Антакарана. Квест в реальности
- -
- 100%
- +
Вся скудная мебель, постельное белье и полотенце в душе – белого цвета. На тумбочке стоят электронные часы, циферблат которых показывает 20:07. На спинке стула аккуратно сложена белоснежная накрахмаленная пижама. Она пахнет стерильной чистотой. Температура в комнате вполне комфортная, очевидно, поддерживается центральной климатической системой. И все же я крайне разочарована фактом отсутствия окна. Запах и шум океана были бы мне милее самой комфортной температуры, создаваемой современной техникой.
Задумываюсь, чем заняться дальше. Согласно распорядка, в 21:00 нужно быть в своей кровати, но для меня нет ни единого шанса заснуть. Все пережитые потрясения и долгий сон в машине не позволят расслабиться. А это значит, что предстоит беспокойная бессонная ночь, и с утра я, разбитая, начну свой первый игровой день. С этими мыслями направляюсь в крохотную ванную комнату, но вода течет лишь прохладной тонкой струей, так что надежда понежиться под теплым душем после более чем суток перелетов разбивается в пух и прах. «Условия, созданные организаторами, далеки от идеальных», – с сожалением отмечаю я про себя.
После душа я надеваю пижаму, сажусь на кровать и достаю свой блокнот. Время сделать первые записи об этом странном дне. Но ни одна дельная мысль просто не хочет идти в голову. Мой взгляд падает на последнюю запись об юной участнице. Какая загадочная девочка! Я непременно должна узнать о ней побольше. Почему меня так манит ее тайна – причина в возрасте или в чем-то другом?
Вдруг до меня доносятся шаги за дверью. Недолго думая, вскакиваю на ноги, выглядываю в коридор и тут же вижу ярко-рыжую голову той, о ком размышляла секунду назад.
– Постой, не уходи, пожалуйста, – шепчу я. Девочка, не оборачиваясь, останавливается на месте.
«По крайней мере, она не глухонемая», – думаю я с облегчением. С чего же начать, чтобы не спугнуть ее?
– Я видела шахматную доску в твоих руках. Мой отец обожает эту игру и с детства заставлял меня составлять ему компанию. Если тебе станет скучно или понадобится второй игрок, может быть, тогда ты разрешишь мне присоединиться?
Девочка оборачивается и серьезно смотрит на меня большими синими глазами. Внезапно ее лицо озаряет широкая искренняя улыбка. От неожиданности я теряюсь и не знаю, как реагировать на этот жест. «Спасибо, папа, – думаю я про себя, – наконец-то твои ферзи на что-то сгодились». Ее улыбка потрясает до глубины души и наполняет невероятным теплом. Пожалуй, это именно то, что мне необходимо, чтобы преодолеть пережитый сегодня шок.
– Ты права. С напарником лучше. Играть в шахматы одной не очень интересно. Я все время у себя выигрываю, – кивает она, немного задумчиво, словно сомневаясь в своем решении.
– Мне казалось, что в квесте имеют право участвовать только совершеннолетние. То, что это могут быть дети…, – я резко замолкаю, ругая себя: «Черт побери! Это точно не те слова, с которыми ты можешь завоевать ее доверие».
– Но я не простой ребенок, а мастер спорта по шахматам в категории юниор. И участвую в этой Игре, потому что нужна здесь, – спокойно отвечает она.
– Прости, конечно же! Я не хотела тебя обидеть. Просто вещи, которые случились сегодня, способны сломить психику взрослого человека, что уж говорить о детях…
– Я не простой ребенок, – упрямо повторяет она, – и могу гораздо больше многих здесь присутствующих.
– Даже не сомневаюсь в этом. Но как ты перенесла перелет? То есть…
– Падение? Ты можешь не подбирать слова. Я взрослее, чем тебе кажется, и перенесла его лучше вас всех. Потому что умею отключаться от внешнего мира, когда случается что-то плохое. Некоторым это кажется странным, другие называют это «аутизмом». Я же считаю это защитной реакцией от внешних раздражающих факторов.
Не могу поверить, что слышу подобные слова из уст маленькой девочки.
– Сколько тебе лет?
– Исполнилось недавно 10. Кстати, меня зовут Лилу.
Прежде, чем она успевает что-то добавить, я понимаю, кого она мне так напоминает! Лилу – героиню Милы Йовович из известного фильма «Пятый элемент».
– Мне очень нравится это кино! Главная героиня отважная и невинная, а еще так жаждет любви, – тихо добавляет моя маленькая знакомая.
– Тебе идет это имя. А как тебя зовут по-настоящему?
– Это не имеет значения. Так же, как и наша реальная жизнь не имеет ни малейшего отношения к этому месту.
Она так враждебно произносит фразу «к этому месту», что у меня бегут мурашки по коже.
– Послушай, у нас еще есть минут 20. Не хочешь зайти? – осторожно предлагаю я.
– Почему бы и нет.
Лилу оглядывает комнату и замечает:
– Моя ячейка выглядит точно так же.
Я пытаюсь задать ей еще пару вопросов, но она на все отвечает крайне уклончиво. Меня поражают ее мудрость и спокойствие. Лилу действительно намного старше своего возраста. Часы показывают 20:45. Моя новая знакомая встает и заявляет:
– Я никому не доверяю и предпочитаю держаться в стороне. Скромной невидимкой, тусклой тенью. Но ты мне нравишься, и мы могли бы подружиться. Прошу, не обсуждай ни с кем наш разговор! Знаешь ли, у меня в планах победить, – и она снова дарит мне свою очаровательную улыбку. Мое сердце тает. Неожиданно я чувствую себя счастливой, потому что эта девочка здесь, на острове. Она стоит и ждет ответа. – Ты согласна?
– Конечно. Но как насчет Алекса? Кажется, этому парню можно доверять, хотя порой мне и хочется его убить.
Лилу задумывается на минуту и отвечает:
– Возможно. Но не сейчас.
С этими словами она отправляется в свою ячейку. Я ложусь в кровать и принимаюсь делать заметки. Лилу никак не идет у меня из головы. Она странная, но мне комфортно и спокойно в ее присутствии. Я обязательно выясню побольше об ее тайне, когда придет время. Часы показывают 20:59, и свет гаснет.
«Чудесно, – вздыхаю я, – теперь мне придется лежать всю ночь в темноте наедине со своими мыслями».
Но, очевидно, все последние события, переживания, страхи и волнения так сильно утомили меня, что я практически мгновенно погружаюсь в глубокий спокойный сон.
Игра. День первый
Проснувшись, я первым делом смотрю на электронные часы на прикроватной тумбочке. Они показывают 9:00. Я проспала ровно 12 часов, что меня немало удивляет: в жизни не спала так долго и не была столь пунктуальна.
Несмотря на долгий сон, голова по-прежнему гудит, а на языке ощущается все тот же неприятный металлический привкус. Наверное, я спала в одном положении, потому что шея и плечевые мышцы ужасно затекли. Начинаю разминать плечи, и тут мое внимание привлекает стул. От неожиданности вскакиваю с кровати: на нем больше нет моей вчерашней одежды! Вместо нее лежит белый костюм из мягкого плотного материала: узкие длинные штаны с резинками в области икроножных мышц, обтягивающая кофта с молнией и длинными рукавами, заканчивающимися у запястий такими же резинками. Под стулом стоит пара белых высоких ботинок на толстой подошве и со шнуровкой. Вчера этого костюма определенно здесь не было! Мне становится не по себе от представления, что кто-то был в комнате, пока я спала в неведении.
Мучимая жаждой и голодом, я быстро одеваюсь. Неудивительно, ведь со вчерашнего дня у меня не было во рту ни крошки. Неизвестно, можно ли пить воду из-под крана, поэтому я решаю не рисковать. Вместо этого отправляюсь на место сбора – Платформу – в надежде получить завтрак и узнать, как пройдет первый Игровой день.
Снаружи уже сияет солнце на голубом безоблачном небе, заливая своим ослепительным светом этот райский уголок. Наше Бунгало из белоснежного фактурного кирпича утопает в бурной тропической зелени. Оно окружено высокими дикорастущими пальмами, а игривые лианы свисают по периметру поляны, словно приглашая покачаться. В нескольких метрах от Бунгало виднеется океан. Игривые волны набегают на блестящи песчаный берег, шумно разбиваются об него и откатываются белыми барашками, чтобы вернуться снова. То и дело с одной из веток срывается пестрая птица и, размахивая легкими веерами крыльев, пархает на следующую, чтобы вновь скрыться в густой кроне дерева. Несмотря на то, что тропический воздух влажный и душный, я с удовольствием вдыхаю его подпорченными городской средой легкими.
Прямо перед Бунгало расчищена круглая площадка, посередине которой располагается массивный деревянный стол, как ни странно, только на трех ножках. Вокруг него стоят такие же солидные скамейки. Большинство игроков уже собралось за столом. На стене Бунгало, обращенной к Платформе, висит широкий монитор – судя по всему, средство коммуникации организаторов с игроками.
Подхожу к столу и приветствую всех присутствующих. Игроки здороваются со мной в ответ. Все они одеты так же, как и я.
Впечатляет и само оформление стола: по всей его поверхности выгравирован поражающий своей красотой символ Антакараны – три объемные семерки, которые как бы оформляют грани куба, расходятся от центра и образуют три ножки стола.
Постепенно к нам присоединяются остальные игроки. Я вспоминаю о Лилу, когда та выходит из Бунгало. Вместо того, чтобы подойти к столу переговоров, она направляется в противоположную сторону, садится под развесистое дерево поодаль и принимается разбирать свои шахматные фигурки. Крупные листья создают Лилу безупречное укрытие, так что нужно присмотреться, чтобы разглядеть ее там. Девочка, в свою очередь, даже не глядит в нашу сторону. Мысленно я решаю подойти и побеседовать с ней попозже.
– Думаю, пора познакомиться поближе и что-нибудь поесть, – прерывает Алекс неловкое молчание.
– Мы бы давно что-нибудь поели, если бы здесь было что-то съедобное, – едко отвечает спортсмен, – здесь нет ни черта. Похоже, организаторы планируют морить нас голодом.
Мне не нравится выбранный им тон. Внешний вид парня пугает меня: он олицетворяет собой силу, агрессию, от него словно исходит немая угроза.
– А что с водой из-под крана? – жалуется блондинка, – я просто умираю от жажды.
– Можно спокойно пить, – отвечает Планк, – судя по температуре и небольшому напору, вода поступает не напрямую из природного источника, а через опреснительную систему. Нагрев происходит естественным путем от солнечного тепла. К вечеру вода остывает, а днем, судя по утренней жаре, из-под крана будет бежать кипяток. Такую воду можно пить без вреда для здоровья.
– Они здесь не очень-то гостеприимны, – вздыхает женщина южного происхождения.
В этот момент загорается экран, и мы видим уже знакомого нам Маэстро. Выражение его лица и тон по-прежнему остаются спокойными и дружелюбными. Подобно остальным игрокам, я просто умираю от любопытства. Почти так же, как от голода и жажды.
– Приветствую вас в Локации и поздравляю с первым игровым днем в Великой игре «Антакарана. Квест в реальности»! Надеюсь, вы хорошо отдохнули после утомительной дороги и готовы к началу испытаний. Некоторые из вас являются профессионалами в жанре поиска предметов, другие неплохо справляются с логическими задачками. Сегодня вам предстоит объединить усилия, чтобы найти провизию на предстоящую игровую неделю. Каждый день я буду давать подсказки. Крайне важно внимательно слушать и запоминать их. Ведь в них кроется не только ключ к правильному решению, но и, зачастую, к самой жизни. Итак, сегодняшняя подсказка звучит следующим образом:
«Таинственная цифра семь,
Начала жизни семь наук:
Воздух, Земля, Огонь, Вода,
Что наполняют Свет и Звук
И светлой Мысли торжества.
Найдя зародыш этой жизни
И воедино слив его,
На шаг ты станешь к тайне ближе
И голод чрева своего
Чрез осознание утолишь ты.
Ищи и слушай глас природы:
Там, где гармония царит,
Вдруг неестественные мраки
Перевирают внешний вид,
Там и найдешь ты эти знаки.»
Удачного старта, Игроки! Корпорация верит в вас!».
Маэстро исчезает. Вместо него появляются четыре красные стрелки, направленные вглубь острова – проекция света с того же экрана. На некоторое время воцаряется тишина. Нам с трудом удается скрыть разочарование. Первым прерывает молчание Энджел, высказывая вслух общую мысль:
– И это называется «нас обеспечат всем необходимым»! Как я буду выполнять задания, если просто умираю с голода?!
– Что ты ноешь, как девчонка? – презрительно рычит на него спортсмен. – Как только этот чертов самолет полетел вниз головой, стало понятно, что здесь нас по головке не погладят.
– Ваши разногласия бесполезны, – прерывает их Планк, – нельзя терять ни минуты. В тропиках быстро и резко темнеет, а мы даже не имеем ни малейшего представления, в каком направлении двигаться.
Он прав. Мы все это понимаем, поэтому сразу преступаем к обсуждению плана действий.
Первым делом мы записываем подсказку Маэстро. Потом тратим 20 минут на знакомство. Планка знают все, благодаря его любезности в самолете. Тем не менее он повторяет свое имя. Затем делает многозначительную паузу, добавляет: «Меня даже в реальности зовут Макс Карл» и добродушно смеется. Мы растерянно переглядываемся между собой, не имея ни малейшего понятия, о ком идет речь. По выражениям наших лиц Планк понимает, что шутка предназначена не для данной целевой аудитории, и кратко вводит нас в курс дела о выдающемся немецком ученом-физике Максе Карл Планке, известного своими трудами в области термодинамики, квантовой физики и теплового излучения. Блондинка называет себя Блонда, что вызывает у многих игроков улыбку. Женщина с южной внешностью оказывается той самой таинственной Би Би – сокращение от полного имени Беатрис Бьянки. Имя спортсмена звучит как Раннер, то есть «бегун» в переводе с английского языка. Худощавая женщина в очках лет 50-ти представляется как Марта. Затем следует Энджел с ангельским лицом, Холео, назвавший себя в честь открытого им же спутника Сатурна, и мы с Алексом. Последней представляется китаянка – миниатюрная девушка с густыми черными волосами, доходящими до хрупких плеч и с чересчур громоздкой оправой очков для ее аккуратного маленького лица. Азиатку зовут просто Ю, сокращенная форма от Юймин. Никто не спрашивает имени рыжеволосой девочки, и я не завожу об этом разговор.
Мы решаем не терять времени на дальнейшие обсуждения и сразу же приступить к поиску. Судя по направлению солнца, наша Платформа находится на западе этой части суши. Стрелки с экрана четко показывают направления: север, юг, юго-восток и северо-восток. Принимаем общее решение разделиться на четыре команды: мы с Алексом выбираем северо-восточное направление. Раннер вызывается сопровождать Блонду и смотрит хмуро, когда к ним присоединяется Энджел. Тем не менее, он не возражает вслух, и этой команде достается юго-восток. Холео и Би Би выбирают южное направление вдоль береговой линии. Планк и Марта остаются обследовать территорию вокруг платформы, поскольку в силу возраста уступают остальным по физическим параметрам. Ю настаивает на том, чтобы отправиться в одиночку в северном направлении, также вдоль линии океана.
– Я выросла у моря, – решительно отрицает она все возражения, – это моя стихия, со мной ничего не может случиться.
Пока мы имеем смутное представление о том, что именно ищем. Понятно только, что нужно обращать внимания на какие-то неестественные предметы или явления в природе. Или как процитировал Алекс русскую сказку: «Ищи то – не знаю что».
Перед отправлением я прошу Алекса подождать пару минут. У нас нет абсолютно ничего, во что можно было бы наполнить воды и взять ее с собой. Остается надеяться на пресный источник в пути. Я пью много и жадно, после чего сразу направляюсь к Лилу.
Она все еще сидит под деревом. Я никогда не отличалась особенными познаниями в ботанике, поэтому не представляю, что это за растение. Но оно мне однозначно нравится – усыпанные крупными листьями ветки свисают почти до самой земли, дарят целительную прохладу в полуденный зной и заслоняют собой от внешнего мира.
– Лилу, ты хочешь пойти с нами? – спрашиваю я, садясь рядом. Дерево сразу же окутывает меня своей гостеприимной аурой. Мы словно отрезаны от всего происходящего снаружи в этом укромном лиственном шалаше. Я даже ощущаю легкую эйфорию от нашего «тайника».
– Нет, мне лучше остаться здесь и попробовать найти что-нибудь, – отвечает девочка. Подумав, она добавляет:
– Будь осторожна и возвращайся до темноты. В таких местах ужасно быстро темнеет. Не хочу, чтобы ты заблудилась и осталась ночевать в джунглях.
Ее голос полон тревоги.
– Не бойся, Лилу, мы вернемся вовремя. И чем скорее, тем лучше. У меня уже сводит живот от голода. Вечером устроим пир, обещаю.
Мы обмениваемся улыбками, и меня охватывает внезапный порыв обнять Лилу, но я не решаюсь. Вместо этого встаю на ноги и бегу к Алексу. Он уже ждет меня, чтобы покинуть Платформу и отправиться навстречу приключению.
***
Минут 10 мы движемся вперед молча. Всего лишь через несколько метров от Платформы заросли становятся неожиданно густыми. Ноги путаются в замысловатых травяных сплетениях, то и дело какая-нибудь наглая лиана хватает за лицо или рукав. С этого ракурса нам уже не видно успокоительной голубизны океана или намеков на цивилизацию, поэтому сердце наполняется тревогой. Есть что-то завораживающее и в звуках, издаваемых джунглями. Разнотоновые крики птиц. Гул насекомых. Шелест деревьев. Посвистывание макушек на ветру. Они кажутся живыми и пронзают насквозь – страшат, удивляют, восхищают, но не оставляют равнодушным.
Если с утра белый облегающий костюм казался мне неподходящим для такого жаркого тропического места, то теперь я понимаю, что лучшую одежду сложно было бы представить. Высокий папоротник с неизвестными обитателями, тропические и часто незнакомые мне кустарники и вездесущие густые клубки лиан, определенно не годятся для тесного контакта с моей северной кожей. Кроме того, солнце так нещадно палит с голубого неба, что я могла бы в считанные минуты обгореть до корки.
Алекс шагает впереди, на нем костюм сидит более свободно, что придает ему немного вид заводского рабочего. Наконец, я прерываю молчание и обращаюсь к Алексу по-русски:
– Искать предметы в этих джунглях то же самое, что искать иголку в стоге сена…
Едва я успеваю произнести фразу до конца, как вдруг в моих ушах начинает пронзительно звенеть. Звук настолько интенсивный, что кажется, моя голова вот-вот взорвется. Это причиняет такую невыносимую боль, что я падаю на землю и крепко зажимаю уши руками. Вижу сквозь пелену перед глазами, как Алекс с испуганным выражением лица подбегает ко мне и что-то говорит. В этот момент он также хватается за голову, а его лицо искажает гримаса боли.
– … здесь происходит?! – доносится до меня конец фразы, после чего он громко вскрикивает и падает на землю. – Как же больно, черт побери! – Алекс катается по земле, а из его правого уха тонкой струйкой выбегает кровь. В мое притупленное сознание приходит догадка, и я кричу изо всех сил на английском языке в надежде, что Алекс услышит:
– Молчи! Ни слова по-русски! Замолчи! Тихо, тихо, тихо!!!!
Подползаю к нему, смотрю в глаза и отнимаю руки от головы.
– Ты слышишь меня? Молчи!
Он кивает, все с тем же измученным выражением лица. Мы садимся рядом под какую-то пальму и пытаемся прийти в себя. Звон в ушах постепенно затихает, и я могу думать более ясно. Проходит минут двадцать прежде, чем я вновь способна пошевелить языком:
– Алекс, мы нарушили правило номер три: «Язык общения Игроков – исключительно английский» и в связи с этим к нам было применено правило номер одиннадцать: «За нарушение правил Игры Игроков ожидает наказание, за существенные нарушения – устранение из Игры». Сначала этот оглушающий звон в ушах. Не знаю, что произошло после твоего второго предложения. Но, кажется, тебе повредило барабанную перепонку.
– А я тебе скажу что. Как будто тысяча игл одновременно вонзились в глаза, уши и мозги. Но мне, конечно, этого показалось мало, – невесело шутит он, – на третий раз я почувствовал небольшой взрыв в голове. Возможно, придется выкинуть правое ухо за ненадобностью.
– По крайней мере, ты не теряешь бодрость духа, – усмехаюсь я, – но на всякий случай с этого момента ни слова по-русски на этом проклятом острове.
– После такого я боюсь, ни слова до конца жизни.
– Но каким образом они проделывают с нами такие жестокие вещи?
Мы смотрим друг на друга и понимаем одновременно. Разгадка так элементарна и ужасна, что мы начинаем нервно смеяться:
– Координатор! Мы не просто фигуры со встроенным навигатором, мы – марионетки в руках организаторов. Они могут наказывать игроков, контролировать каждый шаг, каждое слово…
– И отключать наше сознание в любое удобное для них время, – спокойно заканчивает Алекс.
– Что?!
– Сама посуди. Вчера все крепко уснули, едва сели по машинам. Никто из нас не знает, ни как долго мы были в пути, ни какой дорогой ехали. Ровно в 21:00 я уснул, хотя обычно раньше полуночи не засыпаю. А подъем в 9 утра это и вовсе какая-то фантастика! Даже не спрашиваю, как это было у тебя, потому что теперь нет ни малейшего сомнения, что все происходило точно также.
– Вот откуда этот отвратительный металлический привкус по утрам и боли в спине! – шепчу я. – Но это же незаконно! Это посягательство на личную жизнь человека. Они просто не имеют на это права.
– Лавина, что-то подсказывает мне, что мало кто в этом зловещем месте задумывается о наших правах. Возможно, это только начало. И как мы тут оказались?
– Но… но как же?! Ведь это всего лишь игра! А мы чуть только что не оглохли, нарушив маленькое несущественное правило. Что же будет, если…
Я подавлена. От надежды, что все-таки это приключение окажется таким, как я ожидала, не остается и следа. Это серьезная организация и она играет по-настоящему. Высокие ставки – высокие требования. Как глубоко мое раскаяние в том, что я откликнулась на запрос, прошла все тесты и не покинула тот роковой самолет, пока еще была возможность! Мне на ум вновь приходят слова Чжан Кианг: «Не доверяй никому. Четко следуй инструкциям. Это твой единственный шанс». Может быть, она действительно желала мне добра и хотела предупредить о грозящей опасности? Мне не терпится обсудить это с Алексом, но теперь, когда я знаю, что каждое наше слово прослушивается, не решаюсь, боясь навлечь на Чжан Кианг неприятности. Конечно, Глянцевая леди не самый лучший пример гостеприимства, и она обладает блестящим талантом действовать на нервы. И все же, что если она такой же заложник ситуации, как и мы? Алекс прерывает ход моих мыслей:
– Одно я могу сказать точно. У тебя хороший английский, если ты знаешь словосочетание «барабанная перепонка». И, кажется, я снова могу слышать обоими ушами.
***
Мы продвигаемся по джунглям молча, все еще под впечатлением от случившегося. Наша цель – зайти как можно дальше, чтобы максимально исследовать место, в котором оказались. Я ворочаю голову по сторонам в поиске чего-то необычного. В этих зарослях увидеть это что-то просто не представляется возможным. Мой пессимизм набирает обороты, когда я вдруг слышу Алекса:
– Посмотри на то высокое дерево, с ним явно что-то не так.
– Что именно?
– А то, что оно высокое.
Приблизившись к объекту нашего внимания, я признаю, что Алекс прав – эта пальма отличается от других деревьев. Наверное, ее можно увидеть с любой возвышенности в округе. Мы осматриваем ее со всех сторон и обнаруживаем крошечный красный символ Антакараны у основания дерева.
– Мы нашли его! Символ! – восклицаю я.
– Как ты думаешь, это и есть наш предмет – пальма?
– Может быть, кусок коры с символом? Давай посмотрим повнимательнее.
Досконально осмотрев основание пальмы, мы замечаем квадрат земли прямо под меткой. Он отличается от остального окружения дерева: на нем также растет трава, но земля под ней красного цвета. Недолго думая, разрываем квадрат руками. Примерно на глубине пяти сантиметров наши пальцы упираются в пластмассовую коробку.
Алекс достает белую коробку со ставшим уже привычным черным символом – три семерки, помещенные в объемный куб. В ней находится небольшая стеклянная бутылочка с красной жидкостью.
– Не выглядит съедобным, – разочарованно констатирует Алекс.
– Не выглядит, – мрачно подтверждаю я.
К бутылочке приклеена записка со словами:
«Там, где одно берет начало,
Другое обретет конец.
То Божество само создало —
Его творения венец.»
Алекс зачитывает надпись вслух и задумчиво произносит:
– То, что отгадка «земля» мы понимаем, тут не нужно быть гением. К тому же, этот элемент упоминался Маэстро в начальной формулировке задачи. Скорее всего, фраза скрывает в себе что-то более значимое.
– Что мне бросается в глаза, так это противопоставление. Предположим, вся растительность зарождается и дает всходы в земле. Человек заканчивает свой жизненный путь там же, – добавляю я.