Ислам, традиции и парламентаризм. Народные лидеры на Северо-Западном Кавказе в 1820–1865 годах

Меры в отношении кабардинских крепостных, принимаемые российскими властями в Моздоке, привели к тому, что многие представители кабардинских элит стали уходить в горы, подальше от российских границ, чтобы усложнить крестьянам возможность для побега. Они создавали различные коалиции, в том числе с черкесскими соотечественниками на Западном Кавказе, властями Османской империи и Крымского ханства. В ответ в Кабарде начались вооруженные крестьянские восстания, поддержанные российской армией.

К 1768 году создались внешние условия, во многом повторявшие ситуацию 1735 года, когда из-за кризиса в Речи Посполитой европейские империи начали очередную войну. В этот раз начавшаяся череда восстаний в Греции, Египте и Сирии значительно растянула силы османской армии. К тому же российская армия сильно продвинулась в техническом и управленческом смысле, особенно в морском деле. Поскольку нейтральный статус Кабарды более не сдерживал стороны от вмешательства в ее дела, российские войска подавляли восстания кабардинских князей и уорков (черкесских дворян) военными методами.

По результатам новой Российско-османской войны в 1774 году был подписан Кючук-Кайнарджийский мирный договор, который позволил российским правителям реализовать давнюю мечту о собственном флоте в южных морях. Границы Российской империи продвинулись на юг, к Керчи, Ейску и Азову. Окончательно потеряла независимость вотчина восточных черкесов – Кабарда, которую стороны признали владениями Российской империи. В свою очередь, Крымское ханство вместе с обширными кочевьями Малой Ногайской Орды между Кубанью и Доном постигла судьба Кабарды 1735 года – отныне оно тоже считалось «буферным» государством. Правителем Крымского ханства был избран лояльный российским властям хан Шахин-Гирей, предпочитавший большую часть времени проводить в Ейске, подальше от недовольных подданных.

Шахин-Гирей (1745–1787) родился в Адрианополе. В юные годы он путешествовал по Европе, а в 1768 году вернулся домой и поступил на службу сераскиром Буджакской ногайской орды. В 1770–1771 годах был сераскиром Едисанской орды, в 1774–1776 – Кубанской. После получения Крымским ханством независимого статуса и утверждения ханом Селима II Герая, он был калги – заместителем хана. Шахин-Гирей был сторонником Российской империи. После свержения Селима II был поставлен российскими властями во главе кубанских ногайцев, благодаря которым в 1777 году захватил власть в Крымском ханстве. После начала реформ по российскому образцу Шахин-Гирей настроил против себя элиту и даже часть семьи. В 1780 году фактически утратил власть над кубанскими ногайцами и сохранял ее лишь при поддержке российских войск. В 1782 году произошло массовое восстание, в результате которого он был свергнут и бежал в российский форт Керчь. Восстание было подавлено российской армией, после чего в 1783 году Шахин-Гирей отрекся от престола, а Крымское ханство было ликвидировано и включено в состав Российской империи. По требованию властей Шахин-Гирей должен был выехать в почетную ссылку в центральные губернии России с получением пенсии. После долгих колебаний он получил разрешение жить в Таганроге, потом в Тамани. В 1784–1787 годах жил в Воронеже, затем еще год в Калуге. В 1787 году Шахин-Гирей эмигрировал в Османскую империю, в том же году был сослан султаном Абдул-Хамидом I на остров Родос и казнен.

Как мы уже говорили, власть Шахин-Гирея в Крымском ханстве была формальной, поскольку в обществе по-прежнему пользовался влиянием османский султан, за которым Санкт-Петербург оставил право считаться духовным лидером мусульман. Назначение ханом Шахин-Гирея в обход правил его соперник Батыр-Гирей воспринял как личную обиду. В 1777 году он собрал в Тамани черкесских старшин и некрасовских казаков, которые выбрали депутатов для отправки в Константинополь – договариваться о переселении в османские владения и о помощи в борьбе с Шахин-Гиреем. Отрядам Батыр-Гирея противостояли кубанские ногайцы Едисанской орды, которыми в то время управлял поставленный Шахин-Гиреем абазинский князь Лоов-Султан.

Абазины – этническая группа, близкая в культурном плане к абхазам. Их языки входят в общую изолированную группу адыго-абхазских языков. Черкесы с одной стороны и абазины с абхазами с другой состоят в дальнем генетическом и культурном родстве, подобно восточным и западным славянам. С социокультурной точки зрения практически составляют единое кавказское культурное поле с народами Северного и Центрального Кавказа, с общими мифологией, традициями, бытом, мировоззрением. До первых десятилетий XIX века абазины считались частью группы народов горной и прибрежной полосы Северо-Западного Кавказа, объединенных термином «Абаза», определенным эгалитарной структурой их обществ и, возможно, сохранившимися признаками бытования «народного христианства». Для обозначения абазинских обществ в то время использовались их локальные названия, связанные с именами сильнейших фамилий, – Баракай, Баг, Башильбай и т. д., объединенных общим именем Алтыкесек («Шестидольные», то есть разделенные на шесть основных обществ). В XIX веке абазинские общества закрепили за собой название Абаза в этническом смысле с прибавкой старого локального названия. Абазинский язык делится на две ветви – диалект тапанта на северных склонах гор в районах современных Карачаево-Черкесии, Кабардино-Балкарии и Ставропольского края и диалект ашхъаруа на южных склонах в районе современного Адлерского микрорайона города Сочи и западных районов Абхазии. До XIX века абазины находились в подчинении кабардинских князей, как и другие горные народы вокруг Кабарды, такие как карачаево-балкарцы, осетины, ингуши и, частично, чеченцы.

Обширные территории Республики Карачаево-Черкесия, Ставропольского и Краснодарского краев объединяет река Кубань. По ее берегам проходит северная граница Республики Адыгея и Краснодарского края. По одной из версий, название «Кубань» происходит от тюркского «къобан» – «поднимающаяся или разливающаяся река». Слово с похожим значением есть и в черкесском языке. По другой версии, название происходит от искаженного древнегреческого «гипанис» – «конская, бурная река». В черкесском языке Кубань принято называть Пшызэ и Псыжь, что, предположительно, переводится как «старая вода». Когда границы Российской империи достигли Кубани и усилилось российское влияние в Крыму, произошел отток недовольных пророссийской политикой крымских татар во владения Османской империи на Черноморском побережье Кавказа – в Тамань и крепости Анапа и Суджук-Кале, которая находилась на месте современного мемориала «Малая Земля» в Новороссийске. Часть крымских татар переселилась к югу от реки Кубань, главным образом те, кто имел родственные связи с черкесскими общинами. В свою очередь, в Северном Причерноморье обширные ногайские кочевья начали перемещаться на запад, в пределы Османской империи, опустошая причерноморские равнины. Огромная концентрация враждебных для Российской империи групп и потеря контроля над Крымским ханством толкнули османского султана к пересмотру отношения к жителям региона и проводимой здесь политике.

В 1778 году османские власти планировали высадить в Цемесской (Суджукской) бухте 40-тысячную армию с целью возвращения Крыма под водительством Батыр-Гирея. Они рассчитывали на поддержку черкесских общин. Однако поход сорвался после того, как 53 корабля с отрядами османских войск потерпели кораблекрушение у черкесских берегов. Вместо поддержки черкесских общин войска столкнулись с нападениями и грабежом выживших, а также захватом в плен османских солдат. Это повлияло на решимость главнокомандующего Ахмед-паши, который обратился к султану за советом о дальнейших действиях. Не помогли даже заранее отправленные черкесским старшинам 20 мешков с золотом. Не оправдался и расчет на родственные связи генерала Джаныклы Али-паши, женатого на сестре одного из авторитетных уорков по имени Пастоглы. Внутреннее несогласие относительно участия в войне на стороне Османской империи и завышенные требования старшин привели к разрыву союза.

В ответ на османскую активность в конце 1770-х годов Екатерина II решила действовать на упреждение. В 1778 году на кубанское пограничье все еще условно независимого Крымского ханства прибыл генерал Александр Васильевич Суворов, который руководил постройкой цепи укреплений вдоль реки Кубань от Таманского острова[6] до ставропольских степей. Этим укреплениям суждено было выдерживать многочисленные атаки с южного берега реки. По большей части вели за собой нападающих либо некрасовские казаки, либо простые абреки (разбойники) из черкесов, которым нужны были слава и деньги от продажи скота и пленников. Через несколько лет между Российской и Османской империями установились более дружественные отношения, и военные посты были заброшены.

И все же османский султан не отказывался от намерения вернуть Крымское ханство в орбиту своей политики. Он выделил свои владения в Северном Причерноморье в отдельную область (вилайет) с центром в Цемесской (Суджукской) бухте. Здесь построили укрепленную крепость Суджук-Кале, а следом начали переустройство крепости в Анапе. Эти работы в 1781–1782 годах возглавили приглашенные французские инженеры. Изначально османы хотели устроить крепость в Геленджике, где находился один из крупных рынков рабов на пути между двумя другими – в Анапе и Пшаде. Однако османские власти остановили выбор на Цемесской (Суджукской) бухте. С ее южной точки открывался отличный обзор морского берега в обе стороны, сюда легко было доставлять подкрепление с моря – единственно доступного для местных властей маршрута. Центром управления вилайетом оставалась Анапа – более крупная, надежная крепость, известная местным жителям как главный торговый центр. По предгорьям Кавказа из Анапы в Кабарду и далее в Дербент на Каспийском море шла единственная тогда на Северном Кавказе колесная дорога, построенная еще в Средние века генуэзскими колонистами.

Эти события оказали на причерноморские черкесские общества самое непосредственное влияние. Строительство укрепленных османских крепостей на Черноморском побережье Кавказа сопровождалось вовлечением местного населения в политическое и религиозное поле Константинополя. Для этого османские чиновники укрепили политические союзы с местными элитами. В частности, они пытались нанимать черкесских всадников в гарнизон крепости Суджук-Кале, но те отказались служить, укрываясь за стенами крепости, поскольку это противоречило этикету черкесских уорков – военной аристократии локальных общин, которые предпочитали открытые столкновения с врагом службе внутри крепостных стен.

Эффективным способом установления союзов с местным населением были смешанные браки османских чиновников с представителями черкесских элит и распространение ислама. В черкесские земли направлялись мусульманские проповедники, в ближайших к османским крепостям аулах строились мечети и молельные дома. С одной стороны, это привело к укреплению связей между черкесами и турками, но с другой – запустило череду конфликтов между различными обществами, которые сжигали новые мечети, предпочитая исламу традиционные верования и систему обычного права (адаты). В 1780–1790-е годы на этом фоне случилось сразу несколько конфликтов между натухайскими и шапсугскими старшинами, обвинявшими друг друга в чрезмерной лояльности османским властям.

Напряжение в регионе значительно выросло после 1783 года, когда Российская империя окончательно превратила Крымское ханство с кубанскими кочевьями ногайцев в своего рода «вассальные» земли. Екатерина II решила избавиться от нестабильного кочевого элемента на новых границах и отправила Суворова руководить добровольно-принудительной депортацией ногайцев в Оренбургскую область. Кубанским ногайцам эта идея пришлась не по нраву, и они восстали. Однако силы оказались неравны – артиллерия в ту эпоху решала исход большинства сражений. После первого проигранного столкновения кубанские ногайцы массово бежали на юг, к реке Кубань, пытаясь укрыться во владениях вольных черкесских обществ. На этом пути, в урочище Керменчик (недалеко от современного города Усть-Лабинска), в ночь на 1 октября 1783 года российские войска под командованием Суворова окружили ногайских кочевников и устроили резню, в которой погибла большая часть их элиты. Оставшиеся бежали в черкесские земли или были рассеяны, а позже расселены отдельными аулами в Ставропольской губернии и на севере Дагестана.

Степи между Кубанью и Доном опустели, и те из выживших ногайцев, которые ушли за Кубань к черкесам, встали под защиту османских крепостей, а Османская империя увеличила присутствие войск в регионе. В те годы немецкий путешественник, географ и востоковед Юлиус Клапрот отмечал в своих записях, что видел множество татаро-черкесских беженцев из Тамани в округе Анапы, где их называли «адале», то есть островитяне. На фоне этих событий вновь ухудшились отношения Российской и Османской империй. В 1785 году в Чечне первое религиозное сопротивление властям Российской империи оказал Шейх Мансур (Ушурма). Восстание, которое он возглавил, вовлекало все больше народов Северного Кавказа. Все это привело к новой Российско-османской войне 1787–1791 годов, в которой Османская империя потерпела значительное поражение. Одним из фронтов этой войны была Черкесия. В 1787 и 1790 годах османские войска дважды пытались прорваться из Анапы в Кабарду, но были разбиты. Речь идет о битвах османо-абазских отрядов с российскими войсками (1787) на реке Тохтамыш (Абазинке) и в среднем течении Кубани (1790), окончившихся поражением османских войск. Поход 1790 года возглавлял османский сераскир Батал-паша, именем которого была названа станица Баталпашинская, основанная недалеко от места битвы. С 1931 года станица получила статус города Баталпашинска, в 1939-м переименованного в Черкесск. Сегодня это столица Республики Карачаево-Черкесия.

К 1791 году движение сопротивления Ушурмы, не получившее поддержки со стороны кавказских элит, было подавлено. Шейх Мансур вынужден был бежать в Анапу, но крепость успешно штурмовал отряд Гудовича, Шейх Мансур был пленен и в 1794 году умер в Шлиссельбургской крепости. Суджук-Кале защитники взорвали сами, чтобы она не досталась врагам. Границы Российской империи окончательно закрепились по реке Кубань вместе с Таманским островом, чья 300-летняя османская история на этом завершилась. Результаты войны разительно изменили баланс сил на границе вольных черкесских земель Западного Кавказа. И первый шаг в этом направлении сделала Екатерина II.

Новая граница

К концу XVIII века, после побед Российской империи в войнах, изменились приоритеты развития южных окраин империи и ее отношение к проживающим здесь казакам Запорожской Сечи. С заключением Кючук-Кайнарджийского мирного договора (1774) Российская империя получила выход в Черное море, а также земли Крыма и междуречья Буга и Днепра. Казаки надеялись получить в свое владение часть этих земель взамен утраченных, которые российское правительство раздавало колонистам из Европы и помещикам из Центральной России. Делегация запорожских казаков прибыла в Санкт-Петербург с ходатайством о возвращении им земель, которое было отклонено, а члены делегации избежали ареста лишь потому, что были уже в пути из столицы в Запорожскую Сечь. Необходимость в охране казаками южных российских границ отпала. К тому же их традиционный образ жизни приводил к конфликтам с властями и колонистами, среди которых преобладали сербы. Сербские военнослужащие, а также молдаване, хорваты и болгары, будучи одними из первых приглашены российскими властями для колонизации Северного Причерноморья, основали в 1753 году автономную область Славяносербия с административным центром в крепости Бахмут. С 1751 года на территории современной Кировоградской области Украины существовала похожая автономия колонистов – Новая Сербия. После неоднократных погромов сербских поселенцев, а также в связи с поддержкой казаками Пугачевского восстания Екатерина II приняла решение уничтожить Запорожскую Сечь, что и было исполнено в июне 1775 года по приказу Г. А. Потемкина генералом П. А. Текели.

Петр Абрамович Текели-Попович (серб. Поповић Текелија, 1720–1793) родился в старинной сербской дворянской семье в городе Арад (современная Румыния). Он был большим другом и заступником Ивана Хорвата, основателя Новой Сербии. Некоторые исследователи полагают, что ликвидация Запорожской Сечи была своего рода местью генерала за нападения казаков на сербов-колонистов. П. А. Текели участвовал в двух Российско-османских войнах, 1768–1774 и 1787–1791 годов. Под конец жизни он ослеп, скончался в 1793 году и был похоронен в Николаевской церкви Новомиргорода (ныне Кировоградская область Украины).

Окружив казачьи войска ночью, П. А. Текели занял основные стратегические пункты войска Запорожского, вызвал к себе старшин и зачитал царский манифест о ликвидации Сечи. Несколько дней казаки бурно спорили, но дело завершилось без пролития крови благодаря выдержке казачьих старшин и самого Текели.

Около 5 тысяч казаков предпочли эмигрировать в Османскую империю, где осели в устье Дуная, создав Задунайскую Сечь под протекторатом османского султана. Около 12 тысяч казаков были интегрированы в российскую армию и осели в городах Новороссии. Власти наделили их землями, присвоили армейские чины и приняли на государственную службу. Спустя девять лет казаки обратились к Екатерине Великой с прошением разрешить им сформировать войско по примеру Донского из оставшихся в регионе казаков. Императрица дала разрешение, однако собрать казаков тогда же не получилось. И только в 1787 году, с началом новой Российско-османской войны, смогли воссоздать Войско верных казаков, получившим название Войско верных запорожцев, которое сражалось в рядах российских войск на суше и в десантных операциях на Черном море. В следующем году при непосредственном участии ряда известных казачьих представителей появилось Войско верных казаков, инициаторами создания которого стали Сидор Белый – всеми уважаемый голова, Захарий Чепега – грамотный исполнитель и Антон Головатый – опытный дипломат и главный казачий интеллигент. Все они заслуживают отдельного рассказа.

Сидор Игнатьевич Белый (Белой) (1716/1735–1788) был войсковым есаулом войска Запорожского низового, херсонским дворянином, полковником российской армии и первым атаманом Черноморского казачьего войска. С 1768 года он был войсковым есаулом Запорожской Сечи. Участвовал в Российско-османских войнах 1768–1774 и 1787–1791 годов. В конце 1774 года в составе делегации казаков ходатайствовал в Санкт-Петербурге о возвращении казакам земель и вольностей. После ликвидации Запорожской Сечи в 1775 году получил обширные земли в Новороссийской губернии на реке Ингулец. С 1783 года занимал должность предводителя дворян Херсонского уезда. В 1784 году получил разрешение Екатерины II на создание нового казачьего войска в Новороссийской губернии по примеру Донского. Во время Таврического вояжа императрицы в Крым в 1787 году состоял в ее эскорте и получил от Екатерины разрешение на создание Войска верных казаков. С началом Российско-османской войны был формально избран кошевым атаманом, поскольку фактически эта должность согласовывалась с российскими властями. После Лиманского морского сражения 7 июня 1787 года получил чин полковника, но через 10 дней в ходе сражения в Днепровско-Бугском лимане у крепости Очаков во время абордажа османских кораблей получил смертельное ранение. Был похоронен в Александровской церкви крепости Кинбурн на Кинбурнской косе в устье Днепра. Поскольку его могила была разрушена в ходе Крымской (Восточной) войны 1853–1856 годов, на ее месте был установлен символический памятник – кенотаф. По неподтвержденным данным, в 2022 или 2023 году эта плита была вывезена в Краснодар, что вызвало общественное возмущение.

Захарий (Харько, Харитон) Алексеевич Чепега (1725–1797) был вторым кошевым атаманом Черноморского казачего войска, российским генерал-майором, организатором переселения Черноморских казаков на Кубань. Чепега записался в казаки Запорожской Сечи, предположительно, в 1750 году, в Кисляковский курень. Он не был обучен грамоте, а потому всегда держал при себе писаря. Участвовал в Российско-османских войнах 1768–1774 и 1787–1791 годов. В 1777 году, после ликвидации Запорожской Сечи, был зачислен в конвой генерал-поручика князя А. А. Прозоровского в чине капитана. Чепега состоял в эскорте императрицы Екатерины II во время Таврического вояжа и был представлен ей графом Г. А. Потемкиным. После гибели атамана Белого в битве под Очаковом Чепега был назначен новым кошевым атаманом. Чепега участвовал во всех крупнейших морских осадах Российско-османской войны 1787–1791 годов. После переселения казаков на Кубань в 1794 году подавлял восстание в Польше и участвовал в штурме Варшавы. Скончался в 1797 году и был похоронен в Екатерининском соборе Екатеринодара. Чепега оставил обширное наследство в виде имений в Екатеринодаре, в Тамани, Херсонском уезде и на берегах Азовского моря.

Антон Андреевич Головатый (1732–1797) был войсковым судьей черноморских казаков, армейским бригадиром, третьим кошевым атаманом и поэтом, писавшим на украинской мове. Родился Головатый в семье казацкого старшины в селе Новые Санджары Полтавской губернии, учился в Киево-Могилянской академии. В 1757 году он записался в Кущевский курень запорожских казаков, где с 1762 года занимал должность куренного атамана. В том же году побывал на аудиенции у Екатерины II после коронации. С 1768 года занимал должность войскового писаря, соответствовавшую званию полкового старшины. Был участником Российско-османских войн 1768–1774 и 1787–1791 годов. Организовывал казачий флот и защищал интересы Запорожской Сечи в органах власти. После ликвидации Запорожской Сечи занимал различные должности в гражданской администрации Екатеринославского наместничества. В 1787 году получил чин секунд-майора. Через год, при создании Войска верных казаков, получил должность войскового судьи, по значимости вторую после атамана. Участвовал в сражении под Очаковом, руководил созданием Черноморской казачьей флотилии. Весной 1788 года временно командовал черноморскими казаками, пока Чепега лечился от тяжелого ранения. В 1789 году принимал участие в крупных сражениях в Северном Причерноморье, за что получил чин полковника. В том же году ушел с казаками на зимовку в селение Слободзея на берегу Днестра (ныне территория Приднестровья), черноморскую казачью столицу до переселения на Кубань. В январе 1792 года поселился с казаками в междуречье Буга и Днестра, на дарованных российскими властями землях. Управлял расселением Черноморского казачьего войска, получившего в том же году новое официальное название и нового начальника Платона Зубова – после смерти Потемкина. В составе делегации казаков ходатайствовал в Санкт-Петербурге о переселении казаков в Тамань и на берега реки Кубань. С 1793 по 1796 год занимался организацией жизни черноморских казаков на новом месте. В 1796 году в чине бригадира Головатый принял участие в Персидском походе В. А. Зубова. После смерти командующего сухопутными войсками и Каспийской флотилией Ф. М. Апраксина занял его должность, но со смертью Екатерины II и вступлением на престол императора Павла военная кампания прекратилась. Когда в Екатеринодаре умер кошевой атаман Чепега, казаки заочно избрали новым атаманом Головатого, который не успел вступить в должность, так как 28 января 1797 года умер на полуострове Камышеван около устья реки Куры, на территории современного Нефтечалинского района Азербайджана, к югу от Баку, где и был похоронен. Головатый стал автором первого опубликованного стихотворения, написанного на народном украинском языке.

За военные заслуги Екатерина II пожаловала черноморцам земли в Керчи и на Таманском острове, но к концу войны Г. А. Потемкин уговорил ее передать казакам земли между Бугом и Днестром в Северном Причерноморье, близкие к их родине, благодаря чему бывшие запорожские казаки получили новое название – Черноморское казачье войско.

Казаки помогли российским войскам захватить ряд ключевых турецких крепостей в Северном и Западном Причерноморье, за что получили многочисленные награды. Они расселились на дарованных землях и начали возведение Войскового собора в стиле украинского барокко. Однако в октябре 1791 года скончался их покровитель граф Г. А. Потемкин, и жизнь казаков между Бугом и Днестром значительно осложнилась из-за многочисленных колонистов, которым, согласно воле Екатерины II, раздавали окружающие земли. Тогда казаки обратились к Екатерине II с просьбой о переселении. Выделенной земли на полуострове Тамань было явно недостаточно, и пока под руководством Чепеги шел процесс переселения, Головатый во главе казачьей делегации отправился в Санкт-Петербург с ходатайством о предоставлении более обширных земель Черноморскому казачьему войску взамен ранее отобранных.

Переговоры шли долго. Прибыв в Петербург в марте 1792 года, делегация два месяца ждала высочайшего решения. Головатый просил выделить войску земли не только в Тамани и на Керченском полуострове, но и на правом берегу Кубани, пустовавшие после чумы, приведшей к гибели множества черкесов, а также изгнания Суворовым ногайцев. На аудиенции у Екатерины II Головатый говорил на латыни, играл на народных инструментах и всячески веселил государыню. В конце концов императрица пожаловала черноморским казакам земли на Тамани и Кубани «в вечное и потомственное владение». Официально дарственные грамоты и хлеб-соль на пожалованную землю были вручены делегации на специальном приеме в конце июня 1792 года.