еще пред первыми петухами я направился в поликлинику, чтобы получить заветный талончик. Выдавали их ровно с 8 утра на весь день, минута промедления могла стоить часов ожидания избавления от боли. Аппараты, выдающие талоны, конечно, были, однако ж они стали частью декора поликлиники, потому от руки их выписывали теточки из регистратуры.

Естественно, я приехал заранее, чтобы взять талон на 9. Тоже очень интересный вопрос. Их выдают с 8, а прием через час. Жди тут, страдай! А в поликлинике еще и атмосфера очень напряженная. Персонал злой, как собаки, гавкают на всех и ходят по узким коридорам словно танки, идущие в атаку через баррикады, а слово «извините» вымерло там вместе с мамонтами. Народ негодует на долгие очереди, да и в целом.

Чтобы не снимать и не надевать бахилы, я решил покурить вдоволь перед заходом, а то ж следующий раз будет часа через два, не меньше. Иду я, значит, вдоль заборчика поликлиники с внешней стороны, быстро тяну папироску. С таким расчетом, чтобы она закончилась не позднее появления калитки пред очами моими. Прямо знак «Стоянка и остановка запрещена», куда по-хозяйски перед моим носом заезжает дед на внедорожнике и паркуется. Во, думаю, идиот, ослеп, что ль? Знак же. Выбрасываю сигаретку метким выстрелом с щелбана на проезжую часть и захожу в калитку.

– Молодой человек! – окликает меня дед из машины.

Я поворачиваю голову. Пауза. Длительная. Стою в калитке, жду, пока он разродится.

– Здравствуйте!

– Здравствуйте!

– Я заведующий поликлиникой.

– И? – подумал я, но решил подождать развития событий.

– А вы к нам зачем?

– Зубы лечить.

– А зачем вам зубы лечить, вы же здоровы?

– В смысле?

– Ну, раз курите, значит, здоровы!

«Обалдеть у тебя, дядь, логика, конечно!» – снова подумал я, четко решив не продолжать эту потрясающую беседу.

Все 20 метров до поликлиники он причитал о вреде курения и, как следствие, моем богатырском здоровье. На входе я занял место у регистратуры, которая начинала свою работу ровно в 8.00 и ни секундой раньше. Моя задача была получить заветный талон на 9 и костьми лечь, но не пропустить никого вперед себя. Заведующий, шедший сзади и тщательно вытирающий ноги о каждый коврик, а их было три, наконец-то попал в свою вотчину, а тут снова я. Шарманщик запел свою песню вновь, причем привлек к исполнению двух охранников, напоследок сказав им, чтоб наказали меня.

– Как наказывать-то будете? – заржал я, когда их босс скрылся из вида.

– Да не слушай его. Он всегда ерепенится, когда кто-то курит у входа или забора, – ответил один из охранников, который явно был повеселее своего соратника.

– А ничего, что он прям под знаком припарковался, праведный ваш?

– Это его место.

– Под знаком?

– Ага.

– Чудесно.

– Это он еще в хорошем настроении был.

– А что ж бывает, когда он в плохом?

– Не спрашивай.

«Война, так война», – подумал я и набрал 112, чтобы сообщить о злостном нарушителе парковки.

Дождавшись заветного часа, мое тело в страхе и ужасе опустилось в кресло стоматолога. Все оказалось не так страшно, просто надо было поменять пломбу.

– Наркоза нет, потерпишь! Да тут и дел-то на пять минут! – сообщила мне врач.

– Хорошо! – собрав все силы в кулак, выцедил я.

Однако было не очень хорошо. Во время бурения скважины пару раз прострелило так, что чуть глаз не вывалился, а когда магистр зубного дела принялась заляпывать цементом образовавшееся отверстие, в поликлинике вырубился свет.

– Опять фазу выбило! – равнодушно вздохнула ассистентка врача.

– Зоя, иди посвети, чего расселась!

Зоя зажгла факел на своем телефоне и направила мне в рот, лекарь ваяла скульптуру нужной формы. Спустя 20 минут запустили генератор, но свет включился в соседнем кабинете, у зубного хирурга.

– Пойдем туда, я тебе досверлю, чтоб рот закрывался нормально.

– Ага.

– Зоя, что-то тут бур плохо держится!

– А я чего сделаю, Валентина Михална?

– Да тут и дел-то на пять минут! – и принялась сверлить.

Я вновь напрягся, но к счастью, сие чудо техники не разворотило ротовую полость. Спасенный человек в моем лице решил незамедлительно покинуть цитадель здоровья.

Выйдя, я увидел, как эвакуатор увозит машину заведующего поликлиникой. Сразу на душе как-то полегчало. Даже причиненные мне страдания были забыты.

– Твоя? – спросил у меня представитель правопорядка.

– Не-е-е! Я ж не дурак под знак ставить.

– Вообще ничего не боятся. Благо есть добропорядочные люди. Сообщили!

– Вот-вот.

Эвакуатор тронулся и поехал, спустя несколько секунд скрывшись за поворотом.

– Сигареткой не угостишь? – спросил у меня страж дорог.

– Держите!

Закурил и сам. Из поликлиники выбежал заведующий.

– Да увезли пару минут назад! Как же вы так прямо под знаком поставили? Не заметить было сложно!

– Как же, как же! А вот так же!

Я картинно пускал дым. На лице моем была явная ухмылка. Злорадная такая.

– Тут поликлиника, чего курите? – завопил заведующий.