Не для собаки

Глава 11

Единственный раз, когда Оливер пытался связаться с ним, случился именно тогда — и только по наставлению Микаэлы. Они написали ему письмо с вопросами и ответами на два листа. Клайд, как он себя называл, объявился потом только через несколько дней. Олли проверял камеры: на видео он тихо и мирно спал. Каждое такое видео было как бальзам на душу, вселяло лёгкую надежду, что его вторая личность не объявится никогда. Но не тут-то было.

Оливер снова посмотрел на страницу в книге и прочитал по выделенным буквам: «Поиграем».

Скучно тебе, маленький говнюк! Поиграть захотел!

Он пролистал в поисках цифры три, ругаясь на мелкий почерк паршивца. Примерно на четвёртом проклятии нужный номер нашёлся. «Я знаю» — эта фраза была выделена одним словом, дальше по буквам: «ч», «т», «о». Оливер не читал вслух, но губы его двигались, словно он молился: «случится». «с». Дальше слово по буквам: «М», «и», «к», «а», «э», «л», «ой».

Парень, который соседствовал в его теле, не был глуп. Он был мал. Но из-за отсутствия образования по причине невозможности посещать уроки некоторые слова Клайд и правда коверкал. Однако со временем, сколько он оставляет ему писем, грамотности у него заметно прибавилось.

Оливер почувствовал, как паршивец смеётся в его голове. И ещё он чувствовал, как всё его тело наливается свинцом, а под кожей бегут муравьи. Ему хотелось вырвать самому себе глаза, чтобы поганец больше никогда не мог ими пользоваться. Хотел вырвать язык, руки — и просто убить себя, а значит, и его. Только не сейчас. Он был не готов к тому, что всё это время, возможно, Клайд знал, что произойдёт. Но Оливер так тщательно старался его игнорировать, что пропустил всё.

Микаэла говорила: Оливера можно понять, почему он пытался игнорировать Клайда — в надежде, что тот просто исчезнет, бог знает, от скуки или непризнания его существования. Но она и Клайда понимала. Она сравнивала его с заключённым, которого только иногда выпускают погулять на пару часов, а всё остальное время он проводит где-то в забытье. Даже не в мыслях или сознании хозяина, нет. Если бы Клайд мог гулять по мыслям Оливера, он бы имел хотя бы подобие жизни, знал бы, чем они занимались, куда ходили или кем работали. Но Клайд не знал ничего. Находясь в одном теле, они могли думать и говорить друг о друге всё что угодно, не опасаясь, что второй услышит или узнает. И Микаэла именно поэтому думала, что Клайд всё время проводит где-то на задворках разума. Возможно, просто в темноте — тёмной комнате, закрытом пространстве в полусне, с пониманием, что ему не стать полноправным хозяином тела. Конечно, он психовал, громил всё вокруг себя, пытался с ними связаться.

Какое-то время Микаэла даже оставалась у Оливера, чтобы покараулить его соседа по телу, поговорить с ним, но…

Оливер тряхнул головой. О чём он? Клайд написал, что знает, что случится с Мики? Как он мог знать? Оливер уселся в кресло. Кажется, его ждёт увлекательное чтение записок второй личности — тому можно в писатели идти.

Следующая страница нашлась легче предыдущей. Тут уже Оливер заметил, что Клайда понесло в письмах: он не по одному или два слова выделял, он подчёркивал целые словосочетания. Читать такое становилось сложнее. От избытка чувств и мыслей Клайд подчёркивал не те буквы или не ту фразу, пытался это зачеркнуть или стереть. Словно читаешь черновик первоклассника.

«На», «не», «е», «на», «п», «ад», «у», «т». Оливер взял блокнот и карандаш — если не записывать, просто невозможно понять, что за слово написано. Просто отдельные буквы: «нанеенападут». Приходилось делить самому, преобразовывая длинное слово в разные, те, которые Клайд имел в виду: «на неё нападут».

Господи…

Мог ли он просто догадаться? А что в принципе ещё могло произойти с такой работой, как у них? Им постоянно грозит опасность, кто-то всё время жаждет расправы или мести. В чём удивление? Клайд ведь не знает… Он понятия не имеет, где вы работаете. Он мог увидеть удостоверение? Но в квартире ничего нет. Ты не хранишь тут вещи, которые могут обозначить твоё место службы, звание и вообще работу — даже фотографий нет. Значит, он не знал? Оливер снова посмотрел на написанную фразу. Даже если бы знал, он мог подумать, что её подстрелят или изнасилуют. Почему написано, что просто нападут?

Близилась ночь. Надо было поспать, и, откровенно говоря, Оливер ужасно хотел спать. День конкретно его вымотал, а с утра нужно ехать в больницу. Он хотел быть там, когда она проснётся. Книга словно прожигала ему руки. Клайд так общался, он жаждал общения, а он его игнорировал. С недавнего времени Оливер вообще делал вид, что не замечает присутствия Клайда, он собственно, и перестал особо о себе напоминать — только посредством книги. Но, оказывается, Клайд писал тут весьма интересные вещи, и Оливеру следовало за ними следить. Следить как следует.

Он снова пролистал книгу в поисках следующей страницы. Это как учиться решать уравнения по шаблону: каждое последующее даётся легче и проще. На этот раз нужная цифра нашлась с первого раза. Не то чтобы он переживал, но, честно говоря, нога его подёргивалась. Не хотелось бы осознать, что Клайд умеет предсказывать будущее — это было бы уже совсем за гранью. В реальном мире такого не бывает. По крайней мере, Оливер надеялся, что не бывает.

Итак, следующая страница: «Э», «т», «о», «случ», «и», «т», «ся», «утро», «м». Оливер подвёл черту, понимая, что тут уже можно составить нужную фразу: «это случится утром». Что-то из рода фантастики, подумал он, потирая лоб, на котором выступил пот.

Быть не может. Чушь собачья…

Но на этом фраза не заканчивалась. Дальше были ещё выделения: «Т», «ы», «най», «д», «еш», «ь», «ее», «пер», «в», «ым». Оливер снова подвёл черту. С каждым разом фразы составлялись всё легче — когда понимаешь смысл игры, всё идёт намного проще: «Ты найдёшь её первым».

Вы когда-нибудь замечали, как вам в голову закрадываются подозрения? Вы ещё даже не понимаете, на счёт чего эти подозрения, как их обосновать, кого они касаются, но они точно есть. Щекочут мозг так, что хочется распилить черепную коробку и почесать его специальной палкой с имитацией длинных пальцев на концах. Обычно, если у человека высыпает экзема где-то в районе лопаток, такой штукой они раздирают себе на хрен до мяса позвоночник, потому что просто рукой не достать. А зуд, он как правило не утихает и становится только невыносимее. Оливер терпеть не мог зуд — особенно после укусов насекомых. Лучше бы оно всё болело, честное слово, а зуд… он с ума свести может.

И конечно, Оливеру вообще не понравилось, когда чёртов мозг зачесался подозрениями. Подозрения — это вообще по части Микаэлы. Это она умеет щёлкать всё это как кулёк орехов. Она и тогда всё разгадала, в первый приход Клайда. Так они его назвали, хотя ведь он был далеко не первый.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.