И жили они долго и счастливо

Глава 7

«Вы, прилепившиеся к Всевышнему Богу

вашему, живы все сегодня. Если вы просто

читаете Тору, а не "прилепились" к Богу

– вы ничего не знаете!"

Ребе из Цанз

Как всегда, Виктор поднялся с рабочего места, как только стрелки часов показали шесть. Официальный рабочий день был до шести, но все сотрудники продолжали сидеть за столами, углубившись в работу. Как только мужчина встал и накинул куртку, головы всех повернулись к нему. Начальник отдела покачал головой и громко сказал:

– Да по вам можно часы сверять! Что же у вас там такое, что вы ни минуты не задерживаетесь в офисе? Может, другая работа? Но по условиям договора вы не имеете права брать вторую.

– Место, куда я так спешу, называется простым словом «дом» и «семья», – улыбнулся Виктор. – Когда я пришел к вам, то сразу предупредил, что задерживаться не буду. Вроде бы шеф был согласен?

– Ну да, согласен. Все так говорили. Но работы много, и все мы задерживаемся. А вы что, особенный? – не отставал начальник.

– Нет, я не особенный. Но все вы тоже, можете уходить домой. Наш трудовой договор это позволяет, – Виктор не хотел продолжать тему и направился на выход.

– А если мы уволим вас за то, что вы не хотите работать как все? – прищурился руководитель.

– Я найду другую работу, где нормой будет уходить вовремя, – спокойно ответил Виктор и вышел за дверь.

В коридоре его догнал Сергей.

– Виктор, подожди минутку.

Мужчина остановился и повернул голову.

– Что-то случилось?

– Нет, ничего особенного, но получается так, что я пригласил тебя к нам в офис, и теперь из-за твоего поведения на меня косятся.

– Сережа, я же все заранее обговаривал и с тобой, и с руководством. Раньше вы были согласны на мои условия. В чем же тогда дело? Что изменилось? – устало спросил Виктор.

– Просто, все хотят работать до шести. И все подписывали договор на восьмичасовой рабочий день, но здесь так не принято, – не уступал молодой мужчина.

– Пойми, мне легче уволиться, чем начинать задерживаться как все. Я же сразу объяснил свои приоритеты, предупредил обо всем. Если другие не держат своих обещаний и меняют на ходу решения, это же не значит, что я должен делать то же самое, поддаваясь общему настроению. Ты же знаешь, что для меня это принципиально. Я принял решение жить так, основываясь на ценностях, которые дал мне Бог, – Виктор внимательно посмотрел на собеседника. – Я же говорил тебе, чем занимаюсь. Разве ты не согласен со мной, что для изучения Писания и для семьи, необходимо время?

– А тебе не кажется, что ты ведешь себя, как зависимый? – скривился Сергей. – Все в твоей жизни крутится вокруг Библии.

– Согласен, я зависим от многих вещей, и от Библии в том числе, – спокойно согласился Виктор, чем ввел собеседника на минуту в ступор. – Думаю, что ты тоже зависимый.

– Что ты имеешь ввиду? – Сергей был очень напряжен.

– Если ты не поешь, то не можешь нормально жить. Значит, ты зависим от еды. – Виктор заметил, как возмутился Сергей, и добавил, не давая собеседнику выразить возмущение. – Я тоже, зависим от еды. И не только от физической, но и от духовной.

– Так ты считаешь, что если я не читаю Библию каждый день, то я – духовно мертвый? – в голосе Сергея даже хрипотца появилась, так сильно он был зол сейчас.

Мужчина едва сдерживался, чтобы не сказать явную грубость. Но больше всего ему сейчас хотелось ударить этому «святоше» в челюсть. Сергей едва сдерживался и не мог понять, что с ним происходит. Раньше он никогда не ощущал такого приступа гнева. Ведь он был в церкви с рождения. И, даже до рождения Сергея, его мать посещала собрания каждое воскресенье. Да и верующим, он себя считал с детства. Что же происходит сейчас?

– Я такого не говорил, – качнул головой Виктор. – Но, с другой стороны, если живое существо долгое время находится без пищи, то на это стоит обратить внимание. Ведь без питания долго не протянешь. И отсутствие аппетита – тревожный знак.

– Да кто ты такой, чтобы указывать мне, что делать! – раскричался вдруг Сергей. – Не лезь в мою жизнь!

– Прости, сначала ты полез в мою. А мое мнение о твоей жизни, ты сам спросил, – напомнил Виктор. – Если руководство изменило решение, тогда я облегчу им задачу, уволюсь сам. В городе достаточно строительных компаний.

– Но, ведь твои клиенты уйдут за тобой, – скрипнул зубами Сергей, – они же именно тебя просили.

– За это я несу ответственности. Каждый человек принимает решение за себя, – пожал плечами мужчина.

Сергей прекрасно понимал, что руководство «не погладит его по головке», если из-за него Виктор уйдет. И никто не посылал его требовать от нового инженера задерживаться на работе. Но в последнее время, Виктор стал сильно раздражать Сергея, и он решил все же выдавить из соседа решение, работать как все. Сергей сам себе придумал проблему и теперь всеми силами пытался ее решить. На самом деле, весь отдел шутил над «часиками» Виктора, которому проще было прийти в офис за час до начала рабочего дня, когда никто не заметит его приход и не похвалит за это. Но он никогда не задерживался ни на минуту в конце дня.

– Да ты – фанатик! – скрипнул зубами Сергей, разворачиваясь и собираясь возвращаться в офис.

– Фанатик – это человек, слепо следующий чему-либо, не нуждающийся в доказательствах, обосновывающих это следование, закрывающий свой разум для принятия доводов, – уточнил Виктор значение слова. – Разве я так сильно похож на него?

Сергею очень хотелось сказать: «Да пошел ты!», но он не мог себе этого позволить, так как считал себя хорошим христианином. И, поскольку «правильному верующему» не пристало так грубо выражаться, он просто молча зашагал к двери в офис, в глубине души недоумевая, что же с ним происходит.

Вся жизнь Виктора казалась Сергею сплошным укором, хотя мужчина ни разу не сказал, что все верующие должны жить так, как он. Но Сергей и сам справлялся с тем, чтобы ставить себе в пример для подражания нового соседа. Но меняться он не хотел, и потому так раздражался. До встречи с этим человеком, все казалось Сергею правильным и красивым в его жизни. Но тут появился Виктор и оказался занозой в самом чувствительном месте. Сергей почти ежедневно замечал различные мелочи, в которых Виктор был лучше его, как христианин, и как мужчина, как муж и отец. И это было невыносимо!

Сергея также удивлял покой Виктора. Казалось, что он никогда не торопится, но везде появляется вовремя и все успевает. Сергей же всегда в напряжении, всегда спешит и сильно устает, но нередко опаздывает, или не успевает сделать работу в срок. И мужчина не мог понять, почему у Виктора нет ни одной просроченной работы, хотя тот не задерживается в офисе и никогда не берет работу на дом. Сергей же, не расстается со своим рабочим ноутбуком, но, время от времени клиенты выражают недовольство по поводу не сданных вовремя проектов.

После неприятного разговора в коридоре Виктор ни в чем не изменился. Его отношение к Сергею также осталось ровным и доброжелательным, зато Сергей стал избегать встреч с Виктором. Это было настолько очевидно, что сотрудники обратили внимание. Руководитель отдела однажды поинтересовался, когда Виктор в очередной раз покинул офис сразу после шести:

– Сергей, а вы с Виктором поссорились?

– Нет. Все нормально, – нахмурился мужчина.

– А мне показалось, что вы на него злитесь, – шеф обратился к другим инженерам, рабочие места которых были разделены невысокими перегородками. – Правда же? Все замечают, что между ними «черная кошка пробежала».

– Да, заметно, конечно, – подтвердили сотрудники. – Хотя Виктор, вроде, нормально себя ведет.

– Я отношусь к Виктору хорошо! – отчеканил Сергей нарочито громко, чтобы все слышали.

– Ага, и дуешься на него, как мышь на крупу, – усмехнулась офис-менеджер, девушка, от внимания которой в офисе ничто не ускользало.

Прошел месяц. Снег запорошил округу, мороз крепчал с каждым днем. В доме Орловых уже два раза проходили женские общения, на которые Лена шла с большой радостью. Она была очень благодарна Галине, что та приглашала женщин к себе в дом. Ведь если бы встречи проходили где-то далеко, то молодая мама не смогла бы приехать с маленькими детьми.

Сергей даже не знал о том, что Лена уходила на женские общения, потому что всегда приходил с работы после ее возвращения домой. Конечно, если бы они проходили где-то в другом месте, то Лена могла бы попросить мужа привезти ее на машине, но она не была уверена, что Сергей согласится. Кроме того, муж мог даже запретить ей посещать эти встречи.

Думая о возможности запрета, Лена понимала, что может настоять и «выдавить» из мужа свое право на общение, но тогда он начнет придумывать самые разные причины, чтобы помешать жене ходить на женские встречи. Лене совсем не хотелось «открывать новый фронт», в отношениях с мужем. У них и так слишком много было таких молчаливых «заборов», когда оба не могли или не хотели уступать, но терпели решения друг друга. Сейчас Лена хотела просто порадоваться общению, каждый раз узнавая что-то новое и важное для своей практической жизни. Женщины делились своим опытом, рассказывали о своем познании Бога и вместе молились в трудностях. Это было необходимо для нее. И пока Сергей оставался в неведении о том, что жена уходит из дома один вечер в неделю, она вообще не поднимала эту тему.

На первом общении Галина раздала всем присутствующим бумажки с вопросами, не глядя, кому какой достанется. На эти вопросы не обязательно было отвечать. Если кто-то не хотел участвовать, то просто передавал листочек желающему участвовать. Вопросы касались отношений с Богом и познании Его качеств. В тот вечер Лена пришла домой, не чуя под собой ног. Женщине показалось, что она побыла в совершенно другом мире – добром, чистом, прекрасном. Она не могла объяснить, почему это общение прошло намного лучше, чем прежние общения или собрания. Ведь на каждом из них она слышала о Боге. Покидая дом Орловых, Лена сказала Галине:

– Знаешь, сегодня я ясно увидела Бога, который трудится в жизни людей здесь и сейчас. Я увидела Его живым и живущим в нашем мире. И это совсем иное, чем рассказы о том, что было много веков назад.

– Я так рада, что мы все могли это ощутить! Ведь когда мы делимся нашим общением с Ним, вера каждого слушающего укрепляется, – ответила Галина.

После того памятного вечера, когда Сергей так и не смог объяснить, что случилось с Леной, и когда жена больше недели жила как зомби, плохо реагируя на происходящее вокруг, Сергей заметил, что Лена стала восстанавливаться, у нее появился интерес к жизни. Заметив улучшения, он решил не спрашивать о прошлом. Закончилось – и хорошо. Главное, что жена не кричит, не плачет и не жалуется, что несчастна. Мужчина просто хотел покоя и комфорта. Он не задумывался, насколько его желания эгоистичны, просто жил, уверяя себя, что кормит семью, и этого достаточно. А Лена смирилась с тем, что теперь у них с мужем разные жизни. Она перестала пытаться искать близких, сердечных отношений, сказав себе, что параллельными жизнями живут многие семьи.

Сейчас Лена хотела восстановить свои отношения с Богом, осознать, чего она сама хочет от жизни. Женщина поняла, что до этого времени, жила только жизнью Сергея, а он, как из клетки, рвался на свободу, сбегая на работу, чтобы побыть одному. Мужчина не хотел делить свой внутренний мир с женой, боясь зависимости от нее, или того, что жена не поддержит его цели.

Сергей не изменял Лене, но и трудиться для создания гармоничных отношений не хотел. Он искал покоя в своем закрытом мирке. Если бы мужчина захотел ответить на вопросы, предложенные Галиной Лене, то узнал бы, что работа у него сейчас была на месте Бога.

Прошло время, снег и морозы стали уже привычными, теперь, выходя на прогулку с детьми, Лена не забывала хорошенько закутать детей и себя.

Перед наступлением рождественских праздников Сергей решил подзаработать. Многие сотрудники отказывались от командировок, мечтая провести праздники в кругу семьи, а он сам вызвался поехать. Земля для большого объекта, проект для которого планировали заказать, находилась в лесу, недалеко от соседнего городка. Сергей взял с собой теплые вещи. Ему даже валенки выдали на работе, потому что заказчик предупредил о том, что ехать на машине придется далеко по заснеженным полям и всякое может случиться.

Выехав двадцатого декабря, мужчина был только рад спокойному равнодушию, с которым Лена приняла его сообщение о поездке. Женщина и сама себе поражалась, что даже не была удивлена, когда муж сказал, что на праздники его не будет дома.

– К Новому году я вернусь обязательно! – обещал Сергей. – Мне необходимо несколько раз съездить на участок клиента, чтобы правильно начать работать над проектом. Поэтому, я поживу в N-ске, оттуда до будущего завода намного ближе. Если я сейчас возьмусь за этот проект, тогда буду руководить работой несколько лет, пока мы не закончим строить его. Это очень важно для моей работы.

– Знаешь, мне что-то нездоровится, – Лена укуталась в теплый платок, она чувствовала, что начинает заболевать.

– Я думаю, что все это быстро пройдет, – спокойно сказал Сергей. – Если температура поднимется, позвони Галине. Думаю, что она не откажется помочь. Там, скорее всего, не будет связи, так что не переживай, если я не смогу позвонить. Я постараюсь вернуться сразу, как только закончу работу. Ты должна понять, этот проект и командировка ОЧЕНЬ важны для меня! – повторил он с нажимом.

Лена хотела спросить, насколько важны для мужа она с детьми, но передумала. Она и так знала ответ на этот вопрос. Мысленно женщина отметила, что для Сергея Рождество не имеет значения, а Новый год важен. Ведь он не волновался, что проведет Рождество вне семьи, а на Новый год хотел вернуться. Она опять почувствовала себя сторонним наблюдателем, словно пассажир поезда, рассматривающий из окна, непрерывно меняющийся пейзаж. Только это были не мелькающие картины, а ее не сложившаяся жизнь.

Лена не пыталась ничего исправить, она уже не верила, что сможет хоть что-то изменить. Но научилась по-настоящему молиться. Теперь Лена уделяла молитве время и старалась убрать из него всякую суету. Она приходила в Присутствие Божие и наслаждалась им. Сейчас ее молитвы были скорее славословием и песней восхищения мудростью и милостью Божией. Все нужды, волнения и переживания, она словно складывала у порога «молитвенной комнаты», не переступая через порог.

Входя в присутствие Божие, она была «налегке», оставив тревоги «за дверью». Стоя перед престолом славы Самого Творца, Лена старалась держать «в фокусе» Бога и Его царство: правду, мир и радость во Святом Духе, Его любовь. А о нуждах и переживаниях упоминала лишь вскользь. Вот и сегодня, проводив мужа в командировку, Лена встала на колени. Представ перед величием Творца, она искренне славила Его мудрость, милость и доброту и только потом, коротко добавила:

– Господи, мои нужды Ты знаешь лучше меня. Там я бессильна что-либо изменить. Только Ты это можешь. Но сейчас я просто хочу быть здесь, с Тобой, и чувствовать Твою бесконечную любовь ко мне и моей семье.

Но, говоря «моя семья», Лена не задумывалась, что сейчас имеет в виду только себя и детей. Если бы женщина поняла, что мысленно уже отгородилась от мужа, то возможно, ее молитва была бы немного иной. Ведь она прекрасно понимала, что поездка через лес и горный перевал по зимней дороге, может быть очень опасной, тем более в плохую погоду. Но, молясь, Лена не отдавала себе отчета, что не просит защиты для мужа. Ее мир сузился до трех человек – ее самой и двух детей. Для того, чтобы женщина смогла думать и молиться о других, ей нужно было сначала, хотя бы немного духовно восстановиться.

Глава 8

Пока человек не сдается,

он сильнее своей судьбы

Э. М. Ремарк

В один из дней, когда до концерта оставалось три недели, Аня не пришла на репетицию. Преподаватель Агнесса Антоновна сказала, что возможно, ее заменят, потому что девушка попала в больницу. В это время у Даниила уже был телефон Ани, и он сразу позвонил ей домой, от вахтера. Трубку подняла ее мать.

– Лилия Романовна, приветствую! – В голосе Даниила звучала неприкрытая тревога. – Мне сказали, что Аня заболела. Вы можете сказать, в какой больнице она лежит, и номер палаты?

– Простите, я не поняла, кто вы? – растерялась женщина.

– Ах, да… простите, это Даниил, мы же с вами по телефону еще не общались.

– А, рыцарь без страха и упрека, – грустно усмехнулась женщина.

В другое время Даниил как-то отреагировал бы на подобную фразу, но сейчас ему было не до того, и он просто молча ждал ответа на свой вопрос, но женщина молчала.

– Простите, вы можете сказать, где она лежит? – повторил вопрос Даниил.

– Думаю, что если вы узнаете ее диагноз, то исчезнете, как и прежние ее ухажеры, – вдруг резко и обиженно выдала собеседница. – У Ани серьезное заболевание крови, болезнь Верльгофа, тромбоцитопеническая пурпура, у нее было обострение, я думаю, что на нервной почве. Эти концерты до добра не доведут!

– Так вы скажете, где ее искать, или мне придется самому переворачивать все больницы города? – не отставал Даниил.

– Четвертая городская, гематологическое отделение, вторая палата, – выдавила из себя мать Ани, словно информационный автомат.

– Спасибо! – Даниил положил трубку и рванул в больницу.

Когда он вошел в палату, то едва сдержался, чтобы не застонать. Аня, которая и раньше казалась светящейся, сейчас была похожа на призрак. Ее тело почти не отличалось по цвету от белых простыней и подушки на кровати. Ладони с белыми лунками ногтей, бессильно лежали поверх одеяла. Рядом стояла стойка с системой, подведенная к вене девушки. Большие глаза сейчас казались просто огромными в обрамлении темных кругов глазниц. Даниил был рад, что веки девушки были закрыты, потому что не хотел, чтобы Аня увидела испуг на его лице.

Девушка напоминала подростка из движения «эмо», только те выбеливают лицо белой пудрой и рисуют темные круги вокруг глаз. Здесь же, все это было естественным. Взяв себя в руки, Даниил жестами спросил у соседок по палате, не спит ли больная, и получив отрицательный ответ, тихонько поздоровался.

– Привет!

Аня открыла глаза, и гримаса страдания появилась на ее лице.

– Зачем ты пришел? Ты не должен был видеть меня такой! – прошептала она.

– А ты круто выглядишь! – ободряюще ответил Даниил, – на «эмо» похожа, и грима не надо! Класс!

– Тебе уже дали другого аккомпаниатора?

– Нет, мы тебя ждем, – ответил парень, – я не хочу ни с кем больше петь.

– Ты не собираешься сейчас сбежать в ужасе? – грустно усмехнулась девушка.

– Ты мне нравишься и такой, – осторожно ответил парень, памятуя резкие ответы на комплименты.

– Неужели? – едва слышно произнесла Аня. – В прошлый раз все сбежали, и парень, с которым мы вроде начали общаться, и все друзья. Так что, я уже привыкла, можешь спокойно уйти, я пойму. Скорее всего, я не смогу играть на концерте, сомневаюсь, что восстановлюсь до этого времени. Я подвела и преподавателя, и тебя.

– А давай, пока не будем думать о концерте. Просто я принес тебе гранатовый сок, красную икру и красную рыбу. Мне сказали, что сейчас тебе это надо, – перебил Даниил девушку.

– Ну да, у меня дорогая болячка. У тебя «дорогой друг» в прямом и переносном смысле, – попыталась пошутить Аня.

Даниил присел на край кровати и тихо произнес:

– Знаешь, да, очень дорогой! Дороже тебя, у меня никого нет! И можешь теперь ругаться и психовать, я все равно это скажу.

Но Аня промолчала, и на ее глаза вдруг навернулись слезы. Она приподняла полупрозрачную руку и положила ее поверх руки парня.

– Спасибо тебе! Даже, если потом ты исчезнешь, спасибо тебе сейчас, – тихо произнесла она.

Даниил едва сдержал слезы. Он опустил глаза, затем прижал руку Ани к своим губам. Он думал, что сейчас она вырвет ее и скажет, чтобы он ушел, но Аня не отняла руки. Она закрыла глаза, и из уголков тихо покатились слезы. Видя, что девушка не отнимает руки, он стал касаться губами каждого белого пальчика так осторожно, будто они могли растаять от прикосновения его губ. Через несколько минут подошел доктор.

– Ну, как наша Снегурочка? – улыбаясь спросил он.

– Хорошо, – едва слышно ответила Аня.

– Ну, думаю, что на самом деле, все хорошо. Теперь вы пойдете на поправку. Мы выяснили причину вашего заболевания и, надеюсь, сумеем все контролировать, – бодро добавил он, но это была наигранная бодрость, глаза выдавали тревогу.

– А что за причина? – в дверях палаты появилась мать Ани.

– Вы бы хоть поспали, я же не просто так, вас домой отправил! Кровотечение остановили, и теперь все будет хорошо, – покачал головой доктор. – Вы же всю ночь не спали!